Тайна мертвой планеты

Старший брел по коридору, ничего перед собой не замечая. Наталкивался на стены, шкафы. Пинал путающиеся под ногами мешки с тряпьем. Откидывал с дороги велосипеды. Всё внутри клокотало. — Убью мразь, — бормотал он под нос. — Шкуру живьем сдеру. На мелкие куски порежу. Сожгу на медленном огне. — Может она не причем? — пробурчал идущий следом Одиннадцатый. Старший обернулся. — Ты что, идиот? Так ничего и не понял? Эта толстожопая тварь — суккуб. Бедные парни стали ее бессловесными рабами, как только болты ей в дыры присунули. Да и я дебил. У самого голова тогда набекрень пошла от ее раздвинутых ляжек. Мог бы догадаться. — Погоди. Всех суккубих сожгли еще десять лет назад вместе с их планетой. — Значит не всех. Эту на расплод оставили. Иначе не объяснишь, почему от одного ее вида сразу стоит как оловянный. И в башке одно желание — загнать ей во все отверстия одновременно и драть пока сознание не потеряет. У меня лет тридцать такого не было. У молодого Одиннадцатого оловянный стоял на любую более-менее фигуристую бабу. Так что аргумент Старшего был для него не аргумент. Нежная блондинка с лилейно-белой кожей, пухлой попкой и большими упругими грудями меньше всего походила на демониц, о которых рассказывали леденящие истории. — Короче, — сказал Старший, — благодари бога, что тогда в баре ее не оприходовал. А то бы ходил сейчас с отформатированными мозгами. Их осталось двое. Самый старый и самый молодой. Остальные лежали позади с переломанными позвоночниками, свернутыми шеями и обугленными ранами от лазерганов. — Валить надо отсюда, — прошептал Одиннадцатый. — Вдвоем все равно не справимся. Ну их всех к черту. И шлюху тоже. Старший резко остановился. — Валить и оставить братанов не отомщенными? И даже без погребального костра? Нет, соплежуй. Они у меня все кровью умоются. И шлюха, и эти... А потом я такой костер устрою... Не отставай. Недалеко осталось. Старший решительно зашагал по коридору. Одиннадцатый плелся следом, опустив нос. Метнувшийся им под ноги очередной робот-охранник получил заряд плазмы и рассыпался на обугленные головешки. Наконец, Старший остановился перед массивной стальной дверью и сверился с планшетом, куда закачал схему сарая. — Это должно быть здесь. Дверь со скрежетом откатилась в сторону, показав тесное помещение, набитое аппаратурой. — Ты прав, малой, — Старший шагнул внутрь. — Вдвоем с тобой мы точно не справимся. Ты плаксивое бесполезное ничтожество. А вот вдвоем с ним вполне можем попробовать. — С кем? — сглотнул Одиннадцатый, уже догадываясь, что будет дальше. Старший не ответил. Это была комната дальней связи. И, судя по слою пыли, ею очень давно не пользовались. Старший смахнул паутину с панели управления, быстро набрал команду. Угловатые приемные блоки ожили, замигали огоньками. Старший выудил из кармана чип-взломщик, опустил в слот. — Может не надо? — робко спросил Одинадцатый. — Заткнись, — коротко бросил Старший и выдвинул ящик с обесточенными дронами-наблюдателями. Выбрал из них один, похожий на мяч с торчащими назад четырьмя антеннами. — Блин, Старший. Ты только хуже сделаешь. Тот дернул плечом, продолжая лихорадочно стучать по клавиатуре. Наконец дрон осветился, загудел и медленно поднялся в воздух. Одиннадцатый вдруг понял, что означает фраза «душа ушла в пятки». Душа у него сейчас ушла не просто в пятки, а пробила пол и спряталась где-то в районе трюма. Дрон медленно развернулся. На его фронтальной панели горел, пылал и плавил вокруг себя воздух неистовый Золотой Глаз. — Дайте догадаюсь, — пророкотал низкий жестяной голос. — Вы всё просрали и теперь решили потратить мое время. — Босс, — пробормотал Старший. — Все оказалось сложнее, чем мы думали. Кроме шлюхи Угольным Мешком интересуются еще как минимум две банды. Нас заманили в ловушку. Нужна помощь. Глаз вспыхнул еще ярче. — Тупое быдло. Скажите спасибо, что я пока не могу до вас дотянутся. Через неделю по вашему следу прибудет ретранслятор, и первое, что я сделаю, это выжру ваши мозги. А теперь говори, зачем меня вызвал. Терпеть не могу дальнюю связь. Всё вижу, а сделать ничего не могу. — Нужна информация, — Старший достал планшет и опять склонился над клавиатурой. — Это схема здешних внутренних помещений. И кое-какие характеристики. Я хочу знать, что это за корабль, какая цивилизация его построила и где прячется его хозяин. Глаз помутнел, считывая данные. Через минуту полыхнул снова. — Идем! Дрон с Золотым Глазом рванулся к выходу и вылетел в коридор. Старший с Одиннадцатым нехотя засеменили следом. — Куда? — К здешнему хозяину. Ты же хотел с ним познакомиться. Старший замер. — Босс! Нельзя так вот сразу! Этот корабль... — Это не корабль. — Хорошо. Этот сарай... — И не сарай. Это барак. Некогда популярное на Земле строение для зэков или пригнанных на стройку рабочих. По внешнему виду, конструкции и интерьеру его можно датировать серединой 20 века. Если немного подождешь, я определю, из какой именно зоны или со строительства какого завода его взяли и запустили в космос. Но есть проблема. Это только по внешнему виду ему меньше двух столетий. А вот нейтринный анализ утверждает, что этому бараку больше десяти миллионов лет. Глаз замолчал, ожидая реакции. — Угу, — буркнул Старший, топая дальше. — Я гляжу, ты не удивлен. — Удивлен конечно. Первый раз вижу, чтобы кто-то на сарае по космосу летал. А проблема-то в чем? — Проблема? — Да, вы сказали, что есть проблема. Золотой Глаз закатил глаз. — Проехали... Боже, с кем приходится работать... *** Вблизи облепившие сарай яйца напоминали скорее слипшуюся белую икру. Ее полупрозрачная поверхность искрилась от инея. Внутри каждой икринки темнел человеческий силуэт в позе эмбриона. Всё вокруг подавляло, словно кладбище. Черная пустота, бревенчатые стены, мерцающая икра. Люди, застывшие в ней, как мухи в янтаре. Эликс насчитала пару десятков пленников. Попробовала разглядеть ближайшего, но заполнившая «яйцо» белесая муть не позволила это сделать. — Кто это? — шепотом спросила Эликс. — Понятия не имею, — фыркнул Гнудь. — Какие-то бестолковые лохи, попавшиеся в ловушку. Неважно. Важно то, что эти яйца основа всей этой нелепой конструкции. Это и реактор, и двигатель, и оружие. Без них сарай развалится за секунду. Он оттолкнулся от висящего в пустоте крыльца и подплыл ближе к бугрящейся вдоль стен икре. Трос жизнеобеспечения пуповиной тянулся за его скафандром. — Чего застряла? Подь сюды, — махнул рукой Гнудь. Тысячепал щупальцами столкнул ее со ступенек. Она беспомощно взмахнула руками, ударилась спиной об упругую поверхность икринок и отплыла в сторону. — Буду контролировать яйца, буду контролировать весь корабль, — сказал Гнудь. — Ты готова? — К чему? — недоуменно спросила Эликс. — Что я должна сделать? — Ничего. Ты мне нужна только в качестве платы за услугу. Всё сделают другие. Половина черной пустоты перед глазами вдруг замерцала, расплываясь волнами исчезающей маскировки и обнажая темно-синюю броню, угловатые надстройки и темные дыры орудийных портов. Снявшая невидимость «Синяя чайка» шла параллельным курсом в пугающей близи. До нее было рукой подать. — Твой старый добрый знакомый, — сказал Гнудь. — Помнишь его? Говорят, девки своего первого не забывают. Эликс в панике рванулась обратно к крыльцу, но только медленно закружилась в пустоте. — Ты меня обманула, сука, — злобно скривился Гнудь. — Наобещала с три короба и свалила, подставив как полного идиота. Люк транспортного отсека «Синей чайки» отъехал в сторону, и наружу вылетел космоскутер со сгорбленной фигурой в серебристом скафандре. — Постой, — Эликс лихорадочно придумывала, что делать дальше. — Как тебя?.. — Я Гнудий Колизий Пантеон, — подсказал Гнудь. — Угу. Да. Пантеон. Все еще можно изменить. Я готова выполнить все свои обещания. — Не интересует, — он мотнул головой. — После цилиндра и пятерых остолопов ты можешь вызвать только отвращение. Я брезгливый. Космоскутер боком подвалил к ним, выпустил из маневрового движка струи газа и остановился. Второй Капитан медленно повернул голову. Его лицо едва угадывалось сквозь бликующий шлем. — Я ее забираю, — послышался из динамиков глухой голос. Рука Второго взяла Эликс за шкирку. Лежащий на крыльце тысячепал протянул щупальце и обвил вокруг ее лодыжки. — Не так быстро, капитан, — сказал Гнудь. — Сперва надо заплатить. — Конечно, — процедил тот. Орудийные порты «Синей чайки» один за другим сверкнули. Импульсные волны протянулись от одного корабля к другому, обрушились на торчащую сверху башенку и разнесли ее в клочья. Гнудь посмотрел наверх, надеясь увидеть среди обломков мертвое тело невидимки, но кроме раздробленных бревен и мусора там ничего не было. — Это всё? — осведомился капитан. — Не знаю, — неуверенно сказал Гнудь. — Возможно. Он облазил в поисках хозяйской каюты весь сарай и только в башенку ход для него был закрыт. Эта надстройка просто обязана была быть логовом невидимки. Впрочем, оставался еще подвал, куда он не сумел пробраться. Он вдруг понял, что промахнулся и скоро, очень скоро придется за это ответить. — Может быть еще... — Мы договаривались только на одну цель, — перебил Второй. Он связал Эликс руки и ноги и закрепил в багажнике скутера. — Ну что, дорогая? — спросил он без тени ухмылки. — Продолжим наши занятия? — Ублюдок, — бессильно выдавила она. Капитан бросил взгляд на скопище белесой икры. — Любопытная технология. Первый раз такое вижу. Вы знаете, как она работает? Что-то биологическое? — Понятия не имею, — буркнул Гнудь. Предчувствие неминуемого конца нарастало. Внезапно человеческий силуэт в ближайшем «яйце» дернул рукой. — Ого! — хмыкнул Второй. — Вы видели? Оказывается, они живы! Следом пошевелился другой пленник. За ним третий. Четвертый. — Я, пожалуй, откланяюсь, господин консул, шериф или кто вы там такой, — Второй капитан завел двигатель. — И вам советую, пока ваш хозяин не задумался, почему экраны у него битый час показывают одно и то же. Скутер сорвался с места. До раскрытого транспортного люка «Синей чайки» было всего ничего, минута полета. Но капитан все равно не успел. Пленники белесой икры синхронно подняли головы, и пустота между двумя кораблями задрожала, словно воздух над костром. Огненные искры закружились, всё быстрее и быстрее, рождая вихрь и сжимаясь в одну ослепительно белую точку. Точка вдруг мигнула и тут же вспухла на полнеба плазменным взрывом. Ударная волна разметала корабли в разные стороны, будто щепки, наткнулась на защитное поле одного и смяла броню второго. Лавина пламени разнесла нос «Синей чайки» в клочья, содрала обшивку, обнажив покореженные внутренности. Огонь стремительно прошелся по остаткам синей брони, превращая корабль в обугленный изуродованный труп. Сквозь мерцание защитного поля было видно, как он удаляется, постепенно разваливаясь на части. Вжавшийся в бревна Гнудь пошевелился. Скутера нигде не было. За спиной скрипнула и сама собой раскрылась деревянная входная дверь. — Заходи, — послышался спокойный голос невидимки. — Поговорим. *** Пустота и чернота. Чернота и тишина. Уши словно ватой забиты. Вокруг не было ничего. Оба корабля исчезли. Первая волна от взрыва подхватила скутер и занесла так далеко, что даже направление нельзя было определить. Эликс извернулась и пнула связанными ногами обмякшего Второго Капитана. Тот медленно повалился на бок, сполз со скутера, проплыл мимо и постепенно растворился в темноте. Эликс осталась одна, связанная по рукам и ногам и намертво прикрепленная к багажнику. Она дернулась, пытаясь ослабить узел на запястьях. Нащупала под собой выступ и зацепила его за веревку. Это было долгое и нудное занятие, елозить связанными за спиной руками по ребристому покрытию багажника, да еще и в скафандре. Пот катился градом по лицу, шее. Перед глазами мутнели цифры жизнеобеспечения, мигало красным предупреждение о состоянии организма. Потом замигала пиктограмма генератора кислорода, видимо, поврежденного при взрыве. Воздуха не хватало. Эликс почти потеряла сознание, когда веревка наконец лопнула. Непослушные пальцы нащупали на поясе кнопку связи. — Меня кто-нибудь слышит? — спросила она пустую тишину и не узнала свой голос. Нет ответа. — Хоть кто-нибудь? Носорог? Она вдруг вспомнила, что по правилам при вызове корабля нужно его официальное название. — Внимание всем. Код три нуля. Человек за бортом. Вызываю корвет дальней разведки... Проклятье. Она его не помнила. — Э-э... «Смелый носорог, залезший в воду, чтобы отлить»? Эликс замолчала, прислушиваясь. Ничего не изменилось. — Ладно... «Отважный носорог, прыгнувший в реку, чтобы облегчиться»? Ноль реакции. — «Решительный носорог, обгадивший всех на водопое». Пиктограмма уже не мигала, а горела ярким красным светом. Воздуха больше не было. — «Неустрашимый носорог...» — прошептала Эликс пересохшими губами. — «Энергичный носорог...» «Боевой носорог...» Сознание уплывало во мрак вслед за Вторым капитаном. — «Дерзкий носорог»... «Борзый носорог»... Мать твою! Откликайся живее... У меня синонимы заканчиваются. Пространство вдруг всколыхнулось, словно рядом появилось что-то большое. Мимо, из темноты в темноту, проплыла иссине-черная зеркальная поверхность. — «Доблестный»... «Бравый»... — продолжала бормотать Эликс, задержав бесполезное дыхание. — О, мне это нравится, — послышался из динамиков знакомый голос. — Хвалите меня, хвалите. — Носорог... сволочь. Вытаскивай меня отсюда. — Айн момент. Скажи спасибо Первому капитану. — За что? — За настройки вызова. Он так и знал, что никто не запомнит мое полное название. Будут подбирать похожие по смыслу. Трех попыток достаточно, чтобы запустить мой аварийный генератор. И вот я здесь! — Хватит болтать... Умираю... Из тьмы протянулись манипуляторы, обхватили скутер и втянули его в открывшийся грузовой люк, по пути разрезав стягивающие Эликс веревки. Она повалилась на пол, сорвала шлем и долго хрипела, втягивая ртом воздух. — Мы снова вдвоем, моя милая, — проворковал Носорог и его пиксельное изображение на экране протянуло охапку пиксельных цветов. — Предлагаю уединиться в нашей маленькой виртуальной реальности и предаться неугомонному блуду. Я соскучился. — Перебьешься. Уходим отсюда. Здесь слишком много уродов, которым даже блуда мало. — Уже. Эликс только сейчас заметила, что вместо кромешной тьмы из обзорных экранов льется неяркий красноватый свет. — Что это? — Звезды, конечно. Мы прошли насквозь черную туманность и теперь находимся внутри Угольного Мешка. Могу перечислить его основные характеристики. Здесь около сотни звезд. Почти все они умирающие красные карлики. У двадцати из них есть планетные системы. Одну из таких можем сейчас наблюдать невооруженным взглядом. Эликс с трудом поднялась на ноги и, держась за стены, подошла к ближайшему экрану. Рассыпанные во мраке тусклые точки звезд горели кровавым светом и походили на глаза затаившихся чудовищ. У самого края плавился испещренный темными пятнами багровый диск с пылающей вокруг красной короной. Рядом виднелся едва заметный серп планеты. — Надо найти местных жителей, — сказала Эликс. — Только осторожно. Они наверняка не любят чужаков. Судя по старым записям, в Мешке есть пара-тройка развитых цивилизаций. Эта планета вполне может быть обитаемой. — Уже ищу, — сообщил Носорог. — Пока визуально. Потом закину на орбиту спутник наблюдения. Тогда... Он осекся. — Что «тогда»? — не выдержала Эликс. — Носорог! Ты опять в кому свалился? Она вгляделась в серп на черном фоне. Планета казалась зловещей. То ли из-за темно-серого цвета с багровыми пятнами. То ли из-за геометрического узора, покрывающего всю видимую часть планеты. Пиксельный носорог снова появился на экране и понуро плюхнулся в воду. — Извини, хозяйка. Сенсоры наблюдения требуют повышенного внимания. У меня две новости. Хорошая и плохая. С какой начать? — Хватит юродствовать. Говори. — Хорошая новость — я нашел цивилизацию. Серп планеты вдруг резко надвинулся и занял весь экран. Изображение скакнуло вниз, пробило тонкий слой облаков и зависло над поверхностью на высоте птичьего полета. То, что издалека казалось геометрическим узором, было оплывшими развалинами, которые тянулись от горизонта до горизонта. — Плохая новость, — вздохнул Носорог, — она уже очень давно мертва.