Robbery

Город наконец опустился во мрак, на часах переваливало за полночь, а это значит, что все уже вернулись домой и время выходить на охоту за любыми безделушками. В виде рубинового колье, золотых серьг, колец и других бижутерий, которые могли позволить себе только богачи. Но для Хван это всего лишь красивенькие вещички, которые она через дня два-три просто потеряет или же продаст за кругленькую сумму, после того как обворует опять какой-нибудь ювелирный магазин, ну или же музей. Единственное любимое занятие Хван Йеджи - воровать, и этому она научилась с самого детства. В то время у маленькой девчонки даже банальных денег на еду не было, приходилось каждый день тырить у каких-то богатых дядей жирный бумажник, набитый купюрами. Но это как повезёт ещё. В этом городе она стала самым лучшим вором и получила псевдоним «Женщина-кошка», оправдывая его тем, что ещё никогда не попадалась, обладает отличной спортивной и акробатической подготовкой, да и её раскосые глаза, которые не скрывала маска с ушками, так и походили на настоящие кошачьи. Также всегда работает одна, ибо девушка всё же с завешенной о себе самооценкой и другие для неё просто мусор, который будет только мешать ей. Ну вылетая кошка, да и характер точно такой же. Одета весьма вульгарно, чёрный латексный костюм с застёжкой, который всегда расстёгнут до зоны декольте, открывает вид на упругую и красивую грудь Хван. И этот развратный вид ей всегда играет на руку, служа отвлекающим манёвром. На кончиках пальцев острые коготки, которые не только могут больно поцарапать, но и помочь попасть внутрь здания. И вот, забравшись на крышу музея, девушка наблюдает как в нём окончательно выключается свет, а значит время действовать. Вырезав небольшое пространство в виде круга своим коготком, Хван попадает в здание совсем тихо, без малейшего звука. Не церемонившись, идёт уверенной походкой, будто она сейчас не грабит музей, а находится дома в привычной обстановке. Это опыт. Добравшись до нужного ей сектора с древнегреческими украшениями и только собиравшись проделать такую же махинацию, как со стеклом на крыше, её прерывает звук шагов. Хван только вздыхает с раздражением, давно понимая кто там. Ну конечно, ни одного дня ей не провести без занозы в заднице в виде бетгёрл, а точнее Шин Рюджин. Супер герой города, её мечтают даже просто хотя бы увидеть одним глазом вживую, кошка с радостью бы предоставила им эту каждую свою возможность. - Хван, ничего нового, - девушка только и подходит ближе, - ты мне дашь хоть день отдохнуть? А то каждый раз смотреть, как твоя задница пролазит в новое здание, напичканное украшениями, уже утомляет. Да и отпускать каждый раз тоже. Йеджи только закатывает глаза, уже подходя сама. И невинно выдавливает: - А ты классно выглядишь сегодня, Шин, - коготком проводит упомянутой по груди, опускаясь к прессу, как бы заигрывая, вызывая у той табун мурашек, - ты теперь в одиночку? Или вернулась к бывшей Ли? И этим вопросами вызывает большой ступор у Рюджин. Причём тут это вообще? - Не многовато ли глупых вопросов? - Я любопытна, - Хван убирает руку куда-то к себе за спину. - Слышала любопытство вредит кошкам, - её взгляд блуждал по телу Йеджи и это никак не останется незамеченным. - Так ты не хочешь ответить мне? - Просто ждала удачного момента, - её рука указывает куда-то за спину бетгёрл, - обернись. И Шин почему-то слушается, но там никого нет. Поворачивается обратно, а Хван уже даёт дёру, опять эти её выходки. Придётся поиграть в кошки-мышки. Спустя каких-то пятнадцать минут кошка оказывается прижатой к стене. - Поиграла?-, спрашивает Рюджин, но та отрицательно мотает головой и ухмыляется, а после сразу впивается в губы Шин. Чертовка. Поцелуй выходит грубым с грязными звуками. Йеджи напирает и протискивается по-хозяйки своим языком в рот девушки, а её рука ложится на затылок и только сильнее вдавливает, не давая Рюджин отстраниться и вдохнуть кислород. Она её так убить решила? Шин находит в себе силы и всё же отталкивает кошку. - Ты с ума сошла, бестия? - Мышка, я же тебе нравлюсь, признай, - Хван проводит языком по мочке уха Рюджин, а после прикусывает и шепчет в самое ухо, - ты ведь хочешь меня, ну так бери. И Рюджин не выдерживает, крепкая хватка в момент окольцовывает запястье Йеджи, и девушку грубо швыряют к позади стоящему дивану, видимо для отдыха. У кошечки эта грубость лишь вызывает широкую улыбку, подобную чеширскому коту. Стоит Рюджин опустится к ней, как Хван, пользуясь возможностью, стягивает маску с лица бетгёрл, освобождая пушистые бледно-розовые волосы девушки, что под лунным светом красиво спадали на лицо. - Новая прическа? – с усмешкой говорит Хван, запуская руку в шевелюру Шин и пропускает её через свои коготочки. - Тебе идёт, хотя и чёрный тоже смотрелся неплохо. - В следующий раз, уточню у своего парикмахера, а теперь будь добра заткнуться. – Рюджин не церемонясь берётся за воротник латексного костюма, и резким движением рвёт линию, итак слишком открытого декольте, обнажая для себя больше белоснежной кожи. Игнорируя недовольный вздох Хван, Шин первым делом опускается к её шеи, оставляя багровые пятна, и губы Йеджи вновь расплываются в ухмылке, тихо и зло хихикая. Знала же, что Шин от неё просто без ума, а поиграться она ещё как любит. Бетгёрл еле снимает остатки латексного костюма особы под ней, уж слишком он плотно прилегал к телу Йеджи, которое так сильно сейчас хочет Шин. Припадает к её груди, облизывает ареол и так же оставляет багровые следы, Хван превратится такими темпами из обычный кошки в леопарда. Второй свободной рукой играет с другой грудью, сжимает и разжимает горошинку. Грудь Йеджи начинает больше вздыматься. Рюджин языком опускается всё ниже пока не оказывается у промежности Хван. - Позволишь, киса? Та одобрительно мычит и Шин размашисто мажет по половым губам, катает по языку клитор, выбивая у Йеджи наконец-то стоны. Играется, дразня ту. — Блять, мышка, войди уже в меня, - и глаза Йеджи округляются от шершавых ощущений снизу. Рюджин понемногу начинает наращивать темп. Хван берет ту за затылок, наматывает короткие волосы на руку и надавливает, мол глубже, и Шин слушается её как обычно. Это не первая и не последняя их ночь вместе, вот поэтому Йеджи всегда выходит сухой из воды. Она пользуется Рюджин, а та это понимает, но всё же не может устоять перед этой бестией и закончить их странные взаимоотношения. От разной стимуляции наступает долгожданная разрядка. И Шин ещё чуть продлевает удовольствие и поднимается, облизываясь и чувствуя солоноватый вкус. А после устраивается на диване и хлопает по себе, приглашая кошку лечь. *** Рюджин просыпается от солнечного света, который так сильно мешал побольше поспать. Но всё же встаёт, замечая, что её спутницы нет, на зеркале, которое стояло совсем недалеко написано красной помадой «Missed you» и оставлено небольшое сердечко, а все украшения украдены. Шин только и улыбается, типичная Хван.