А стоит бороться?

Какая же жизнь всё же сложная и жестокая штука. Трэвис довольно рано понял это. Всю жизнь терпел избиения от отца, всю жизнь молился и верил в всевышнего. Верил, что когда-то он всё же попадёт в рай и все эти страдания закончатся. Но что делать, если перед отцом ты строишь из себя святого, чтобы не получить затрещину, а в школе последними словами называешь новенького в своём классе? Этот чёртов Фишер. Чёртов фрик в убогой маске. Как же сильно Трэвис его ненавидел... А точно-ли ненавидел? Может это были чувства симпатии к Салу? Так оно и было. Эта была симпатия, которую Фелпс тщательно пытался отогнать от себя. Ведь это не правильно, его должен привлекать противоположный пол, ведь по другому это грех. Нельзя парню любить парня, нельзя и всё. Но не смотря на это Трэвису хотелось общения с этим тупицей в маске, может даже дружбы. Но злость и отвращение к самому себе давала знать, ведь диалога никогда не получалось. Только завидев два синих хвостика, блондин не мог отказать себе в колкости и оскорблении парня, иногда даже до рукоприкладства доходило. И всё это только усугубило ситуацию, ведь в отличии от верующего в Бога парня, у его жертвы были друзья, которые заступались за него. Ларри так вообще сразу кидался бить ему рожу, как только он хоть слово говорил Фишеру. Но ещё больше его злило то, что Салли сам не даёт ему сдачи, просто терпит и лишь дразниться в ответ на все оскорбления. Он слишком пассивен и спокоен, да даже взгляд его никогда не выражает злости или отвращения. Салли-Кромсалли действительно белый и пушистый, не способный и не желающий причинить боли другому человеку. Как же это бесит, бесит вся его миловидность, бесит то, что это привлекает. Такой спокойный и рассудительный вмиг бы потушил пламя ярости в сознании Трэва. Он бы без всякого труда обнял блондина, стараясь успокоить. Поцеловал бы в лоб... Но этому не суждено случиться. Да, Фишер видел ту тупую любовную записку, что написал Фелпс в порыве своих чувств. Да, Фишер успокаивал Фелпса, пока тот плакал в школьном туалете. Именно Фишер сказал, что всегда будет рядом, если Трэвис попросит. Всегда поможет и никогда не осудит, не будет зол. Но скорее всего, этот дурак с двумя синими хвостиками давно мёртв. По окончанию учебы в школе они больше не виделись, окончательно потеряв связь. Трэвис постарался забыть о своих запретных чувствах и с головой окунулся в служение Богу. Тогда-то, он и узнал о том, что его отец - глава культа. И через всё своё не желание, он хотел передать этот титул своему непутёвому сыну, потому что больше некому. Младший Фелпс наблюдал за всем, что творилось под апартаментами Эдисона, принимал участие и каждый раз надеялся на то, что среди очередных жертв, он не увидит голубую макушку. Ведь тогда всё будет кончено для него. Голубую макушку он так и не увидел, за то увидел тот самый вирус. Отец просто закрыл Трэвиса в церкви и бросил на произвол судьбы. Как же было больно и не приятно. Да, отец был слишком жесток к парню, уверил его в том, что тот должен верить в Бога, иначе, тот умрёт мучительной смертью и попадёт в ад, где будет мучиться ещё больше. Но разве этот ад бывает наяву? Если и бывает, то почему не бывает рая? Значит-ли это то, что вся эта верующая фишка создана для запугивания и удерживания в строгой узде страха? Младший Фелпс понял, что его просто обманывали всю жизнь. Нет ни рая, ни ада. Есть только жестокая жизнь, после которой не будет ничего. Абсолютно. "Лучше бы ты никогда не рождался" - эта фраза больше не была обидной. Трэвис понял, что действительно лучше бы не появлялся на белый свет, особенно, когда по нему ходят поражённые вирусом создания. На самом деле, парень никогда бы не решился сбежать из дома. Но находится в нём уже было нельзя. Просто невозможно. С каждым днём твари становились сильнее, они чуяли Трэвиса, хотели съесть его, заразить. Отбиваться стало совсем сложно, по этому парень принял решение собрать свои манатки и бежать из дома. На все приготовления он потратил два дня. Когда все было готово и собрано, парень рванул прочь из ненавистной церкви. Он думал, что спрятаться где-нибудь в лесу будет отличная идея, там возможно есть еда, уж точно будет вода, хоть ещё и нужно фильтровать. Но как же он ошибался. В лесу этих тварей было намного больше, чем в городе. Похоже, они заразили всех жителей, и теперь направлялись в другие города, чтобы творить хаос там. Ох, Трэвис ещё никогда так не жалел о плохом решении. Несколько раз его буквально приписали к стенке, да и убить его могли раз двадцать, если не больше. Но каждый раз он спасался и продолжал путь прочь из леса. Неужели, Бог все же есть и сейчас оберегает парня от этих невзгод? Если это все же так, то Фелпс очень ему благодарен. Замученный, грязный и уставший парень заметил перед собой здание апартаментов. И заметил одну картину. Окно на четвертом этаже, там горел свет. Глупо полагаться на это, возможно свет просто никто не выключил и...Нет, определенно в апартаментах кто-то есть. Свет просто так не может выключится, а шторы занавеситься. Из последних сил и остатков разума парень бросился к многоквартирному зданию, очень надеясь встретить там кого-то. По пути он несколько раз упал, даже стукнулся боков о какую-то непонятную хрень, но это уже не волновало. Он видел луч надежды в этом мраке,и явно не собирался просто так терять его. Добежав до апартаментов, Трэвису понадобился час, чтобы найти лозейку внутрь. Теперь сомнений точно нет, в апартаментах кто-то живёт, иначе зачем нужно было так прочно барриодировать входы и окна? Пробравшись в здание, Трэвис заколотил свой вход в него и пошел у лифту. Нажав кнопку первого этажа, парень начал ждать приезд лифта. По приезде, он нажал кнопку четыре, на понельке лифта и стал ждать. Минута тянулась долго и мучительно. Но вот, двери лифта распахнулись. И он увидел того, кого мечтал увидеть всё это время. — Трэвис?... Перед ним стоял Сал, живой и невидимый. Не успев ничего осознать, Трэвис почувствовал крепкие объятия. Он оторопел, но обнял в ответ более низкого парня и прижался к нему. Этот белый и пушистый Салли-кромсали, явный демон в милом обличии. Но он такой радной..такой желанный...Трэвис не может сдержать эмоций, он так рад видеть своего любимого человека живым, что начинает плакать. Загнав Фелпса в квартиру, Салли закрыл ее и сел рядом с парнем на диван, вновь обняв его и прижав к себе. Рука с черными крашенными ногтями легла на светлую голову и начала гладить. По немногу, Трэвис успокаивался, но все так же прижимался к парню. — Я так рад видеть тебя, Сал... — Я тоже рад. Очень...Но теперь я даже не знаю, что нам делать...