Я приду к тебе во сне

      Кажется, что это называется Стокгольмский синдром, когда жертва влюбляется в своего мучителя. Прошел уже месяц после того случая в раздевалке, но он никак не выходил из головы ни у Евы, ни у Арсения. Им обоим снились сны с участием друг друга. Наутро Еве было неловко смотреть в глаза Арсению Сергеевичу, словно он по одному взгляду мог понять всю откровенность фантазий, а мужчина с каждым днем все яростнее хотел эту девушку. Хотел так, как никогда никого хотел. И вопреки своей отстраненности Арсений начал отмечать, что с каждым днем все больше привязывается к девушке. Он стал улавливать каждое ее движение, слово и взгляд, с большим удовлетворением отмечая, что и Ева отвечает ему тем же. Девушка не понимала, в какой момент ее отношение к Арсению Сергеевичу поменялось. Вину она возлагала на эти бесконечные эротические сны. Но тем не менее Ева более пристально стала приглядываться к нему. Пытаясь абстрагироваться от слепой ненависти, она часто задерживала взгляд на его широких плечах, мягкой улыбке (которая была довольно редким явлением); мужчина был в хорошей спортивной форме и весь его вид излучал уверенность и еле уловимый шлейф аристократичности. Ева стала чаще смотреть ему в глаза, попадая в омут этих голубых глаз.

      ***

      - Как думаете, между графом и Евой что-то есть? – Задумчиво протянула Катя, когда она, Дима и Сережа сидели в комнате отдыха. Она находилась рядом с раздевалкой и предназначалась для коротких перерывов на обед. Помещение было такое же просторное, как и ординаторская, вокруг круглого кофейного стола стоял большой угловой диван серо-зеленого цвета, а по бокам  от него мягкие кресла такого же оттенка. Если кто-то заходил в комнату отдыха, то он никогда не видел, что творится на диване, так как обзору мешали большой шкаф, в котором хранилась посуда. Рядом с диваном стояла небольшая кофемашина и микроволновка. - С чего ты взяла? – Сергей чуть отвлекся от своего обеда. Дима удивленно посмотрел на Катю из-под очков. - На мой взгляд, у них какие-то странные взаимоотношения. – Катя с ногами забралась на диван и пила кофе. – Вы разве не заметили, что они вообще не разговаривают? Я по пальцам одной руки могу пересчитать, сколько слов за эти два с половиной месяца они сказали друг другу. - А о чем ты им предлагаешь разговаривать? – Флегматично сказал Дима, подходя к раковине, чтобы помыть свою тарелку. – Мне кажется, что с этим психом лучше лишний раз не разговаривать. Мы один раз застали ее в раздевалке всю в слезах, когда он ее отчитал за то, что она опоздала всего лишь на пять минут. Мне вообще кажется, что он обращается с ординаторами как с рабами. Заметила, что она дежурит больше нас всех? Ей уже впору вообще домой не уходить, все равно она сутки через сутки остается, потому что он за любую ее ошибку ей дежурство влепляет. Поэтому умерь свои фантазии, что между ними может быть?       Катя обиженно надула губы. Больше она не сказала ни слова, но по своей натуре была слишком любопытной и внимательной. От ее взгляда не укрылось то, как иногда Арсений смотрел на Еву, синхронность их движений, а иногда им хватало только одного мимолетного кивка или взмаха руки, чтобы начать слаженно работать. Видя это, Катя не раз задумывалась, что такое поведение не может быть между учителем и учеником, и здесь явно есть что-то большее. Но правда ускользала от нее.

***

      Арсений не любил ни суббот, ни воскресений. В эти дни он был предоставлен своим мыслям, которые в последние два с половиной месяца занимал лишь один человек. Поэтому он с большим удовольствием принял предложение Стаса о поездке за город, иначе его голова бы просто разорвалась от всех тех мыслей, которые крутились без перерыва, словно пчелы в улье.       Он стоял в пробке на выезде из города уже минут сорок из-за разыгравшегося снегопада, который шел последние три дня без остановки, что напрочь парализовало все движение. Арсений нервно стучал пальцами по рулю, не особо вслушиваясь в играющий на весь салон плейлист. Pay no attention to obedience (Не обращайте внимания на повиновение) The kicks and wishes fixed, and forgotten (Удовольствия и желания зафиксированы и забыты) For my self-defense (C целью самообороны) We all want to fuck ourselves and rape the world (Все мы хотим тра*аться и иметь весь мир) So the odds of a cult will prevail (Поэтому шансы нашего культа будут преобладать) In fantasy, not God, not love, oh no... (Лишь фантазия.. не Бог и не любовь, о нет...) We can't leave it alone (Мы не можем все это просто так оставить) Песня настолько подходила под его настроение, что всю оставшуюся дорогу до отеля Арсений слушал только ее. - Эти фантазии сведут меня с ума, - мужчины сидели в сауне. Арсений уже давно рассказал Стасу о ситуации в раздевалке и бесконечных снах с участием Евы. - Ты из нас двоих самый рациональный. Сам же всегда мне говоришь, что любую проблему надо решать исходя из позиции, чем ее решение может тебе повредить, - Стас чуть склонил голову, задумчиво посмотрел на друга. - Но мне больше интересно другое. Вокруг тебя всегда было столько девушек, но почему именно она? Этот вопрос остался без ответа. Арсений сам не до конца понимал, что такого было в Еве, чего он не находил в других. На секунду его романтичная часть попыталась выделить в девушке значимые для него качества, но рациональная тут же подсказала, что он лепил из себя одного из лучших хирургов столько лет не для того, чтобы мимолетная интрижка с какой-то девчонкой разрушила все в один миг.

***

      Чтобы немного развеяться, ребята решили устроить вылазку в один из ночных клубов. Тем более приближался новый год, и потребность в получении положительных эмоций возрастала с каждым днем. Ева в качестве наряда надела фиолетовое атласное платье с длинными рукавами и средним декольте и уложила волосы легкими волнами. Образ дополнил довольно дерзкий макияж: яркие розовые стрелки и ряд небольших страз по верхнему веку. В качестве аксессуаров выбор пал на пару серебряных колец, жемчужное ожерелье и в тон кольцам браслет с подвеской в виде красного сердца. Закончив приготовления, девушка выехала на такси в сторону клуба.       Арсений же сидел в своей квартире и наблюдал, как снег падает мягкими хлопьями на землю. На календаре было двадцать пятое декабря, новый год уже почти стучал в дверь. Однако, какого-либо желания праздновать у мужчины не было. Но почему-то именно в преддверии этого праздника Арсений явно ощущал свое одиночество. И не долго думая, он решил направиться в один из ближайших к дому клубов. Что плохого в том, чтобы немного расслабиться? Его образ был тотал блэк: классические черные брюки, слегка свободная черная рубашка. Волосы он уложил гелем, а на шею повесил цепочку с кулоном в виде двух монет. Посмотрев на свое отражение, он расстегнул пару пуговиц, оголив грудь.

***

      В баре было шумно и людно, со всех сторон оглушающе орала музыка, а глаза слепил свет от прожекторов. Все заметно расслабились, пили коктейли, которые в эту ночь лились рекой. Спустя полчаса присутствия и три выпитых коктейля, Ева чувствовала, что ее мозг окончательно отключился от реальности. Ей было весело и легко.       Арсений зашел в клуб, когда веселье было в самом разгаре. Он окинул публику взглядом и неспешно подошел к барной стойке. Заказав виски и сделав первый глоток, он машинально бросил взгляд на толпу танцующих и остолбенел прямо со стаканом в руке: Ева танцевала в центре зала. «Неужели во всем городе так мало клубов, что ты пришла именно в этот?» Арсений оценил насколько красиво на ней сидело платье, словно было сшито специально для нее. Его мнимая закрытость из-за длинных рукавов дополнялась довольно глубоким декольте. Это платье вновь воскресило все его смелые желания. Сжав зубы, он решил, что весь вечер проведет у стойки, лишь бы не видеть ее. В этот момент заиграла песня Бритни Спирс - Gimme more, под ритм которой танец девушки моментально подстроился Арсений наблюдал за ней, облокотившись на барную стойку. В нем было уже достаточно виски, что навело тумана в его голове. Но он отчетливо понимал, насколько Ева сексуально двигается. В какой-то момент танца их глаза встретились. Сквозь Арсения будто пропустили разряд тока, когда он увидел в этих серых глазах похотливый блеск. Сознание Евы немного притупили ранее выпитые коктейли, поэтому присутствие Арсения Сергеевича она восприняла как данность.       Спустя еще три песни Бритни Спирс, Ева решила немного освежиться. Подойдя к бармену, она заказала еще один коктейль, делая вид, что совершенно не замечает сидящего рядом Арсения Сергеевича. Тот молча наблюдал за тем, как на стойке появился второй и третий. Но на четвертом бокале все же решил вмешаться. - Думаю, этот уже будет лишним,- нравоучительно сказал мужчина, забирая из рук Евы выпивку. - А это не Вам решать, сколько мне пить,- с вызовом ответила она, потянув руку к украденному. Арсений отодвинул коктейль еще подальше от Евы. - Вы не умеете веселиться, Арсений Сергеевич. И другим не даете! – Крик девушки перекрыл рев музыки, однако даже в темноте Арсений увидел злость в ее глазах. Девушка решительно двинулась в сторону туалетной комнаты. Что-то внутри Арсения надломилось. Он не любил не законченные разговоры, и пошел вслед за Евой.       Туалет находился в глубине клуба, и здесь уже не было так шумно. Чтобы дойти до него, нужно было преодолеть коридор, освещенный неприятным неоновым светом. Только сейчас Ева осознала, насколько ей от музыки заложило уши. Она не предала значения приближающимся сзади шагам, пока кто-то не схватил ее за руку. - Пошли, я отвезу тебя домой,- Арсений боялся оставлять свою подопечную в таком нестабильном состоянии одну. Но Ева усиленно начала сопротивляться такому благородному порыву - Никуда я не пойду! Почему вы меня все время преследуете?! Вы бесчувственный робот! У вас только одни глупые правила на уме! – Алкоголь развязал Еве язык. – За все эти месяцы обучения вы ни разу не дали мне ничего сделать! Я только и делаю, что стараюсь соблюдать этот идиотский список! А стоит мне один раз ошибиться, то вы сразу же спускаете на меня всех собак! Это не справедливо!  - Пока Ева выдавала свою тираду, она параллельно оценивала внешний вид своего куратора. Черный цвет был ему, несомненно, к лицу, а эта рубашка с расстегнутыми пуговицами, обнажавшая его грудь, возрождала забытые фантазии. - Это принципы моей работы, не тебе мне указывать! - А я тоже имею право на то, чтобы получать что-то большее, а не только упреки! Так если бы вы еще хотя бы слово мне сказали! Так молчите как партизан! За что вы так меня ненавидите?! Раскройте уже тайну!       Напряжение достигло своего пика. Видя сейчас весь образ в целом, опьяненный мозг кричал ему, что нужно взять ее здесь и сейчас. Все сдерживающие Арсения до этого факторы под действием виски рухнули. Его настолько возбуждала непокорность и прямолинейность девушки, что он прижал ее к стене и впился в губы. Ева обвила шею Арсения Сергеевича руками, вжимаясь в него. Разорвав поцелуй, он развернул Еву к себе спиной, прошелся губами по шее и чуть прикусил мочку уха. Ева закинула голову ему на плечо, потерлась о его стояк и издала еле слышный стон. Этот звук не шел ни в какое сравнение с его фантазиями.       Терпение закончилось у обоих. Арсений затащил девушку в ближайшую кабинку. Как только дверь закрылась, Ева быстрым движением расстегнула брюки мужчины и сняла их вместе с бельем. Она уже стояла перед ним на коленях и смотрела снизу вверх. Не разрывая взгляда, она провела языком по головке, вызвав тем самым сдавленный стон  у Арсения. Затем взяла в рот только головку, слегка втянула ее в себя, проведя языком по уздечке. В голове у мужчины взорвался огонь, он закрыл глаза, полностью отдавшись чувствам. Он чувствовал, как головка упирается прямо в горло девушки и мечтал скорее кончить. Но Ева его мучала: как только мужчина пытался толкнуться в ее рот, она замедлялась, сжимала член у основания, тем самым оттягивая момент разрядки. Эта ситуация возбудила и девушку. Услышав первые стоны мужчины, она поняла, что ей самой очень хочется кончить. Второй рукой она проникла в свои трусики, провела пальцами по клитору и начала иметь себя в такт стонам мужчины. Когда во время минета девушка начала стонать, создавая тем самым вибрации, Арсений понял, что терпеть больше не может. С протяжным стоном он кончил ей прямо в рот. Сделав еще пару движений пальцами внутри себя, она проглотила всю сперму мужчины и, поднялась с колен. Она подарила ему еще один поцелуй и вышла из туалета, оставив Арсения одного. Оправившись после оргазма, мужчина оделся, ополоснул лицо водой и, заказав такси, уехал домой. Ева же осталась в клубе и все так же веселилась, туман алкоголя отодвинул эпизод внезапной близости с куратором в дальний угол сознания.       А у барной стойки стояла Катя, которая прекрасно видела, как Арсений Сергеевич побежал за Евой. Проследив за ними, она застала момент их поцелуя. И сейчас, попивая безалкогольный коктейль, она смотрела на танцующую одногруппницу, храня в телефоне компромат на них обоих.