Книга вторая. Rebirth of Black Dragons. Том первый.

Пролог Летним днем, из ворот Академии вылетел с сумками на плечах дракон. По его внешнему виду явно было видно, что он принадлежит к роду ледяных драконов. Вообще-то учебный год был ещё не завершен, каникул никаких тоже не было. Почему же этот дракон покидает Академию в разгар учебы? Всё дело в том, что этим драконом был молодой Винтерфрост, который, впервые за очень долгое время существования Академии, вынужденно прервал учебу всвязи с тем, что был с позором отчислен за неподобающее поведение. И теперь, злобно пыхтящий и шипящий на все лады бело-синий дракон мог лишь одно – возвращаться домой, проклиная судьбу и черных драконов, которых он так неудачно пытался, по его мнению, поставить на место. Увы, винить в произошедшем самого себя он не мог, так как гордость, особо, временами даже чересчур, свойственная всем синим драконам, не позволяла ему это сделать. Так как в окрестностях Академии и Варфанга ему теперь явно были не рады, дракону-забияке пришлось сразу направиться на северо-восток, в земли ледяных драконов. Что ж, дорога домой длинная, времени много. Он точно успеет наругаться всласть и немного остыть. Только вот что это изменит? *** Снежинки кружили в воздухе, дул холодный ветер, выла метель. Впрочем, в этих землях метель была нормой, как и зима круглый год. Метель бушевала с каждой минутой все сильнее. И вот, когда за ней уже почти ничего не было видно даже на расстоянии вытянутой лапы, метель пошла на убыль. На горизонте появилась бело-синяя точка, которая уверенно и упорно двигалась вперед. По мере продвижения, точка увеличилась. Метель стихла, снег прекратил идти и точка превратилась в ледяного дракона с седельными сумками. Изрядно притрушенный снегом, который, впрочем, совсем не мешал ему лететь, он не уставал ругаться в адрес своих обидчиков. – Жалкие черные уродцы! Подлизались к Хранителям и ходят, как у себя дома! – Продолжение утонуло на минуту из-за поднявшегося ветра и снега. – Прихвостни Темного мастера! Даже долетев до родного города, где жил почти весь его род, Винтерфрост не уставал на разные лады перетирать рога чёрным, Хранителям и даже Предкам. Эх, такую упорность и энтузиазм, да в правильное русло – цены бы этому дракону не было! – Эти жалкие ящерицы загубили мне всё! Чтоб у них хвосты поотваливались, а затем на лбу два новых выросло! В бесконечном потоке брани, который, судя по всему, лился из ледяного дракона всю дорогу, уже всё чаще слышались одни и те же слова и комбинации. Видимо, у Винтерфроста было туго не только с мозгами, но и с фантазией. Примолк он только перед дверями отчего дома. Резко открыв их, наш дракон быстро прошёл, вернее, проскакал, расстояние от дверей до лестницы, по которой взбежал прыжками на второй этаж, в свою комнату. Судя по царящей тишине, дома никого не было. Дверь он, всё ещё, будучи в гневе, открыл пинком. Как, интересно, этот дракон до сих пор от гнева не лопнул? Дверь с громким бухом распахнулась и, ударившись о стену, закрылась обратно, крепко приложив при этом Винтерфроста по морде. Дракон от такого приветствия окончательно озверел, оскалился и плюнул в обидевшую его, но ни в чем не повинную, в сущности, дверь Льдом. От такого обращения, дверь просто слетела с петель и, украшенная куском льда посередине, с грохотом улеглась посередине комнаты. Подлетев к тумбе, что стояла у него в комнате, потирающий ударенный нос дракон, вместо того, чтобы просто аккуратно открыть тумбу, рванул за ручку, тем самым, с корнем выдрав нижнюю дверцу. Досадно взглянув на зажатый в лапе кусок покалеченной только что мебели, он с рыком отбросил дверцу куда–то на диван. Засунув в глубину открывшейся полки лапу, Винтерфрост достал один из мешочков с золотом, что были его личной собственностью, раз уж хранились в его комнате, и с ухмылкой подкинув его на лапе, прошипел: – Ничего у вас, черные уродцы, не выйдет! Я по-прежнему буду учиться! – После этого дракон вышел из комнаты, подцепив по дороге с пола когтями дверь в свою комнату и попытавшись хоть как-то закрыть ею проём. Дверь упорно стоять на прежнем месте не хотела. Пришлось немного отодвинуть нижний край внутрь комнаты, а верхним краем упереть дверь в косяк. При беглом взгляде даже не видно, что дверь сломана. Ну, если не пытаться её, конечно, открыть… Винтерфрост остановился перед входной дверью. Здесь был его дом, милый сердцу дом. После маленькой, тесной комнатушки общежития с вечно храпящим по ночам соседом по комнате, дом казался чем-то нереальным, огромным. Развернувшись спиной к двери, сине-белый дракон сентиментальным взглядом скользил по знакомому с детства дому, с удовлетворением и радостью отмечая такие привычные мелочи. В центре дома проходила огромная каминная труба. Камин, ввиду вечной зимы, топится всё время. Если вам скажут, что ледяные драконы любят холод, плюньте ему в морду! Все драконы любят тепло. И ледяные – не исключение. Потому дома у них вполне себе обычные, пусть и стоят в более холодной местности, а не дворцы изо льда с ледяными кроватями и одеялом из снега, как рассказывают байки многие. Слева от двери был проход в гостиную. В ней был удобный и большой диван, на котором лежат мягкие подушки. По бокам от дивана стояли кресло и пуфик. Перед диваном же стоит маленький кофейный столик. От такого знакомого вида и запаха дома, на Винтерфроста накатили воспоминания. В детстве он любил накрываться уютным шерстяным пледом в зеленую и оранжевую клеточку, тем самым, что лежал сейчас, аккуратно сложенный, на спинке дивана. Накрывшись им и запрыгнув на диван, он, будучи ещё маленьким дракончиком, что не умел летать и, тем более, не владел ещё стихией, по вечерам поплотнее заворачивался в плед и прижимал к животу подушку, слушая папины сказки. Которые, со слов отца, в свое время ему рассказывал дед, а ему рассказывал прадед. И долгими вечно-зимними вечерами, под завывание вьюги, маленький Винтерфрост слушал семейные сказки из уст отца с открытой пастью, ведь там было такое! На особо волнующих, страшных или интересных моментах совсем маленький дракончик даже иногда закусывает уголок подушки. Мать, обнаружив наутро очередные следы отправки уголка подушки в рот Винтерфроста, ругалась, что он рано или поздно её порвет, прокусив, – зубки-то у драконов, даже совсем маленьких, острые! А потом и, вдобавок, упаси Предки, подавится откушенным куском. Но это будет уже утром, а сейчас он тут же выпускает уголок подушки изо рта, счастливо и доверчиво улыбаясь, когда наступает час счастливого финала сказки. Но, как ни приятны детские воспоминания, здесь и сейчас всё по-другому и куда менее счастливо. Сине-белый дракон тряхнул головой, окончательно развеивая воспоминания. Что ему делать прямо сейчас? Да, Винтерфрост решил учиться и дальше, но это гораздо проще сказать, чем сделать. Винтерфрост задумался и стал задумчиво ходить по дому. Путь в Академию ему был закрыт, но его навыки на данный момент всё ещё оставляли желать лучшего. Значит, обучение надо продолжить. Но где? Допустим, через связи отца найти кого-то из стражников, ближнему бою и он подучить сможет, пусть и не так умело, как Террадор. Но где за пределами Академии найти профессионально владеющих Стихией ледяных драконов? Винтерфрост, которого лапы занесли зачем-то на кухню, где хозяйничал повар, задумчиво посмотрел на магический холодильник. С клеймом гильдии ремесленников, что его сделали. А это мысль! В гильдии ведь профессиональные драконы все эти штуки клепают! А ещё, на худой конец, можно просто репетитора поискать. Или пойти куда-нибудь к исследователям, что совершенствуют владение Стихией уже после окончания Академии. Были и такие энтузиасты и далеко не всегда они жили в Академии. Тем более, некоторые разработки испытывать лучше подальше от других. В общем, кто-то да найдётся. Осталось лишь пройтись по адресам всех тех мастерских, что делают магические вещи. Или даже просто поспрашивать драконов, что там работают, кто самый лучший мастер, а потом уже к нему приходить. А предлогом для расспросов сказать, например, что у него есть особый заказ. Окончательно составив план того, как собирается действовать, сине-белый дракон вернулся ко входу в дом, решительно открыл дверь и вышел на улицу. И, не откладывая поиски в долгий ящик, пошёл по улице к ближайшему цеху, в котором производили и ремонтировали холодильники. Он была недалеко, всего пять минут лёту, или чуть больше пешком. Дойдя до своей цели и быстро поднявшись по лестнице, что вела к зданию, Винтерфрост вежливо постучался в дверь, а потом открыл её. Зайдя в чистую, небольшую, но аккуратную приёмную, дракон осмотрелся вокруг. В углу стоял стол, за которым на стуле сидел клерк-кроттер. Он, казалось, даже не заметил посетителя, старательно выписывая что–то пером на бумаге. Винтерфрост подошёл к столу и сразу перешел к делу, сказав: – Мне нужен лучший мастер, у меня есть заказ. Он настолько специфический, что я хотел предварительно обсудить со специалистом, возьмется ли он? Кроттер отложил перо и внимательно оглядел дракона. Потом кивнул каким-то своим мыслям и сказал: – Хорошо, я отведу вас к нему. Клерк отложил перо и бумаги в сторону, часть убрал в ящик, а затем встал со стула и повёл дракона в цех. Цех оказался просторным, светлым и прекрасно отапливаемым помещением. На стенах было в изобилии всяких полочек и ящичков. Там же, на крючках, стеллажах и гвоздиках висели инструменты. Несколько больших столов в центре и табуретки возле оных. Рядом со столами и на столах, стояли полусобранные и полуразобранные холодильники, кто из них какой, определить было невозможно, разве лишь по тому, что из каких-то вынимались детали для замены, а в какие-то наоборот, вставлялись. Вокруг всех этих магических устройств, крутились кроттеры и несколько драконов. Кроттер, сопровождающий нашего синего дракона, прямиком направился к самому крупному из драконов-работников, работавшему за крайним столом. Кроттер подвел Винтерафроста к столу, развернулся и пошёл обратно. Винтерфрост же остался. Выждав немного, пока кроттер отойдет подальше, Винтерфрост демонстративно кашлянул, но мастер даже не обратил на него внимания, увлеченный своей работой. – Добрый день, я хотел бы у вас учиться! – Наш синий дракон решил, на всякий случай, быть вежливым. Мастер уронил деталь, которую держал в лапах, на стол. А ещё одна деталь круглой формы, которая находилась на столе, при этом упала на пол и закатилась куда-то под стол. Похоже, мастер-дракон действительно так ушел в работу, что не замечал ничего вокруг. – Хвост! – Выругался мастер и, наконец, посмотрел на Винтерфроста. – Ну, давай сюда диплом, посмотрим, на что ты годишься. – У меня нет диплома. – Тогда зачем ты сюда пришёл? Иди доучивайся! – Ответил мастер, выкатывая хвостом из-под стола закатившуюся только что под него деталь. – Я не могу доучится… по некоторым причинам. Но это не важно, ведь у меня есть золото и я могу оплатить обучение. – Ты знаешь вообще, что существует закон, и он одинаков для ВСЕХ без исключения драконов? Нет? Тогда иди отсюда и не мешай мне работать. А если таки хочешь работать, не имея диплома, можем взять разве что контейнеры грузить! – Уже с заметным раздражением ответил мастер. – Вы знаете, кто мой отец? Я из семьи Фростов! Думаю, вам что-нибудь это говорит, так ведь? – А ты знаешь, кто такой Сирилл? И кто такие наши правители? А мы знаем. И не хотим, чтобы после того, как мы возьмем тебя на обучение, нам пришлось из того самого места, которым холодильник к стене ставят, доставать нашу аннулированную лицензию. А мне ещё и свой диплом в добавок! Иди отсюда, твоё золото здесь бесполезно! На этом Винтерфрост развернулся и вышел сперва из цеха, а потом и из здания. Он обошёл, почтив своим присутствием, все мастерские, но везде ему отвечали, пусть и в более вежливой форме, но, по сути, то же самое. Что ж, если с мастерскими не вышло,значит надо искать среди частных репетиторов. Он уже узнал, где такого можно найти и, как раз, сейчас шёл именно к нему. Погружённый в тяжкие раздумья, Винтерфрост не заметил, как, уже на подходе к домику репетитора, он пнул своей лапой сметенный дворником в кучу снег, насыпав тем самым его обратно на только что прометенный тротуар. – Смотри куда лапы ставишь! – Зло буркнул дворник, чей труд только что проигнорировали и добавили новой работы, пусть даже и всего на два-три взмаха лопатой. И Винтерфрост вдруг понял, что, если он не найдет способ доучиться, то, возможно, будет на месте вот этого самого дворника. Содрогнувшись, от такой перспективы, Винтерфрост быстро прыгнул на крыльцо дома, к которому он шел. Перед дворником извиняться он счел ниже своего достоинства. Когда наш гордый дракон-недоучка постучался в дверь, ему не сразу открыли. Но открыли. – Добрый день, я хочу у вас учиться, – с порога сказал Винтерфрост. – Хорошо, где ваш диплом? Вот же незадача! И тут диплом нужен. И, кстати, чем меньше драконов знают, что у него нет диплома, тем лучше. Потому, надо придумать что-то другое, чтобы не вызвать подозрений. – Ой, я его, похоже, дома забыл, – быстро нашел, как выкрутиться, Винтерфрост, для виду позаглядывав себе в сумку и под крылья. – Я тогда за ним сейчас схожу. – Да конечно. Винтерфрост развернулся и уныло поплелся обратно. Поскольку завтрак он пропустил, а большую часть дня провёл в поисках учителя, дракон успел проголодаться. Поэтому он и зашёл в первое попавшееся кафе. Раньше он бы долго выбирал самое шикарное и изысканное, но, немного побыв в Академии и питаясь в столовой, сине-белый дракон понял, что иногда любая пища сгодится. И, как подсказывал ему желудок, сейчас был уже именно такой случай. Винтерфрост занял столик в самом темном и дальнем углу. К нему почти тут же подскочил официант с их вечным «Чего изволите?». Вот, кстати, тоже дракон. И наверняка, тоже бездипломный, или не умеющий почти ничего. Ведь много ли умения надо, чтобы с кухни до стола подносы носить? Разве что уметь читать и писать, чтобы заказ правильно оформить. Ну и считать, чтобы клиент не надул заведение. Винтерфрост представил себя на месте официанта и помрачнел ещё больше. Заказав что-то, выглядевшее достаточно сытным, он съел принесенное, даже почти не чувствуя вкуса, так как голова была явно забита другим. В желудке прекратило выть, будто наш дракон сожрал волчью стаю живьем, а также луну, чтобы им было на что выть. Он расплатился и, грустно опустив хвост и крылья, пошёл домой. Вернувшись домой, Винтерфрост застыл в центре гостиной Кажется, в доме всё ещё никого. Он застонал и сел на диван, прикрыв морду крыльями. И вот что теперь делать? В грузчики идти, в официанты податься или улицу мести? Дракон нервно взял со столика карандаш и, задумавшись, сначала вертел его в лапах, а потом засунул его в пасть. Хруст - и карандаша нет, лишь обломки дерева и грифеля на ковре и в пасти. Сколько мать ни пыталась бороться с этой его дурной привычкой – ничего не получалось. Даже в Академии у него был повышенный расход карандашей, по сравнению с другими драконами, особенно перед экзаменами. «А может, пойти в армию?» эта мысль заставила Винтерфроста выплюнуть обломки карандаша, встать и подойти к тяжёлой двойной дубовой двери на золоченых петлях. Помявшись немного под дверью и посмотрев по сторонам, он все-таки дернул за кольца таких же золоченых, как и петли, ручек. Приоткрыв одну из створок, он бочком протиснулся в комнату. На стенах портреты и даже пара гобеленов. Возле стен сундуки и ящики, в ящиках блестит золото и серебро: монеты, кубки, тарелки. Также из них сверкали драгоценные камни. И ведь это лишь малая часть! Остальное – в банке или пущено в дело. В центре комнаты стояли боевые доспехи прадеда, а в углу – огромное, старинное зеркало с рунами на раме. Рама была из металла, но какого–то странного, не блестящего, а тускло серого, руны же были тонкими, еле-заметными и тусклыми, словно из прозрачного стекла, не разобрать даже цвета. Взгляд дракона зацепился за портрет прадеда в доспехах, который стоял на обледенелом камне и грозно смотрел вперед, гордо подняв голову. Винтерфрост аккуратно провел по древнему доспеху лапой. Серебристо-синие, из заколдованной стали, пластины приковывали взгляд. Даже стоящие на подставке они выглядели грозно. Винтерфрост вздохнул, аккуратно снял с деревянных подставок тяжёлые доспехи и стал надевать их на себя. Застегнув по очереди все кожаные ремни, он повернулся к зеркалу и, взглянув на отражение, презрительно сморщил нос. На прадеде, взирающем, как чудилось ледяному дракону, на посягнувшего на бравое наследие предков ничтожного своего потомка, с презрением, доспехи выглядели воистину величественно и устрашающе. Но на потомке они смотрелись более чем смешно. В детстве маленький Винтерфрост часто приходил в эту комнату. Ну, не совсем в детстве, а когда хватило силенок открывать бесшумно тяжелую дверь и, прошмыгнув быстро и незаметно в открывшуюся щель, тихо закрывать её за собой. А ведь даже сейчас, будучи гораздо более взрослым, он по-прежнему проник сюда именно так! В детстве юный дракончик садился перед этими доспехами и представлял себя в них, совершающего подвиги. И мечтал примерить их, когда вырастет и доспехи станут ему впору. Нет, один раз он попробовал и в детстве. Старший брат долго хохотал, увидев ползущий по дому старинный шлем, из-под которого лишь немного торчали маленькие лапки и хвостик. С тех пор Винтерфросту строго-настрого запретили трогать эти доспехи. Но мечтать-то не запретишь! В его мечтаниях, доспехи сидели на нём идеально, но он по-прежнему мечтал примерить их по-настоящему. И вот, мечта сбылась. Слишком громоздкие, тяжёлые и непривычные, они мешали Винтерфросту. Боле того, многие детали сидели не так, как надо: доспех был дракону явно не по размеру и пропорциям. «Всё, заканчивай маскарад!» сказал ледяной дракон себе и принялся, с раздражением, расстёгивать застежки. Застежки были тугими и неподатливыми. Похоже, никто не озаботился мазать их регулярно специальным жиром, дабы сохранить их мягкость и эластичность. Через пять минут мучений Винтерфрост, так и не расстегнувший ни одной застежки, просто дернул посильнее, выдирая старые и ставшие хрупкими от времени кожаные ремешки из доспеха. К чести этих старых ремней, он при этом наградил себя такими болевыми ощущениями, что просто с грохотом рухнул на пол и тяжело задышал, приходя в себя. Что ж, таким образом снять доспех у него получится. Одна деталь, за которую он дернул, отошла и он смог с себя её снять. Он схватился за вторую деталь доспеха и потянул. Раздался треск, и доспех отошел от тела полностью, подарив новую гамму болевых ощущений. Нет, пожалуй, хватит. Теперь осталось лишь извернуться и выползти из них, как змея из норки. Иначе он точно себе что-нибудь оторвет или сломает. Через минут пять пыхтения, доспехи уже были отдельно от неудачливого дракона. Сняв с себя доспехи, Винтерфрост внимательно посмотрел на то, что сделал. Сам доспех мало того, что был крепким, как любое металлическое изделие, но ещё и, вдобавок, укреплён заклинаниями. А вот кожаные ремни нет. И разорваны они были изрядно. К счастью, далеко не все. «Да что ж за жизнь!», подумал Винтерфрост и начал убирать получившийся бардак. Повесив доспехи назад, заткнув порванные ремни между пластиной и подкладкой, он осмотрел получившийся результат. Ну, почти как было, если не пробовать одеть. Он развернулся и, бросив последний взгляд на зеркало в углу, пошёл к двери. Воина из него, похоже, тоже не выйдет. А между тем, уже смеркалось. И скоро вся семья соберется дома. Вот только как рассказать семье что случилось? И какая будет реакция? Уж явно ничего хорошего. *** Винтерфрост сидел у себя в комнате. Внизу раздался скрип открывающейся двери и затем дом наполнили привычные звуки и разговоры вернувшихся драконов. Ну, вообще блеск. Отец, мать и старший брат. Все в полном составе. И сейчас он вывалит свой позор на всех сразу. А, впрочем, какая разница? Можно подумать, расскажи он всё кому-то одному, остальная семья не узнает! Так что ладно, надо взять себя в лапы и покончить, наконец, с этим. Винтерфрост встал, тяжко вздохнул, сглотнул, представив реакцию родных, и пошел их встречать. Да, удивить родных своим прилетом домой он действительно сумел. Но, практически сразу, его отец, Штормфрост, сложил в уме два и два и спросил сразу в лоб: – Сынок, мы, конечно, рады тебе, но какова причина столь внезапного возвращения? Ведь учебный год в Академии никак не закончен, я же знаю! Почему тогда ты тут? – Понимаешь, папа, я… – Винтерфрост собрался с силами и продолжил. – Я больше не буду учиться в Академии. – О, неужели ты смог закончить досрочно? – Удивился отец. – Я не помню, чтобы ты настолько с энтузиазмом относился к учебе. Что же изменилось? И, кстати, похвастайся тогда дипломом! Эх, Винтерфрост так хотел оттянуть этот момент подальше. Но, похоже, не судьба. Вот он, момент, когда приятная встреча с родными резко станет полным хвостецом. Винтерфрост весь сжался и протянул отцу свиток, что ему дали в канцелярии Академии. – Они дали мне лишь это, – тихим голосом сказал он. Отец развернул свиток и углубился в чтение. На его морде последовательно менялись начальное удивление, затем изумление, хмурое выражение морды, гнев, а затем ужас и полное потрясение. Свиток выпал у отца из лапы и, кружась, упал на пол. Однако, никто его не спешил поднимать и даже прикасаться, будто внутри сидела ядовитая змея. – Исключен. Без права доучиться. За драку. И не обычную драку. Драку с ними. Они вернулись. – В ужасе прошептал отец. Затем его морда исказилась от гнева и он повернулся к своему сыну. – Ты понимаешь, что ты наделал, недоумок?!! – Грохотал голос отца так, что все прикрыли морды крыльями, а в серванте звенели посуда и стекла. – Мало того, что выгнали без права продолжить обучение, с позором, так еще и причина! Зачем, ну зачем ты вообще к ним полез??? – Отец схватился за голову передними лапами, и на его морде проступило отчаяние. – Само их возвращение это огромные проблемы для нас, а ты теперь, возможно, сделал так, что хуже уже не бывает! – Глава семьи застонал и потер морду лапами. В комнате, кажется, похолодало. – Но отец, в наших семейных сказках они всегда были злом! Я просто пытался с ним бороться! – Попытался оправдаться Винтерфрост. Если бы взглядом отца, брошенным на Винтерфроста, можно было убить, то в семейном склепе Фростов завтра появилось бы еще одно надгробие. Хотя нет. Судя по взгляду отца, труп бедного дракона скорее всего замуровали бы где-нибудь в самом дальнем и темном углу и, скорее всего, без таблички. Ну, или с табличкой «Занято». – Ты идиот!!! Тебе не со злом бороться, а рыбой торговать надо! Нет, рыбой это сильно сложно для тебя, отхожие места тебе чистить впору!!! И, раз ты у нас без диплома, именно этим с завтрашнего дня и займешься! Я извещу приходящую к нам уборщицу, чтобы она обучила тебя необходимому! Какой позор! Пусть и младшему, но всё-таки наследнику, еще и одного из богатейших родов – и чистить отхожие места в собственном доме! Хорошо, хоть никто из других драконов об этом не узнает. Да, похоже, Винтерфрост сделал что-то гораздо более ужасное, чем он сначала предполагал. Но что? И как это исправить? – Прочь с глаз моих! Будешь сидеть в своей комнате, пока я не разрешу тебе выйти! А я буду думать, что теперь делать. – Поставил точку в разговоре Штормфрост. Незадачливый драчун молча поднял с пола свой пергамент и, с хмурой мордой, пошел себе в комнату. Отцу, да ещё и в таком, никогда не виденном ранее состоянии, лучше было не перечить. Придя в свою комнату, Винтерфрост просто упал на диван и лежал на нем до вечера. Вечером мать лично принесла ему ужин, сочувственно и, одновременно, осуждающе вздохнула, а после, не сказав ни слова, пошла к выходу из комнаты сына. Впрочем, увидев, в каком состоянии дверь в комнату и дверца тумбочки, она пробормотала «Ещё и мастеров вызывать», после чего ушла. Винтерфросту ничего не оставалось, как съесть ужин и лечь спать. *** Тем временем, в гостиной проходило совещание. Участниками его были глава семьи, Штромфрост и старший брат нашего драчуна, Филдфрост. – Выбор у нас небогатый. Действовать надо тайно и осторожно. Но для этого, сначала, надо будет собрать информацию о вернувшихся черных драконах. А потом уже станет понятно, как действовать. Мы не знаем, ни сколько их, ни мест теперешнего их обитания, ни что им известно о нас. Возможно, они ничего и не знают. И не смогут узнать. Нам надо знать, что им известно, а потом решать, как действовать. В худшем случае мы потеряем всё, возможно, даже наши жизни. – Но почему, отец? – Спросил Филдфрост. – Что они могут нам сделать и почему всё так? – Скажем так, мы в давнее время сделали… кхм… заём у черных драконов. И если они вернутся за суммой, да ещё и с набежавшими процентами, это будет крахом для нашей семьи, они просто заберут у нас всё. И мы просто будем пущены по миру и погибнем. Я не должен допустить такой судьбы нашей семьи. Я подниму все связи в нашем казначействе и постараюсь узнать как можно больше. Решено. Я собираю информацию, ты тоже. – Но отец, ты же отлично знаешь, что наша организация лишь следит за угрозами для драконов, но не за самими драконами. Мы бесполезны для добычи информации о, пусть черных, но драконах. – Ничего, и твоя информация может быть полезна. В данном случае то, что может угрожать драконам, можно использовать и против черных драконов. Но оставим это на крайний случай. Я же покопаюсь в семейных архивах, может быть, там я что-то полезное найду. – Я вот не знаю, может отправить нашего недотепу обратно, чтобы он хоть извинился перед теми драконами, с которыми дрался? – Предложил Филдфрост. – Да если бы одними извинениями можно было бы от них отделаться! Ты понимаешь, что если они всё узнают, то даже если Винтерфроста мы им в пожизненное рабство сдадим, это ситуацию не исправит! Если бы это был выход, этот паршивец-драчун уже в рабском ошейнике прямо сейчас к черным драконам летел невзирая на время суток, вдобавок с цветами и подарками в лапах! Хотя, если черные драконы действительно кроме этой драки ничего на нас не накопают, то такой вариант, отправить этого... недотёпу с извинениями, мы и осуществим. Если понадобится, он, Винтер, будет им хоть лапы целовать, хоть мусор выносить, хоть... а общем, всё, что от него потребуется, делать. А сейчас, – скомандовал Штормфрост, – работаем! И молим Предков, чтобы всё обошлось... На этом семейный совет был закончен. А Винтерфроста действительно посадили под домашний арест, запретив выходить из дому, чтобы ещё чего-нибудь не натворил. Ему оставалось лишь печально бродить по дому, стараясь никому не попадаться на глаза. Так он и делал, мучимый также вопросом, что же такого он натворил? Винтерфрост догадывался, что корни проблемы лежат в прошлом. Но теперь в той комнате с доспехами, где был и семейный архив, всё своё время, взяв отпуск на работе, сидел отец. А отцу Винтерфрост старался не то что на глаза не попадаться, а даже и в зоне досягаемости не быть. Когда, на следующий день, Винтерфрост неосторожно выглянул из двери своей комнаты, отец, как раз проходивший мимо, увидев высунувшуюся из проема двери морду младшего сына, яростно зашипел, а затем залепил ему хвостом такую затрещину, что, проехав всю комнату, до самого окна, на спине, Винтерфрост ещё минут пять лежа ощупывал, будто горящую огнем в месте удара, голову, а затем ещё столько же тряс головой, пытаясь избавиться от противного звона. Похоже, отец был в такой ярости и гневе, что мог реально искалечить или даже убить его, даже не осознавая, что делает.