Односторонняя связь

Леонард абсолютно не знал, как искать человека – вулканца, конечно же, вулканца! – по этой их гоблинской связи. Он заглянул в комнату Джима, прошел по столовой, ещё раз вернулся в их номер – и остановился. Внутри его что-то… качалось. Как маятник. Там, где был центр груди, МакКою казалось что что-то… Он задумчиво шагнул влево. Два раза шагнул к коридору, прислушиваясь к себе. Потом пошел искать, ориентируясь на этот странный «маятник». Пошатавшись по гостинице и определив ощущения как «горячо-холодно», хотя здесь не было ничего общего с температурным режимом, он направился по этим ощущениям туда, где «теплело». Скоро они принесли его на тот же балкон, где сам Леонард не так давно напивался из-за ссоры с дочерью. Спок был там. Доктор уже шагнул было внутрь – но остановился, услышав его голос. - Почему бы вам не спросить у него? Леонард услышал ответный тихий голос, вроде женский, но он был так далеко… Доктор завертел головой, пытаясь сообразить, с кем говорил Спок, потом понял, что на балконе никого нет, кроме говорящего. Вулканец стоял к нему спиной, но МакКой мог почти поклясться, что в руках у ушастого – личный ПАДД. - Да, - кивнул Спок, глядя вниз. – Это я. Леонарду стало не по себе от того, что он стоит тут и подслушивает чужой разговор, он сделал шаг назад, к выходу, н почти ушел – когда голос у Спока стал… почти смешливым, если переводить человеческие эмоции на вулканский. - Нет. Я не Кристина Чапел, и мое сходство с медсестрами приближается к нулю. МакКой остановился и удивленно подвигал бровями: это кто же Спока принял за их медсестру?? - Нет, я весьма далек от каких-либо медицинских отсеков. Я – старший помощник капитана на борту «Энтерпрайз», вулканец, Спок. И я считаю непродуктивной вашу ссору с отцом. Вот тут МакКой, кажется, понял, с кем разговаривает его партнер, и это осознание погнало его вперед с яростью буйвола. - Ты какого дьявола делаешь, вулканская рожа?!? – взвился он, в два прыжка сократив расстояние, разделяющее их, и хватая вулканца за плечо. – Ты кем там меня выставля.. - Папа? С ПАДДа, удерживаемого обернувшимся на голос Споком, действительно шел голос Джоанны, удивленный и озадаченный. Вулканец снова обернулся к ней, напрочь игнорируя вцепившиеся в него – и пребольно, между прочим! – пальцы медика. - Простите, мисс МакКой, очевидно, мы обсудим тему разногласий в другой раз, - серьезно сообщил он и отключил связь. После чего обернулся к своему супругу снова, на этот раз полностью, опустив выключенный гаджет и молча, внимательно глядя на него. - Какого дьявола ты общаешься с моей дочерью?? – Леонард спросил это гораздо тише прежнего, зато сжал пальцы куда сильнее. У вулканца не дрогнула ни одна лицевая мышца. - Поскольку, зная вас, Леонард, могу предположить, что вы бы этого не сделали сегодня. И ещё долго не решились бы. - Ты не понял. Какого дьявола ТЫ общаешься с МОЕЙ дочерью? – МакКой почти шипел, как разъяренный кот. На этот раз Спок вопрос понял: его губы едва заметно сжались, вулканец заложил руки за спину. - Я ошибочно предположил, что могу это сделать, поскольку вы обещали нас познакомить, - ровно казал он, становясь напряженным, как струна – и Леонард разжал пальцы, только сейчас сообразив, что сжимает чужое плечо так сильно, что может и синяков наставить. Спок, кажется, и не заметил эти изменения. Он все так же напряженно смотрел на своего партнера, не подавая вида, что испытывает хоть какие-то эмоции. - Я вас ещё не познакомил. Тебе не надо было к ней лезть! – Леонард осознавал, что говорит что-то не так, что его несет, но не мог остановиться, пребывая на волне своих противоречивых эмоций: Спок без его разрешения заговорил с Джоанной, и та не только ответила ему, но и теперь в курсе всего, но с отцом так и не говорила, и Леонарда разрывали такие противоречивые эмоции, как гнев, вина, признательность, смущение, негодование, отчаяние и нежность – а так же ревность, и кого к кому, он пока не понимал. Очевидно, по связи вся эта смесь неслась, как атомная бомба, подумал МакКой. Его собеседник дернулся, ещё выше запрокидывая подбородок выше и смыкая руки с гаджетом за спиной крепче. - Прошу прощения. Я хотел помочь и, очевидно, мои выводы о том, что вы нескоро заговорите с дочерью, были ошибочны… - Джо – МОЯ дочь, МОЯ СЕМЬЯ, и ТЫ не имел никакого права к ней лезть! – Леонард снова вскипел – но голос вулканца остался почти спокойным: только раз в нем что-то дрогнуло, выдавая неспокойный настрой: - Действительно, доктор. Я не имел никакого права связываться с членом вашей семьи и пытаться вам помочь, - негромко и ровно сказал он, шагнул чуть назад, высвобождаясь из пальцев МакКоя, а потом и вовсе отвернулся и вышел с балкона, сжимая в руке ПАДД. Леонард его не преследовал, слишком захваченный бурей эмоций, которую испытывал. МакКой стоял там ещё две минуты, решая, что делать, потом помчался к ним в комнату, чтобы взять свой ПАДД и набрать дочь, чтобы поговорить с ней и убедиться, что вулканец… что? Не наговорил его дочери чего-нибудь непоправимого? МакКой должен был это знать и так, как коллега, друг и партнер Спока, но как отец – он беспокоился, и это эмоциональное противоречие разрывало его на части. К счастью – или унынию – Леонарда, вулканца он в их комнате не нашел: видимо, после ссоры с партнером тот предпочел пребывание подальше от комнаты. Зато нашел свой ПАДД и немедленно связался с дочерью, чтобы как-то попытаться исправить все, что наговорил ей Спок – хотя и не знал ещё содержимого их разговора. Но отцовское сердце рвалось что-то исправить… Когда через пару часов вулканец вернулся в комнату, которую делил со своим ментальным партнером, Леонард уже открыто и счастливо болтал с дочерью через коммуникационную программу, и безо всякой агрессии махнул вернувшемуся Споку. Тот молча кивнул и прошел вперед. Устроился в обнимку с ка’атирой на постели и принялся тихо перебирать струны, не отвлекая разговаривающего Леонарда. Какое-то время он играл, успокаивая себя, снижая собственный эмоциональный фон до минимального уровня, как снижал на прогулке до приемлемого, затем прошел в душ и лег в постель, мгновенно закрыл глаза, отрешаясь от произошедшего сегодня. Вулканец понимал, что его партнер сегодня вряд ли может адекватно оценить сегодняшнюю ситуацию, а потому не может и адекватно её обсудить, оставалось только отложить ситуацию на завтра. К тому времени, как полностью успокоенный и абсолютно счастливый Леонард закончил говорить с Джо и получил от неё пожелание доброй ночи, Спок уже спал, или казался спящим.