держи мою ладонь

дискотека в лагере эта самая ожидаемая часть дня. кашин в первые дни смены так не считал. думал, что это девчачие занятия - прихорашиваться и идти на танцульки. если ты ещё не нашёл себе девушку, то делать там нечего. мальчики обычно компанией уходили подальше от актового зала, чтоб покурить. только вот проходит пару дней смены и парни замечают, что данила ходит покурить с ними всё реже, а к середине второй недели вообще перестает. всё крутится вокруг челика, который решил заделаться лагерным диджеем. как позже выясняется, этот коля - это друг одного из вожатых, который приехал сюда от нехуй делать. парень иногда помогает со всякими вожатскими делами, составляет плейлисты на мероприятия и вечерние дискотеки и иногда замещает уж больно заебавшихся дежурных в столовой. ещё его частенько отправляют помогать с младшими отрядами, ибо дети к нему прям тянулись. даня, конечно, не какой-нибудь пиздюшенок, но его к ромадову тоже потянуло и самое страшное, он не мог понять почему. данила уже здоровый лоб, семнадцать лет, а чувства свои всё никак разобрать не может.

***

очередной день пролетает с невероятной скоростью. и вот опять она, теперь уже столь ожидаемая, дискотека. даня, сдружившийся со старшим, просто два часа сидит рядом с ним и болтает на различные темы. кашину кажется, что он нашёл свою родственную душу. что бы он не сказал, коля всегда поддерживает диалог. ощущение будто все их увлечения, переживания, моральные ценности и установки пересекаются. «интересно, коля “это” тоже чувствует?» парень сам не особо понимает, что он имеет ввиду под “этим”. новая эмоция слишком странная и её никак не получается распознать. главное, что не влюблённость. это точно не она. со временем они вообще перестают друг от друга отлипать. отряд уходит на какое-то мероприятие, а ромадов утаскивает школьника курить за территорией лагеря. там же они решают, что надо сходить на речку.

***

за окном ночь, а кашин берёт заранее собранные вещи и медленно идёт к выходу, где его уже ждут. как только он выходит из домика, то сразу срывается на бег. в голове только одна мысль — «лишь бы не заметили». где-то сзади, сильно отставая, бежит коля и младший останавливаться у забора, ожидая, пока тот подойдёт. — бля, может перекур? — старший стоит, держа руку на боку и тяжело дышит. — какой перекур?! бери вещи и лезь через забор! не дай бог спалят ещё. — шепотом агрессирует на колю. выглядит скорее шутливо, чем серьёзно. — всё всё, лезу. не кричи. забор не высокий. мальчику по плечо где-то, так что перебраться через него не составляет труда. сейчас метров 100 через лес и там уже река с прогретой за день водой. расстояние преодолевается быстро и вот они смотрят на чистое от облаков небо, покрытое множеством ярких звезд. — кто последний - тот пидор! — кричит коля и бежит к воде, скидывая футболку с шортами на бегу. вот ему вроде двадцать лет, он на три года старше самого данилы, но ребячества в нём гораздо больше. — ромадов, ты гандон!! — даня с этими словами догоняет старшего и опрокидывает того в воду. — зато не пидор!! парни бесятся там до самого рассвета. как только показываются первые лучи солнца оба выбираются из реки под хриплый смех. телефонов с собой нет, но они прикидывают, что время приблизительно четыре часа ночи и было бы неплохо вернуться в корпус, чтоб хоть немного выспаться. — какой у вас там план мероприятий на сегодня? — что-то там город мастеров, профессий, что-то такое. — там сто процентов какой-нибудь отряд загс откроет. расписываться пойдём? — у мальчика в этом момент в груди что-то щелкнуло. с одной стороны - это звучит как дружеский подкол, а с другой - коля в загс зовёт, типа ну, расписываться. от этого как-то странно-тепло. — дань, ты чего встал? не хочешь - не пойдём. — хочу! я тебя сам туда потащу! — кашин, что до этого выглядел вымотанным, перешёл чуть ли не на крик. зачем? не знает. оба не понимают, можно ли считать поведение друг друга признанием или чем-то подобным, поэтому опять скидывают всё на юмор. коля то понимает, что он сам чувствует, но в голове ярким светом горит напоминание о том, что мальчишке семнадцать и что ему эта любовь вообще не сдалась. тем более от парня. сам помнит, что в этом возрасте ему побоку было до любви. у него в жизни были вещи поинтереснее.

***

коля еле выторговал у вожатых даниного отряда, чтобы его утром не будили, а то мальчик совсем не выспится и как убитый ходить будет. ему даню жалко. зато не жалко припереться в комнату в девять утра и просто пялить как он спит. ромадов отдаёт себе отчёт, что это крипово, но утешает себя тем, что «я же ничего плохого не делаю, просто смотрю.» кашин спит долго и не тревожно. ромадов целый час сидит на пустой кровати напротив дани, а сам рыжий за это время ни разу не пошевелился, хотя поза, в которой он спал, выглядела неудобной. коля вообще находил сон на животе чем-то жутко неуютным. размышления юноши уходят всё дальше. и дойдя до «хочу потрогать его волосы», он себя одергивает. это ненормально. ведет себя как маньяк какой-то. лучше уйти, пока не опозорился. всё равно остаётся на месте. даня, тем временем, потихоньку просыпается и вот сиди и думай - он встаёт, потому что выспался или потому что чувствовал на себе прожигающий взгляд. — ты что тут забыл? — парень приподнимается на локтях и оглядывает всю комнату. никого. — чо все ушли уже? — николай не успевает ничего ответить, как кашин спрыгивает с кровати, увидев сколько сейчас времени. — погоди. куда погнал? — парень его за плечо останавливает и чуть к лицу чужому наклоняется и шепчет, чтоб ни одна живая души точно не услышала их разговор. — я попросил, чтоб тебя не трогали и ты выспался. у нас же сегодня важный день, если ты конечно не передумал расписываться со мной. коля тепло улыбается и хлопает по плечу, уже собравшись уходить, но даня ладонями хватает старшего за скулы и притягивает к себе. поцелуй выходит странный, скомканный и совсем неуверенный. коля, открыв глаза, замечает, что голубые напротив скрыты веками и зажмурены так, будто даня боится чего-то. уже после кашин ощущает невероятный стыд за это и боится на ромадова смотреть. куда угодно, но не на него. стыдно, когда пальцы за подбородок веснушчатое лицо поднимают. стыдно, когда даня чувствует, как ещё несколько легких поцелуев оставляют фантомные следы на его щеках. стыдно, но так сука приятно. мальчишка кажется коле сейчас очень смешным. стоит в пижаме, весь потрёпанный, только проснувшийся, ещё и по глазам видно, что не особо вдупляет, что произошло. — ты завтрак из-за меня пропустил и я вот, что смог, принёс. — кладёт на тумбочку батончик шоколадный и сок в коробочке, а сам разворачивается и идёт раскладываться на кровать, напротив кашина. — отвернись, я переоденусь. — парень, не мешкая, отворачивается и достаёт телефон, чтоб себя занять. — в два мероприятие начинается. ещё я узнал, что загс собираются открывать 4 отряд. — ну хоть далеко идти не надо.

***

— смотри вон они там. — парни бегут к домику четвертого отряда, пока там нет очереди. — здравствуйте, а мы это, жениться. — замуж выходить, балбес. — даня театрально закатывает глаза. — та ну тебя это будто прям ебёт. — могу узнать имя, фамилию? — девушка, что наблюдала за их диалогом наконец-то подала голос. — николай ромадов и.. — он переводит глаза на даню, пытаясь вспомнить его полное имя. — а ты данила или данил? — данила кашин. — он подходит чуть ближе к столу, отодвигая колю от центра. на самом столе чего только нет. стопка распечатанных свидетельств о заключении брака, небольшая пиала с множеством разных колец из бисера, ручки и штампы разных цветов и детский фотоаппарат мгновенной печати. там ещё много всяких штук, но на первый взгляд выделить их сложно. — проверьте, правильно имена написала. — получив кивок, девушка продолжает. — можете щас посмотреть колечки, какие вам нравятся и можно будет провести небольшую церемонию и сделать фотографии на память. — о смотри, черное прикольное. я вот это возьму. — коля, протянув руку к столу, тоже берёт черное. парные как-никак. девушка читает длиннющую клятву и ждёт пока оба ответят согласием. даня, честно, только моментами помнил о чем там говорилась, ибо он откровенно пялился на то, как коля держит его за руку. там точно было что-то про и в горе и в здравии, разделить на двоих последнюю пачку запрещенных чипсов и что-то ещё подобное. оба с энтузиазмом отвечают положительно, надевают друг другу колечки, чуть запутавшись на какую руку вообще надевать и позируют для фотки. ничего особенного, просто стоят обнявшись, показывая разные жесты в камеру. из устройства вылезают две черно-белые фотографии на чековой ленте. девушка аккуратно их вырезает и предлагает как-либо их украсить. — ты такой придурок тут смешной. я себе эту заберу. даня останавливается на том, чтобы написать дату и нарисовать пару звездочек черной ручкой, а коля вооружается цветной канцелярией и наклейками. по итоге вышло что-то вообще не по вкусу дани, зато прекрасно описывающее колю. цветастые рисунки и надписи по краям и текст с любовным посланием на обратной стороне. оба убирают фотографии себе под чехол боясь потерять.

***

опять вечерняя дискотека. опять кашин сидит вместе с самопровозглашенным диджеем, утомляя его просьбами выйти вместе покурить. — ну оставь ты кому-нибудь. просто треки переключать не сложно же. объяснишь по-быстрому, а мы быстренько сходим покурить. — погоди, кого-нибудь из вожатых попрошу и пойдём. чё ты как в жопу ужаленный? подожди чуток и пойдём. в первый раз что ли? — я тебя у входа подожду. ждать приходится недолго. буквально два-три трека. — ну что, пошли курить? они молча идут к «курилке», не разрывая приятную, обволакивающую тишину. конечно в детском лагере не было организованной курилки, просто так назвали место, где был сломан забор и можно было выйти за его территорию. в теории, они не курят на территории лагеря, значит ничего не нарушают. — у тебя зажигалки нет? я свою оставил видимо. — ромадов хлопает по карманам и так и не найдя предмет, берёт чужую с даниных рук. — спасибо. кольца из глянцевого бисера блестят от света фонаря, который еле просачивается через забор. коля подходит к парню, что прислонился спиной к деревянным дощечкам, отодвигает руку с сигаретой от его лица и затягивает его в поцелуй. в этот раз получается гораздо смелее и настойчивее, чем утром. больше не чувствуется данин страх и неуверенность в своих действиях. он свободной рукой забирается в светлые кудряшки, притягивая колю как можно ближе к себе. какими бы смелыми они не были, парни всё ещё осторожничают, боясь случайно задеть чужую кожу неостывшим пеплом с почти дотлевших сигарет. кашин сигарету в итоге выбрасывает и освободившейся рукой лезет под чужой теплый худак. ромадов негодует первые секунды. отстраняется, в глаза голубые вглядывается, но поняв, что ничего страшного не произошло, снова прилипает к даниным губам. холодные пальцы медленно согреваются под кофтой и теперь не так ярко контрастируют с горячей кожей. прикосновения больше не похожи на небольшие разряды тока, от которых хочется отпрянуть. они теперь мягкие и до ужаса приятные. хочется, чтобы это ощущение навсегда осталось на коже. — это было чуть-чуть нагло. — отрываясь шепчет коля. руки ползут в карманы штанов в поисках пачки и выуживают оттуда две сигареты, протягивая одну дане. — мы вроде покурить выходили.