Женечка

      Первая любовь занимает особое место в сердце каждого человека. Если не случилось больших трагедий, то она остаётся светлым воспоминанием, которое греет всю жизнь. Можно долго не вспоминать о своей первой любви, а потом вспомнить – и снова почувствовать её тепло.       Кто-то влюбляется в одноклассницу. Кто-то в девчонку из двора. А вот первой любовью Андрея Иванова стала его учительница математики.       Евгения Борисовна появилась в их школе, когда Андрей перешёл в десятый класс. Ему было пятнадцать лет, и он не знал, что делать со своей жизнью. Предстояло выбрать профессию, подготовиться к экзаменам, а Андрею казалось, что он ни к чему не пригоден. В детстве Андрей мечтал стать инженером и конструировать машины, но теперь понимал, что не потянет такую профессию. Он плохо понимал геометрию. С черчением всё было ещё более-менее, но вот геометрия не давалась совсем. Андрей сидел дома над учебником, спрашивал помощи одноклассников, однако толку было мало.       – С этого года по алгебре и геометрии у нас будет молодой специалист, Евгения Борисовна Сапгир, – сообщила староста первого сентября. – Она только окончила пединститут. Обещает за нас как следует взяться!       Услышав это, Андрей совсем скис. Предыдущая учительница, милая старушка, хоть и вечно болела, зато не сильно придиралась.       Евгения Борисовна оказалась высокой, симпатичной женщиной. Она была со вкусом одета и накрашена, говорила высоким мелодичным голосом. Андрею сразу захотелось назвать её ласково – Женечка, хоть он и понимал, что скоро начнёт её ненавидеть.       – Давайте вспомним программу девятого класса, – сказала Женечка, беря задачник. – К доске пойдёт... Иванов.       Андрей уныло побрел к доске и встал, крутя в руке мел.       – Пишем. Вершины треугольника АВС лежат на окружности с центром в точке О. Найдите угол АСВ, если...       Записав условие и нарисовав чертёж, Андрей встал, как статуя. Он понимал, что не представляет себе даже начало решения. Женечка ласково улыбнулась.       – Я понимаю, за лето многое забывается. Скажи, чему равняется сумма углов треугольника?       – Сто восемьдесят градусов, – ответил Андрей, поражаясь собственной гениальности.       – Правильно. Теперь смотри: у этих треугольников есть общая сторона...       Слушая Женечку, Андрей вдруг ясно понял, как решать задачу. Впервые в жизни он почувствовал, что в геометрии для него не всё потеряно.       Домой Андрей летел как на крыльях. Ему не терпелось повторить материалы по геометрии, чтобы от уроков Женечки было больше толку.       «Если она будет у нас преподавать до конца одиннадцатого класса, я смогу нормально сдать экзамены и поступить куда хочу!» – думал Андрей радостно.       От уроков Евгении Борисовны были в восторге все. Дети, для которых алгебра и геометрия много лет были тёмным царством, вдруг разом прозрели. Евгения Борисовна проводила дополнительные консультации, помогала подтянуть темы, с которыми было больше проблем. Все дети очень её полюбили, но Андрей – тот был от неё просто без ума.       Постепенно он начал замечать, что Женечка нравится ему не просто как хороший педагог. Стоило прикрыть глаза, как она вставала перед внутренним взором: красивая, улыбчивая, добрая. Андрею хотелось обнять её, рассказать, как много она для него значит. Или просто сидеть и любоваться ею дни напролёт. Если бы можно было поселиться в школе, Андрей бы жил там круглые сутки, не упуская ни минуты Женечкиного присутствия. Однако ходить домой приходилось, и каждое утро по дороге на уроки Андрей мечтал, как встретит её в коридоре и скажет «Здравствуйте, Евгения Борисовна!», а она улыбнётся в ответ: «Доброе утро, Андрей!»       Женечка стала для Андрея первой любовью, большой и чистой. Он никогда не помышлял о поцелуях с ней или о чём-то большем – это казалось кощунственным. Ему хотелось лучше всех знать алгебру и геометрию, чтобы чаще заслуживать её улыбки. Иногда Андрей воображал, как он спасёт Женечку от хулиганов или заслонит собой от пули какого-нибудь террориста. Когда Женечка шла мимо по коридору, Андрей заворожённо провожал её взглядом. Сама Женечка, конечно, замечала его влюблённость, но относилась к ней с пониманием. Она не давала Андрею повода надеяться на взаимность, при этом не жалела улыбок и слов поддержки, когда речь шла об учёбе.       Пару раз Андрей и Женечка вместе шли до остановки, но в такие моменты у Андрея пропадали всякие идеи для разговора. Он не знал, о чём спросить Женечку, чтобы это звучало как непринуждённая беседа, боялся, что начнёт заикаться или скажет глупость.       К концу одиннадцатого класса Андрей овладел алгеброй и геометрией настолько, что успешно сдал школьные, а потом вузовские экзамены и поступил в большой город учиться на инженера-конструктора. Большинство одноклассников тоже поступили куда хотели. Женечка очень радовалась за своих учеников. Некоторые из них поначалу высылали ей письма и открытки из других городов, потом это постепенно сошло на нет. Андрей тоже отправил пару открыток – с напечатанным текстом, куда нужно было только вписать имена. Он стеснялся писать что-либо от себя.       На первом курсе Андрей поначалу часто вспоминал Женечку и скучал по ней, потом переключился на студенческую жизнь. У него появилась девушка, потом другая, потом была эпопея с пересдачей некоторых предметов… Женечка осталась в памяти как большая школьная любовь, уже никак не связанная с настоящим.       Окончив институт, Андрей вернулся в родной город. Иногда он подумывал о том, чтобы зайти в родную школу и заодно узнать, как там Женечка, но ему было не по себе. Андрей боялся, что встреча пройдёт неудачно и перечеркнёт счастливые воспоминания. Что он может сказать Женечке? «Я вот выпустился, работаю, жениться собираюсь...» Что она может сказать ему? «Молодец, Андрей, пойду я на урок...» Они никогда не общались на неучебные темы раньше. Начинать это теперь было сложно и бессмысленно. Они не будут друзьями, не будут парой. У их отношений вообще нет чёткого и понятного статуса. Любимая учительница и ученик? Первая любовь и влюблённый мальчик из прошлого? Всё это глупо. У него своя жизнь, у неё своя. Пусть прошлое остаётся в прошлом.

***

      – Пап! – закричал Захар, влетая в квартиру. – Прикинь, у нас математичка новая! Старая от нас ушла и даже «досвидули» не сказала!       – Вы просто её слишком утомили. – Когда сын вернулся из школы, Андрей как раз чинил настенные часы. По всему столу были разложены шестерёнки и другие детали. Кот истерично скрёбся в ванной, умоляя дать поиграть с ними.       – Кота не выпускай, – предупредил Андрей.       – Хорошо! – Захар на автомате распахнул дверь ванной, и пушистый ураган промчался мимо его ног.       – Я сказал: не выпускай!!!       – Ой, извини! – Захар захлопнул дверь, уже без кота. – У математички этой новой такая странная фамилия: Сапгир. Интересно, это что-то значит?       – Сапгир? – Андрей отложил часы. – Как её зовут?       – Евгения какая-то, отчество не помню. Короче, она сказала, что я совсем не знаю математику, и задала кучу домашки. Ты поможешь решить?       – Сначала сам попробуй.       – Ну па-а-ап, когда мне это делать? Я щас на футбол иду, а сдать надо уже завтра.       – Придёшь с футбола – будем разбираться.       Захар убежал в свою комнату, а Андрей изо всех сил потёр лицо. То, что сказал сын, звучало невероятно. Евгения Сапгир, его Женечка, теперь работает в местной школе и будет вести у Захара?..       Андрей вспоминал школьные годы и пытался представить: какая она теперь, его первая любовь? Когда ему самому было пятнадцать, ей было около двадцати двух. Она вела у них два года. С выпуска прошло двадцать восемь лет. Значит, Женечке сейчас… пятьдесят два?..       Андрей затряс головой. Было слишком странно думать, что Женечка могла постареть. Для него она оставалась вечно молодой – прекрасной феей с идеально гладкой кожей и сияющими глазами.       Любят ли нынешние ученики Женечку так, как любили его одноклассники? Осталась ли она такой же милой или стала с годами жёстче? Как сложилась её личная жизнь, если она так и не сменила фамилию?..       – Пап, у тебя кот шестерёнку угнал.       – Я потом найду.       Захар на секунду застыл у стола: уже собранный на футбол и полный энергии. Потом бросился в коридор и вылетел на лестницу, со всей силы хлопнув дверью.       Андрей вздохнул. Он никогда не был таким активным – это у сына в жену. Наташа всегда успевала за день в тысячу мест – сам он предпочитал сидеть на месте.       Нужно было забрать у кота шестерёнку и дальше чинить часы, но Андрей всё сидел, глядя в пространство. Когда-то он осознанно выбрал не возвращаться к прошлому. Теперь прошлое нашло его само, и неизвестно было, принесёт оно радость или разочарование.

***

      В середине октября Захар явился домой в унылом настроении.       – Математичка вызывает тебя в школу. Говорит, четверть кончается, а у меня выходит двойка по алгебре. Вообще-то у меня было бы три, если бы она не потеряла листочки с проверочной, где я всё списал у Ксюхи.       – Ты мог бы хоть немного стараться! – рассердился Андрей. – Ещё только седьмой класс, стыдно иметь двойку.       – Пап, ну не понимаю я матешу. – Захар сделал глаза как у кота из «Шрека». – Евгения Борисовна не умеет объяснять.       – Всё она умеет! Ты просто не слушаешь! – сказал Андрей резко.       – Не слушаю, потому что скучно. Ты сам в тринадцать лет слушал, что ли?       Андрей пожал плечами.       – В тринадцать не слушал. В пятнадцать спохватился, начал нагонять.       – Отлично, время ещё есть. – Захар сбросил куртку и помчался в свою комнату. – Завтра в семь, кабинет двести десять! Скажи ей там, что я не тупой, просто у меня другие интересы!       Андрею стало не по себе. Завтра в семь он увидит Женечку. Можно, конечно, попросить Наташу сходить вместо себя, но у неё и так много дел…

***

      Без пяти семь Андрей уже стоял около двести десятого кабинета и страдальчески вздыхал. Дверь была закрыта, но он и не спешил заходить. Ему страшно было увидеть Женечку постаревшей, узнать, что она изменилась не в лучшую сторону внешне или внутренне. Вместе с тем Андрей очень ждал этой встречи. Вспомнит ли его Женечка? С такой фамилией – Иванов – вряд ли… Но ведь он один из первых её учеников! Однако прошло почти тридцать лет...       – Здравствуйте, вы ко мне?       Это был её голос. Андрей во все глаза уставился на стоящую перед ним высокую стройную женщину.       Женечка больше не была юной, но она осталась почти такой же красивой, как раньше. Она носила всё ту же причёску и делала макияж с такими же стрелками, как в молодости. Сквозь изменённое возрастом лицо Андрей всё яснее видел прежнюю Женечку – ту, в которую был так долго и счастливо влюблён.       Почувствовав его пристальный взгляд, Женечка забеспокоилась.       – Мы знакомы? Что-то случилось?       – Я когда-то у вас учился. – Говорить было трудно, язык словно прилип к нёбу. – Восьмая школа. Андрей Иванов. Я выпустился в 1995-м.       – Андрей! – ахнула Женечка. Теперь она его узнала. – Очень, очень рада видеть. Проходи. Я тут жду отца одного из учеников… Подожди, так это ты – отец Захара?       – Я.       Андрей ожидал, что Женечка начнёт ругать сына-раздолбая, но она продолжила улыбаться.       – Захар хороший мальчик. Только активный очень… Ему интересно всё на свете, кроме сидения за партой.       – И как помочь ему с учёбой?       Женечка вздохнула.       – Не знаю. Заинтересовать? У меня, правда, пока не получается.       – Со временем получится! – воскликнул Андрей. – Нас всех вы когда-то смогли заинтересовать, хотя мы тогда были искренне уверены, что математика не для нас.       – Это было давно. Теперь я так не умею… – Женечка открыла кабинет, жестом пригласила Андрея проходить и садиться. Он не сидел за школьной партой почти тридцать лет и чувствовал себя странно. Тем более странно, что перед ним стояла та самая Женечка из его юношеских грёз.       – Стыдно признаться, но я немного перегорела к преподаванию, – вздохнула Женечка, опускаясь за учительский стол. – Бумажная волокита, кипы тетрадей, домашние дела… Искать подход к каждому ученику просто не остаётся сил. А теперь я смотрю на тебя и вспоминаю, как здорово было тогда. Я только пришла работать, у меня было полно сил и желания. Я могла горы свернуть! Ученики это чувствовали. Теперь не то...       – Может быть, стоит брать меньше учебных часов? – Андрею было больно слышать, что Женечка потеряла главную суперспособность – увлекать учеников своим предметом.       – Я бы так и делала, но учителей не хватает. Если я не возьму часы, то учить детей будет вообще некому. Никто не идёт работать на такую зарплату.       – Очень жаль…       – Расскажи о себе, – спохватилась Женечка. – Как твои дела? Кем работаешь? Что интересного?       – Я стал инженером-конструктором, как и мечтал. Без ваших уроков я бы никогда не поступил в нужный вуз… Я до сих пор очень благодарен.       – Ой, ну что ты. – Женечка мило покраснела.       – А вообще, живу как все. Сын, жена, работа. Иногда хожу с друзьями смотреть хоккей. А вот Захар больше интересуется футболом. Надеюсь, что когда-нибудь учёба заинтересует его так же сильно.       – Повзрослеет – поймёт, что нужно учиться. – Голос Женечки был всё такой же мелодичный, как много лет назад, и Андрею казалось, что он может слушать её вечно. – Мои дети тоже долго валяли дурака, а к концу школы взялись за ум. Сейчас они уже работают. У сына свой бизнес, дочь – косметолог… А я разошлась с мужем и переехала сюда. Сначала продолжала работать в старой школе, потом надоело ездить и перевелась в эту. Не знала, что здесь учится твой сын.       – Да, мы тут рядом живём. Заходите в гости, если захочется.       По старой привычке Андрей обращался к Женечке на «вы», а она к нему на «ты», хотя теперь разница в возрасте между ними перестала играть роль. Когда Андрей был школьником, всерьёз представить себя парой учительницы было для него чем-то невероятным. Теперь они были на равных: семь лет разницы из непреодолимой пропасти превратились в ничего не значащие числа.       Андрею было странно думать, что, не будь он женат, они могли бы попытаться построить совместное будущее. Конечно, не факт, что он понравился бы Женечке, да и она могла его разочаровать, оказавшись не такой, как в мечтах. И всё же…       Андрей вздохнул. Думать об этом сейчас было бессмысленно. Он знал, что не бросит Наташу. Они прожили вместе много лет, и менять её на призрачную мечту он не собирался.       – Я постараюсь найти силы, чтобы учить детей как следует, – внезапно пообещала Женечка. – Мне самой стыдно, что я всё превратила в рутину. На выходных придумаю для учеников что-нибудь интересное. Какую-нибудь смешную математическую викторину. Пусть повеселятся на уроках. Спасибо, Андрей, что заглянул. Благодаря тебя я вспомнила, как это важно – увлечь учеников, дать им поверить в себя.       – Это Захару с его двойками спасибо, – смущённо пробормотал Андрей.       – Захара мы подтянем, не переживай! – заверила Женечка. – Ты можешь идти, а мне нужно ещё допроверить контрольные. Заходи, когда будет время. Я всегда рада тебя видеть!       Андрей вышел из двести десятого кабинета и двинулся к лестнице. Он чувствовал себя так, будто слетал в космос и вернулся другим человеком. Он увиделся со своей первой любовью. Многое обдумал и понял. Решил проблему сына и дал его учительнице вдохновения. Женечка звала его приходить ещё. Он не был уверен, что решится на это, но иметь возможность зайти и пообщаться с человеком, который дал когда-то крылья для полёта к мечте – уже дорогого стоит...