Когда отчаяние сменяется милостью

      Прошло примерно полгода с того момента как Деви Шарма стала Дивией де Клер — женой генерал-губернатора. Поначалу она чувствовала на себе укоризненные взгляды коренных жителей Индии, которые будто бы не могли простить знатной девушке из благородного рода этого… предательства? Да что в сердцах таить, и сама Деви первое время старалась не смотреть в зеркало, чтобы не столкнуться с пустым взглядом, избегала своего супруга, особенно после первой близости, которая казалась ей до ужаса нелепой и ненастоящей.       Сейчас же, спустя несколько месяцев, обстановка в доме становилась с каждым днём более свободной. Де Клер ожидала, что будет на поводке у Кристиана, как дикое животное. Оказалось, что ошибалась. Он совершенно не препятствовал её развитию, не лез в дела семьи, которую Деви так рьяно защищала при любом случае, позволял ей распределять свободное время так, чтобы девушке было комфортно. Отчасти это было потому, что Тиан понимал, что взял эту особу благородных кровей насильно, поставил перед фактом, поэтому и старался хоть как-то скрасить жизнь молодой жены и показать ей, что не планировал запирать её душу и нрав в клетке, как декоративную птичку. Порой даже дольше засиживался в кабинете, чтобы Дивия могла погрузиться в сон, и только потом делил с ней постель.       Жизнь протекала размеренно, кажется, что каждый смирился с тем, что уготовила им судьба. Точнее, Деви смирилась. Супруги больше начали говорить и меньше друг от друга прятаться. Совместные завтраки и обсуждение планов на день стали традицией, и когда Кристиан не мог присутствовать на них, то Деви замечала, что начинала тосковать. Даже искусно приготовленный английский завтрак, к которому она тоже успела привыкнуть, который успела полюбить, не вызывал аппетита и удовольствия. Поэтому она увлекалась своими рабочими моментами. Шахты Шарма процветали и с покровительством Кристиана желающих приобрести драгоценные камни становилось всё больше и больше, что не могло не радовать Дивию. Она смотрела в отчёты и каждый раз гордилась собой, радовалась за всех тех, кто там работает, а потом в душе и сердце благодарила де Клера. Гнев стал отчаянием, а потом оно сменялось на милость, и это не ускользало от зоркого глаза генерал-губернатора, который ловил настроение жены и всё лучше начинал его понимать. Ему не составляло труда догадаться, что творилось на душе у хозяйки дома, как только он переступал его порог.       — Госпожа де Клер здесь? — строго спросил он у служанки, оглядывая лестницу на второй этаж.       Генерал-губернатор только вернулся из очередной рабочей поездки: нужно было уладить бунт, который вспыхнул в одной из деревушек Западной Бенгалии. Это случалось часто и уже не вызывало прежних эмоций, потому что за пять лет на посту Кристиан оброс изнутри и снаружи тяжёлой бронёй, удивить его теперь было сложно.       Женщина средних лет кивнула, отвечая на вопрос господина. Тиан сдвинул брови к переносице и поджал губы, устремляя свой взор наверх. Тяжело ступил на лестницу и быстро поднялся, останавливаясь у спальни. Там было тихо. Аккуратно приоткрыв дверь, он осмотрелся и взглядом уловил женский силуэт на балконе. Услышав скрип двери, Деви обернулась и её губы дрогнули в неуверенной улыбке.       — Ждала тебя только завтра, — она встала со стула и, отложив книгу на стол, чуть приблизилась к супругу.       Ей было положено так его встречать.       — Приятно, что вообще ждала, — с лёгкой ухмылкой ответил генерал-губернатор и прошёл в глубь спальни, снимая с себя жакет.       На это Дивия лишь усмехнулась, приближаясь к супругу, который планировал ещё немного поработать в саду, пока солнце окончательно не ушло за горизонт — лорду просто был необходим свежий воздух.       — Я собираюсь ещё разобраться с некоторыми письмами в беседке, — перевёл тему Кристиан, потирая шею большой ладонью.       — Если хочешь, я попрошу служанку подать туда чай, — аккуратно проговорила Деви, приближаясь к выходу из спальни.       Пусть они и живут в мире и согласии, но его присутствие заставляло поджилки девушки дрожать. Неприятное ощущение зарождалось где-то за лёгкими и разрасталось, занимая больше места в груди и прижимая сердце к рёбрам. Она знала, что он не причинит ей вреда, ведь если бы хотел, то не ждал бы так долго. Тем более каждый жест генерал-губернатора в сторону Дивии был пропитан уважением. Будь то цветы, срезанные служанкой в самом сердце сада, или украшение с её любимым драгоценным камнем — синим алмазом.       — Да, и буду рад, если ты присоединишься. Давно за тобой не наблюдал, — эти слова звучали в привычной манере лорда.       Нагло. Уверенно. Сочно.       Дивия всегда тушевалась под этим его взглядом. Его ни в коем случае нельзя было назвать сальным или скользким, он был именно таким, каким смотрят на интересующую персону, — желающий. И надо отдать должное выдержке Кристиана: он не давил на Деви с интимом, хотя порой было видно даже слугам, как сильно ему хочется инициативы со стороны жены, а госпожа де Клер лишь прикидывалась дурочкой.       Когда супруга генерал-губернатора выскочила из покоев, он потёр переносицу и наконец позволил себе хоть на секунду выглядеть уставшим. Дела с управлением подчинённой Британии территорией шли хорошо, да и дюжина что-то притихла. Господина это немного напрягало, ведь он не любил сюрпризы, особенно от тех, чей подарок мог стать острым клинком между лопаток.       Он не верил никому, а на чужой земле это обострилось. Не доверял здешним влиятельным семьям и первое время даже старался держать язык за зубами в разговорах с женой. Ему казалось, что она тут же донесёт им о его планах. Однако потом понял, что Дивия была кем угодно: неуправляемой, порой безумной, самоуверенной, но точно не являлась предателем.       Она отлично помнила всех тех, кто отдал её в лапы генерал-губернатора. Как хорошо, что он не выпускал когти. И коль уж так вышло, что она делит с ним постель, то и сторону выбирать долго не станет.

***

      — Ты в порядке? — осторожно поинтересовалась Дивия у Кристиана, несколько минут наблюдая за тем, как он поджимает губы.       — Да, в полном. Просто устал с дороги. Не думал, что в этот раз она дастся мне так тяжело, — его голос звучал тихо и если бы их не разделяло расстояние вытянутой руки, то Деви не разобрала бы ни слова. — Лучше расскажи, как тебе без меня, почувствовала себя хозяйкой?       Дивия опустила глаза в чашку с чёрным чаем, от которого исходил аромат ягод и фруктов. Она не хотела, чтобы Кристиан видел лёгкий румянец, которым покрылись яблочки щёк. Ответ рвался наружу из глубин благородной души, которую учили выдержке. Впервые за время своего существования в этих богато обставленных стенах госпожа поймала себя на мысли, что без Кристиана ей неуютно. Но признаваться в этом было равно признать собственное поражение под его чарами. Он, и правда, был как-то магически притягателен. Нетипичная внешность для родной страны и этот контраст, который создавался между ними, когда они выходили в свет, будоражил Дивию не меньше, чем и самого лорда.       Он не раз представлял себе, наблюдая за ней на какой-нибудь официальной встрече, как утаскивает её за тонкое запястье в укромный угол, прижимает к стене и неустанно покрывает тонкую девичью шею поцелуями. Как мальчишка. Отчаянно цепляется за её наряд пальцами, сжимает бёдра и ягодицы сквозь струящуюся по телу ткань и целует, целует, целует. А она стонет под его губами, жадно хватает ртом воздух и наслаждается его вниманием.       — Да, вполне, — ответила Дивия и сделала глоток чуть остывшего чая. — Жаль только не все слуги привыкли ко мне… Видна их настороженность.       Де Клер сжал руку в кулак, услышав слова молодой жены. Его цель была и остаётся созданием комфортной жизни вдали от её родной резиденции. Деви обратила внимание на такую перемену в настроении лорда и поспешила успокоить его, аккуратно положив свою ладонь на его напряжённую кисть.       — Поверь, меня это нисколько не беспокоит. Просто хочу, чтобы ты знал. Мы же договаривались быть честны друг с другом.       Слова супруги успокоили Кристиана. В глубине души он понимал, что это нормально. Англичане считали Индию «дойной коровой», ведь эта колония долгие годы была самой богатой из всех подчинённых великой империи. Служить той, что была вся соткана из знойного солнца и сухого воздуха, любила ходить босиком и на пару оттенков кожи была темнее любого земледельца, немного противило даже тем, кто не имел никакого статуса.       — Я поговорю с ними, тебе не нужно это терпеть. Ты полноправная хозяйка и моя жена, а значит, и служить тебе должны также, как и мне. Беспрекословно, — в его голосе на секунду появилась сталь, которую Дивия слышала редко, но каждый раз почему-то расправляла плечи сильнее и вытягивалась, как струна.       — Если считаешь это нужным, — бросила в ответ де Клер, понимая, что она всё равно не сможет встать на его пути.       Лучи солнца постепенно исчезали и на город медленно опускались тишина и мрак. За разговорами Кристиан совершенно не заметил, как закончил все дела, а Дивия наконец утолила потребность в общении с мужем. Так и поужинали в беседке, которую установили в саду после свадьбы по просьбе госпожи де Клер: подобная стояла в её резиденции и отчасти напоминала дом.       — С твоего разрешения я пойду, — проговорила Деви и встала со своего места, разглаживая ткань сари.       — Позволишь? — слова Тиана остановили её, и она вопросительно подняла бровь. — Хочу тебя обнять…       Дивия нервно сглотнула, но не отказала и в это же мгновение оказалась прижата к крепкой мужской груди. Внутри неё черти плясали, когда он невзначай касался её аккуратных ладоней. Госпожа де Клер подняла голову и столкнулась с холодным оттенком голубых глаз: у них была не такая уж и большая разница в росте. Какая-то сила извне заставила жену Кристиана аккуратно прижаться к его острому подбородку губами. Он опешил. И не хотел это заканчивать, но Деви отстранилась и стремительно удалилась прочь, оставляя Тиана в одиночестве.       Лорд удивлённо вскинул брови, наблюдая за женой. Генерал-губернатора такое ласковое поведение Дивии ни на шутку поразило, и он даже задумался, не узнать ли у болтливой прислуги, что это произошло за время его отсутствия с молодой госпожой. И пока де Клер отчаянно боролся с роем мыслей в своей голове, молодая госпожа отправила служанок в беседку, чтобы они прибрали там всё. Она знала, что Кристиан пойдёт следом за ней, но не в спальню, а в свой кабинет.

***

      Дивия де Клер аккуратно совершала свой ритуал — окуривала спальню. Первое время такая безобидная и благословенная традиция индианки вызывала беспокойство, слуги перешёптывались, вспоминая как их прародители жгли на площадях костры и разносили по домам тлеющий запах чудодейственных трав в попытке спастись от «чёрной смерти». Со временем на эту традицию индианки перестали обращать внимание, а некоторые даже специально стояли под дверью, пытаясь услышать этот приятный аромат.       От растёртой смеси жасмина, гибискуса и можжевельника исходило дурманящее благовоние, которое еле заметно перемешалось с запахом гари. Распахнув двери балкона, Деви аккуратно поставила миску с тлеющим содержимым на трюмо и вдохнула лёгкую дымку полной грудью. Если бы не лорд, то она бы не стала так рано проветривать спальню, но он очень чутко относился к подобным ароматам. Если к самому действию генерал-губернатор и привык, то спать в этом запахе ему было тяжело.       Как обычно, не дожидаясь мужа, Дивия приготовилась ко сну: служанка принесла ей свежую ночную сорочку и заплела волосы в толстую косу. Де Клер знала, что Кристиан снова придёт за полночь, поэтому не питала надежд дождаться его. И чудо, впервые за много месяцев она поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы супруг был рядом с ней, а не скрывался в кабинете.       Сон никак не приходил и стоило только Деви словить его за хвост, как он тут же улетал вперёд, продолжая играть с ней в догонялки. Молодая госпожа резко села на кровати, обдумывая правильность своих действий и своего желания. Решительность боролась с детской дрожью в коленях. Позвонив в колокольчик, Дивия встала, и накинула на себя тонкий халат в пол. Служанка аккуратно приоткрыла дверь и застала де Клер за расплетением косы. Пальцы её дрожали, а грудь часто вздымалась вверх.       — Госпожа, — обеспокоено обратилась к ней девушка, привлекая к себе внимание.       Она была чуть младше Дивии, одной из немногих, кто относился к ней без недоверия.       — Принеси мне кувшин вина и два кубка, — услышав приказ прислужница исчезла, оставляя свою госпожу в ожидании.

***

      Когда в руках госпожи оказался поднос со всем тем, что она потребовала у служанки, де Клер медленно и аккуратно двинулась по длинному коридору прямиком к кабинету своего мужа. Несколько раз она хотела бросить всё и вернуться в спальню, но продолжала осторожно шагать вперёд, рассуждая какая будет реакция у лорда, когда он увидит её вот такой.       За толстыми стенами дома генерал-губернатора поднялся ветер, и Деви слышала его завывания сквозь окна. Если бы она оказалась в другой ситуации, то непременно почувствовала бы себя неуютно, но сейчас единственное о чём думала госпожа — как войти к нему, что сказать?       За мыслями она не заметила, как подошла к массивным дверям, которые разделяли мужа и жену. Рядом, оперевшись о стену, с закрытыми глазами стоял слуга Кристиана, он вздрогнул, почувствовав, что за ним наблюдают.       — Госпожа, лорд де Клер просил не тревожить его, — голос мужчины звучал тихо, будто бы он боялся, что господин услышит и разозлится.       — Правда? И что же мне делать? — саркастично спросила Дивия, прекрасно понимая, что разрешение ей не требуется.       Каждому терпению приходит конец, поэтому она зло сверкнула глазами и, грубо отодвинув слугу, отворила дверь. В кабинете было тускло. Немного поёжившись, Дивия осмотрелась в поисках супруга. Кристиан сидел за столом, в его руках была книга на английском языке, рубашка расстёгнута, и Деви могла заметить, как соблазнительно падает мягкий свет на торс генерал-губернатора. Он оторвал взгляд от пожелтевших страниц и в глазах можно было увидеть, как быстро недовольство от нарушения его приказа сменяется искренним удивлением.       — Дивия? — его вопрос звучал так, будто бы он был не уверен в том, что видит всё четко.       Жена лорда чуть помедлила, а потом втянула носом воздух и улыбнулась, проходя вперёд прямо к рабочему столу. Аккуратно поставила поднос на дубовую поверхность и разлила по кубкам терпкое красное вино. Взяв их, она решительно протянула один мужу.       — Не хотела, чтобы ты здесь скучал, — проговорила Деви, делая маленький глоток. — Да и устал ты…       Англичанин встал со своего места и опустил руку в карман брюк, довольно усмехаясь.       — Тогда выпью за тебя, моя драгоценная супруга, — одним глотком он осушил бокал и с шумом поставил его на стол.       Дивия осмотрелась, а затем прошлась по кабинету и остановилась возле большого стеллажа с книгами. В одной руке было вино, а второй она быстро пробежалась по твёрдым переплётам книг и удивлённо посмотрела на Тиана, произнося:       — Никогда бы не подумала, что у тебя такой кабинет, — госпожа ещё раз повертела головой, стараясь делать вид, что не замечала на себе пристального голубого взгляда.       — Да? И как же ты его представляла? — лорд обошёл стол и опёрся об него, складывая руки на груди.       — Мне казалось здесь не так уютно, — честно признала Дивия и поймала в ответ улыбку.       Они оба чувствовали то напряжение, которое повисло в помещении. Оно осело в воздухе, как невидимая пыль, и душило, проникая под кожу.       Он не знал, что сделать, чтобы она почувствовала себя свободно.       Она не знала, что сказать, чтобы он понял, что она начала таять к нему.       Разговор завязался спонтанно, как это обычно у них и бывало. Кристиан для Дивии стал тем самым человеком, к которому было не страшно обратиться за советом, ведь она знала, что не увидит насмешки или снисходительного взгляда. Эта вера в него с каждым днём разгоралась всё сильнее, вытесняя мысли о предательстве тех, кто был для неё семьёй. Он не лез в её дела, но она прекрасно понимала, что без его ведома вряд ли что-то могло произойти в этой стране, поэтому порой пользовалась своим близким к генерал-губернатору положением.       Пара переместилась на софу возле окна. Деви поджала под себя ноги и оперлась локтем на спинку, подпирая голову, а Кристиан сидел рядом в свободной позе. Кувшин с вином, покоился на столике рядом. К нему особо никто не притрагивался, одного бокала было достаточно, чтобы стать смелее. Дивии так точно. Она смеялась так искренне и звонко, что даже ехидная ухмылка генерал-губернатора стала похожа на улыбку. Когда глаза молодой госпожи стали туманиться, а веки тяжелеть, Кристиан настоял на том, чтобы она отправилась в спальню, потому что он хотел всё же дочитать книгу, которую начал ещё в поездке. Деви мягко улыбнулась, поднимаясь с мягких подушек софы, Тиан проделал то же самое следом, всматриваясь в серые глаза супруги.       Тонкие девичьи пальцы ласково погладили тыльную сторону большой ладони, переплетая их с мужскими. Дыхание Кристиана слегка нарушилось, как и сердцебиение. Он так долго ждал чего-то подобного от своей жены, которая оказалась с ним рядом против своей же воли, и вот второй раз за день она радует его своими прикосновениями. В горле пересохло, когда свободной рукой Деви перекинула густую копну волос на правую сторону, оголяя шею и ключицы. А затем сделала то, чего лорд точно от неё не ожидал: сняла с плеч халат, который упал возле её ног. Переступив его, госпожа де Клер повернулась к нему спиной и прижалась плотнее, умещая его руку себе на живот. Поднялась ей выше, и тонкие длинные пальцы коснулись груди сквозь полупрозрачную сорочку. Два тяжёлых вздоха распространились по комнате и, ударяясь о стены, упали вниз, прямо к их ногам.       — Что ты делаешь? — взволнованно спросил лорд, обжигая горячим дыханием нежную кожу жены.       — Разве сам не понимаешь? — её голос звучал хрипло, а сама Дивия продолжала вжиматься в грудь Тиана своей спиной.       Ему потребовалось так мало времени, буквально несколько секунд, чтобы принять решение, о котором, возможно, он потом пожалеет. Сухие губы прижались к пульсирующей на шее артерии. Надавив на неё языком, генерал-губернатор словил вздох своей госпожи и расценил его как знак абсолютного согласия. Его руки блуждали по аккуратному женскому телу, задирали лёгкую ткань сорочки на бёдрах, оголяли их. Губы сменялись зубами, которые оставляли на шее следы от укусов и потом вновь приносили обжигающее удовольствие от поцелуев. Дивия не думала, что вообще может такое испытывать, но сейчас, стоя к нему спиной и чувствуя, как его желание обладать ей становится сильнее, а быстрые и жаркие касания на шее распаляются по телу ядовитым огнём, не могла отказаться от этого ощущения ни за какие рупии.       Она резко развернулась к нему лицом и отчаянно выдохнула прямо в губы, задрав голову. Секундный зрительный контакт и Дивия втянула лорда в поцелуй, который он так долго ждал. Уверенный, желанный, растворяющий. Де Клер ответил резко, проникая влажным и горячим языком внутрь, ловил стоны сквозь ласку, пока сам аккуратно направлял девушку прямо к столу. Её руки обвили его шею, пальцы крепко вжались в кожу, а затем проникли под ворот белой рубашки, которая так невероятно подходила ему по статусу.       — Ты буквально сводишь меня с ума.       Его голос — шёпот, который таял между поцелуями. Лорд обхватил её за выпирающие рёбра и чуть надавил пальцами, заставляя Дивию шикнуть. Она простила ему эту маленькую шалость, глядя на его довольную улыбку и этот лисий взгляд. Лёгким движением Кристиан усадил свою жену на гладкую поверхность стола и чуть отошёл назад, рассматривая её в тусклом свете. В эту секунду сердце Деви сжалось. Неужели поспешила или сделала что-то не так? Судорожно сглотнув, молодая госпожа облизнула пересохшие губы, и тут же её лицо оказалось в цепкой хватке лорда.       Он стиснул её подбородок двумя пальцами и с удовольствием наблюдал за тем, как багровые от поцелуев губы податливо тянулись к его большому пальцу, который мягко оглаживал девичий рот. Как только де Клер втянула его внутрь и провела языком так неуверенно, но так отчаянно, желая поразить мужа, заставить его трепетать, Кристиан почувствовал в коленях дрожь. Эти серые глаза и абсолютная покорность творили с ним что-то невероятное.       — Ты будешь послушной, милая? — прохрипел мужчина, приникая ближе к уху.       Тихое мычание в ответ — и вот очередная глубокая трещина в британской выдержке. Дивия де Клер разрушает его, ломает стены и выворачивает наизнанку.       Недолго думая, Тиан вновь принялся усыпать поцелуями тонкую шею, облизывал каждую родинку и вдыхал аромат, который исходил от молодой жены. Спускался к ключицам и проводил кончиком языка по косточке медленно, распаляя внутреннее желание. Никогда прежде он не чувствовал себя так.       Коленом резко развёл стройные ноги в стороны и встал между ними, сжимая в руках бёдра. Дивия откинула голову назад, продолжая держаться за его плечи, чтобы не упасть назад прямо на документы. Они там были совершенно не к месту. Она заёрзала от желания унять волнение и трепет, которые наполняли её тело от его присутствия рядом. Ей было важно, чтобы расстояние между ними сократилось ещё больше, чтобы можно было ощутить трение.       От влажных дорожек на шее, которые уходили вниз, прямиком к завязкам между грудей, по телу пробежали мурашки. Не контролируя себя, Деви стонала под умелым, но чутким языком генерал-губернатора. Нет сомнений, он знал, как заставить даму дрожать. Но ей было этого катастрофически мало.       — Только не останавливайся, — неожиданно сказала госпожа де Клер и почувствовала сквозь поцелуи усмешку.       — Ты правда так сильно этого хочешь?       Ему было важно это узнать.       Она просто кивнула. За неё обо всём говорили вздохи: рваные, сладкие, хриплые. Дивия чувствовала, как сердцебиение стало чаще, оно гулом отдавало ей в голову. Хотела его громко и до безумия. Кристиан гладил её по волосам и что-то бормотал между россыпью поцелуев, которыми неустанно покрывал открытые участки её тела.       — Взгляни на меня, — просил он в один момент. Деви тут же повернула голову и встретилась с острой скулой мужа, оставляя на ней быстрый поцелуй.       Де Клер продолжила оставлять на его лице свои отпечатки, а лорд придерживал её под спину. Словил своими губами её, прикусил и ощутил, как это место опухает. В знак извинения Кристиан провёл языком, приглушая боль.       — Заранее прости за то, что я сейчас сделаю, — прошептала она, прерывая поцелуй.       Правой рукой нашла предметы позади себя, и они тут же слетели со стола. Документы разлетелись по полу, а следом с громким стуком упала чернильница, оставляя чёрные пятна на ковре и бумагах, над которыми так долго сидел генерал-губернатор.       — Если бы не эта ситуация, то я бы не позволил такой шалости, — отреагировал Кристиан, даже не вздрогнув, пока губы его жены так бесстыдно облизывали мочку его уха.       Его признание — искренность, за которую ей хотелось ухватиться и тянуть, чтобы он полностью открылся ей, и она могла понимать, что за демоны плетут сети в его душе. Лорд чуть толкнул её назад, и она упала на освобождённую поверхность стола. Руки Кристиана пробежались по плечам и спустились ниже. Ему так хотелось обнажить эти стройные ноги, которые всё это время не давали покоя мужской фантазии. Он наслаждался ей, любовался и будто специально изводил самого себя.       В паху уже давно стало тесно, и без того прилегающие брюки натянулись и доставляли дискомфорт. Но в приоритете была она — Дивия де Клер. Руки вновь вернулись к плечам. Послышался треск — под его пальцами порвалась ткань. Мужские руки освободили грудь, от его касаний Деви вздрогнула. Гортанный звук сорвался с губ Тиана, и он с жадностью приник к женской плоти. Он прикусывал вставшие от возбуждения соски, массировал грудь, целовал, гладил, выводил узоры языком, заставляя Деви дрожать под ним, извиваться и умолять продолжать эту сладкую пытку. В лёгких комом встал воздух, когда он провёл дорожку по ложбинке между грудей. Медленно пробрался к рёбрам, пощекотал носом смуглую кожу и вновь принялся осыпать поцелуями, которые так долго мечтал ей подарить. Руками продолжал её гладить, сжимать, царапать. Она вся была в его любви. Где-то она даже превращалась в багровые отметины.       Резко, будто против его собственной воли, рука медленно скользнула вниз, трогая внутреннюю сторону женских бёдер. Жар от его ласк расползся по всему телу, а когда он дотронулся до влажных складок между ног, то на губах появилась улыбка. Лорд поднял голову, пытаясь взглянуть в лицо своей жены.       — На тебе нет белья.       Дивия смущённо посмотрела в сторону и закусила губу, с трепетом ожидая, что он будет делать дальше. Холодные пальцы мягко касались горячей кожи. Между ног было мокро.       «Пожалуй, это лучший комплимент» — подумал Кристиан.       Он с особым удовольствием размазывал женскую влагу и чувствовал, как на его пальцах остаётся липкий сок женского желания. Всё это время его взор был устремлён на госпожу де Клер, которая сейчас выглядела развратно и дико. Так, как он хотел бы видеть её всегда.       Стоны стали громче, а дыхание тяжелее, когда Кристиан указательным пальцем проник внутрь лона. Руки Дивии коснулись его головы, и она притянула лорда к себе, чтобы оставить сладкий поцелуй, в который она собиралась вложить всё то, что зрело в ней в последнее время.       Деви задрала одну ногу на край стола, а второй зацепилась за талию Тиана. Она громко прохрипела, отпуская от себя его. Кристиан видел, что ей приятно и не останавливался, и не набирал темп, чтобы Деви не кончила раньше времени. Мучал своими касаниями и наслаждался тем, как она тает под его руками. Генерал-губернатор любил, чтобы всё было по его, всегда было важно держать всё под контролем, но своей жене ему приходилось уступать. И делал он это часто, но не сейчас.       — Потрогай себя, я хочу видеть, как ты это делаешь, — приказ сорвался с его губ, пока он с жадностью разглядывал молодое тело.       Дивия послушалась и дотронулась до своей груди, сминая её. Кристиан одобрительно хмыкнул, как бы намекая, чтобы она продолжала. Большим и указательным пальцем Деви массировала горошины сосков, прислушивалась к себе. Гладила своё тело, забиралась рукой в тёмные волосы, скользила вниз по шее и вновь возвращалась к возбуждённой плоти. От каждого её касания груди становилось приятнее. А затем тонкая женская рука спустилась вниз и там встретилась с рукой Кристиана, который аккуратно добавил второй палец. Деви это почувствовала и вздрогнула.       — Не больно? — поинтересовался он, оценивая ситуацию.       Она одобрительно коротко выдохнула на его действие, привыкая к новым ощущениям и давая лорду понять, что он всё делает хорошо. Тиан в нетерпении наблюдал за каждым действием своей жены. Когда её пальцы приникли к клитору и неумело надавили на него, генерал-губернатор простонал. Ощущения ей были незнакомыми, но приятными, поэтому она продолжила мягко его массировать, даже не догадываясь о том, что за буря творилась в голове её мужа.       Свободной рукой он расстегнул брюки и спустил их вниз. Пульсирующая мужская плоть уже даже начинала доставлять дискомфорт, потому что грань возбуждения давно пройдена. Ему хотелось войти в неё, почувствовать жар тела изнутри. Вся картина, которую он наблюдал так много и так мало времени одновременно — прекрасна.       Дивия лежала на его столе, она гладила себя и стонала под его пальцами. Кристиан с шумом втянул в себя воздух и провёл рукой по всей длине члена, понимая, что больше он не выдержит. Каждая секунда нахождения рядом с ней в таком положении сводила его с ума больше обычного.       — Сядь.       Деви непонимающе посмотрела на мужа, но сделала то, что он попросил. Достав пальцы из лона, он с удовольствием притянул их к себе в рот и облизал, наблюдая за взглядом своей жены. Он был размазан, но, как и всегда, притягателен. Стон сорвался с губ Кристиана, когда рукой Дивия притронулась к его возбуждённому члену.       — Возьми его плотнее… да, вот так, умница… А теперь дви… да-да, именно.       Каждая фраза на выдохе. Аккуратная женская ладонь делала всё с такой нежностью, и это Кристиану было немного непривычно. Дивия двигала по члену рукой, делая всё так, как сказал муж. Наблюдая за тем, как сменяются эмоции на лице, она не сдержалась и прижалась опухшими губами к груди Кристиана.       От него очень вкусно пахло. А кожа была мягкой. Губы хаотично исследовали тело, то поднимаясь к ключицам, то останавливаясь где-то возле сердца. Рукой Тиан зарылся в волосы супруги и потянул её на себя. Хватка была крепкая. На губах оставил мокрый поцелуй, намеренно проведя по ним языком.       — Если бы ты знала, как сильно я тебя хочу, — сказал Кристиан, глядя своими голубыми глазами в серые.       — Я знаю.       — Тогда думаю, ты не против.       Кристиан улыбнулся своим мыслям и продолжил целовать Деви, а она с удовольствием отвечала ему на эти ласки. Де Клер почувствовала, как он вошёл в неё, раздвигая стенки, проникая с каждой секундой глубже. Стопы Дивии непроизвольно натянулись, и она немного вскрикнула, зашипела, от чего Кристиан остановился, давая ей пару мгновений.       Толчки возобновились плавно, и Дивия сладко застонала, утыкаясь носом в мужскую шею. Тиан двигался в ней медленно и рвано дышал от желания. Внутри лона было горячо и мокро, именно так, как он хотел. Его руки крепко держали её за бёдра, оставляя на них белые следы от пальцев. Вместе с этим лорд что-то шептал ей на ухо, но Деви ничего не могла разобрать, утопая в собственных эмоциях и чувствах. С женских губ срывались стоны, которые генерал-губернатор тут же забирал себе, как трофей.       Чёткие грани «да/нет» окончательно стёрлись под горячим дыханием лорда, который нависает над Дивией хищником и ласково пускает свою холодную ладонь по внешней стороне бёдер.       Темп постепенно становился быстрее, а госпожа де Клер оперлась на руки, позволяя Кристиану взять её за тазовые косточки. Он потянул девушку на себя, придвинулся ближе, принимая более удобное положение, и его толчки в ней усилились. Лорд запрокинул голову назад и прикусил губу, зажмуриваясь. Дивия хватала ртом воздух жадно, будто боясь погибнуть прямо сейчас, окружала его изнутри тугим кольцом мышц.       Кристиан очень чётко уловил этот момент и резко вышел из Дивии, получая в ответ на это действие порцию недовольства. Она захныкала и тут же получила фирменную ухмылку. Руки лорда — руки истинного джентльмена. Ими он скользнул по стану, остановился возле острых колен Деви и чуть дёрнул её вниз, призывая встать на ноги. Голые стопы де Клер коснулись холодного пола, когда она почувствовала крепкую руку на своей талии и поймала влажные губы на своих.       Генерал-губернатор обернул жену спиной к себе и наклонил вперёд. Так, чтобы её туловище полностью лежало на столе. Дивия всхлипнула, когда его ладонь обожгла кожу ягодиц. Жар с этого места пошёл по всему телу, и ей казалось, что она вот-вот упадёт, одурманенная, если он перестанет держать её одной рукой под живот.       Кристиан вновь вошёл в Деви, и она выгнулась в спине, принимая его на всю длину. Он двигался в ней, постепенно набирая темп, иногда гладил, а иногда приникал к позвонкам губами, будто пересчитывая их. Тёмные длинные волосы разлетелись по аккуратной спине, и лорд не мог устоять перед соблазном коснуться их.       Запутываясь пальцами в локонах, он смотрел сверху на стонущую жену, которая скользит руками по столу до побелевших костяшек в попытке что-нибудь схватить и сжать. Ей стало жарко, лицо вспыхнуло и казалось, что сердце вот-вот остановится. Деви хватило ещё пару движений, чтобы то напряжение, которое скопилось в ней за время их близости, лопнуло и вышло из тела вместе с громким стоном.       Госпожа рухнула на стол, и все мышцы в теле постепенно начинали расслабляться. Кристиан упал на неё следом. Его ноги гудели, руки дрожали, а член пульсировал и находился внутри жены, которая неровно дышала.       Потребовалось несколько минут, чтобы они оба могли отдышаться, и генерал-губернатор поднялся. Рубашка прилипла к спине, и эти ощущения были не из приятных. Дивия встала следом и обернулась к лорду, который уже протянул ей руку, за которую она схватилась. Кристиан потянул жену на себя, и она оказалась в его объятиях.       Рука молодой госпожи коснулась чёрных волос мужа. Весь лоб Тиана был в испарине, как и тело. Она мягко погладила его и улыбнулась.       — Как ты? — спросил он, помогая ей слезть со стола.       — Очень хорошо, а ты?       Тиан улыбнулся и одними губами прошептал «потрясающе». Плеснув вина в бокалы, он протянул один жене, когда она накинула на себя халат. Девушка сделала пару больших глотков, потому что в горле пересохло. После пережитых эмоций, красная жидкость не казалась такой терпкой. Многое перестало ощущаться так, как прежде.       Она встала рядом с мужем, который вертел в руках ёмкость, и оценила состояние кабинета: весь пол был в чернилах, какие-то бумаги помяты, а какие-то и вовсе порваны. В душе ей стало стыдно за то, что она так поступила. Неизвестно, сколько ему придётся всё это восстанавливать.       Кристиан повернулся и заглянул Деви в лицо. Сделал глоток вина и облизал губы, не разрывая зрительно контакта. Ей очень шёл этот лёгкий румянец, но ещё больше подходил игривый блеск в глазах.

***

      Следующее утро наступило стремительно. Дивия де Клер проснулась в одиночестве. Осмотрев спальню сонными глазами, она вдруг вспомнила события прошедшей ночи и прикрыла лицо руками. Смущение захлестнуло её с такой силой, что молодой госпоже пришлось уткнуться носом в подушку, чтобы её визгов никто не услышал.       Дверь в спальню тихо отворилась, вошла служанка. Она сообщила, что генерал-губернатор ждёт госпожу внизу, а завтрак уже подан. Дивия очень быстро уловила настроение своей помощницы, потому что было трудно не заметить эту игривую улыбку и лёгкий румянец, которые появлялся, как только она смотрела на Деви.       — Что смешного? — не выдержала де Клер, глядя на служанку в отражение.       Та, помогая ей одеться, отрицательно замотала головой, как бы говоря, что ничего, а затем последовали извинения. Дивия вышла из комнаты и быстро спустилась вниз.       Генерал-губернатор чувствовал себя прекрасно и с нетерпением ждал, когда его супруга спустится к завтраку. Будить он её не стал, и даже несмотря на собственную усталость, проснулся очень рано, переполненный эмоциями. Кристиан правда испытывал к Дивии очень сильную привязанность, которая с каждым днём их совместной жизни становилась сильнее, а после проведённой ночи и вовсе полностью перевернула все его внутренности, связала их в тугой узел и несколько раз дёрнула вниз.       Ему хотелось как можно скорее увидеть Деви. Понять, что чувствует она, поэтому и не вытерпел — послал служанку проверить и разбудить, если что. И вот Дивия здесь. Лорд поднял на неё глаза и улыбнулся.       — Доброе утро, дорогая, — его голос звучал приятно, расслабленно.       С плеч молодой госпожи будто упал груз. Она почему-то так переживала о том, как будет вести себя супруг с ней после того, что между ними было. Деви села рядом с Тианом — по правую руку от него — и поприветствовала его в ответ.       Завтрак прошёл легко, и внутренне беспокойство Дивии окончательно утихло, поэтому перед тем, как Кристиан уйдёт, решила у него всё же спросить:       — Кристиан, что это с прислугой?       Сначала вопрос застал его врасплох, и он пытался понять, чём именно интересуется жена. И вдруг рассмеялся. Искренне и громко.       — Даже в таком большом доме слухи разносятся очень быстро.       Деви вопросительно выгнула бровь, а потом залилась краской. Как же она сразу не догадалась? Очевидно, слуги обсуждают то, что произошло между ними в кабинете лорда.       Генерал-губернатор встал со своего места и оставил поцелуй на макушке своей жены. А затем наклонился ближе, к самому уху, и произнёс:       — Хочешь, я заставлю их всех замолчать?       Госпожа немного повернулась к нему, оказываясь так близко, что её взгляд пробежался по его лицу и остановился на губах.       — Подумаю над этим, — сказала Деви, и лорд улыбнулся.       Его губы мягко прижались к её и втянули в недолгий, но безумно нежный поцелуй. От него у Дивии все мысли спутались, было понятно только одно: она совершенно не хочет мужа сейчас никуда отпускать.       — Я вернусь к ужину, — проговорил Кристиан прямо в губы и, оставив маленький поцелуй в уголке рта, продолжил. — К слову, я тут подумал. О слугах. Быть может, мы сможем забрать Айшварию из благородного дома Шарма?       Деви засияла. И как ей самой это в голову не пришло? Она согласно кивнула и проводила взглядом своего мужа, уже с нетерпением ожидая его возвращения.       Если бы кто-то сказал Деви о том, что она будет с гордостью носить английскую фамилию человека, за которого насильно вышла замуж, а в душе отчаяние сменится милостью, то она бы рассмеялась. Но вот она здесь, в его доме, делит с ним постель, хочет видеть его как можно чаще и верит в то, что он ей не навредит.       Интересно, с ним вся жизнь будет такая… мягкая?