Аквариум

— Я не уверен, что мистер Спок был бы заинтересован в подобной смене деятельности... — деликатно произнес Джим. Он был обязан убедить грианицанского короля, что ему не нужен новый фаворит. — Я думаю выставить мистера Спока в качестве одного из требований договора о поставке дилития, — совсем не деликатно ответил король. Мистер Спок невозмутимо (но Джим чувствовал, взволнованно и шокировано) топтался рядом. Не каждый день дипломатические переговоры заканчивались предложением руки и сердца. Особенно от аморфных рогатых зеленых существ. — Вы не понимаете. Мистер Спок уже... принадлежит другому. — Дилитий, — одно безобидное слово в устах короля прозвучало угрозой. «Отключим газ», — прозвучало в голове Кирка голосом Чехова. — А это обязательное условие всякий раз, когда вы заключаете договора? — влезла в переговоры специалистка по грианцианам. Даже блокнотик заготовила. Джим на секунду испытал к ней особое чувство любви, осознав, что девушка не столько заинтересована в культурном обмене, сколько ищет для них лазейку. — В данном случае я нахожу брачный союз дополнительным укрепляющим звеном в наших отношениях с Федерацией. — Но мистер Спок уже фаворит! Он занят! — в сердцах бросил Джим. Все пять глазок короля скептично уставились на него. — Чей? — прозвучало почти ехидно. — Я не нашел ничего подобного в его документах. Джим бросил нервный взгляд на Спока. Вулканец стоял чуть в сторонке, как засватанная девица, которой вот-вот мог бы стать! Даже не пытался отвоевать собственную независимость, предоставив себя в руки Джима. — Мой, — решительно отрезал Джим. — На Земле фаворитизм не оформляется документально, а предшествует брачному договору. Я могу сделать ему предложение прямо сейчас, если вам нужны бумажки, — заявил Джим и ожидающе повернул голову к Споку. Вулканец удивленно несколько раз хлопнул своими красивыми глазами. И сделал маленький шажочек в сторону и за спину Кирка. На лице Джима появилась торжествующая улыбка. — Бумажки меня не интересуют. Я знаю, как их подделывают. — Федерация не занимается грязным документооборотом, — нахмурился Джим. — Зато грязной ложью о своих отношениях — да, — три из пяти глазок короля подозрительно сощурились, а остальные два уже раздевали Спока. — Мне известно, что офицерам звездного флота запрещено вступать в отношения с друг другом. — А мы втайне! — едва не топнул ногой Джим, но вовремя сделал вид, что просто подошел ближе, чтобы устроить батл гляделок два на пять. — Лучшее доказательство — увидеть своими глазами, — ехидно произнес король и оставил на созерцании Спока один глаз, четырьмя впившись в Джима. Тот все-таки моргнул: даже в таком простом бою король оказался грозным противником. — Что?! — возмутился Джим, раскрыв оба глаза так широко, что смог смотреть во все пять короля. — А что? — хитро спросил тот. — Какие-то проблемы? — Капитан. — Специалистка дернула его за локоть. — Они и правда такое практикуют. Наличие свидетелей отношений имеет больший вес, чем документальное подтверждение. — Мы не будем делать этого! — вспылил Джим. И поспешно добавил: — Здесь. — Мы предоставим вам комфортные условия, — пообещал король, и его огромные склизкие губы поползли в разные стороны в подобии улыбки. Джим с ужасом подумал, что тот вполне мог бы откусить ему голову. По пояс… — А потом дилитий. Или... «Отключим газ», — обреченно булькнуло в голове. Джим оглянулся на Спока. Тот продолжал притворяться мраморным памятником несломимому герою Федерации. Своего прямого согласия, как и не согласия, на авантюру он не выражал. Джим мысленно вздохнул: уложить статую не сложно, главное, чтобы еще одна ее часть была достаточно мраморной. В конце концов, может, всё обойдется? * * * — В отчете напишем: «Были вынуждены вступить в половой акт в аквариуме для удовлетворения грианцицан», — вздохнул Джим, когда они вошли в предоставленную им «комнату». Это был самый настоящий аквариум с четырьмя зеркальными стенами, за которыми, очевидно, расположились зрители. — Грианицан, — на автомате поправил Спок. Наконец-то он отмер. — У меня были опасения, что нам предложат приступить сразу в парке. В центре просторной зеркальной комнаты стояла двуспальная кровать, рядом столик, кувшин с водой и пиала с маслом — очевидно для чего. Джим с опаской присел на край постели — достаточно мягкой и удобной для гуманоида. Даже интересно, как спят на них аморфные местные. Чуть поерзал и поймал осторожный и вопросительный взгляд Спока. Вся проблема была не в сексе, а в его публичности. «Ну, это же не впервые, — подумал Джим, прекрасно зная, что Спок думает о том же. — Сложнее будет притвориться, что это впервые. Так, чтобы грианциане думали, что это не впервые. А команда, что нет. Тьху ты, сам запутался», — Джим раздосадовано почесал щеку и нервно оглянулся, но сквозь зеркала так и не смог ничего рассмотреть. Вулканец осторожно присел возле него. Еще несколько секунд они обменивались взглядами, прежде чем Спок сделал первый шаг и стянул форменку через голову. — Не думаю, что это будет удобно делать в одежде. «Потому что одежда — это для быстрого и агрессивного секса», — мысленно добавил Джим. — Возможно, нам стоит обговорить некоторые моменты... — начал Кирк, памятуя, что у них есть зрители и, возможно, слушатели. Хотя он нигде не видел микрофонов, а лезть под кровать проверять было как-то не к месту. — Физиология вулканцев не отличается от человеческой касательно этого процесса. Вам не о чем волноваться. «Ты и так знаешь о том, чего не стоит видеть другим», — перевел с вулканского английского Джим. Он тоже снял верх. И придвинулся к Споку чуть ближе. В обычной ситуации он бы коснулся его бедра, нашел бы ладонь, сомкнул пальцы. Встретился бы глазами с глазами Спока, наклонился бы чуть вперед для поцелуя... — У тебя слишком влюбленный взгляд, ты нас раскроешь, — прошептал Спок вместо того, чтобы прижаться к его губам. Джим замер в миллиметре от его губ. — Сегодня без поцелуев? — так же тихо ответил Джим. — Так сексом занимаются только... Конец фразы утонул в поцелуе, которым Спок поспешил его заткнуть. Непривычно рваном, будто бы неловком. И тут же отпрянул, словно бы смутившись собственного порыва, уперся взглядом в пол и густо позеленел. Джим восхищенно замер — какой всё-таки актер умирал в Споке! Несколько секунд они неловко смотрели на ноги друг на друга, а потом Джим решительно встал лицом к Споку принялся расстегивать пояс. Взгляд вулканца, упавший на его руки, стал почти испуганным, и Спок резко поднял голову, едва заметно отрицательно качая головой. Наклонившись, чтобы расшнуровать ботинки, Джим шепнул: — Я не знаю, как начинать прелюдию, когда не могу тебя поцеловать. Давай просто... приступим. А там как-нибудь… Спок резко поднялся с постели, и Джим, дернувшись, уверенно ткнулся лицом ему в пах. Звук, который издал вулканец, было затруднительно трактовать как сексуальный. — Ой, прости, — отпрянув, Джим шлепнулся на задницу. — Наверное, это будет самый неловкий секс в моей жизни. «Такого даже в наш первый раз не было», — посочувствовал Кирк сам себе. Вместо ответа Спок протянул ему руку и помог подняться. Джим же бессовестно воспользовался инерцией впечатался поцелуем в его губы. Он ответил рефлекторно, привычно глубоко и твердо, но тут же поспешил сыграть в безучастность. Тогда Джим потянулся к его брюкам. В конце концов, имитировать отсутствие отношений им надо только перед командой, а вот перед инопланетниками наоборот — сущую страсть. — Не притворяйся, что не хочешь целовать меня. У тебя так стоит, что тебе никто не поверит, — шепнул Джим ему в губы, ловко забираясь ему в брюки. Спок изобразил робкие попытки в поцелуй и поспешное обучение технике. Его рука по-хозяйски легла на ягодицу Джима и привычно сжала сквозь брюки. Кирк издал стон и ткнулся эрекцией Споку в бедро. — Джим, ты стонешь слишком натурально... — пробормотал Спок, разрывая поцелуй и разворачивая Джима спиной к постели. — Я бы так не стонал, если бы ты не использовал те самые приемы... уф! — конец фразы был прерван вздохом, и Джим упал на кровать. Встать он не смог: Спок поймал его ногу и стянул сначала один сапог, а следом и второй. — Мы могли бы не раздеваться до конца... — пробормотал Кирк. Спок зыркнул на него украдкой. — Тогда вид не соответствовал бы антуражу, — расплывчато парировал он, но Джим его понял. Секс в одежде входил в личный список кинков Спока — он бы не смог продолжить играть в вулканскую невинность, а просто выдрал бы его на зависть всем зрителям, и пусть сослуживцы пишут рапорты сколько угодно. Пока тот занялся собственной обувью, Джим, извиваясь на постели, потянул вниз штаны. — Разве это не должно было выглядеть так, словно нам неловко? — на выдохе прошептал Джим, рассчитывая на вулканский слух. — Наверное, — произнес Спок и встал коленями на постель. Его зеленый, налитый член вытянулся вдоль живота. Придвинувшись вперед, он положил руку Джиму на бедро и мысленно продолжил: — А ты хотел бы немного принуждения? Джим придвинулся. Со стороны — неловко и смущенно, а на деле — содрогаясь от возбуждения, вызванного этой фразой. — А ты мог бы? — с придыханием спросил Джим. — Только если мы сами попытаемся представить, будто это впервые, — ответил Спок, опуская голову и снова зеленея щеками. Его выдавали только дьявольские искорки в глазах. Джим мысленно восхитился. Он мягко коснулся плеча Спока, словно утешая. Погладил. — Закрой глаза. Я буду направлять тебя. Я убежден, что все, кто на нас сейчас смотрят, думают, что ты должен быть страдающим от процесса невинным цветочком. Сыграй для них это, а я сыграю в утешение. Спок кивнул, страдальчески зажмуриваясь. Свободная рука Джима легла на бедро, погладила и сразу обхватила твердый зеленый член. Спок вздохнул, но тут же вернул самообладание и даже изобразил слегка мученическое выражение лица, будто Джим не ласкал его привычно выверено, чуть прокручивая ладонь, а натурально пытался надругаться над вулканской честью. Пока одна рука ласкала его, другой Джим нашел ладонь Спока, незаметно сплетая пальцы в поцелуе. Но лишь для того, чтобы протянуть его руку к своему члену, прося сжать. Спок обхватил его — мягко, невесомо, словно бы неумело, но Джим едва не взвыл — Спок знал, что такие легкие поглаживания буквально сводят его с ума. — Я буду снизу, — сообщил Джим. — Растяну себя сам. По коже телепатически скользнула досада Спока — он любил делать это своими чувствительными пальцами, нависая сверху и покрывая лицо и шею любовника поцелуями. Джим отстранился, зачерпнул немного масла из пиалы и откинулся на спину, широко раздвигая ноги и открывая Споку шикарный вид. Вулканец показательно вспыхнул, отвернул лицо, снова опустил голову, но его руки, будто живя собственной жизнью, кончиками пальцев приласкали внутреннюю сторону бедер Джима, а возбужденный взгляд украдкой исподлобья пожирал соблазнительный вид любовника. Джим сосредоточенно смочил колечко ануса, размазал масло по пальцам и скользнул внутрь только одним, на одну фалангу. Катастрофически мало, словно щекотка, но ему надо было изобразить девственную задницу, поэтому, сморщившись, он повернул голову на бок, продолжая проталкивать в себя пальцы. Дырочка растягивалась предательски быстро, и Джим покраснел уже по-настоящему, припоминая, что всего лишь этим утром Спок уже был в нем. По самодовольному блеску в темных глазах, который видел украдкой, он догадывался, что Спок думает о том же. Он ведь еще и кончил внутрь, а теперь мечтал увидеть, как остатки спермы останутся на пальцах. Джим незаметно пнул его в бедро, чтобы Спок не пялился так сильно. Руки вулканца, все еще уверенно (слишком уверенно для того, кто изображает неуверенность) сжимающие бедра Джима, спустились ниже, приласкали область вокруг члена. Одна опустилась на мошонку, приподняла, другая обхватила член. Спок потянулся вперед, к пиалке, и его член скользнул вдоль члена Джима. Кирк охнул. Совершенно несдержанно. И еще более несдержанно добавил в себя третий палец. — Черт с ней, с командой, — зашептал Джим. — Трахни меня немедленно по-нормальному. Спок навис над ним и поймал его взгляд. Его собственные глаза пылали. «Мне нравится, что они смотрят, — мысленно поделился Спок, и его голос звучал подчеркнуто спокойно. — Смотрят и знают, что ты мой. Я бы хотел кончить на твое лицо, чтобы они это запомнили». — Смею напомнить, что это я предъявляю на тебя права, — зашептал Джим, кусая себя за губу, чтобы не думать, избавиться от картинки в сознании о том, как Спок держит его за волосы и на коленях, когда надрачивает себе и снова кончает. Он пропустил момент, когда вулканец смазал себя и дернул его за бедра поближе к себе — четко и властно, – надавил под коленями, задирая ноги повыше и приподнимая таз. Джим всхлипнул и вынул пальцы, чтобы раздвинуть ягодицы. Головка прижалась точно к дырочке, и Спок без промедления толкнулся, плавно входя сразу на всю длину. Джим поспешно закусил ладонь, чтобы заглушить вскрик слишком очевидного удовольствия, и только тихо поскуливал, когда член Спока вышел и снова вошел практически без промедлений. Точно, он же сам просил по-нормальному... Наклонившись вперед, Спок закинул его колени себе на плечи, сменил угол и на пробу сделал несколько медленных толчков, сразу набирая темп. — Готовься, теперь на Энтерпрайз будут ходить сплетни о том, что ты — секс-машина, — пробормотал Джим сквозь стоны, цепляясь руками за колени Спока. — Что внутри тебя кроется кровь диких предков и в постели ты просто берешь, складываешь и... — Джим, хватит фантазировать вслух, — почти несбившимся шепотом ответил Спок, втрахивая его в кровать. Джим сфокусировал поплывшее зрение, чтобы отправить Споку обиженный взгляд. «Скажи мне лучше, — вулканец отодвинулся, вышел, и принялся перекладывать Джима на живот. — Ты себя комфортно чувствуешь? Нам нельзя имитировать оргазм. Мне нужно, чтобы ты кончил». Джим ощутимо вздрогнул, даже член дернулся. Спок кивнул сам себе, довольство просочилось сквозь кожу. — Я же не игрушечный! — буркнул Джим, перевернутый, как кукла, — Споку даже не потребовалось его участие. — Конечно, нет, — услышал он голос у самого уха и почувствовал, как твердый член трется о его ягодицы всей длиной. Спок вжался в него бедрами, и Джим тихонько застонал, представив, насколько страстно это выглядело со стороны. — Ты не игрушечный, из плоти и крови... Мягкой, соленой человеческой плоти, выделяющей феромоны с потом... — А теперь ты вслух фантазируешь, — хмыкнул Джим, раздвигая ноги и одной рукой оттягивая ягодицу. Спок приглашение принял: даже не направляя себя, скользнул в ложбинку, уперся в дырочку и толкнулся, снова сразу на всю длину. Они синхронно застонали. Спок, опираясь на колени и грудью о спину Джима, задал темп. — Ты не ответил на мой вопрос, — прошептал он в шею Джима, по которой сразу же побежали мурашки. Тот с удовольствием отметил, что его дыхание наконец-то сбилось. — Смогу ли я кончить? Думаю, да, но... Знаешь, мне нужно… это как наркотик... Или как условный рефлекс, я уже не знаю, — с придыханием пробормотал, попросил Джим. — Я понимаю. Ты заслуживаешь этого, — выдохнул Спок, наклонился и лизнул кончик его уха. Джим застонал. Мелкие поцелуи прошлись по плечу, вторя неглубоким толчкам. — Я люблю тебя. Мне хорошо с тобой. От удовольствия твои мышцы напрягаются, твердеют, но внутри ты мягкий и податливый, словно всегда гостеприимный для меня, — шептал Спок под аккомпанемент тихих стонов, скрытых в ткани постели. — Мой т'хайла, моя любовь, моя нежность, мое сердце... Он скользнул носом по щеке Джима, намекая повернуться, и перехватил с его губ рваный стон поцелуем. Уперевшись локтем в постель, он провел пальцами от плеча до ягодицы, нежно и ласково, словно утешая. — Мой хороший, выпусти это из себя, покажи мне, как ты любишь меня. Отпусти себя. Я так горжусь тобой. Как капитаном, как партнером, как ты заступился за меня, как не побоялся за свою честь... Джим ощутимо дрожал, явно будучи на грани. Спок знал, что теперь, после нежных слов, после небыстрых, но чувственных глубоких толчков, ласкового поглаживания по голове и жарких поцелуев Джиму не понадобится много. Всего лишь одно. Спок протолкнул руки ему под грудью, плотно вжимая в себя, придавливая сверху, чтобы можно было лишь чуть дышать. Плотность вокруг, тяжесть сверху — как ощущение любви и защищенности, от которого так накрывало Джима. Дополнительно он сдавил его руки в предплечьях, обездвиживая их обоих, только слегка двигая бедрами. — Давай, мой хороший, я чувствую, как ты сжимаешь меня внутри. Мой прекрасный. Душа моя. Самая яркая моя звезда... Последние сбивчивые слова Спока прозвучали так тихо, что он и сам их едва услышал. Они утонули в совместном стоне, в полном всхлипов оргазме Джима, в дрожи его тела, в последних толчках Спока. Растворились в их взаимном удовольствии. По открытой телепатической связи сладким ядом текло удовольствие, редко доступное другим — счастье быть обнаженным душой. Не разжимая объятий, Спок помог им лечь на бок. Удовольствие медленно растворялось в венах, наполняя их свинцовой тяжестью, и ничего больше не хотелось, кроме как ощущать друг друга. Джим медленно перевернулся на другую сторону, уткнулся носом Споку в шею, а когда тот сильнее сомкнул руки, издал удовлетворенный вздох — так звучало счастье. О том, что где-то там за стенами были зрители, оба предпочли на эти мгновения забыть. * * * Про команду Джим и Спок смогли снова думать уже позже, когда одевались. Вместе с этой мыслью пришло и смущение. Из присутствовавших на миссии были только старые сослуживцы. Едва ли кто станет болтать об увиденном. Но всё же никогда не знаешь, где кроется враг, только и ждущий, как бы донести на них за нарушение субординации. Но стоило Джиму осознать, что миссия выполнена, как он тут же забыл про смущение. Отлично! А свидетельством этого было кислое лицо короля, который со сдерживаемой злостью и жадностью смотрел на них двоих. — Всё, как договаривались, — тихо буркнул тот, без помпезностей подписывая договор в кабинете. — Вам дилитий, нам технологии. И провизию. — Технологии. И провизию, — сиял в ответ Кирк, улыбаясь. — С вами приятно иметь дело. Джиму казалось, что король вот-вот плюнет ему в лицо, но этого не случилось. Команда ждала их в комнате отдыха. Сияющий Джим распахнул двери и столкнулся с любопытными и смущенными лицами подчиненных. — Дело сделано, — махнул Джим паддом. Кто-то в комнате хихикнул, Боунс, сидящий тут же на диване со стаканчиком чего-то мутного, бросил на пару как всегда хмурый взгляд. — То-то мы не видели. Сияешь, как надраенный пятак. А, погодите, тебя же в самом деле отодра... — конец слова утонул в стакане. Джим смутился, но не мог заставить себя перестать улыбаться. Спок памятником потерянной чести маячил где-то за его спиной. — Вы всё видели? — тихо спросил Джим у друга. — Король не позволил нам выйти. Сказал, что нужны свидетели и с нашей стороны. Не то чтобы ваше кино пользовалось популярностью. Всё-таки, глаза всегда можно отвести... Но... — Но? — осторожно спросил Джим. — Но уши надолго не заткнешь. У вас возле кровати стояли микрофоны. Улыбка сползла с лица Джима. Их видели — это не было проблемой, потому что и так было публично. Но их разговоры не были публичными. Вот почему король им поверил так легко. «У тебя слишком влюбленный взгляд, ты нас раскроешь», — услышал Джим в своей голове. Он обернулся на Спока — тот побледнел. Джим воровато оглянулся и осознал, что все смотрят на них. Но встретиться глазами так ни с кем не смог: люди поспешно отводили взгляды. «Мой хороший, выпусти это из себя. Я так горжусь тобой», — эхом прозвучало в голове Джима, и мурашки пробежали по позвоночнику. Хотелось провалиться сквозь пол. Он снова посмотрел на Спока. Надо было срочно что-то придумать. Какое-то оправдание. Объяснить, почему они вели себя так, будто спят вместе уже давно. Причина была: потому что они в самом деле давно. Надо было срочно солгать. Мысли Джима заметались по комнате, выискивая идею, чтобы… чтобы… — Знаете, — он криво улыбнулся, пытаясь вернуть лицу сияющую улыбку, — мы с мистером Споком договорились сыграть роли, и свою мистер Спок отыграл на «ура». Такой актер пропадает... — начал было врать Джим, но его быстро прервали. — Капитан, — робко подала голос научница. — Мы никому не скажем об этом. Мы уже договорились. По залу прошел тихий гул согласия. — Джим, — Маккой отрицательно покачал головой. Капитан вопросительно поднял бровь — у кого только набрался? — Не надо. Все и так знают. — Знают что? — он непонимающе моргнул, улыбаясь. — Да все на Энтерпрайз давно знают, что вы вместе, — произнес кто-то сотрудников. — Мы знали, что вы хорошая пара, но даже не представляли насколько... — с другого конца послышались пьяные всхлипывания. Брови Джима поползли еще выше — кажется, на кого-то их представление произвело неизгладимый эффект. — Мне такого никто никогда не говорил... А я ведь даже замужем была! И мой муж даже не был вулканцем... — голос сорвался в рыдания. — Кайла! — к девушке подбежали подруги. Джим озадаченно обвел взглядом сотрудников, чувствуя одновременно облегчение и волнение. Чуть улыбнулся — если это правда, и все сохранят этот день в секрете, то у него самая лучшая команда в мире. Он снова взглянул на Спока — совершенно зеленого со стеклянным взглядом, упертым в пол. Джим дернул его за рукав, привлекая внимание. Когда их взгляды встретились, и Спок отмер, Кирк азартно улыбнулся, встал на цыпочки и коротко поцеловал его в губы. Под тихие неритмичные аплодисменты из зала.