Языковой барьер

– О, Нарфанис, звучит знакомо, – Лололошка мельком читает выпавший листок. – Ты... Ты перевёл это?! – парень крепко сжимает чужие плечи. – Ну да. Тут же написано, – мироходец даже не пытается выбраться из этой хватки. – Где ты нашел прочтение этого слова?! Я перерыл все наши архивы и словари, но не мог найти чтение этого слова, – создаётся впечатление словно неизвестного сейчас накроет нервный срыв и истерика одновременно. Выглядит жутко. – Это же и так понятно, – Лололошка опускает голову, чтобы увидеть текст. – Нарфанис имел сокращённое название, которое использовали жители этого города независимо от статуса - Нар. – Как?! Мы всем курсом бьёмся над этим отрывком уже две недели, а ты с ходу прочитал?! – голос срывается и дрожит. – Какой ты факультет? – Экология и природопользование. А что? – Я украду тебя. Я украду тебя и заставлю переводить, – парень маниакально смеётся. – Джей, лингвисты все такие или только ты отличаешься? – Дилан появляется откуда-то слева, отцепляя Джея, как выяснилось. – Ты не понимаешь, что он сделал! – кажется, что еще чуть-чуть и тот взорвётся. – Он перевел ЭТОТ отрывок. Тот, которым я тебе весь мозг проел. У нас будет автомат на экзамене! – Джей едва ли сдерживает голос тихим, а в конце крепко обнимает Лололошку. – Я у тебя в долгу. И могу узнать твое имя, экология и природопользование? – Лололошка. Приятно познакомиться. – Погодь, – лингвист хмурится, а после поворачивается к Дилану. – Тот самый Лололошка? – Ага, – флегматично отзывается тот. – Тот самый Лололошка, который сделал выход в окно и светит глазами ночью. – О. Добавь к его титулам еще знание языка Древнего Мисра, – усмехается парень. – На уровне носителя. – Лололошка, – Дилан говорит это не просто устало, а скорее заебанно. – Что ещё я должен знать о тебе? Боги в друзьях? Или- Оу. – Мне не нравится как звучит это "оу", – Джей вновь хмурится. – Ты никогда не использовал "оу" в своей речи, – Дилан же продолжает молчать, собирая пазл по рассказам Лололошки в его приступах лунатизма. Древний мир, рабы и их владельцы, скарабеи. – Пиздец, – емко выдаёт тот. – Полнейший пиздец. Джей, госпожа Окетра тебе знакома? – Да. Она была одной из тех кто продвигал науку в древности. А вот ты откуда знаешь хороший вопрос, – Джей оглядывается по сторонам, чтобы найти где можно присесть вне университета. – Давайте-ка на улицу. Знаю я одну тихую лавочку. – Зачем? – идти куда-то не хочется. Вообще у Дилана уже давно закончился запас слов для социального взаимодействия, но это же Лололошка. С ним без проблем не прожить. Очередной выход за пределы, как говорилось в одном старом аниме. – Ты используешь "оу", – лингвист загибает один палец на выставленной руке. – Ты сматерился. Дважды. Подряд. А ты этого не сделал даже когда у нас вырубили свет в середине важной игры, – на каждое предложение тот загибает еще один палец. – Пять причин. Тебе мало? – Напомни, почему я вообще с тобой разговариваю, – постепенно внутри копится усталость, которая позже будет превращена в раздражение. Все-таки общение не для него. – Мы хороший дуэт в игре, – что правда, то правда. Именно поэтому Дилан вообще изначально и стал общаться с кем-то кроме Брендона и, вынуждено, Карла лишь из-за хороших каток с Джеем. – Пойдёмте, – парень идет вперед, лавируя в потоке людей, а Лололошка и Дилан просто идут за ним. Приходится едва ли не обойти университет, чтобы дойти до нужного места. Людей вокруг в правду нет. – Я же говорил тихое место. Сюда всем лень тащиться. – Даль несусветная, – парень не собирается молчать. Проще было бы доехать до общежития и уже там выйти на поляну за остановкой. – Неважно. Я узнал про госпожу Окетру от Лололошки. Он лунатит и разговаривает во сне. – И что же я говорил? – мироходец надеется, что в этих рассказах может содержаться разгадка того кем он является. Эти странные приступы видений чего не было и возможность телепортироваться не признаки обычного человека. – Медвежья пыль из самого запоминающегося, – сдержать фырканье не получается. Это было хотя бы забавный приступ лунатизма в отличии всех остальных. – Прости, – Лололошка отводит глаза в смущении. Ему так понравился этот странный предмет, что он частенько просто так балуется этими звуками. Но чтоб будить соседа по комнате... – Что это такое? – Джей выглядит заинтересованным, поэтому мироходец достает горстку пыли и развеивает ее в воздухе. Раздаётся звук сирены. Он повторяет процесс. Появляется звук вентиляции из игры. Вновь сирена. – Ладно, это самая странная срань из всего мной увиденного. Где ты вообще- так, не важно. Что он ещё говорил? – Что у него была госпожа Окетра. Он дружил с убийцей Даной. Скульптур хочет похитить мое место. И что ему дал меч Бог Фараон, – приходится немного покопаться в воспоминаниях, чтобы вспомнить сказанное ранее. Всё-таки тогда он просто игнорировал слова Лололошки, считая их бредом. – Про братство из серебра и золота. Три шахты. Скарабеев и скинт. И что-то про осколки, – стоит сказать последнее как Лололошка странно замирает, а после того начинает сильно шатать, лицо белеет, сливаясь с толстовкой. Спустя мгновение того рвет. – Лололошка?! – Осколки парадокса? Я это сказал? – это первое что тот произносит. – Да. Вот именно это. И что это за приступ сейчас был? – Джей же молча протягивает воду, чтобы тот мог промыть рот. – Спасибо, – приходится несколько раз набрать воды в рот прежде чем уйдёт мерзкий привкус желчи. – Такое уже было несколько раз. Когда ко мне приходят воспоминания о прошлом. Накрывает сильная усталость и головокружение, слабость в конечностях, тошнота. – И рвота, как выяснилось, – лингвист молчит несколько мгновений, обдумывая свою идею. – У меня есть знакомый с курса переводчиков, он может помочь. У них есть доступ к тем архивным документам, которого нет у нас. Он парень молчаливый и в принципе не очень говорливый. Совсем как Лололошка. – Хах, нет, он как раз-таки говорливый, – фыркает Дилан. – Тут нужно спрашивать самого Лололошку хочет ли тот копаться в этом. – Да, хочу. Я хочу узнать кто я такой. У меня ощущение, что за этим кроется нечто большее, – тот звучит максимально серьёзно. – Хорошо, – кивает Джей. – Я поговорю с ним. На этом прощаюсь, – тот салютует двумя пальцами от висков. – И почему же ты свалился именно на мою голову? – устало произносит Дилан.