Он может (Potest)

Это было нелепо, странно: наручники все еще сковывали руки, а вокруг — Пожиратели Смерти. От абсурда ситуации хотелось смеяться и плакать одновременно. Руки дрожали, глаза, чуть посеревшие и с темными кругами, блестели безумным блеском. Гарри Поттер не хотел признавать, что сейчас он совершенно беспомощен, не способен дать отпор окружающим магам. Его пугала перспектива получить клеймо на всю жизнь, исполнять чужие приказы. Но, пожалуй, самым страшным было одно — ему нужно было снова столкнуться с Ним. Фыркнув, Гарри принял вертикальное положение и, уже немного более собранный, зашел в открытый зал. Зал, столь пышно убранный в бордовых и черных тонах, поражал воображение своей вычурностью: колонны, упирающиеся в антаблемент, то тут, то там проблескивало серебро. Окна, которые могли бы открывать вид на то, что находится за пределами замка, были закрыты плотными бархатными шторами с мелким узором из вышитых гадюк. Поттер чуть ли не присвистнул от величия местной архитектуры и масштаба, но все равно продолжил свой путь. Паркет вскоре сменился крупным ковром в цвет комнаты — он был чистым, без единого пятна. Стены украшали картины, элементы декора и многое другое. Гарри не стал вглядываться в эти детали, вместо этого он сосредоточился на главном элементе интерьера, который своим величием не уступал самому зданию. По центру стоял длинный стол — кажется, там могло бы поместиться с десяток человек. Прямоугольная форма намекала на то, что о каком-то равенстве с начальством мечтать не стоит. Следуя за Краучем-младшим и другим магом в черном, с которым тот весело перешептывался, Гарри не заметил, как в помещение стали собираться другие люди. Главное место во главе стола оставалось пустым. Стоя за спинкой стула своего "опекуна", Гарри потирал освободившиеся запястья, словно намекая, что негоже его «гостю» стоять в цепях. Поттер же воспринял это по-другому — чтобы удержать тебя, не нужны даже цепи. Стоя и откровенно пялясь на новоприбывших Пожирателей, Гарри начинал скучать. Хоть где-то, в глубине, ему было страшно. Все те, кто заходил в масках и рабочих мантиях, вскоре снимали и то, и другое. Под мешковатыми балахонами и уродливыми масками скрывались маги в парадных нарядах — некоторые дамы были одеты в роскошные платья. Поэтому, когда Темный Лорд бесшумно проскользнул в помещение, это сборище чистокровных магов походило на закрытую вечеринку в Малфой-меноре. Поттер никогда не бывал в других домах благородных родов, кроме Блэков, где не было таких пышных залов, поэтому и сравнивал все с тем, что уже видел. Как только дверь открылась, в помещении воцарилась гробовая тишина. Хотя, уместнее было бы сказать, что еще до того как самый опасный волшебник столетия вошел внутрь, все уже знали о его приближении — тяжелая аура обволокла всех и каждого. Шрам слегка кольнуло, отчего дернулся и сам избранный, тут же наткнувшись на блеск малиновых глаз, что так пристально наблюдали за его реакцией. Легкая полуулыбка быстро сошла на нет, и Гарри чуть сжался, не желая привлекать столько внимания к своей персоне. Мантия зашелестела, как на ветру, и Поттер понял, откуда у Снейпа этот пафос. Хотя, признаться, выглядело это безусловно эффектно — за Лордом в зал ползла огромная змея. Нагайна шелестела и распиналась о удачной охоте, приставая с вопросами о делах насущных. Маг же лаконично отвечал ей, вселяя ужас и страх в своих последователей — они не понимали, что взбредет в голову их Лорду. Кто-то ущипнул Гарри за ногу, и тот едва не вскрикнул. Это был его новоиспеченный «друг». Сначала Поттер не понял, что от него хотели, но, увидев, как каждый из присутствующих кланяется, а некоторые падают на колени, ему стало ясно, что ему тоже предстоит подчиниться. Что за отвратительное поведение? Тихий смешок вырвался, нарушая гробовую тишину зала. Десятки глаз устремились на него. Температура в комнате сразу упала на несколько градусов. К счастью, помощь пришла откуда не ждали. — Прошу любить и жаловать, это наш новый… подопечный. Гарри Джеймс Поттер станет одним из нас и будет служить Милорду. Но пока что он на испытательном сроке. — Благодарю, Бартемиус. Каждый из вас получит возможность поработать с нашим дорогим гостем, обучая всему нужному. Однако в основном Барти будет сопровождать нашего гостя.. Волан-де-Морт говорил без запинок, медленно и с расстановкой. Это совершенно не вязалось с тем образом, который наблюдал Гарри из ночи в ночь: сбивчивая речь, истерический смех, крики, шелест и шипение. Тогда Темный Лорд казался поистине безумным. Из мыслей вырвал незаметный для других, но сильный толчок в бок. Ему уже сказали, как себя вести. Навлекать проблемы не хотелось, тем более что нужно было подобраться к этой шайке как можно ближе. Чуть поклонившись, не доходя до отметки «почтительно», он вернулся в исходное положение. Поттер столкнулся с еще более суровыми взглядами: одни были возмущены явным неуважением к Его Темнейшеству, другие недоумевали, почему какой-то мальчишка не унижается, как все остальные. «Я Гарри Поттер, господа» — каждый и так знал его имя. Но по правилам этикета он был обязан представиться сам. А еще на это намекала волшебная палочка, что упиралась ему в спину. Сам Крауч-младший был ярым фанатиком, и такой тон ему не понравился. Лишь один человек оставался равнодушен к этому вопиющему нарушению, хотя казалось, что ему в первую очередь следовало бы возмущаться. Мгновение, и Гарри понял, что ошибся. Взмах палочки, и с тихим шелестом проклятья вырвался красный луч. Поттер ожидал чего-то такого, но боль была настолько сильной, что, не устояв на ногах, он грохнулся на пол, извиваясь в агонии. Когда перед глазами все начало меркнуть, а мир покрылся белыми пятнами, проклятие было снято, а его поставили на ноги. Тяжело дыша, Гарри все еще ощущал последствия. Тело продолжало крутить, а в руках стреляла боль. Чуть ли не всхлипывая, он поднял глаза, пытаясь понять, как долго он пролежал. Казалось, голоса не было, а из носа и рта шла кровь. На кладбище было не так больно — наверное, Темный Лорд был сильно ослаблен или даже не старался. — В следующий раз, Гарри, пожалуйста, не забывай о субординации. Я же уже просил, — на тонких губах Волан-де-Морта играла улыбка. Он был явно в отличном настроении. Чуть помедлив, Гарри предпочел засунуть свою гордость подальше, поклонившись, тихо произнес: — Да, милорд. Дальнейшее не имело смысла — это было просто маленькое представление. Поттера все еще трясло, но он держался на ногах после проклятия. И вот, наконец-то, то, ради чего собрались все присутствующие — посвящение. Гарри шагал к указанному месту, в груди кольнуло, пульс участился. Капельки холодного пота выступили на спине — он все еще был в оборванных тряпках преступника. Лорд начал свою речь, обозначая, что после «стажировки» Гарри станет полноправным Пожирателем Смерти. Поттер пропускал это все мимо ушей, мельком оглядывая людей за столом. У каждого были свои мысли на этот счет: одни восхищались великодушием своего Лорда, другие были напряжены предстоящим сотрудничеством, третьи заинтригованы. Под конец короткого вступления Гарри протянул руку, нехотя позволяя палочке коснуться себя. Он все еще не знал, как это происходит, и уже не волновался. Пару успокоительных зелий, которые ему влили в глотку еще в СИзо, действовали успешно, поэтому, кроме легкого отвращения, Гарри ничего не ощущал. — Клянешься ли ты, Гарри Поттер, что будешь моим верным вассалом? Что всегда будешь верен и никогда не предашь? Что будешь беспрекословно подчиняться указам своего Лорда? — Клянусь. Честью своего рода я клянусь, что сделаю все, что от меня требуется. Слова сами сорвались с губ. Простые слова, но как только он произнес их, боль сковала руку, и на ней медленно вырисовался череп, из которого выползла змея, чем-то схожая с василиском. Сделав пару оборотов, она замерла, наливаясь чернотой. Гарри почувствовал, как гримаса отвращения и страданий застыла на его лице. — Ты принят. Шелест мантии известил об уходе Темнейшего, и сильнейшего мага. Спустя какое-то время тишина наполнила комнату, и Гарри заметил, что все исчезли, кроме самого Крауча. Тот хмыкнул и похлопал его по плечу, направляясь к выходу, увлекая Гарри за собой. А куда он денется?