Fools in love

— Аканэ-кун, приветик! — непонятно откуда взявшаяся Ясиро чуть не сбила с ног бедного вице-президента, относящего в комнату студенческого совета очередные «важные» бумаги, налетев на него с объятиями. И с чего вдруг такие действия? Аканэ и Ясиро никогда не были хорошими друзьями. Их даже друзьями назвать было сложно, просто одноклассники. Пару раз они, конечно, пересекались в разных обстоятельствах, спасали друг другу жизни и просто весело проводили время вместе, беседуя о чем-либо вместе с Аой-чан, их общей подругой. Скорее, они были просто знакомыми. Поэтому объятий и прочего в их общении никогда не было, и это резкое резкое объятие показалось Аканэ очень странным. — Аканэ-кун, тут такое! Думаю, ты обязательно должен это знать, потому что для тебя это очень важна информация. Знаю, ты очень занят и вся остальная чепуха… — чуть ли ни на одном дыхании говорила Ясиро, да так быстро, что Аканэ даже не сразу понял суть того, о чем девушка говорит. — Слишком быстро. Говори помедленнее, — он поудобнее взял бумаги в руки и уже более медленным шагом направился в кабинет студенческого совета, слушая рассказ Ясиро. — В общем: иду я, значит, по коридору школы и замечаю впереди себя Аой-чан. Она там шла куда-то… понятия не имею куда, но при мне в том направлении она никуда никогда не ходила… — Не думаю, что это имеет значение, давай ближе к делу, — резко перебив Ясиро, произнес Аканэ, поправив очки на переносице. Нэнэ, казалось, даже не услышала его слов, увлеченная своим рассказом. — Но я бы не обратила особого внимания на это, если бы она не шла с каким-то парнем за ручку. Он чуть выше тебя ростом и, такой, знаешь… Темноволосый. Да, вроде такой. Аканэ на это лишь хмыкнул, не придавая этим словам никакой значимости и не выражая к этому рассказу особого интереса. — Это еще не все! — заметив безразличие вице-президента к ее рассказу, раздражённо произнесла Ясиро. — Дальше — больше. Слушай и не перебивай! Так вот. Я остановилась посмотреть, так как это выглядело странно. Потом они тоже остановились, наклонились друг к другу, и поцеловались! Представляешь! Аканэ лишь пожал плечами, не выражая ничего, кроме полного безразличия. — Тебе что, совсем не интересно? — удивившись такой реакции парня, спросила Нэнэ. — Ты же любишь ее, разве нет? Не ты ли вечно делаешь ей комплименты, покупаешь и даришь цветы, ухаживаешь за ней, вечно говоришь о любви? Почему тебе все равно? — Нет, Ясиро-сан, — ответил он спокойным голосом, — недавно я потерял к ней интерес и мои чувства просто перегорели. Да и я уже знаю о том, что она любит другого. Ясиро только ошеломленно открыла глаза, не зная, что на это ответить. Только тихое «ого» сорвалось с ее уст спустя минуту после услышанного. Но к этому времени одноклассники уже успели подойти к кабинету студенческого совета, и Ясиро с Аканэ пришлось попрощаться и пожелать друг другу хорошего дня, прежде чем Аой зашел в кабинет. — Аой, ты долго, — произнес Тэру, переведя взгляд на Аканэ, закрывающего за собой дверь в кабинет. — Знаю, — ответил он, проходя к своему месту и выкладывая на стол бумаги, которые все это время нес с собой. — Зачем эти дурацкие бумаги нам вообще нужны? Не вижу здесь ничего важного, серьёзно. Только тяжелые, гады. — Это, Аканэ, не просто «дурацкие бумаги», а написанный мной план небольших выступлений на выпускной. Сам знаешь, до выпускного осталось всего две недели. И это важно. — Выступления на выпускной? Да кому они нахрен нужны? Уверен, ни у кого не будет желания стоять два или три часа на жаре, смотря какие-то выступления, вместо того, чтобы просто отстоять двадцать минут, послушать речь директора, выпуститься наконец со школы и пойти домой со спокойной душой! — видимо, разозлившись, ответил Аканэ. — Да и нам еще больше работы с этими выступлениями… — Ты думаешь, я этого хочу? Аканэ на мгновение замолчал, чуть отодвинувшись на стуле от стола, понимая, что Тэру прав. Этого же не выбор Минамото, а выбор учителей. А учителя, конечно же, дали эту работу студенческому совету, потому что у них самих дел полно. Он лишь тяжело вздохнул, откинувшись на спинку стула. — Почему все так сложно… то одно, то другое… — вдруг произнес он, сняв очки с лица и потерев глаза. Просто подумав о том, сколько им предстоит сделать за эти две недели, хотелось заснуть и не просыпаться больше. — В жизни никогда не бывает легко, как бы этого не хотелось, — ответил Тэру, подвинув к себе принесенные вице-президентом бумаги, и начиная их перечитывать. Вдруг он перевёл взгляд на Аканэ. — «То одно, то другое» — это что? Аканэ тоже перевел взгляд на Тэру и столкнулся взглядом с холодными голубыми глазами, выражающими некий интерес. Аой придвинулся на стуле ближе к столу. — Да там… я шёл к тебе с этими бумагами и на меня вдруг Ясиро-сан накинулась с объятиями. Мне даже спрашивать не пришлось, с чего это вдруг, потому что она сама начала рассказывать, мол, там Ао-чан с каким-то парнем поцеловалась, а когда я сказал, что мне плевать, и объяснил нашу ситуацию с моими чувствами к Аой, то она просто посмотрела на меня, как на идиота. Может она все-таки и подозревает что-то, не знаю… но мне кажется, что слишком рано обо всем этом знать кому-то еще. — В смысле? — только и спросил Тэру, вопросительно изогнув бровь. Аканэ тяжело вздохнул, то ли от безразличия Минамото к рассказанной им ситуации, то ли от его глупого «непонимания». — Мне хватило того раза, когда ты своей семье о нас рассказал в очень «удачный» момент. Такого стыда я еще не испытывал, наверное. Тэру тихо рассмеялся, спрятав лицо в ладонях, явно позабавленный всей этой ситуацией, которая произошла ранее. Такое и вправду крайне тяжело забыть и невозможно вспомнить без стыда, особенно в случае Аканэ и Тэру. — Ну я же не знал, что все так сложится, — с усмешкой ответил Минамото, краем глаза взглянув на сидящего впереди него Аканэ, который явно был недоволен ответом. — Да ладно. Правда, что ли? А кто тогда будет знать? И вообще, это была твоя идея. Я просил оставить это все на потом, — возразил Аканэ, неодобрительно посмотрев на президента. Тот лишь невинно пожал плечами, мол, не его вина. Аой вздохнул. — Президент, тебя хоть что-нибудь заботит? — Ты говорил, что Ясиро-сан, возможно, может подозревать о наших отношениях. Все же, даже не смотря на мое публичное отношение к тебе, — Аканэ фыркнул от возмущения, отвернувшись, — я, наверное, единственный из твоего окружения, к кому ты реально можешь испытывать чувства, так еще и настолько резко, что она узнала об этом только сейчас. Да и узнала не от подруги, а от тебя. Странно, если задуматься, не считаешь? Вице-президент, казалось бы, задумался над этой темой, но это не так. Он лишь тяжело вздохнул, отложив очки на стол. — Знаешь… как бы сильно мне не хотелось, чтобы кто-то узнал обо всей этой мути с отношениями, даже если Ясиро-сан узнает, доверять ей можно в любом случае. Она никому не расскажет преждевременно, главное вовремя попросить ее об этом. — А если не успеем? — вдруг спросил Тэру, несколько скучающе подперев голову рукой. Простые, хоть и серьезные разговоры быстро могли наскучить ему, как и сейчас. — Но сейчас она же не знает. — А если знает? — Не думаю, — возразил он, устремив взгляд на часы, — она точно еще не успела додуматься. — Аой, она на самом деле девчонка умная, легко может догадаться, — усмехнулся Тэру. — А ты, я смотрю, так и ждешь этого с нетерпением? — раздражаясь, ответил Аканэ, переместив взгляд на Минамото. — Ну, нет, если честно, — со смешком в голосе ответил президент. — По тебе не видно, — с нескрываемым раздражением бросил Аканэ, недоверчиво сузив глаза. Тэру в ответ на эти слова снова усмехнулся, опустив голову на сложенные на столе руки. — Глаза у тебя странно блестят. Влюбился, что ли? — с долей шутки в голосе спросил Аой, прекрасно зная ответ на этот вопрос. — Не поверишь, но да, — подыгрывая помощнику, ответил Минамото. — Переигрываешь. — Плевать. Я тебя люблю. — Вау, я даже удивлен. Такой честью такой дурак, как ты, меня еще не одаривал, — ответил Аканэ, улыбнувшись. Глаза у него теперь тоже странно поблескивали. Наверное, от чувств, вдруг переполнивших его душу. — Я тебя тоже. — Почему дурак? — Потому, что я до сих пор не простил тебя за тот случай у тебя дома. Ты реально дурак. Влюбленный дурак. Сначала издеваешься надо мной, а потом… — А потом извиняюсь, — резко перебил Тэру, неодобрительно посмотрел на Аканэ, будто тот сказал какой-то бред, совсем не относящийся к ситуации, или же прилюдно про что-то наврал. Аой скривился, вроде в отвращении, а вроде в непонимании. — Странные у тебя… попытки извиниться. Очень странные. Никогда бы не подумал, что этим ты собирался извиниться… — Да не начинай ты, — оборвал его Минамото, смущенно отведя взгляд в сторону. — Я попробовать хотел… — Извиниться? — усмехнулся вице-президент, едва заметил смущение на лице старшего. — И извиниться тоже. Аканэ громко рассмеялся, вновь вспомнив тот момент так называемого «извинения», заставляющий его снова и снова краснеть. А насколько это было позорно, когда это заметили Тиара с Коу… Тэру тогда долго объяснялся, зажав смущенного помощника в объятиях. Минамото наконец перевел взгляд на возлюбленного, щеки которого немного покраснели даже от воспоминаний случившегося, и улыбнулся. — Зато было весело, да и эмоций много. — Из эмоций я испытывал только дикий стыд, — скептически посмотрел на президента, ответил младший. — По твоему, это много? — Хватит придираться к мелочам. Я же пытаюсь найти компромисс и хоть как-то сгладить эту ситуацию, а ты только обижаешься, — нахмурившись, ответил Тэру. Аканэ не стал ничего отвечать, только вздохнул, и вновь откинулся на спинку стула, устало потирая глаза. — Это было очень стыдно. Да и мы не собирались за такое короткое время рассказывать кому-то о наших отношениях. Я правда тебя люблю и все такое, но, по моему мнению, слишком рано кому-то об этом рассказывать… — Ты тоже дурак. — Че? — переместив взгляд на Минамото, спросил Аканэ. Взгляд у того был отчасти серьёзный, а отчасти веселый. Да и вновь в его взгляд вернулся тот самый загадочный блеск, означающий сильную любовь, а на губах расцвела улыбка. — Ты тоже дурак, — повторил президент, — влюблённый дурак. Но влюбленный взаимно, и любимый в ответ. Аой замолчал, отчего-то смутившись. Вроде бы обычные слова, даже оскорбление, хоть и безобидное, но почему-то эти слова смущали и заставляли сердце биться чаще от переполняющих его чувств нежности и любви, исходящей от самого Тэру и его слов. А Минамото и не нуждался в ответе. Заметив смущение в лице вице-президента и поняв, что особо ничего от него больше не дождёшься, он потянулся через весь стол, чтобы со всей присущей себе нежностью и любовью мягко коснуться таких родных и манящих к себе губ самого дорогого человека в его жизни. В животе у обоих приятно скрутило, но никто не обращал на это внимание, полностью отдаваясь столь прекрасному моменту и стараясь отвечать на поцелуй. Но на секунду Аканэ отстранился, отвернувшись, чтобы скрыть и без того нескрываемое смущение, на что Тэру лишь усмехнулся. — Я тебя люблю, — пробормотал Аой, тяжело дыша. — И я тебя, — с улыбкой ответил Минамото, вновь целуя возлюбленного. Ясиро, наблюдавшая в чуть приоткрытую щелку двери за происходящим, была готова запищать от радости, только после этого ей бы явно не поздоровилось, да и портить этой парочке такой момент совсем не хотелось. Нэнэ, не издавая ни звука, аккуратно закрыла дверь и тихо пошагала прочь от кабинета студенческого совета, вся счастливая и радостная за этих двоих. Только дойдя до такого родного туалета, в котором обитает ее любимый призрак, ожидающий ее уже минут двадцать, девушка усмехнулась. — Реально дураки… влюблённые дураки, — пробормотала она, но вдруг заметила махающего ей рукой в знак приветствия призрака. — Ой, Ханако-кун, приветик! Прости, что долго, у меня было важное дело, о котором я пока не расскажу!