Как они ласкают тебя

~ Ризли Большой деревянный стол жалобно скрипит, стоит сильным рукам его владельца усадить тебя на него сверху. Тебе давно хотелось испытать его на прочность, однако ты не ожидала, что твоё положение на нём окажется столь неудобным: твёрдая шершавая поверхность, разбросанные по ней папки с документами и пишущее перо, древко которого так неудачно оказалось прямо под твоей спиной. Несмотря на то, что в этот самый момент твой возлюбленный находится перед тобой, все твои мысли заняты этими маленькими неудобствами. Ты размышляешь, стоит ли тебе поменять положение или… Вскрикиваешь от боли и резко дергаешься, когда острые зубы возлюбленного вонзаются в нежную кожу на внутренней стороне твоего бедра, мыслями возвращая тебя к происходящему между вами двумя. – Что за… – ты пытаешься отстраниться от виновника твоего дискомфорта, – зачем ты это сделал? Отойди от меня, я ухожу... – Прости, прости, – мягко успокаивает он, оглаживая место укуса, – мне показалось, что ты отвлекаешься. Больше я не буду кусаться, честное слово. Ризли поднимает на тебя невинный взгляд своих голубых глаз, в которых читается немая просьба не отталкивать его. Ты неодобрительно фыркаешь и закатываешь глаза, – уж слишком часто твой возлюбленный использует этот приём, чтобы повлиять на тебя, – однако позволяешь ему вновь приблизиться к тебе. Довольный собой, он широко улыбается, возвращаясь на излюбленное место между твоими бёдрами, покрывая их внутреннюю сторону поцелуями. Раздвинув твои ноги чуть шире, Ризли припадает носом к промежности и шумно вдыхает твой аромат. Ты смущаешься и пытаешься прикрыться рукой. – Не нужно делать подобных глупостей… Он цепляется зубами за край твоего нижнего белья и рывками стягивает его. За собственным оглушающим сердцебиением и быстрым рваным дыханием ты улавливает нетерпеливое урчание, какое издают голодные звери, которым не терпится поглотить долгожданную добычу. Сегодня этой добычей являешься ты. Впрочем, как и всегда. Его язык прижимается к твоему влажному входу, скользит вдоль пульсирующих от возбуждения половых губ и достигает чувствительного клитора, чтобы уделить тому особенное внимание. Ты хватаешься руками за край стола и шумно выдыхаешь. По твоему телу проходится волна мурашек. Ризли приподнимает тебя за ягодицы и рывком придвигает ближе к себе, вырывая из твоей груди в равной степени удивлённый и испуганный вскрик, затем размещает твои ноги на своих плечах. Такое положение несколько смущает… оставляет тебя полностью уязвимой перед волей возлюбленного, однако остатками ясного сознания ты осознаёшь, что тебе это очень нравится. Действия Ризли решительные и напористые. Он полностью владеет ситуацией и твоим телом, доставляя тебе удовольствие тем образом, который кажется ему наиболее правильным, позволяя тебе лишь наполнять его кабинет самой прекрасной из музык – твоими очаровательными, полными восторга стонами. Твоё тело содрогается от накрывающей тебя волны удовольствия, когда ты ощущаешь, как острые зубы возлюбленного вновь ранят твою нежную кожу. – Ты снова это сделал… – ты упираешься стопами в его плечи с намерением оттолкнуть, но не унимающаяся в ногах дрожь не позволяет этого сделать, – что за человек… – устало шепчешь ты и тихонько смеешься – он неисправим. – И сделаю это снова, – ухмыляется Ризли, он проводит языком по твоей щиколотке и оглаживает колени ладонями, – ведь тебе это нравится. Ты прикрываешь глаза и устало выдыхаешь, мысленно соглашаясь с его словами. Тебе действительно нравится это, чего не скажешь об этом столе… – Можно мне уже слезть отсюда? – Конечно, – отвечает Ризли, – тебе можно всё, – и на мгновение задумавшись, добавляет: – если это не нарушает закон. ~ Невиллет Отчаянно цепляясь руками за витиеватый подлокотник над твоей головой, ты лежишь на лишённом излишней мягкости, но не лишённом изящности диване, обнажённой кожей ощущая нежный бархат обивки. Обводишь языком губы – они стали сухими и покрылись маленькими трещинками от твоего частого и горячего дыхания – и прикусываешь одну из них, пытаясь, тем самым, приглушить вырывающийся из груди протяжный то ли стон, то ли плач. Безрезультатно. Ты не понимаешь, как долго это длится… и когда закончится. Кажется, будто время остановилось в тот самый момент, когда ты позволила усадить себя на этот, без преувеличения, роскошный диван. Приподнимаешь голову, чтобы взглянуть на возлюбленного, что устроился между твоих округлых бёдер, жадно поглощая тебя, и попросить его о небольшой передышке, но слова застревают у тебя в горле, превращаясь в тихий жалобный скулёж. Невиллет довольно урчит, ему определённо доставляет удовольствие видеть тебя такой. Его длинный нечеловеческий язык медленно движется вдоль твоих половых губ, собирая с них влагу, чтобы достигнуть возбуждённого клитора, нежные и аккуратные прикосновения к которому болезненно отзываются во всём твоём теле. Ты с трудом выносишь столь пьянящие голову ощущения и содрогаешься от каждого трепетного касания, что дарит тебе возлюбленный. Невиллет справедлив, а потому он по справедливости воздаёт тебе ту трепетную нежность, которую ты проявляешь по отношению к нему… Он поднимает на тебя свой полный обожания взгляд лишь затем, чтобы рассмотреть выражение твоего лица в момент, когда его длинные изящные пальцы погружаются в твой влажный вход. В одно мгновение твоё уже изрядно измотанное долгими ласками тело берёт мелкая дрожь, а на глаза наворачиваются слёзы. В надежде прекратить наконец эту сладкую пытку, ты сдвигаешь бёдра и мягко отстраняешься от возлюбленного, однако его сильные руки одним властным движением возвращают тебя на прежнее место. – Пожалуйста, – хнычешь ты, прикрывая раскрасневшееся от внутреннего жара лицо руками, – давай остановимся на этом… я больше не могу… Невиллет задумчиво хмыкает. Он делает что-то неправильно? Твоё тело такое податливое и чувствительное в его руках, трепещет от его прикосновений, поцелуев, ласк… Тогда почему ты плачешь и просишь остановится? – Прошу прощения… я не понимаю твоей реакции, – признается он, успокаивающе гладя тебя по голове, – мне казалось, что тебе нравится… – Так и есть, вернее… было, – устало выдыхаешь, прикрывая глаза. – Мне и правда всё очень нравилось, я чувствовала себя хорошо, пока все ощущения не стали слишком сильными и яркими, что даже… больно. Невиллет замирает, в его глазах поселяется тревога. – Я сделал тебе больно? – Нет, нет, не переживай, – ты обхватываешь его лицо руками и улыбаешься, осознавая, сколько всего ему ещё не известно о человеческой природе, – ты меня не так понял… Я всё тебе объясню, только сначала можно мне… воды? Облегченно выдохнув, Невиллет оставляет на твоём запястья поцелуй. – Для тебя – сколько угодно.