Искупление

На следующий день слуга спокойно предупредил Кая о времени, когда начнутся переговоры. Сэм всё так же ныл про бесполезную болтовню, которую ему приходиться слушать. Паж прилежно выполняя поручения господина, передавал послания советникам и обратно. Потом к разговору подключился секретарь, так что в конце концов за полчаса до начала переговоров Кай сидел в своём кабинете и смотрел как секретарь перепроверяет документы. Всё было слишком обычно. Кай не понимал, почему все ведут себя так спокойно. Будто ничего не случилось. Само собой его разум знал, что случилось что-то лишь для Кая, Евы и Амиры. Других это не коснулось, а потому для них ничего не произошло. Но сам Кай внутри чувствовал изменения. Слишком много он за один вечер узнал о мире другого человека. Человека которого он раньше вообще не видел. И дело не в том, что Кай не внимательный. Ева будто нарочно вела себя незаметно. Чёрно-белый внешний вид, с единственным, да и то слабым синим акцентом у воротника. Лицо без косметики и длинная чёрная коса позволяли ей исчезать и теряться на фоне фрейлин и придворных. Кай часто видел Еву рядом с советниками Касии и как при этом редко она говорила. Но ведь люди с ней советовались. Кай вспомнил разговор сестёр. Само собой для него не было новостью, что старшие дети могут издеваться над младшими. Тут все, как и в любой другой семье. Но неужели Император поднял руку на собственную дочь. Кай немало времени провёл в Золотом Дворце и до этого был уверен, что хотя бы любовь к отпрыскам является искренним и скорее всего единственным достоинством Императора. Даже проблемную, хитрую и проказливую Лисичку Император любил и опекал. Так почему же Ева стала исключением? И когда именно вышла из общего строя. Кай точно помнил, что до смерти Четвёртой Императрицы Император всячески баловал дочь. Когда и что случилось дальше? Дверной стук вырвал Кая из размышлений. Чуть не упав с кресла от неожиданности, принц схватившись рукой за край стола спросил: «Кто?». Стук был довольно энергичный и торопливый, будто гость куда-то спешил. — Ваше Высочество, переговоры начнутся через десять минут. Вас уже заждались! — А это ты Томас, — с облегчением выдохнул Кай. — Уже иду. Кай не очень спешил. Императорская семья Касии была до невозможного высокомерной. В противовес им большинство слуг и придворных с Каем как с человеком высокого статуса вели себя почти раболепно. Не то что опоздание, а вообще неявку ему простили бы без единого вопроса. А единственный член Императорской семьи присутствующий на подобных рабочих заседаниях, не склонен был открыто выражать своё мнение. Что уж говорить о жалобах и пререканиях. Когда Кай поднялся и вошёл в зал, всё было как обычно. Место напротив представителя Касии было свободно. Слева от представителя сидела тонкая фигура в чёрном. Остальные места были заняты секретарями, писарями, советниками и прочими иногда сменяющимися лицами. Кай уверенно занял своё место. Секретарь тут же положил перед ним первый лист, будто был уверен, что господин не помнит с чего начинать. А Кай вообще-то всё помнил. Но иметь секретаря, который сомневается в том, что ты вообще читать умеешь было очень удобно. Такой не постесняется подойти и если ты действительно сглупил как ребёнку, понятно, но аккуратно объяснить, что ты написал полную чушь. Хотя надо признать самолюбию это иногда вредило. Подчинённые того же Лэя вообще не смели поправлять господина или хоть как-то намекать на совершённые им ошибки. Подчинённые Кая, как иногда казалось, специально искали к чему бы ещё прокопаться. Конечно, на самом деле это было не так, но дипломат иногда ужасно хотел повесить всех тех замечательных людей, благодаря которым его работа почти всегда была достойным примером окружающим. Переговоры шли гладко, как в целом и всегда. Ничего особо нового или удивительного не было. Когда срочные вопросы накопившиеся за отсутствие Кая были решены, начались уточнения. Это уже была забота советников и секретарей, потому что помнить конкретные цифры принц не собирался. Освободившийся фокус внимания дипломат перенёс на тонкую фигуру. Ева была в своём привычном закрытом траурном платье. Коса сегодня была ещё свободнее чем обычно. Несколько прядок выбились и сползли вперёд, закрывая лицо. Присмотревшись Кай тут же заметил какую-то странность. Что-то было не так, но что именно принц понял далеко не сразу. Потребовалось несколько минут, чтобы отфильтровав слой косметики, разглядеть чуть опухшую щёку. Цвет был искусственно и надо признать качественно выровнен с остальным лицом. Макияж с целью не привлечь внимание, а наоборот спрятаться. Если не присматриваться не заметишь. Волосы наверное для того же чуть распущены. Ева несколько раз обращалась к Каю, но лишь для соблюдения приличий. Если дело касалось обсуждаемой темы, то девушка тихо говорила или вообще быстро писала свои мысли на листе и передавала их через Представителя Касии или сидящего слева от неё Третьего Советника. Пару раз Кай замечал, как они передают ей документы. Казалось, она просила их сделать это, но при этом не размыкала губ. Скорее всего, был какой-то знак, который Кай не знал, а потому и не мог заметить. Сама Ева документы Представителю не передавала, но когда секретарь потерял какое-то соглашение, помогла быстро найти его среди остальных бумаг. Она явно была хорошо знакома со всем, что творилось в совете международных отношений Касии. И только сейчас Кай понял, как это странно. Если Герция расщедрилась прислать издалека своего второго принца в роли посла, сам Император должен почтить все переговоры и конференции своим присутствием. На крайний случай первый принц. А вместо этого перед дипломатом сидела тринадцатая принцесса. Кай попытался вспомнить, кто раньше сидел на её месте. Это оказалось трудно. В конце концов, память, выдала образ первого принца Касии который на памяти Кая ни разу не сказал ничего дельного, да и вообще присутствовал там лишь для проформы. На фоне него пусть и молчаливая, но включённость Евы казалась чудом. Переговоры закончились. Само собой никаких окончательных решений принято не было. Предложения были высказаны устно и переданы в бумажном виде. Теперь Кай будет сидеть вместе с чтецом и думать над тем все ли пункты пары десятков предложенных Касией соглашений подходят Герции.