Твое сознание

Тиканье часов отдаётся эхом по комнате, где отсыпаюсь за последние нескольких бессонных ночей, ну или пыталась отоспаться. Вибрация и звонки мобильного телефона разносятся по всей кровати, заставляя меня тянуться к источнику звука. И вот уже, еле-еле нащупывая в темноте телефон, я нажимаю на кнопку ответа, даже не смотря на то, что кто-то решил позвонить мне среди ночи. — Миледи, — слышу я голос друга на том конце провода. — Доброй ночи! — Ты время видел? — Тихо спрашиваю я, заранее запоминая, дать ему по лбу несколько раз за то, что не дает отдохнуть. — Видел, — насмешливо отвечает он, будто радуется этому. — Ты лучше этот вопрос убийце задай. — Чего? — От одного только слова «убийца» мои уши навострились. — Поступил вызов о новой жертве, — голос парня вдруг стал серьезным. — Просят приехать незамедлительно. — Слышу, как Грег заводит машину. — У тебя минут двадцать, чтобы собраться. — Поняла, жду. Встав с кровати, я направляюсь в ванную комнату, чтобы освежиться холодной водой. Все четыре дня, которые я посвятила расследованию дела Анны Уотсон, мне пришлось объехать множество разных мест и узнать о девушке как можно больше. В итоге нам удалось найти двоих людей, которые могли быть причастны к совершению преступления. Первой была Вероника Гольс, старая подруга Анны. Оказалось, что убитая украла у нее парня около года назад, а затем бросила его. Недавно обе девушки встретились, чтобы обсудить некоторые вопросы. По словам Вероники, она требовала компенсации от Уотсон за то, что та увела ее любимого и потом отбросила его, как ненужное существо. Однако Анна лишь рассмеялась и отказалась от такой интересной идеи. Размышляя над этим, мы с Грегом пришли к одному выводу. Эта ситуация могла послужить мотивом для убийства. Месть. Вторым подозреваемым стал парень, которого Уотсон бросила, уведя у подруги. Джексон Вайт. Соседки из общежития рассказали, что парень заходил к ним в комнату месяц назад и угрожал, что убьет Анну, если она не начнет встречаться с ним снова. Однако, когда мы задержали Джексона в полицейском участке как основного подозреваемого, у меня и у других возникли смешанные чувства. Парень был физически слабым и хрупким, хотя и говорил грубо. Его тело не соответствовало описанию убийства. Мы не сомневаемся, что Вайт мог бы поднять топор, но сил ему бы не хватило, чтобы отрубить ноги. Я одеваюсь наспех и выскальзываю на улицу, не предупредив маму о том, что ночью меня опять не будет. Мой взгляд тут же улавливает знакомый автомобиль, припаркованный за углом нашего дома, и я направляюсь к нему. — Как спалось, миледи? — Такой же сонный, как и я, интересуется Грег. — Всего пять часов — откидываюсь на спинку сиденья. — Что там опять случилось? — Тело девушки, — начинает рассказывать друг, ведя машину по дороге. — Как сказал Джош, гулявшие ночью подростки наткнулись на девушку, что лежала с ночным клубом, но проблема в ней… — Удиви меня наконец. — Рядом с ней лежали ее собственные глаза. — Чувствую, мне скоро кошмары будут сниться, — тяжело вздыхаю. Примерно через полчаса Карс доставил нас к ночному клубу «Элита», в котором полчаса назад резко утихла громкая музыка, заставив всех гостей в считанные секунды захотеть разбежаться кто куда, но у них это не вышло. Теперь все будут допрошены о жертве. Я же сейчас стою и рассматриваю очередную девушку. Ее черные под каре волосы растрёпаны, на лице также видны парочка царапин от ногтей, признаков удушья или переломов в этот раз не имеется, зато присутствуют пустые глазницы, из которых текла кровь, окрашивая все вокруг в красный цвет. Если осматривать все тело в принципе, то никаких других признаков насильственной смерти не имеется, кроме синяков и кровоподтеков. — Один и тот же убийца? — Спрашиваю я рядом присутствующих. — Похоже на то, — соглашается со мной Дональд. — У прошлой рядом были поставлены ножки, у этой идеально ровно с головой лежат два зеленых глаза. — Значит, тех, кого мы задержали, можно отпускать, — выдыхает Грег. — Мы просчитались. — И все же, — начинаю я, — надо будет всех опросить и посмотреть камеры. — С видеонаблюдением неполадки, — опровергает мои надежды один из специалистов. — Владелец клуба сказал, что это не главная часть «Элиты», и поэтому здесь нет камер наблюдения. — У кафе не было камер, у клуба их нет, — вспыхивает во мне порыв злости. — А на все остальное деньги у всех всегда находятся. — Хопер — грозно произносит мою фамилию Дональд. — Спокойнее. Занимает уйма времени на допрашивание каждого гостя данного места. Все как один говорят одно и то же. «Мы веселились, ничего не видели и не слышали». «Вот знаете, мне вообще не до вашего убийства». «Слушайте, отпустите домой, пожалуйста. Я все равно ничего не знаю». Честно думала, в эти моменты взорвусь. Но у нас остались еще пять подростков, которым не сиделось дома, и теперь они главные свидетели по этому делу. С ними мы уже беседовали утром в участке, под присмотром родителей. Ведь, как оказалось, двое из ребят: дочь и сын из богатенькой семьи. — Повторяю вопрос, — устало уже говорю я. — Кто из вас пятерых обнаружил первым труп? — Не знаю, — чуть ли не кричит на меня 14-летний мальчик. — Говорю же, шли, шли. И видим: девушка лежит, а рядом с ней глаза. Сестра заверещала и убежала, я за ней последовал, остальные давай кому-то звонить. — Когда ты был уже рядом с сестрой, вы вернулись к друзьям? — Нет, они сами к нам пришли и сказали, что та девчонка мертва, — подперев кулаком подбородок, отвечает парнишка. — Ты видел кого-нибудь по близости? — И еще раз нет. Ничего не меняется, ни следов, ни свидетелей, ни кого. Начинает напрягать второй труп, а каких либо серьезных улик у нас не имеется. — Что будем делать дальше? — Усаживаюсь на свое место в кабинете. — Хороший вопрос — крутиться на кресле из стороны в сторону Грег. — Пока не знаю. — Ждать третьего трупа? И что на этот раз с ним будет лежать? — Сердце? — Очень смешно — корчу ему гримасу. — Я могу тебе сказать лишь одно — я перевожу на него внимательный взгляд. — Мария Долкор, такая же, как и Анна Уотсон. — Подробнее. — Приехала из бедного городка, работала в «Элите» танцовщицей, но при этом особого интереса на себя не привлекала… — Стой, — обрываю я его. — Это же противоположность. Анна всегда старалась пользоваться интересом мужчин, а Мария, наоборот, их не привлекала. — Думаешь, есть взаимосвязь? — Не хочется этого говорить, ну я могу понять это только с третьей жертвой. — А если это будет парень? — Суть не измениться, — пожимаю плечами. Как бы мы не старались, не искали, погружаясь с головой в это дело. Мы остаемся на месте или ходим по кругу. Знакомая ситуация. Кажется, такое было и пятнадцать лет назад, когда все следователи и полицейские встряли в тупик, с одним лишь шансом развернуться назад и больше не заходить обратно. Такое сейчас и с нами. Слушая очередной отчет Дональда, мне в голову прилетает одна занятная идея. Буквально минуту назад в рассказе Рихта пронеслись слова: «Было обнаружено маленькое тату в виде стрекозы за ухом». Не знаю почему, но я отчетливо вспомнила покрытые руки и ноги разными татуировками на теле Анны. — Если они были знакомы раньше, — говорю я. — Кто именно? — Анна Уотсон и Мария Долкор, — отвечаю я, глядя задумчивым взглядом в серый пол. — Вдруг где-нибудь давно, в детстве пересекались. Знали друг друга. — Хопер, это уже не ко мне, а к своему Карсу. — Да, знаю — киваю и благодарю мужчину за работу, а затем удаляюсь, рассказывая о своей мыслишке другу. За мной приезжает такси, и пока автомобиль меня везет обратно в офис, я уже открываю приложение «Карта» на смартфоне. Введя маленький городок Оил в строку «Откуда», а затем деревню Джас в строку чуть ниже «Куда». Вся карта начинает бегать, увеличиваться и уменьшаться, показывая мне через пару секунд расстояние от объектов. Всего 30 км. — Извините, — обращаюсь я к водителю. — Вы можете примерно сказать время от одного города до другого, если ехать всего 30 км? — Ну так это будет около 30 минут, а может, и дольше, — отвечает таксист. — В зависимости от скорости автомобиля и дороги, по которой он едет. — Спасибо большое. — У вас, девушка, — продолжает мужчина, — есть конкретные города? Вдруг да. И я там был. — Город Оил и деревня Джас, знакомы вам? — я смотрю на него, а он смотрит на меня в ответ через зеркало. — Знакомы. — Переводит взгляд на дорогу. — Я родился на середине этих мест, деревня Олески, до города немного не хватает, но и не такая бедная, как Джас. — поясняет он. — И скажу вам так: ехать от Оил до Джаса ровно 35 минут. Дорога там не к черту. — А может быть, вы слышали или знали этих девушек? — Показываю я ему фотографии умерших, когда водитель остановил машину на парковке рядом с зданием прокуратуры. — Нет, таких не встречал, — качает головой тот. — Хорошо, спасибо вам, вы мне помогли, — мило улыбаюсь ему и удаляюсь в офис. Там меня уже поджидает Грег, у которого явно чешутся руки от того, что я придумала. По приходу он начинает сразу говорить, что нашел, пока я ехала сюда. Однако это не столь много, ну а чего я хотела. Я же в ответ ему рассказываю о дороге и о том, что девушки могли где-нибудь пересекаться. А потом нас обоих охватывает лишь одна мысль: обзвонить школы. Плюсом или минусом, сложно сказать, была между ними еще одна закономерность, не у той и не у другой не было близких родственников, вообще никого. Мария была сиротой и воспитывалась в детдоме, Анна же росла с бабушкой, которая умерла шесть месяцев назад. — Позвонил в единственную школу в Джасе, — начинает Карс, присаживаясь рядом со мной на диван в кабинете. — Анна там училась, но… — Но? — Перевелась в другую школу, и им неизвестно, в какую. — Перевелась, говоришь? — На лице заиграла довольная улыбка. — А в Оил, сколько школ? — Если не ошибаюсь, то две, — отвечает парень. — Я звоню в первую, ты во вторую. Обратившись к справочнику, мы нашли номера телефонов обеих школ и решили позвонить им, находясь на некотором расстоянии друг от друга. К моему удивлению, женский голос ответил и предоставил информацию о школе. Я решила не таить и представиться сразу следователем, интересуясь дополнительными деталями. Однако, строго произнося, женщина заявила: «Мы не имеем права раскрывать информацию незнакомым нам личностям. Если вам необходимо узнать что-то, пожалуйста, приезжайте лично». После этих слов она просто отключилась. Подобная ситуация произошла и с Грегом, что показалось странным, учитывая, что население деревни охотно делилось информацией об Анне. Однако здесь нас категорически отвергли. — М-да, вот оно отличие города от деревни, — смеется друг, кладя телефон на столешницу. — Поедем туда? — Придется. — А может, отправим туда кого-нибудь? — Например, меня — выдвигаю свою кандидатуру. — Сгоняю туда завтра с утра, а ты тут сиди и разбирайся с новыми данными. — Ну и как ты туда поедешь? — скрещивает руки на груди Карс. — А? — Возьму такси. — Давай лучше так, — он смотрит на меня серьезным взглядом. — Завтра я еду в Оил, а ты останешься дома и отоспишься, поди и идея придет какая-нибудь еще. — Грег, — произношу его имя, а друг поднимает ладонь в знак того, что спорить бесполезно. — Пойдем, отвезу тебя домой, — говорит он, направляясь к выходу. — А то твои пять часов сна истекли еще два дня назад. — Уговорил. — Сдаюсь и иду следом. Когда мы приехали к моему дому, на улице уже вечерело. Поднявшись в свою комнату, я стаскиваю с себя всю одежду и плюхаюсь на кровать, мигом погружаясь в сон. По словам мамы, я проспала весь вечер, ночь и следующий день, просыпаясь только в 20:20 от шума на кухне. Накинув на тело белый халат, спускаюсь вниз, там Лиза разогревает ужин, похоже вернулась только со смены. — Доброй ночи, милая, — видит меня женщина. — Кушать будешь? — Буду, — усмехнувшись, сажусь за стол. — Держи, — ставит она передо мной тарелку с супом. — Ко мне сегодня Грег заезжал на работу. — Что-то случилось? — Нет, спрашивал, все ли у тебя хорошо — садиться на против меня Лиза. — Сказал, что ты трубку не берешь, и дом закрыт, вот и приехал ко мне. Я сказала ему, что ты спишь, как убитая. — Мобильник, похоже, сел, — виновато говорю сама себе. — Грег просил передать, как только проснешься, позвонить ему. — Хорошо. Быстро заканчиваю есть и бегу на второй этаж. Достаю из сумки выключенный мобильный телефон и ставлю его на зарядку. Как только я включаю его, на экране появляется 12 пропущенных звонков от Грега, что заставляет меня смеяться и пугаться одновременно. — Привет, — тихо говорю я, ожидая уже крика. — Ты вот не могла включать звук на телефоне и держать его рядом с собой, — грозно произносит парень. — Прости, он сел, а я уснула. — Самому тебя прибить охота. — Грег, я же сказала: прости! — Ладно, на этот раз прощена — сонно проговаривает Карс. — Ты была права. — В каком смысле? — Ничего не понимаю. — Сегодня днем я обошел школы, — продолжает говорить парень. — В первой таких девочек не было. Зато во второй мне многое рассказали про них. — То есть они и впрямь вместе учились? — Да, миледи, — слышу его тихий смех. — Учителя, которые преподавали у них, рассказывали, что Мария была в школе с первого класса, а вот Анна перевелась к ним с восьмого. Обе девушки были красивы и поэтому стали, так скажем, «королевами» школы. — Тут ведь есть не задача, да? — Верно мыслишь, — соглашается он. — В девятом классе рассорились из-за зависти к друг другу и устроили драку в коридоре. Весь девятый год провели в статусе «враги». Как сказала их бывшая классная, Анна устроила против Марии целую войну. — И все из-за зависти? — Да. — Что за бред? — Я так же думаю, что за бред, — произносит Грег. — Но они все равно были знакомы, я бы мог предположить, что спустя столько времени одна убила другую, только вряд ли Мария смогла выколоть себе глаза и положить их в слепую рядом с собой. — Погоди, в клубе говорили, что Долкор не пользовалась вниманием посетителей, а в школе наоборот была королевой. Анна же какой была, такой и осталась. Вопрос: Что приключилось с Марией, что она пошла работать в «Элиту» и не пользовалась своей красотой для интереса? — Выспалась, начинаешь лучше соображать. — Мы что-то упускаем. — Какая-то деталь вертится перед нашим носом… — А мы ее не замечаем, — заканчиваю я его предложение.