Кантилена.

      Технологии этого мира продвинулись настолько, что, даже находясь в сидячем положении, ты можешь сражаться с монстрами, есть вкусную пищу и даже гулять с близкими людьми, не выходя из комнаты. Так называемые фантазии, специальные капсулы, что обеспечивают связь мозга и виртуального мира, очень популярны. Даже не первый год, ведь старшее поколение ещё в детстве узрело сию культуру, проведя «там» долгое время. На удивление влияние было настолько огромным, что все навыки, полученные в игре, переносились на реальное тело, приятный бонус, за что даже консерваторы спустя время полюбили «иной» мир.       Сяо не был обычным радостным ребенком, который имел возможность воспользоваться такой огромной и дорогой вещью, но всё изменилось довольно быстро. Его отец, что добродушно приютил его под своим драконьим крылом, заменил ему семью, подарил то, чем можно было заполнить пустое сердце брошенного ребенка. Молчаливо он следовал за ним и туда. В разработанную HoYoverse «Genshin Impact», где благодаря старшему смог получить значимое место в сюжете, очень подходящее ему.       Сяо… Парень никогда не думал, что его жизнь станет такой. Приятное ощущение одиночества, покалывающее, будто боль в мышцах после хорошей тренировки; приятный ветер, сопровождающий в дозоре. Всё что нужно — раскрыть глаза пошире. Скучно ли бродить по территории и одним лишь броском копья убивать всех противников? Высокий уровень дал ему силу, которой он не добивался, взамен этого подарил желанную тишину. Прекрасный мрачный звон, что сопровождал Сяо, был вызван одеждой. Ему казалось, будто через эти шорохи с ним говорит проклятье. Ответ не верен.       Перемены не любит никто, особенно медленно адаптирующиеся люди, в их число входит и адепт. Но что же это за чувство? Нахлынуло будто волна, даже не дав вдохнуть побольше воздуха в лёгкие, жар чувствовался даже через восприятие игры.       Мелодия. Проникающая вглубь души, охватывающая теми же цепями, что и цепи судьбы, сковавшие ноги якши. Может быть, звучит издалека, но звук эхом откликался по всему телу, вызывая неведомую раннее дрожь, как будто он снова почувствовал себя живым, почувствовал себя человеком… Не тем монстром, что из себя создал кровью и потом, не тем роботом без души, похоронившим давно все свои чувства… Чувство, охватившее его было настолько лёгким, что даже сахарная вата никак не сравнится по невесомости, а любое перо покажется тяжелым.       Перебив летящий по ветру шедевр, заставивший Сяо застыть, появилось окошко, на котором были записаны довольно любопытные вещи.

«Вы услышали мелодию, исполненную необыкновенным мастером, талантом своего дела, на следующие 24 часа вы получите: + 100 силы, + 120 интеллекта, + 10 выносливости…».

      Не так интересен был список, как последняя строка «исполнитель чувствует аудиторию, похлопайте и похвалите его за совершенную работу». Значит, его рассекретили. Вот и закончились сказки. Наконец, это странное чувство, пусть и приятное, но уж очень некомфортное, переставало напрягать струны души, желавшие ответить своими аккордами. Не привык он к подобной реакции, парень даже собирался развернуться, как вдруг…       Голос. Нет-нет. Невозможно! Неужели?! Такого не может быть. В мире нет такого прекрасного голоса. Приятный для ушей, будто бальзамом на душу ложится, идеально переходя с одной ноты на другую. Тихий, но это спокойствие… Нет. Скорее грусть. Как же так? Даже она не может описать всю палитру эмоций, что слышится в интонации. Хах. А он и поверил. Это ведь просто навык! Навык же? Да? …       Не выдержав и впервые за множество лет, что он провел в игре, коя превращает каждый реальный день в целых пять виртуальных, он послушал своё сердце. Тело двигалось само, уже как должное соблюдая тишину, не нарушая ритм. Яркие лучи уходящего в небытие солнца ослепили глаза. Прикрыв рукой лицо, Сяо поспешил увидеть, что же скрывалось за ним.       Невероятно. Не было бы до этого системного окна, не услышь он этот чистый голос, то подумал бы, что ему кажется, но перед ним явно был игрок. Не в силах сдержаться, потревоживший чью-то игру облокотился на ствол дерева, сполз и закрыл глаза.       Ему не нужно было зрение, незачем было обоняние или возможность ощущать свои мышцы и ветерок. Всё что важно было услышать, — он слышал. Необходимое можно было видеть даже закрыв глаза, ощущения вихрем приходили, и, не замечая этого, Сяо сам втянулся в это действие, прекрасный танец: на его лице появилась слабая улыбка. Он спокоен как никогда, будто ничто его уже не волнует. Адепт и есть то заходящее солнце, наконец, нашедшее свой горизонт; ушедшее на покой, которого не было уж столько лет. Но он понимал, что рано или поздно песня кончается, варианты неблагоприятных событий мешали слушать, с новой силой он отбрасывал любые мысли о реакции играющего на лире.       Его песня была наполнена сюжетом. Она пелась гордо, рассказывая о прекрасной свободе, о летающих птицах в гром, повествуя о сильной воле камня, но добавляя текущую воду, напряженно стекающую в реку, что несёт за собой энергию, наполняющую чьё-то бренное тело. В ней было скрыто много ценности. Даже если Сяо ничего не смыслил в музыке, он понимал каждое слово.       Конец был настолько опустошающим, что на последней ноте, обычно бесчувственный адепт, не смог не подорваться с места. Его веки распахнулись, открывая взор. Отчаянная просьба продолжить, невыносимое желание и возможно извечная грусть скопились, застыв в янтаре его глаз.       В ответ на это с теплотой душевной, ощущением, будто поглаживаешь невероятно гладкий мрамор, простоявший весь день в жарком месте, подул сильный поток, веющий домашним уютом и очагом. Так и тянуло получить больше, но нельзя было доставлять проблем незнакомцу, ещё и такому искусному в своём деле. — Приветики. — Не казавшаяся неловкой тишина была разрушена, похоже парня это сильно удивило. — Малыш, как тебе песня? Хей, ты живой?       Ветер опалил с боков, когда к Сяо с валуна спустился самый настоящий ангел. Он не боится? Его голос и вправду такой? Скажет ли он своё имя? Будет ли он ещё играть, если попросить?       Ему был интересен этот загадочный парень в довольно открытой одежде. Кем же он был таким? Все его вопросы были пересечены обычным тычком в плечо. Приятно. Странные мысли. — Я понял, ты настолько восхищён, что застыл! — как хорошего слушателя, Сяо похвалили, погладив по голове. — Ехе~. — Я был восхищён и тронут. — спокойный тон, но невинный взгляд, выражающий слишком многое, чтобы это поместилось в строки, смотрел прямо в глаза собеседнику, не вправе отводить его. — Я не ожидал. — крылатый опустился на землю и сложил свои крылья так, чтобы перекрыть довольно быстро исчезнувшее расстояние, он был смущён такими прямыми словами в свой адрес. — Меня зовут Барбатос, я лишь ветер бродящий по округе, но ты можешь звать меня свободным. — Вот значит как… — на мгновение парень застыл, он множество раз повторил это имя у себя в уме, пытаясь высечь его где-нибудь, к счастью, быстро опомнился. — С… Алатус. — Я о тебе наслышан! — адепт никак не ожидал такого развития событий, зато к нему пришло осознание, он так же знал своего собеседника. — Для меня это честь, Анемо Архонт… — похоже, Барбатосу это не понравилось, но увидев как Сяо опускает взгляд он тут же остановил его, погладив по голове. — Прости, малыш, но мне уже пора идти, как никак время позднее. — взглянув на небо выражение лица нового знакомого очень изменилось, точнее, он смотрел вслед уходящему солнцу, уже скрывшемуся, однако продолжающему оставлять за собой розовато-желтые следы на облаках. Раннее они были будто прекрасные разводы на глубине прозрачных вод, а сейчас стали стеклом, омытым морем и найденным путешественником. — Попутных ветров тебе, до встречи~! — До встречи…       Ах, если бы только Барбатос был этим попутным ветром, то Сяо бы отдал всё. Нет! Нужно отбросить эти мысли, как-нибудь выбросить их прямо в исчезающую на глазах фигуру. Вот и всё. Конец. Одни лишь перья, что так же с прикосновением растворяются в воздухе, остались от него. С ними исчезло это необыкновенное чувство, прекрасная песня, до сих пор звучащая в голове. Ускользало и ощущение его теплых поглаживаний, пусть и холодными руками. Больше якша не почувствует этой безопасности, не будет расслаблен даже после такого же обращения от самых близких.       Он ненавидит это. А кто бы любил? Его вновь покинули, но Сяо будет ещё долгое время думать об этом, будто это то, что заставляет его каждое утро вставать с кровати и после утренних процедур заходить в игру, приходя на то самое пустое место, чтобы воспоминания всплыли в уме и вновь ранили его по самую душу, через и без того израненное сердце. Так же быстро появившись он исчез. Полностью ушел из его жизни, но никогда не уйдёт из памяти. Барбатос. Не сыщешь другого такого ветра, не услышишь такого голоса, не почувствуешь его касаний.       Ах, если бы только можно было почувствовать это снова…

Лишь единожды…

      Он и почувствовал это, не смог увидеть, лишь строя догадки, был ли это его любимый ветер или самый обычный порыв… Нет… Ложь… Он узнал бы эту манеру из тысячи…       Лишь бы теперь он отстал от него; навсегда был забыт как страшный сон; больше никогда не влиял на его жизнь; не изнурял метаниями от найти до оставить свои поиски; просто оставил бы в спокойствии… Отставь свои чувства, ведь они ничего не принесут, ты знаешь это, прекрасно осознаёшь, но не совладаешь с собой, так что же будет с тобой, таким мягкосердечным, не имеющий твёрдости воли, ведь поглотит тебя кармический долг?

«Венти? Вот как его теперь зовут. Его музыка… Неважно».

Верно. Неважно…