Павший на колени Скорби: Бегущий в лабиринте 4

      

***

В мерцающем величественными, но такими маленькими звёздами небе летит комета. Самое время загадать желание... Желание. Я буду молиться, чтобы оно сбылось. Оно сбудется... Отдай всё воде. Пусть плывёт своим течением. Пусть будет, как будет. Иначе оно может утопить тебя. Ты сейчас словно потерянный соловей, оплакивающий в одиночестве своё горе. Оставь сожаления, будь как синица. Пой. Если не умеешь, пой в душе. Душа умеет петь лучше всех певцов, душа не фальшивит. Она умеет ликовать и тосковать, и не может скрыть ничего. Ни перед Тем, Кто вдохнул её в человека, потому что Он видит её насквозь и знает всю её, ни перед самой собой. Сейчас, она тоскует. Петь не хочется. Тогда не пой. Просто плыви куда несёт течение. Оно обязательно принесёт тебя к морю. К морю, в котором ты станешь маленькой рыбкой. Будешь разглядывать глубины, искать того, кто ждёт тебя, и того, кто позвал тебя. Будешь разглядывать, пока не почувствуешь приближающуюся опасность. И потом будешь прятаться и спасаться. Убегать от неё. И спасёшься. Не буду убегать. Больше не хочу убегать. Я буду бежать к ней. Пусть проглотит меня. И я растворюсь в ней, как образ в раннем, густом и летнем тумане. Ты больше не найдёшь меня в нём. Меня больше не будет. Ты думаешь так. Но не забывай то, что ты остался живым взамен чей-то жизни. И ты не в праве обрывать её. Она не твоя. Не твоя, а Того, Кому ты принадлежишь. Ты не можешь сказать своей душе "Выйди из меня!", потому что ты не властелин над ею. Ты не вдыхал её в себя, значит ты не в праве её из себя выгонять, а Единый лишь Господь, Властелин душ.      Запомни это.        ***        Томас разглядывал игриво блестающее на волнах серебристое отражение луны. Он сидел на прохладном прибрежном песке, слушая мелодии сверчков, шум прибоя и голоса ветра, которые нежно бормотали шелестом с ветвями деревьев. Он думал. Беседовал с Голосом в своём сердце. И этот Голос, словно не позволял ему окончательно сойти с ума, а вытаскивал с пучины отчаяния. Спасал. Томас думал, пока его мысли не прервал звук шаркающих по песку ботинков. Минхо сначала посмотрел на юношу, молча спросив «Я могу сесть рядом?», на что получив одобрительный короткий кивок, сел. Они не разговаривали несколько минут. Азиат пришёл звать Томаса сматываться пока не заметили, но рядом с ним именно в этот момент, почему-то стало так спокойно, так безопасно, будто они сидели не вдвоём, а рядом с ними был Третий. Сам Господь Утешитель. Поэтому азиат замер в этом очаровании, и также как и его друг, стал наблюдать за морем. — Ты что-то хотел сказать? — Спокойно спросил Томас. Минхо не отрывал взгляда от горизонта, пока не лёг на песок и заложив руки за голову, начал рассматривать Млечный Путь. И только через полминуты ответил. — Галли починил люк, который мы сломали. Бренда не смогла уговорить Хорхе научить её управлять бергом, хотя чего там учиться... Но... — Минхо вздохнул. — Он настоял на том, чтобы самому сесть за управление и полететь в Последний Город вместе с нами. Он сначала был против, но я тоже с ним поговорил. — Минхо сделал паузу. — Я просто чувствую что там остался кто-то из наших. Типа... в живых. Томас посмотрел на него. — Твой брат? Азиат привстал. — И не только он. Но и Алби, Чак, Уинстон... Даже Ньют. — Он начал вытирать нос от прилепившегося песка. — Ну, знаешь, это звучит как безумие, но я и вправду это чувствую. Брюнет посмотрел на него в ответ и сказал: "Будто они и не умирали, а мы просто забыли их?" Азаит воодушевился. — Да! Да! Именно это, Томас! — Он на секунду замолчал. — Ты что, тоже это чувствуешь? Томас поднял голову. — Я просто хочу найти и похоронить их. Просто. Минхо смотрит на него с непонятным лицом. — Но, Томас, мы летим не только для этого. — Он положил левую руку на его правое плечо. — Мы ещё обязаны спасти того, кто сообщил нам об этом всём. Тех, кто до сих пор мучится от лап ПОРОКа. Ты понял? — Он продолжительно смотрит на него, пока тот кивает. Минхо выдыхает носом и потягиваясь поднимается. — Ладно, старик, давай уходить, пока наш план не расстрелял Винс. Все ждут только нас двоих. — Да, я иду. — Томас тоже встаёт и они оба направляются к бергу.

... Гул айсберга наполнил лагерь пробуждая его. Пугая. Несколько человек выбежали из палаток в потрясении ища источник звука, который доносился с правой стороны лагеря вдали. Из-за сонливости многие подумали что это снится им. Кроме Винса. Он пытался вовремя добежать до берга. Но не успел, потому что Хорхе уже взлетел. Он кричал к ним, пытаясь заставить их вернуться и даже начал стрелять в них автоматом, но было бессмысленно. Поздно... Винс не бесчеловечный грубиян. Он просто не хочет потерять то, что у него осталось. Он ненавидит терять близких. А они, это всё что у него осталось. И они улетели в разрушенный Последний Город в поисках ПОРОКа... — Они не вернутся... — Сказал он тем, кто прибежал с ним. Его глаза наполнились слезами. Затем, он просто вернулся в лагерь. ... Бывший куратор бегунов, опирается на стену. Потом оборачивается на Томаса, обпершегося на стену локтем, стоящего рядом с пилотом-Хорхе и Брендой, сидящей на пассажирском сидении рядом с ним, напряжённо разговаривающий с ними о чём-то. Юноша уходит от них, и садиться рядом с Минхо, — Всё в норме? — Он легонько толкает его локтем, — М-м.. Мгм... Думаю в норме, если конечно не считать тот факт, что у этой пташки кончается топливо, — Томас выглядит уставшым, Мин нервно расширяет глаза, — Чего!? У нас выйдет хотя бы добраться? Фрайпан и Галли оборачиваются на них с напряжением. — Да, но у нас не хватит этого на обратный путь, если не раздобудем это долбанное топливо, после прибытия в Город...  Или есть второй вариант... — Какой?! — Украдём другой берг. — Томас спокоен, что напрягает Галли ещё сильнее, — Украдём!? — Минхо протестует, — Томас, ты сумасшедший! — Совсем чуть-чуть... — Он откидывает голову на металлическую стенку и наконец опускает тяжёлые веки. Пустой Юноша, устал. Проходит несколько часов. Рассекающий воздух, летательный аппарат, встречает рассвет. Теперь солнце греет теплее. Оранжевые лучики, обнимают переднюю и верхнюю части корабля, садясь на него красным млением, отражая утреннюю зорю. Вдали видны пустыня и несколько разрушенных, бетонных небоскребов, поклонившихся в горячих песках. Они наполовину утонули в нём, словно здесь недавно произошла песчаная буря. Они пролетают это всё, мчась дальше, в поисках мёртвого (частично), Последнего Города. Бренда замечает знакомый, разрушенный комплекс. Её мгновенно накрывает ностальгия. — Думаешь, стоит здесь остановиться? — Начинает разговор Хорхе, Бренда молчит, — Нет, это может быть небезопасно. Нужно будет много маскироваться, Испанец поворачивается на неё, и в его глазах читается маленькая искра, — Ну... Фрайпан хорошо умеет маскироваться... — Бренда поднимает бровь, смотря на сдерживающее себя, лицо мужчины, — Особенно ночью, — Он заливается смехом, подняв голову вверх, не отрывая взгляда. Бренду тоже прорывает, они оба фыркают, хрокают и ржут словно гиены. — Эй, вы чё устроили? — Галилей, как всегда серьёзен. Фрайпан спит, так что беспокоится не о чем. Минхо задумался. Томас разглядывает свой пистолет чёрный Tanfoglio P19. Он несколько раз осматривал ёмкость магазина. Полный. Всё как надо. Шестнадцать пуль. Он достал одну пулю, девять и девятнадцатого калибра. Поднял её на уровень своей шеи, вдолбившись в неё глазами. Минхо поворачивается на него лицом. — Думаешь для кого она предназначена? Томас немного содрогается, отрываясь от своих мыслей... — Есть такое... — Он прячет её на место, заталкивая магазин во внутрь пистолета, а вслед засовывает пистолет обратно в левый накладной карман. Юноша поднимается, шагает к пилоту. Минхо встаёт и чеканит за ним. — Нам необходимо приземлиться рядом со стенами, а не где-то посередине Города. Нельзя светится и шуметь, кто знает, что нас там ждёт, Хорхе кивает, и поворачивает руль направо, затем последовал лёгкий толчок в сторону. Они долетели к тому месту, где нашёл их Галли, когда был в стае Лоуренса, а затем вздымаются над стенами Последнего Города, или того что от него осталось. Айсберг медленно приземлился на бетонную пыль, вздымая её в воздух искусственным ветром от крутящихся винтелей, и отталкиванием воздушного топлива, из воздушно реактивного двигателя. — Сколько осталось? — Спрашивает Томас, — Хватит на половину пути назад, и всё таки нужно будет искать новый берг, — Нет, Хорхе, мы должны найти долбанное топливо, — Минхо сжал кулаки, но не от трусости. Он не хочет рисковать излишне, когда можно например обойти яму стороной. — Топливо есть только там, где хранятся остальные берги... — Все замолкают и переводят глаза к лицу Пустого Мальчика, — Чего говоришь? — Галилео поднял брови, напрягаясь. — И ты молчал об этом до сих пор!? — Я вспомнил только сейчас, Галли, не стоит горячиться, — Юноша опускает голову, мямля хриплым голосом. Галли становится стыдно от своего, всё ещё грубого поведения. Они выталкиваются из летательного аппарата, и оглядываются вокруг. Достаточно легко судить о размерах города по его огромным руинам. Даже учитывая то, что он был построен для спасения людей, которых не удалось спасти, и штаба ПОРОКа, от былого величия Последнего Города остались почти только обломки, поэтому даже стоя рядом с руинами сложно понять, что перед тобой находится, если не знаешь его до падения. Например, сохранившуюся стену, высотой под сто пятьдесят или выше, метров, можно принять за скалу, поваленные небоскрёбы за поваленные небоскрёбы, а остатки гигантской лестницы по бокам стен, за скальные уступы. Только забравшись повыше можно разглядеть, что это действительно руины города. Хотя множество небоскребов, остались стоять «на тонком стекле», вот-вот треснувшим от тяжести здания, повалив его на руины и сделав его таковыми. — Нихрена себе-е... — Фрайпан окамянел, стоя с поднятой головой, — В близи это выше и разруинистее чем выглядело с высоты в берге. — Агась, — Минхо помрачнел. Ему НЕ нравиться этот пейзаж, — Пойдёмте, нечего стоять тут бе́столку, — Бренда шагает по развалинам к знакомому зданию по середине, похоронившим под собой Терезу.