Cry for me, die for me

      Возвращаясь по темным улицам домой после долгого разговора с Ши Цинсюанем, Се Лянь в сотый раз проклинал его любовь к сплетням и гороскопам, из-за которых встреча затянулась до половины десятого вечера.       В это время все нормальные люди отдыхают дома или в увеселительных заведениях, а не ходят по неосвещенным дворам, рискуя получить неприятности на пятую точку. По большей мере, неприятностей Се Лянь не боялся - как никак профессиональный боксер уж точно выдержит дворовую драку, однако дневное происшествие стало причиной зарождения тревожных мыслей.       Он быстрым шагом пересекал гаражный кооператив, стараясь не заглядываться на большие и маленькие металлические кубики разных цветов, и, посчитав, какое количество времени еще идти, удрученно вздохнул, продолжая свой путь. Если парень правильно помнил маршрут, то, через пару сотен метров, ему нужно будет свернуть по большой неасфальтированной дороге направо, чтобы выйти к частным постройкам. Там Се Лянь бывал часто, в отличии от места, где находится сейчас. Ему нравилось смотреть на красивые двухэтажные особняки, окружённые большими коваными заборами, и тешить себя мечтами о таком же.       Пару раз зачерпнув кроссовками песок и едва не упав, не заметив ямку, тренер увидел вдалеке одинокий фонарь и уже обрадовался, что наконец близок к освещенному повороту. Однако подойдя ближе, впал в ступор - никакого частного сектора в округе не наблюдалось, в пределах видимости располагались лишь убогие покоцанные гаражики, изредка разбавляемые свежевыкрашенными махинами, а подобие улицы сворачивало влево, а не вправо. Се Лянь осмотрелся в надежде, что увидит какую-нибудь знакомую тропинку, но вдруг осознал - он вообще не понимает, где находится.       А вот это уже проблема.       Признаться честно, мужчина лучше бы разок отпинал какого-нибудь пьяницу в чужом дворе, чем потерялся среди однотипных дорожек гаражного комплекса. Ни связи, ни людей поблизости - даже путь не спросить.       Решив не отчаиваться раньше времени, Се Лянь всё-таки повернул налево, где углы построек отзывались лишь редкими бликами от следующего фонарика, тускло освещающего дорогу далеко впереди. Ночь тем временем становилась все гуще, на приличном расстоянии от поворота, глаза боксера, хоть и привыкшие к темноте, перестали четко видеть землю под ногами, не говоря уже о пространстве по бокам.       Нашарив в кармане телефон, боксер разблокировал его и попытался включить вспышку. Резкий свет в лицо на мгновение ослепил Се Ляня, и тот тихо ругнулся, пытаясь попасть по кнопке. Через две секунды, когда зрение начало проясняться, он наконец осветил себе путь, как вдруг боковым зрением увидел жуткий, высоченный силуэт справа. В эту же секунду раздался крик.       Се Лянь среагировал быстрее, чем успел понять, кто завопил громче - он или неизвестное нечто. Его телефон моментально полетел в сторону орущего, несколько раз переворачиваясь в полете и распыляя свет куда-то вверх и по сторонам. Сам парень, спотыкаясь и завязая в песке, что есть мо́чи метнулся в противоположную сторону, неуклюже размахивая руками в попытке удержать равновесие.       Со спины послышалась нецензурная брань, какой тренер не слышал с роду, звуки ударов, и Се Лянь было подумал, что нападавших оказалось двое, и те, в темноте не признав друг друга, решили подраться.       Любопытство взяло верх, парень прямо на бегу быстро обернулся, стараясь разглядеть хоть что-то. В момент, когда он снова посмотрел вперед, по голове ему прилетел такой силы удар, что в ушах раздался звон церковных колоколов, а тело завалилось спиной в песок.

***

      Очнулся Се Лянь резко, словно вырвавшись из под воды. Он не сразу осознал произошедшее и дернулся, думая продолжить побег, но лишь упал с дивана, повалив вместе с собой деревянный журнальный столик, на котором стоял стакан и графин с водой. Грохот породил резкую боль в правом виске, поэтому мужчина скорежился на голом полу рядом с осколками, запутанный в каком-то покрывале. Тошнота и головокружение закрутили его сознание в немыслимых кульбитах, боксеру казалось, что его качает на широких волнах городской набережной, а он при этом внезапно обнаружил у себя морскую болезнь.       Вслед за безумным грохотом, который он сам и устроил, Се Лянь услышал топот, а затем увидел своим поплывшим взглядом высокую фигуру. Или несколько фигур. Нет, всё-таки одну, просто слегка двоившуюся. Эта фигура быстро подняла упавшего тренера и затащила обратно на диван, параллельно ногой отталкивая в сторону битое стекло. Помутненное сознание не могло помочь Се Ляню сопротивляться, а когда его облокотили на зеленые подушки, тот и вовсе решил ничего не предпринимать. Лучше уж быть на мягкой поверхности, чем на полу, пусть тот и был необычно теплым.       Опустив его, мужчина, как подумал тренер, удалился и вскоре вернулся с еще одним стаканом, уже целым, и белой тряпкой. Дав ему попить, тот накрыл лоб боксера мокрым холодным полотенцем. Гудящая голова словно опустела, приятное блаженство растеклось по мозгу и Се Лянь стал приходить в себя.       - Все в порядке? - мужчина, как и думал боксер, наклонился к нему, позволяя тусклому свету из комнаты, откуда он пришел, озарить его лицо с фиолетовым синяком под единственным покрасневшим глазом, - Прости, что принес тебя сюда, но ты потерял сознание, и я не мог оставить тебя валяться посреди дороги, - не дожидаясь ответа, продолжил побитый незнакомец. - Ээм.. Я не очень хорошо соображаю, но, я думаю, что в порядке.. - неловко пробормотал ему Се Лянь, искренне не понимающий, что происходит.       Обратив внимание на вид мужчины перед собой, он подумал, что, скорее всего, тот спас непутевого тренера от ночных нападавших, при этом нехило получив в глаз. Парень почувствовал себя виноватым и обязанным неизвестному герою за это, а потому затараторил заплетающимся языком: - Спасибо, что помогли, мне так жаль, что Вам пришлось еще и драться ради этого... - Что? Подожди, о че- - Пожалуйста, извините меня, я могу купить Вам что-нибудь взамен... - Нет, постой, я не по- - Мне очень жаль, что Вы пострадали.. - Ради небожителей, остановись! - два раза перебитый незнакомец не выдержал и повысил голос, - О чем ты вообще? Я ни с кем не дрался, это ты меня ударил! ***       Се Лянь не знал, смеяться ему или плакать.       Ситуация, что случилась с ним сегодня ночью, оказалась намного более неловкой и намного менее эпичной, чем он себе представлял. Все прояснил рассказ от лица Сань Лана - так назвался человек, дома у которого находился Се Лянь.       Он приехал, чтобы вернуть другу машину, которую одалживал утром, и забрать свою (Тренер не стал спрашивать ничего, все же у богатых свои причуды). Поменяв машины местами, мужчина отключил свет и закрыл дверь в гараж, а после, не заводя свой автомобиль, решил выйти и покурить. "Чтобы не пропах салон, я припарковался так, чтобы было удобно выезжать и отошёл подальше", - по ходу рассказа тренер начинал понимать, почему не увидел даже силуэта - тень от гаража помешала свету далекого фонаря показать очертания мужчины.       Но как только Сань Лан собирался поджечь сигарету, из темноты послышались шорохи. "Я хотел подождать, пока ты пройдешь мимо. Я подумал, что ты живешь недалеко и не хотел расспросов о том, кто я и что здесь делаю." - так объяснял свою бесшумную неподвижность мужчина.       Вот только тогда он не подумал, что Се Лянь решит остановиться, чтобы включить фонарик, прямо около него. В момент, когда боксер ослепил себя экраном телефона, Сань Лан вместо обычного лица, подсвеченного снизу, увидел ужасающую картину - непонятной формы болванчик с темными полостями, лишь отдаленно напоминающий голову. К несчастью, Се Лянь ещё и начал бормотать под нос ругательства, чем заставил стоящего рядом мужчину подумать, что он происходит что-то паранормальное.       Как раз в момент сильнейшего ужаса Сань Лана Се Лянь заметил его, и они оба закричали, испугавшись друг друга. Вопль тренера заставил мужчину с сигаретой отшатнуться назад, в надежде найти спасение в виде двери гаража. В эту же секунду непонятно откуда взявшийся свет начал вращаться, до чёртиков напугав итак шокированного Сань Лана. Он не заметил источник этого света, за что и поплатился - телефон Се Ляня прилетел уголком ему прямо в глаз.       Отсюда и звуки борьбы: после полученного удара мужчина ругнулся, отступил назад, споткнулся, попытался найти опору, и, цепляясь ладонью по боковой стене гаража, завалился в кусты, хорошенько проматерившись.       Слушая этот рассказ, Се Лянь прибывал в таком шоке, что даже не думал о том, какие неприятности доставил Сань Лану. Еще в больший ужас он пришел, когда узнал, что случилось с ним самим.       Швырнув свой телефон в "чудище", он развернулся, чтобы убежать прочь, однако в темноте не смог правильно разобрать дорогу. Парень думал, что напрявляется туда, откуда пришел и не переживал о препятствиях, а обернувшись назад, не заметил опасности спереди. Через пару секунд после старта Се Лянь со всей дури впечатался лицом в соседний гараж, что стоял напротив машины Сань Лана. Не было никаких нападавших, карауливших его со спины, он сам чуть не зашибся насмерть! - Ужас. Какой ужас, - тихо бормотал неудачливый боксер, закрыв лицо ладонями, - Просто ужасно, - он готов был умереть со стыда. - Все в порядке, Гэгэ, главное, что мы оба относительно целы, - со смешком ответил ему сидящий рядом Сань Лан. - Гэгэ? - проводя руками выше и зачесывая выбившиеся из прически пряди, Се Лянь косо присмотрелся к новому знакомому, пытаясь понять, кто из них старше. - Ох, я ошибся? Прости, но я так и не узнал твоего имени, - Сань Лан, судя по всему, не слишком раскаивался, но улыбался как-то неуверенно. - Может всё-таки скажешь, как тебя зовут, м? -Ох, прошу прощения. Се Лянь, - почувствовав себя еще более неловко, он нервно рассмеялся и почесал ноющий затылок, - Прости меня за сегодня, я... - Все в порядке. Рад знакомству, Се Лянь. ***       Ничего не в порядке. Удача Хуа Чэна находит слишком сумашедшие способы исполнить его желания. Хотел сблизиться с Се Лянем - получай! Только вот все обернулось совсем не так, как мечтал парень.       После того, как боксер потерял сознание, поцеловавшись с железной стенкой гаража, Хуа Чэн не придумал ничего лучше, как отвезти его к себе домой. Он думал насчет больницы, но не смог устоять и поддался соблазну позаботиться о нем самому.       К моменту, когда мужчина рассказал все Се Ляню, время перевалило за два часа ночи. Решив, что добираться в другой конец города в такое время тренеру не стоит, Хуа Чэн постелил ему в одной из комнат, предложив так же довезти его утром до работы. Се Лянь согласился, слегка помявшись.       Отправив непутевого боксера в ванную, чтобы тот привел себя в порядок, и обеспечив его сменной одеждой и мазью от ушибов, хозяин квартиры вздохнул и вышел на балкон. Просторная лоджия на высоте пятидесяти метров над землей открывала шикарный вид на яркие огни города и темные морские просторы, лишь слегка отражающие свет небоскребов в ночи. Хуа Чэн проигнорировал мягкое бордовое кресло и подошел к распахнутому окну.       Некоторое время он наблюдал за веселой суетой клубного квартала неподалеку, одинокими машинами, проезжающими по пустым дорогам, и размышлял о своем. Вдыхая чистый воздух, мужчина потянулся к картонной коробкочке, недавно купленной и оставленной им ранее неподалеку.       Прошло уже больше семи лет с последнего раза, когда он курил. Хуа не думал, что когда-либо снова вернётся к этому делу, но сейчас его мир вертится с ног на голову, и он не может придумать лучшего способа отвлечься.       Сигарета в руках ощущалась неприятно и чужеродно, когда он делал первую затяжку. Едкий дым царапнул лёгкие, и Хуа Чэн вдохнул его глубже, подавляя кашель. Выдыхая, он вспоминал события многолетней давности, когда обещал себе бросить. Парень почувствовал укол вины за то, что снова курит, чувствовал, что предает себя, но невидимая сила не давала выбросить недокуренную сигарету вместе с оставшейся пачкой.       За спиной послышалось глухое копошение, свет на стенах лоджии зашевелился, заставляя окно бликовать - кто-то отодвинул штору, закрывающую окна балкона в квартире. Следом в приоткрытую стеклянную дверь раздался легкий стук. Наконец Хуа Чэн обернулся и увидел Се Ляня в длинной, чуть широкой ему в плечах черной футболке. Он неловко улыбался ему и выглядел так, словно хотел казаться меньше, не доставлять неудобства своим присутствием.       Слегка приподняв уголки губ, высокий мужчина сдвинулся чуть в сторону, кивком головы приглашая гостя зайти. Се Лянь плавно проскользнул к нему, прикрыв за собой дверцу. Его глаза метнулись к окну и пейзажу за ним, раскрываясь в восхищении, но уже через секунду взгляд вернулся к Хуа Чэну. В таком положении и спокойной обстановке он впервые заметил разницу в их росте. Боксер был ниже его на целую голову, а потому футболка хозяина квартиры доставала ему до середины бедер, хоть в остальном почти подходила по размеру. Ниже края футболки показалась светлая оголенная кожа, и Хуа Чэн поспешил поднять взгляд. "Отвратительно перекачанные мужики" - всплывало у него в голове, будто подстебывая, вызывая усмешку. - Спасибо за одежду, Сань Лан, жаль только штаны оказались чересчур длинными, - мягко улыбаясь, Се Лянь перебирал пальцами темную ткань и слегка поморщился при вдохе. Он наверное хотел сказать что-то, но замялся.       Хуа Чэн перевел взгляд на тлеющую сигарету, запах которой наверняка не нравился его собеседнику, задумался, и выкинул в окно, так и не затушив. Невидимая сила не смогла устоять перед силой Се Ляня. - К сожалению, я вряд ли найду тебе штаны покороче, но, думаю, в этом нет большой проблемы, - негромко отозвался он, окинув гостя еще одним взглядом, на что тот молча кивнул, смотря на падающий окурок. - Прости, я снова помешал тебе. Но должен сказать - отсюда открывается просто невероятный вид. - мужчина медленно приблизился, и заметив, что его действиям не препятствуют, прислонился к подоконнику рядом с Хуа Чэном, легко касаясь его плеча своим и вглядываясь куда-то далеко.       Несмотря на извинения, высокий мужчина не смог проследить в его тоне сожаления. Возможно Се Ляню действительно не нравился запах, возможно он не одобрял пристрастия к подобным привычкам. Воспоминания о прошлом подсказывали, что так оно и было. - Я не так часто курю, если быть честным. Так что все в порядке, мне не обязательно подвергать свое здоровье опасности, чтобы полюбоваться красотой города. - отозвался Хуа Чэн после небольшой паузы. - Сложный период? - проигнорировав половину его слов, спросил Се Лянь.       Его тяжелый взгляд пронзал густой ночной воздух и стоящий рядом мужчина задался вопросом, о чем сейчас думает боксер.        Он не хотел отвечать на заданный вопрос, а потому лишь неопределенно махнул головой. Нельзя было сказать, что Хуа Чэну тяжело. В его жизни не произошло почти ничего, что выходило бы за рамки рабочих обязанностей, но бокс и клуб, за который он взялся, пробуждал в нем болезненные воспоминания. Они отравляли жизнь, словно фальшивая нота, портили своим присутствием все произведение.       Будто в ответ на его молчание, Се Лянь снова заговорил: - Я тоже.. когда-то курил. Хоть и ненавидел вкус и запах. Бросил после окончания школы и не жалею. Тебе тоже советую. - ..И тебе ни разу не хотелось снова попробовать? - Хуа Чэн замер, произнося эти слова.       Весной того года, когда будущий тренер учился в выпускном классе, они договорились кое о чем. Парень тогда только начал курить, не понимая в какое состояние его приводит подобное увлечение. Будучи изгоем и пытаясь заиметь хоть какой-нибудь статус в обществе, он ходил со всеми, никогда не отказываясь от затяжки, хоть и чувствовал себя паршиво. В один момент его безотказность привела к плывущему зрению, плохому контролю тела и едва ли не потере сознания. Не желая показывать слабость, Хуа Чэн с трудом спрятался от одноклассников за гаражами около школы.       Там его и застал Се Лянь, прибежавший в это же место ради быстрой затяжки перед уроком, и не на шутку перепугался. Нервно пытаясь помочь, хоть как-то облегчить его состояние, выпускник уговаривал знакомого с бокса перестать заниматься подобной ересью, отбирая сигареты. Тогда они и пообещали бросить.       Помнит ли он об этом? Помнит ли он о Хуа Чэне?       Се Лянь медленно повернул голову в его сторону. При таком неярком освещении его глаза показались мужчине черными. - Не хотелось. Обещал кое-кому больше не начинать. - твердо отозвался тренер, глядя собеседнику прямо в глаза, словно пытаясь высмотреть его реакцию.       Все внутри Хуа Чэна отмерло, похолодело и снова замерло. Он помнит.       В эту же минуту все слова показались нелепыми, ситуация до - ужаса смущающей, своей неловкостью дотягивающей до плохо прописанных постельных сцен в подростковых романах. Почему-то только сейчас мужчина подумал, что так и не сказал Се Ляню о том, кто он такой на самом деле и насколько странным будет их официальное знакомство, учитывая этот факт. Он сглупил, решив утаить свою личность.       Тысячи вопросов, по делу и не слишком, крутились у Хуа Чэна в голове, паника затекла за шиворот, мешая трезво мыслить. Внезапно он подумал, что Се Лянь сейчас уйдет, не захочет с ним говорить, что он станет ему противен, ведь утаил правду. Холодный пот накрыл лоб и затылок мужчины. Но тот прервал его размышления и произнес: - Несмотря на нашу странную встречу, я рад снова тебя видеть, Хунхун-Эр.

***

- И все же, тебе не стоило врать, - сидя в кресле и подтянув к себе ноги, проговорил Се Лянь.       Уютная мягкость темно-красного материала приятно щекотала неприкрытые бедра и стопы, он наслаждался этим ощущением, наблюдая за приглушенным мегаполисом светом звезд через окна лоджии. С этого ракурса почти не видно было море и некоторые многоэтажки, зато теперь Се Лянь мог четко рассмотреть мигающие маячки на углах небоскребов, стоящих по соседству с домом Хуа Чэна. Из приоткрытого окна приятно тянуло прохладой, вместе с ней в помещение затекали звуки ночного города. Зашумел самолет - наверное, где-то рядом был аэропорт.       Мужчина, сидящий в кресле справа выдохнул и зашуршал, по всей видимости меняя одну напряженную позу на другую. Спустя еще секунду неловкого молчания Се Лянь посмотрел на него. Находясь в слепой зоне он мог позволить себе разглядеть собеседника поближе. Идеально прямой аристократичный нос, темные волоски бровей, изрядно потертый шнурок повязки, маленькая царапина от бритвы на остром подбородке - Ши Циньсюань был прав, что-то в Хуа Чэне действительно привлекало. - Прости меня за то, что скрыл от тебя правду. Я и сам не понимаю, что двигало мной в тот момент, - наконец произнес мужчина, вырвав Се Ляня из размышлений. - Все нормально, - как-то автоматически ответил он, но через секунду продолжил более осознанно, - я, признаться честно, и не понял бы, что мы знакомы, если бы не увидел у тебя в гостинной общую фотографию из колледжа.       Судя по всему, его ответ удивил Хуа Чэна. Черные брови слегка приподнялись в недоумении, а затем задумчиво сдвинулись к переносице. - Не совсем понимаю, как это фото помогло тебе опознать меня, - спустя секунду произнес он, - на нем я уже выгляжу как сейчас. - Сложно не узнать родные места, особенно если там не делали ремонт уже лет сорок, - засмеялся Се Лянь, чем вызвал легкую улыбку у мужчины рядом, - Сейчас мне даже немного стыдно - я говорил, что не знаю ни одного Хуа Чэна. - Ха-ха, Гэгэ, мне даже интересно, при каких обстоятельствах тебе могли бы пригодиться знания обо мне? - Се Ляню все же удалось приободрить собеседника своими неловкими признаниями, из-за чего его низкий мягкий смех разлетелся, отталкиваясь от стен лождии.       Продолжив череду откровений, Се Лянь рассказал о Ши Циньсюане, о том, что сразу раскрыл в Сань Лане бизнесмена, потому что, благодаря ранее упомянутому другу, все же узнал его лицо через несколько минут разговора. Так, соединив все детали, включая студенческое фото, тренер понял, что встретил старого знакомого.       Выводя пальцами круги по пушистой ткани кресла, Се Лянь неловко раскрывался, неожиданно для самого себя рассказывая, как испугался незнакомого места, когда сознание прояснилось, о дискомфорте, который он испытал, оказавшись среди необычно дорогой мебели квартиры Хуа Чэна. С каждой минутой уставший мозг подкидывал все больше ленивых мыслей: начиная от размышлений о возможном эффекте бабочки от их внезапной встречи, заканчивая вопросами о количестве в доме бизнесмена вещей красного цвета. В конце концов ассоциативная цепочка боксера привела его к мыслям о работе.       Узнав, что новый владелец еще не решил ничего, касательно клуба, тренер повздыхал и позволил себе перейти на более бессмысленные темы, проскальзывающие у него в голове. Разговор, состоящий в основном из озвученных Се Лянем вопросов и честных ответов Хуа Чэна, лениво тек до тех пор, пока небо не начало подсвечиваться у горизонта, заставляя звезды тускнеть. - Тебе обязательно ехать сегодня на работу? - тихо проговорил Хуа Чэн, когда тренер замолк. Его голос будто пробивался через толщу воды, внезапно показалось, что источник этого звука находился ближе, чем несколько минут назад. - Работу?.. Точно, работа, - Се Лянь не сразу понял, что именно спросил у него мужчина, но вспомнив о своих обязанностях, расстроился, - Наверное, уже слишком поздно, чтобы ложиться спать, да?.. - Значит обязательно?       Нахмурившись, Се Лянь снова задумался. Мысли не могли собраться в кучку, играя в догонялки и рассыпаясь в разные стороны. Пытаясь вспомнить, есть ли у него неотложная работа с утра, боксер ловил отдельные темы и переживания, иногда мало касающиеся работы, но в конце концов выдал информацию, которую от него хотели услышать: - У меня нет тренировок утром. - В таком случае, я думаю, что пора спать. Останься сегодня у меня, ладно? - последние слова Хуа Чэна Се Лянь практически прослушал, но смог кивнуть потяжелевшей головой, закрывая веки.       Через несколько секунд расслабленное тело бережно подняла пара сильных рук, аккуратно перемещая заснувшего на гостевую постель. Укрыв его одеялом, Хуа Чэн задержал свои руки на ткани вблизи тела Се Ляня, наслаждаясь его теплом. Пальцы скользнули выше, почти невесомо проводя по румяной щеке. - Сладких снов, Гэгэ.