На Виду.

я пущу их на порог, сдержать слово вновь не смог.

В глазах у Арсения было лишь одно:паника. Ему было тяжело сейчас говорить, он и не думал что такой мал крик паренёк.. — Антон.я никогда в жизни такого не сделаю, а ещё. У меня слишком много вопросов к тебе. Мужчина сидел на этом стульчике совсем поникший, ему было страшно за своего пациента, неужто он. Нет. Нет. Мужчина всячески пытался отгонять от себя эти мысли, но после все же решил уточнить у Антона. — Ты принимал наркотики? Последнее слово Арсений Сергеевич произнес слишком тихо, будто в этой больнице нет стен, либо есть, но они совсем тонкие. — Обижаете, Арсений Крокодилович. Я и сидел за их хранение. Мальчишка беззаботно улыбался, будто то что он говорит-пустяки, а Арсений тем временем сидел с уже давно дрожащими руками, у Антона на мгновение появилось ощущение что то что чувствует сейчас врач-сравнивается с тем что у врача кто-то умер. — Антон, у меня в голове не укладывается. Врач вздохнул, встал со стула и направился на выход из палаты, на что Антон удивительно вскинул бровь. На что Арсений посчитал нужным ответить Шастуну. — Я сейчас, за лекарством тебе схожу и вернусь. Мне сказали его забрать. — В ответ Антон угукнул и смотрел на врача удаляющегося из палаты. Ну все. Теперь Антон остался опять один. Опять в четырех стенах. Никому я не нужен. Такие мысли возникли у Антона.

***

Арсений уже пять минут пытался впихнуть в Антона эту долбанную таблетку, но Антон всё время пытался увернутся от своего врача. — Ну не трогайте вы меня, ради бога! Сказал же что не хочу! Парень очень грозно смотрел на старшего, словно кошка у которой забрали еду. — А как ты с другими врачами себя вел, а? Давай-ка, делов то, секунда и всё! Поэтому пей быстрее давай. Мужчина стоял со стаканом в руке, в нёс находилась вода чтобы запить таблетку. — Ох. Ну какой же вы надоедливый! Странная эта ваша таблетка! Антон выразился неправильно, не таблетка странная, а баночка в которой они находились. Баночка была белая и на ней были такие надписи как «Эйфорин», а ниже «Вылечит от депрессии и других болезней!» Но всё же смирившись с тем что её надо выпить Антон вял эту таблетку со стаканом в руки и в мыслях у себя произнес ну надо значит надо. Как и говорил Арсений Сергеевич-Антон выпил таблетку за считанные секунды, только уговаривать пришлось долго. — Ну вот, сразу видно, умничка! Арсений заулыбался и поставил стакан с водой на мини-столик рядом с кроватью больного. — Не так уж и долго вам пришлось уговаривать меня. Шастун фыркнул, он осознал что проиграл в этой борьбе. Хотя и так и так бы проиграл, но не суть. — Арсений.Сергеевич. А когда меня отсюда смогут выписать? Я устал здесь валяться, тут скучно, поговорить даже не с кем. Почему я один в палате? Врач смотрел в глаза подростку внимательно слушая его вопрос. — Если ты будешь вовремя принимать таблетки которые в говорю-то месяца через четыре ты будешь свободен. А почему тебе скучно? Я могу иногда приходить и беседовать с тобой. Это даже нужно. Врач сидел на стульчике покачивая ногой. — Четыре месяца? Я не выживу тут. Слишком скучно здесь. А вы наоборот только тоску нагонять будете. Может ко мне подселят кого-то? Антону было грустно, а в тоже время весело от того что он разговаривает с симпатичным мужчиной, в глубине душе он даже рад был тому что старый врач покинул его. Ох, у Антона слишком часто меняется настроение. И с этим тоже нужно что-то делать. Именно для этого здесь Арсений Сергеевич. — Не исключено, четыре месяца и правда много, может действительно кого-то подселят, друга себе найдешь. Попов искренне улыбнулся Шастуну. — Слушай, может все-таки что-то расскажешь о себе? А я послушаю, буду отвечать на твои выговоры, честно. Арсению нужно было выяснить что стряслось у подростка, ведь именно для этого он здесь был. — Океей, я попробую. Антон уже окончательно сдался и уже собирался начинать свой рассказ как его мысли прервал слишком громкий звук в коридоре. Парень заволновался, ведь звуки были до ужаса пугающие. Кто-то начал открывать дверь в палату Шастуна с неприятным скрипом.