Inner Sea

      Марв только начал писать обёртку для функтора, когда в дверь кто-то постучал.       — Ссуки, — выдохнул он и поднялся с кресла, — Как вы меня достали.       Всё ещё прокручивая в мыслях логику процедуры, он прошёл в прихожую. За дверью оказалась девушка — невысокая, темноволосая, в купальнике.       — Здравствуйте, — сказала она растерянно, — Я…       Повисла пауза — девушка, видимо, не знала, что соврать.       — Управляемая медитация? — спросил Марв устало, — «Внутреннее море»?       — Да, — в её глазах отразилось удивление, — Откуда вы знаете?       — Нагулялась? — мрачно поинтересовался Марв, — Назад хочешь?       Раньше он обращался к визитёрам с куда большим пиететом, но те времена давно прошли.       — Н-не знаю, — неуверенно покачала головой барышня, — А она, что, сработала?       — Твою мать, — Марв болезненно поморщился, чувствуя, как прозрачность оставляет мысли, возвращая из мира абстракций в мир бренный, — Сама-то как думаешь?       — Я была в зале, — девушка огляделась, — Мыслила море, как сказано в книге. И вдруг уже тут.       Она с интересом оглядела свои руки, опустила взгляд на босые ноги и покачнулась.       — Я такая странная, — схватилась за косяк, чтобы не упасть.       — Сядь, — посоветовал Марв, — А то стошнит с непривычки.       — Стошнит? — девушка опустилась на крыльцо, — Это как?       — Лучше тебе не знать, — разговоры на физиологические темы обычно заканчивались влажной уборкой.       — Почему я, — в голосе гостьи послышалось восхищение, — Так выгляжу?       — Потому что в этом мире вы принимаете форму местного разумного существа. Билатеральная симметрия, прямохождение — вот это всё.       — Мы?       — И какого хера вас сюда несёт? Тут что, мёдом намазано? Указатель неоновый светится – «Воплощаться сюда»?       — Чем, простите, намазано?       — Иди, — Марв махнул рукой, — гуляй по острову. Позагорай, покупайся. Назад захочешь, приходи.       Барышня подняла испуганные глаза:       — Я уже хочу. Мне что-то нехорошо. Всё кружится и…       — Слава богу, — несильно замахнувшись, Марв ударил её по щеке.       Моргнул от порыва ветра. Крыльцо было пусто.       — Твою мать! — только отправив гостью назад, Марв понял, что его насторожило в её словах, — В книге?

* * *

      Следующий посетитель явился под вечер. Марв как раз успел поужинать и собрался было заняться аспектами, но стук в дверь вырвал из хода мыслей.       — Слышь, братюня, — на пороге стоял бритый пацанчик головы на полторы выше Марва, — Это ты тут хату держишь?       — Чего надо? — привычно вызверился Марв, — Медитант хренов.       — Ты, — обрадовался парниша, — Точно как рассказывали.       — Кто рассказывал?       — В узле нашем народ впечатлениями обменивался. Сердитый, говорят, мужичок, один на острове. Поругается слегка, а потом обратно вернёт.       — Тебя тоже вернуть?       — Не, я побазарить хочу.       — Ссука, — мотнул головой Марв, — О чём мне с тобой базарить?       — Ну, тебе, типа, неинтересно — кто я? Откуда? Как оно у нас там?       — Штук пятьдесят назад было. Сейчас уже похер как-то. Задрали вы меня.       — А ты реально всех, кто к тебе ходил, помнишь?       — Ну, может, не всех… Но помню.       — Огнищенски, — обрадовался пацанчик, — Братюнь, а зайти можно? Холодно тут у вас.       Марв неохотно посторонился.       С любопытством озираясь, гость прошёл внутрь.       — Чё-то ты уверенный больно, — с подозрением сказал Марв, — Как тебя к мозгоправу занесло?       — Мозгоправу? А ты про…, — он пропел знакомое имя.       — Ну да. Это ж он, сука, методику разработал. Медитации этой вашей.       — «Внутреннее море»? Он, да. Только это не медитация, а заклинание типа. Ну и к докторам я не хожу, я по осознанным сновидениям больше.       — Так ты спишь, сука, сейчас что ли?       — Ну, тип того, да.       — Чтоб тебе, тварина, всю жизнь бесконечный цикл снился. Зачем пришел?       — Не злись, братюнь. Я разобраться хочу.       — В чём?       — Ты ж вроде как ментальная проекция. А значит, помнить тех, кто к тебе приходил, не должен.       — Чё?       — Ну, «внутреннее море» — это хитрая такая штука, типа отправляет сознание в безопасное место. Остров, океан кругом, красота. И кто духом послабже, подсознательно возвращаться не хочет. И чтоб они тут навсегда не застряли, механизм безопасности встроен…       — Сердитый мужичок в бунгало?       — Тип того.       Марв достал с полки бутылку, стакан, ливанул виски. Глотнул сам, протянул другой стакан гостю.       — Не, братюнь, я препараты не мешаю.       — Теория красивая, — пожал Марв плечами, — Только я вас, ублюдков, наперечёт помню. Сначала записывал даже, как кого зовут, чем занимается.       Он достал с полки тетрадь, пролистал к началу и провыл чьё-то имя.       — А потом забил. Толку-то? Живёте в жопе какой-то. То ли в газовом гиганте, то ли в другой вселенной вообще. Материального с собой ничего принести не можете. Биология — другая, физика — другая, науки — другие.       — Ты мне лучше вот что скажи, — Марв глотнул вискаря, — До тебя тут была одна, сказала, что «мыслила море», как сказано в книге. В какой нахер книге? Этот психотерапевт ваш свою методу только пациентам раскрывал. За деньги.       — Так он материал собирал. А сейчас и правда книгу издал. Тебе в самом деле про неё рассказали? Огнищенски! — пацанчик задумался.       — Так что в жопу иди со своими проекциями, — проворчал Марв.       — Не, погоди, — очнулся тот, — Всё равно не стыкуется.       — Что конкретно?       — Тут два варианта: либо моя ментальная проекция сообщает мне факты, о которых я знаю. Либо это такое общественное неосознаваемое.       — Коллективное бессознательное.       — Тип того. Только при любом раскладе тебя не существует.       — С хера ли?       — Ну смотри, — пацанчик обвёл кругом рукой, — Остров маленький. Ты один. Из гостей — только мы.       — И чё?       — Мы придаём смысл твоему существу. А пока нас нет, тебя тоже нет.       — Есть.       — У тебя есть прошлое? Друзья? Знакомые? Чем ты вообще занят, пока нас нет?       — Кодер я. Снял бунгало, чтобы поработать спокойно, чтоб не отвлекал никто. Друзей, пожалуй, нет, зато знакомых даже чересчур. Пока вас нет, код пишу.       Пацанчик покачал головой.       — Ложные воспоминания. Инкантация, достаточно сложная для поддержания — как ты сказал? — коллегиального несознательного, может обзавестись подобием собственного интеллекта.       Марв скривил губы.       — Недоказуемо. Я могу то же самое про тебя сказать.       Гость хмыкнул.       — Приятно, когда проекция не глупее субъекта. А чё ты сердитый такой? Ругаешься всё время?       — От работы отвлекаете.       — От написания кода? Это что, кстати?       — Формализация абстрактных логических конструктов. Что-то вроде ваших инкантаций, наверно.       Парниша заинтересованно приподнял брови:       — Сложный умственный труд? Требующий концентрации и сосредоточения?       — Угу.       — Ты же понимаешь, — сочувственно сказал гость, — Что в моменты сосредоточения и фиксации ты перестаёшь существовать особенно сильно?       Марв пожевал губу.       — Я тебя в жопу посылал уже?       — Кажется, посылал. Можно посмотреть? — он указал на тетрадь.       Марв бросил её гостю на колени.       — Книга-то популярная? — спросил он.       — Более чем.       — Ссука, тут же теперь не протолкнуться будет.       Пацанчик пожал плечами, перелистывая тетрадку.       — Чем больше нас приходит, тем осознаннее ты, как проекция.       — Ого, — остановился он на странице со схемами, — Тебе кто-то даже принцип заклинания объяснял?       Марв дёрнул щекой.       — Пытался разобраться, как эта херня работает. Закрыться от неё или перенаправить куда. Не вышло.       — Конечно, не вышло, — гость презрительно хмыкнул, — Тут ошибка на ошибке. Он взял авторучку.       — Потоки должны быть обоюдно противонаправлены, чтобы приём не мешал передаче. Снисхождению лучше подходит форма восходящей спирали, а идея моря выражается посредством звуковых…       Замолчав, гость поднял голову от тетради, лицо его приобрело выражение сконфуженное и обиженное.       — Родитель, — сказал он, — Я занят. Ай! Отпусти!       Марв моргнул от порыва ветра. В кресле осталась только раскрытая на середине тетрадь.       — Посредством звуковых волн, — сказал Марв, взглянув на схему, — Знаю я.

* * *

      Наутро он снова занялся аспектами, но работа шла туго. Вчерашний разговор всплывал в памяти, не давая сосредоточиться. Аспекты перемежались в мыслях со спиралями, функторы со снисхождением, и в какой-то момент Марву даже показалось, что он достиг внутреннего моря. Чувство завершённости наполнило его, а когда оно сошло, Марв обнаружил себя сидящим на песке у набегающих и откатывающихся с тихим шорохом волн. Помотав головой, он поднялся с места и направился к бунгало, чуть ёжась от прохладного бриза. Дёрнул ручку — дверь оказалась заперта. Несколько секунд недоумения — внутри послышались шаги и приглушённые проклятия. Дверь отворилась, Марв оказался лицом к лицу с самим собой.       — Твою мать, — сказал Марв-из-дома.       — Не без этого, — согласился Марв-с-пляжа и ударил первого по щеке.       Моргнул от порыва ветра. Прошёл внутрь.       «У медитации есть глубина. Уровни. Снисхождения», — он уселся в не успевшее остыть кресло и упёрся взглядом в монитор. Предшественник ещё не закончил с обёрткой функтора, — «Надеюсь, не так много народу до этого дойдёт».       В дверь кто-то постучал.