Тайна проклятого города "Sumgait"

Часы в комнате медленно постукивали механизмом. В тот же момент из открытого наполовину пластикового окна слышались звуки. Их было чрезмерное количество. Несмотря на то, что в городе был комендантский час, тишина не проявлялась. На улице были слышны голоса людей, стрёкот насекомых, шуршание игры ветра с ветками кустов. Но самым главным было то, что в комнату проходили холодные порывы ветра. Он имел странный, но приятный запах. В какие-то моменты пахло сыростью, но большую часть времени чувствовалась сладкость, словно от цветов… Часы продолжали медленно набивать ритм. Он не успокаивал, наоборот, раздражал и не давал покоя. И так уже больше трёх часов, это точно… Биоинженер чувствовал себя пустым изнутри, смотря в потолок. Тень от окна имела синеватый оттенок на потолке… И на него брюнет таращится несколько часов. Когда такое событие было в последний раз? Может быть, пару дней назад,. Да, казалось бы, уже давно ночь, но спать не хотелось. Что-то этому мешало. Первоначально зеленоглазый то и дело ворочался из стороны в сторону, пытаясь о чём-то думать, чтобы в конечном итоге отрубиться, но даже это не помогало. В конце концов он смирился, раскинув руки в стороны, пустым взглядом смотря ввысь. Можно было бы поискать снотворное, но брюнет как назло его забыл, при этом только сейчас он вспомнил, что оставил целую банку этого чёртового мелатонина на столе в своей комнате. Было бы хорошо о нём не вспоминать. В голове промелькнула одна и та же мысль, что без него теперь никак не уснуть. Бессонница. Ну, конечно. Она вызывала самые плохие ощущения, которые пленили тело и разум. Могло показаться, что ты застрял во временной петле, где время никогда не изменится и тебе придётся испытывать и видеть одно и то же. Как же это бесит. Но сейчас было абсолютно на это параллельно. Заставить себя спать уже не получится, но лежать и ждать начала утра тоже. К тому же неизвестно, что будет дальше… А часы всё продолжали постукивать механизмом, словно нарочно пытаясь разозлить брюнета, которому было всё равно на происходящее. Он был словно околдован временем. Его ничего не волновало, кроме спутанных мыслей в голове… Он каждый раз вспоминал одно и то же. У этой бессонницы была конкретная причина, которая заключалась в мучениях совести. Она неоднократно заставляла вспоминать о конце миссии. То, что произошло, не могло выйти из головы. Конечно, не каждый день перед тобой умирает человек, с которым вас много чего связывало. А ведь сложно было сейчас сказать, что это произошло. Дельта ведь жив, а значит, переживать не стоит. Но попробуй так сказать своей совести. Ты только больше начнёшь думать об этом, осмысливать каждую деталь ушедших событий. Если раньше биоинженер впадал в ступор, когда вспоминал последний день миссии, то сейчас он с холодным выражением лица смотрел в одну точку. И если раньше он мог спокойно выпить снотворное и перестать думать об этом, то сейчас ему нужно это всё пережить, если хватит воли, конечно же. Иногда самого Рона раздражало это состояние подавленности, но увы, ничего с этим он не мог поделать. Даже слова инженера никак на него не повлияли. Да, он сказал, что тот не виноват в его смерти… Но он же мог легко соврать. И так может продолжаться до бесконечности, пока чёртова совесть его перестанет мучить. И вот это стало невыносимым. В голове появилась одна мысль… — По сути… Снотворное может лежать в аптечке, — коротко вздохнув, биоинженер перешёл в сидячее положение, хмуро смотря в стенку. — Кэр недавно говорила, что она на кухне, если мне не изменяет память. Из-за воцарившейся темноты ничего не было видно, разве что тёмные силуэты интерьера. Помимо этого синеватый силуэт от окна расплывался на полу. Тишина. Всё, что было нужно. И лунный свет придавал какую-то атмосферу, будто время застыло на месте и ты прибываешь без чувств и эмоций всё это время. Но биоинженеру даже нравилось. Он медленно поднялся с кровати, но при этом картинка немного размялась перед глазами. Так брюнету пришлось простоять минуту, чтобы наконец сфокусироваться. И по-прежнему ничего не было видно перед собой, кроме тёмных объектов. Рон наконец начал делать размеренные шаги в сторону двери, при этом слушая эхо топота по комнате. Вскоре он притронулся к округлой ручке двери, тихо и медленно её повернув. Дверь бесшумно открылась, сперва несильно, затем нараспашку. Теперь ему придётся вести себя тише, чтобы никто другой ничего не подумал. Биоинженер бесшумно вышел из комнаты, тихо закрыв с глухим щелчком дверь. Коридор был в молочных тонах, правда сейчас он был синеватым из-за лунного света, но брюнет запомнил его цвет с вечера. Перед ним было две двери — комнаты других ребят. Слева от него также была комната. Он сам не помнил, кто был в какой комнате, но задаваться этим вопросом не стал. Какое-то время Конахан стоял в коридоре, пытаясь сфокусироваться, что где находится. Наконец он медленно повернул голову в сторону лестницы, ведущей вниз, на первый этаж. Было бы обычным понять, что там темно, но нет… Можно было заметить, что там был включён свет, причём он был тусклым и исходил с левой стороны. Там кто-то есть? Немного поразмыслив, биоинженер тихо начал идти в ту сторону, надеясь, что там никого нет и это просто не выключили свет. Тихие размеренные шаги раздавались в коридоре эхом, которое вызывало неприятный шум в ушах. Наконец дойдя до лестницы, брюнет начал постепенно спускаться. Он сразу же остановился, как только оказался на половине платформы, увидя, что происходит на самом деле. В небольшом зале, на столе стояла белая настольная лампа с абажуром. Светила она довольно тусклым тёплым светом, при этом небольшой свет был виден даже на втором этаже. На диване, за столом, сидел парень. На нём был тёмно-серый тонкий свитер, те же оливковые тактические перчатки, та же одежда, в которой его увидели в образе незнакомца, но только без длинного черного плаща, чёрной маски с красными швами, наушников. Он словно заворожённо смотрел на стол, прокручивая в руке синюю ручку. Перед ним лежал лист бумаги, исписанный почти наполовину. Брукс не реагировал абсолютно ни на что. Он даже не заметил, как биоинженер, стоя на лестнице, удивлённо глазел на него, размышляя, что тот делает. Инженер резко повернул голову в сторону брюнета, из-за чего тот коротко вздрогнул. Их молчаливая перепалка продолжалась минуты две. Лишь после, чтобы прервать давящую тишину, биоинженер спустился с лестницы, всё так же поддерживая зрительный контакт. — Дельта? Ты чего не спишь? — не сразу спросил Конахан, осматривая того с головы до ног. — А ты? — продолжая следить за ним, ответил вопросом тот, положив ручку на стол, сложив руки за голову. — Я первый спросил, — биоинженер медленно направился к нему, остановившись рядом со столом. — У меня бессонница просто. На что тот коротко кивнул, бросив взгляд на лампу. В то же время он прислушался к другим звукам. Тишина. Разве что на улице бушевал тихий ветерок. Конечно, три часа ночи, кто другой может издавать шум, пока другие спят. Инженер вернул взгляд на брюнета. Его чёрные волосы явно были взъерошены, но как только темноглазый обратил на них внимание, биоинженер сразу же их пригладил. Белая футболка с чёрными линиями от плеча до конца была слегка помятой, так же, как и чёрные штаны чуть ниже колен. Биоинженер странно сверлил его безразличным взглядом, положив руки в карманы. Хотя в глубине души он просто хотел знать о произошедшей пару часов назад ситуации поподробнее. Наконец инженер откинулся на спинку дивана, смотря ввысь. — У меня режим сбился. Такое часто бывает у многих людей, поэтому это ни капли не подозрительно и не странно… Если ты про это. Даже по твоему взгляду понятно, что ты в чём-то меня подозреваешь, — с лёгкой усмешкой проговорил Брукс, косо посмотрев на биоинженера. — М, ясно… Я не подозревал, просто это неожиданно. Я думал, что все уже спят, а тут ты… Давно сидишь? — пройдясь рядом со столом, он сел на край дивана, поставив локти на колени, вопросительно смотря на инженера. — Хм, дай подумать, — после чего Брукс выпрямился, положив руки на стол, смотря на лист бумаги, исписанный наполовину. — Я вообще не уходил отсюда. Как только вы пошли к себе, я остался здесь. Так что я сижу тут уже долго. — Ага, один, просто так… Странно это. — Что ты везде ищешь подвох? Блять, я занимаюсь своими делами всё это время! Вопросы? — агрессивно ответил тот, убедившись, что никого не разбудил своими криками, заткнулся и начал прислушиваться. Никого и ничего. Тишина. — Ладно-ладно! Я понял. Просто интересно стало, — после этого биоинженер встал и направился в сторону кухни. — Ну да, конечно, — проговорил полушёпотом инженер, скрестив руки на столе, смотря угрюмо на брюнета. Дойдя до кухни, биоинженер тихо открыл верхние полки в поиске аптечки или каких-нибудь трав. Обычно что-то из них есть на любой кухне. Как он ни старался распахивать дверцы тихо, они открывались с тихим писком, из-за чего ушам было неприятно. Большинство из этих шкафчиков были пустыми, но в некоторых лежали крупы и прочая еда, которая не требовала приготовления. Но аптечки как назло не было. Оставался лишь последний шкафчик сверху, и словно по волшебству она была там. Белый контейнер тихо стоял в углу. Взяв его в руки, биоинженер начал осматривать аптечку. После чего послышалось глухое постукивание костяшками пальцев по столу. — Там нет снотворного. В арендованных домах его никогда нет, как бы тебе этого ни хотелось. Это делается для всеобщей безопасности. Интересная информация: здесь было намного больше людей, и половина из них ещё года три назад умерла от передозировки снотворного, — инженер говорил это безэмоционально, словно пытался его напугать. — Что? — брюнет не понимал, к чему это было. Помимо этого он был разочарован, что снотворного нет. Но звучало это максимально не к месту и страшно в то же время… — Это тебе как объяснение. Но там у вас чай есть… в третьей полке слева, наверху. Может быть, он поможет тебе, не знаю, — Дельта слабо махнул рукой, отвернувшись, посмотрев вновь на лист бумаги. После чего он ненадолго задумался, взял ручку в руки и продолжил начатое. Рон лишь косо на него посмотрел. Ему уже не нравилось находиться с парнем в одном доме. Его слова, пусть и немного, но пугали. Он говорил всё это очень холодно, при этом никаких эмоций не показывая на своём лице. Но то, что инженер знал всё, причём в таких подробностях, немного настораживало. — А откуда ты знаешь, что где находится? — немного поразмыслив, спросил он. — А ты думал, что я за это время не буду есть? С тобой всё нормально вообще? Если ты думаешь, что я странный, то на себя посмотри сначала в зеркало, — с сарказмом сказал инженер, косо посмотрев на него. — А… Ладно, забудь, — отвернувшись и поставив аптечку в открытый шкафчик, ответил брюнет. Открыв сказанный ранее шкафчик, Конахан нашёл нужное, и был приятно удивлён. Всё-таки Брукс был прав. В этом шкафчике лежали разные пакетики оливкового цвета, в которых были разные травы, также в шкафу стоял молотый кофе. Немного порыскав, брюнет нашёл коробку чая с лавандой. Уже обрадовавшись, он хотел ее взять в руки, но осознал, что та пуста. Что ж, последний шанс ушёл из рук, оно было так близко… Значит пока что от бессонницы не избавиться, это точно. Взяв случайный пакетик в руки, он повернулся лицом к темноволосому, изучающе смотря на него. — Ты чай будешь? — не сразу спокойно спросил биоинженер. — М? — повернувшись к нему, тот осмотрел его с головы до ног. — Ну как хочешь. Получив хоть какой-то ответ, Рон коротко кивнул и включил чёрный электрический чайник. Бросив пакетики в каждую кружку, он насыпал сахар и принялся ждать. Бросив последний раз взгляд на белые кружки с чёрными полосками, Конахан повернулся к парню и прислонился к столу, скрестив руки перед собой. У него было очень много вопросов в голове, и всё так же не было ответа ни на один из них. Он подавленно вздохнул, посмотрев на инженера. — Могу я у тебя кое-что спросить? — чтобы хоть как-то начать разговор, спросил Конахан. — Ну попробуй, — усмехнувшись, ответил тот, не отрываясь от бумаги. — Что ты всё-таки тут делаешь? — брюнет перевёл взгляд на чайник, у которого горела красная лампочка при его работе. На что Брукс какое-то время странно смотрел на него, словно как на больного, после чего оставил ручку в покое, прислонившись спиной к дивану, сложив руки за голову. — Считай, что я и есть то самое доверенное лицо, которое отправили сюда до вас. Я удивлен, что вы это не узнали сами, — кратко ответил тот. — Как мы должны были узнать это? — немного в грубом тоне спросил Рон. — А, ну да… Обычно, узнать то, с кем ты будешь работать, можно увидеть на табло выбора миссий. А у вас выбора не было… Значит, я ошибся, — пояснил самому себе парень, косо посмотрев на него. — Ладно. Забудем, — как раз в этот момент послышалось кипение воды. Биоинженер медленно повернулся лицом к чёрному чайнику. Наконец красная лампочка перестала гореть, но можно было увидеть, как из носика выходил горячий пар. Подождав какое-то время, брюнет взял чайник в руку, отсоединив от подставки, после чего раздался от него щелчок. Налив доверху в каждую кружку воды, Конахан вернул чайник на место. — Получается, у нас одна и та же цель, миссия, всё тому подобное? — тот словно сказал это самому себе, положив руки на стол, смотря в стенку перед ним. — Всё верно. Просто «Netherhill» решил отправить меня раньше, так как здесь неизвестная обстановка. Ты уже знаешь о том, что тут уже людишки комплекса сдохли? Знаешь, вам определённо это успели сообщить. Ха, эти суки отправили меня одного… — после сказанного он положил локти на стол, а на сторону тыльной ладони голову, угрюмо посмотрев в стол. — Но это неважно, наверное. После того, как мой срок закончился, я сообщил о том, что всё хорошо. И вот, вы теперь здесь. — Хм, мне немного стало яснее. Спасибо, — инженер не заметил, как перед ним уже с кружками чая стоял биоинженер. Он осторожно, чтобы не разлить кипяток, поставил их на стол, краем глаза смотря на лист бумаги, за которым работал тот. Правда, долго вглядываться в него лучше не стоит, всё же как-никак личное пространство, все дела. Оставив кружки в покое, Рон сел на то же место, что и ранее, внимательно следя за товарищем, который вновь вернулся к бумаге. — Да пожалуйста. Я ничего не сделал такого, — несвязно пробубнил инженер, о чём-то задумавшись. — Это неважно… Кстати, а ты теперь, получается, всё время с нами будешь? С нами вернёшься в комплекс? — поинтересовался брюнет, поудобней расположившись на диване. Его собеседник немного повернул голову в его сторону, щелкнув ручкой. Он словно в глубине души рассуждал о Конахане, обсуждая его каждое действие. Наконец парень вновь вернулся к бумаге. — Да и ещё раз да. Ты так говоришь, словно у меня выбор есть. У меня его никогда не было. Так что я давно уже с этим смирился. Но я рад, что именно с вами мне надо работать, с другими я бы не вынес целый месяц работы, — пояснил он, сделав пару записей на бумаге. — Я очень даже удивлён. «Старый» Дельта мечтал от нас избавиться, — словно усмехаясь, сказал брюнет, повернув голову в сторону окна справа от него. Вид открывался на дорогу, где с другой стороны стоял ещё один небольшой дом аквамаринового цвета, рядом с которым можно было заметить белый деревянный забор, где недалеко стояли ящики, в которых стояли горшки с цветами. Только сейчас биоинженер заметил, как после его слов парень был не очень-то и весел, наоборот, он сидел тихо и мирно. Пустым взглядом он смотрел в пол, на столе стояли локти, руки были немного опущены на голову, словно тот пытался от кого-то скрыться. Наконец Брукс немного поднял голову, погрузившись в раздумья. Так могло продолжаться очень долго. Но всё это время брюнет смотрел на него, как заворожённый, пока странное пустое чувство ело его изнутри. Ему было тоскливо смотреть на его пустое лицо, которое словно ничего не выражало, хотя тот был подавлен от сказанных ранее слов. Только сейчас Конахан это понял. Ведь «того» Дельты уже не будет. Конечно, такое событие влечёт за собой не самые приятные изменения… Рон уже успел мысленно пожалеть, что вообще начал вести с ним разговор и пришёл сюда. В какой-то степени он мысленно начал ненавидеть самого себя, проклиная за идиотизм. То брюнет может стоять как столб, ничего не делая, то винит за слишком сильную разговорчивость… Словно он во всём этом виноват и вообще враг всего мира. — Смотри не усни, так у тебя чай холодным будет, — проговорил, словно гром среди ясного неба, инженер, косо смотря на собеседника, который глубоко погрузился в раздумья. Тот даже немного вздрогнул, так как тишина резко прервалась слегка агрессивным голосом парня. Наконец Рон коротко ему кивнул, посмотрев на кружку. Недолго думая, он взял её в руки, словно грея их, но на самом деле это было действительно так, словно от тревоги и подавленности они охладились, хотя эмоции человека никак не влияют на температуру конечностей. Кружка по-прежнему была довольно горячей, но мужчине словно было плевать, он находился в раздумьях. Этот чёрный чай пах довольно приятно, но биоинженеру запахи казались лишь воздухом, они не имели для него значения. Наконец он сделал короткий глоток. Чай был настолько горячий, что можно было смело обжечь себе язык, но тот словно этого не замечал и пил с огромным удовольствием, хотя это было со стороны странным. — Кстати! Возможно, мой вопрос сейчас прозвучит странно, но ладно… После всего того, что случилось, у вас самих всё нормально? Как вообще миссия закончилась? Я же подробностей не знаю, да и мне никто ничего не говорил, — немного с тоской спросил Брукс, держа в руках листок исписанной бумаги. — Никак не странный вопрос, всё вполне нормально, — он коротко осмотрел инженера, посмотрев в дно кружки. — У нас всё хорошо. Правда, Вайлант немного стал другим, но с этим мы точно справимся… Наверное. Не знаю. Миссия закончилась вполне нормально, если не брать в расчёт… тот инцидент. Бриджет расстреляли прилюдно, так как, оказывается, она много кого убила тогда. От неё пострадали Сайрус, Остин, Фриц… Ты его не знаешь. Эйда пострадала как морально, так и физически. На её теле было множество гематом, синяков, порезов, это только мелочи. Объект был кем-то наподобие щенка, который делал всё то, что Бриджет попросит… Ну и ты, собственно. Объекта отправили на изучение, меня в красную зону в том числе для предварительного изучения, но это ничего нам не дало хорошего. Буквально… Зато лагерь теперь отреставрировали, он в рабочем состоянии, — биоинженер говорил медленно, смотря то на потолок, то в дно кружки. Конахан вновь посмотрел на инженера. Его хмурый взгляд смотрел в одну и ту же точку. Он словно с каждой секундой всё сильнее и сильнее сжимал в руках ручку, словно готовясь её сломать. Инженер с силой сжал челюсть до невыносимой боли, после чего медленно встал и простоял так меньше минуты. Он медленно положил руки за спину, всё с такой же скоростью подошёл к белому шкафу, который был забит книгами, цветами и прочим барахлом. Инженер прошёлся взглядом по названиям, после с силой ударил головой об стеллаж. Его что-то разозлило? Но что? Он словно ещё сильнее стиснул зубы, сильнее нахмурился. На какое-то время инженер успокоился и тихо выдохнул. Такое ощущение, что его биполярило… А может быть, и да. Через какое-то время он отошёл от шкафа, посмотрев в потолок. Его глаза не выражали ничего, кроме дикой суровости и при этом безразличия. Брукс был готов кого-нибудь убить или разбить всё то, что находилось в этом зале. Наконец он повернулся лицом к биоинженеру, который внимательно следил за действиями своего собеседника, который будто был невменяем. Такое странное чувство. Казалось бы, перед тобой стоит просто Дельта, но брюнет словно чувствовал что-то в нём неладное… Что-то он не договаривает или просто не хочет говорить вообще. — Единственное, что меня радует, так это то, что эта сучка сдохла. Хотя просто расстрелять — мелочь. На месте этого комплекса я бы её разорвал в клочья и дал на съедение Клоду… Интересно, он бы её сожрал? Она же простой человек, как все остальные, поэтому всё возможно, — в конце своих слов Дельта усмехнулся и посмотрел на кружку чая. Успокоиться не помешало бы… — Брукс? — неоднозначно спросил биоинженер, косо смотря на него. — М? Что-то не так? — С тобой всё нормально? — не сразу спросил Рон, сделав небольшой глоток чая. На что тот какое-то время странно на него смотрел. Конахан увидел, как тот замялся и отвернулся, смотря на шкаф и предметы интерьера. Он словно что-то скрывал и не хотел говорить. Парень долго стоял молча, пока биоинженер следил за ним. Наконец инженер медленно перевёл взгляд на потолок, словно там было что-то интересное. — Вообще, всё нормально… Но я в любом случае не рассказал бы ничего. Так что можешь даже этот вопрос мне не задавать… Пока что всё нормально в плане, — проговорив всё, он медленно повернулся к нему всем телом, грозным взглядом смотря на него, хотя его голос звучал весьма спокойно. — Я просто поинтересовался, ничего особенного. Можешь не беспокоиться, докладную о тебе не собираю, — усмехнувшись, брюнет вновь отпил чай. Мельком тот увидел, как инженер сразу же успокоился и уже мягко смотрел на него расслабленным лицом. Он словно сочувствовал о том, что говорил так агрессивно. Через какое-то время парень подошёл к столу и взял кружку в руки, косо посмотрев на биоинженера, который уже им не интересовался, а смотрел куда-то в стену. — А как ты выжил? — неожиданно спросил Рон, урезав тишину. — Просто, понимаешь… Все как один говорили, что ты мёртв и ничего с тобой нельзя сделать. А теперь оказывается, что это не так… — немного в грустном тоне проговорил биоинженер. Брукс чуть не подавился чаем, хотя этот чай даже смог частично попасть не в ту область, из-за чего ненадолго стало немного трудно дышать. Откашлявшись, он резко повернулся в сторону брюнета, который всё это время следил за ним. Тому словно было как-то плевать, он лишь желал услышать ответ на вопрос и разойтись как в море корабли… — На этот вопрос я тоже отвечать не буду. Потому что это не поддаётся человеческой логике… Никто не должен знать. Вот и всё. Я… расскажу, но только в другой раз, не сейчас уж точно, — наконец он сделал короткий глоток, но это получилось болезненным из-за первой неудачной попытки. — Ладно-ладно! Как тебе угодно! Хочешь — отвечай, хочешь — нет. Всё на твой выбор. На этот раз он у тебя есть. В какой-то момент Конахан посмотрел вправо. Всё то же самое окно, которое выходило на улицу. Рядом с этим окном стояли высокие комнатные цветы, которые в чём-то были похожи на пальмы. Обстановка вообще никак не изменилась за окном, разве что сквозь тишину можно было слушать бушевавший ветер. Он словно что-то нашёптывал, создавая тихий вой, который то усиливался, то становился очень тихим. После чего Рон повернул голову в сторону стола. Лампа по-прежнему горела, а на часах, которые стояли на столе, было около четырёх часов утра, значит, что рассвет где-то через час, может быть даже чуть раньше. Но это не так важно. Пока что можно было точно сказать, что за окном не настолько темно, как час назад. Эта тишина, которая прерывается лишь тихим свистом ветра… Такое ощущение, что ты застрял во времени и теперь всё кажется каким-то иным, несуществующим. И это отдавалось каким-то пустым ощущением. Было одновременно радостно увидеть рассвет, который будет уже так скоро, но в то же время это событие накрывало чувством одиночества… Одиночества. — М-да, мы так с тобой до утра просидели, похоже, — с усмешкой проговорил инженер, сделав глоток чая. — А разве это плохо? — в радостном тоне спросил тот. — Нет, просто непривычно с кем-то его встречать… Странно это сейчас прозвучало, — в конце концов темноглазый даже засмеялся, слабо подняв голову ввысь. — Хм, сделаю вид, что я тебя понял… Целый месяц. Целый месяц нам работать вместе. Это сколько у нас есть возможностей. Мы же по-любому эту миссию закончим. Мы уже видели объект, не так уж и много делов, — радуясь, проговорил биоинженер, медленно делая глотки напитка. — Зря ты радуешься. Работы дофига, так что это лишь кажется так… — А ты хоть сам знаешь что-нибудь об объекте? Или о самом деле, что тут произошло? — почему-то резко спросил брюнет, оставив кружку на столе, она была пустой лишь наполовину. — Нет… Не знаю про то, что произошло. Да и про объект. Хотя про него кое-что у меня удалось нарыть. Будет лучше, если я это расскажу всем сразу, а не одному тебе, а после чего повторять по сто раз, — неохотно ответил тот. — О, это очень хорошо. Не придётся всё сразу рыть с самого начала. — Это точно… Но объект очень разумный, это я тебе сразу скажу. Сам прими тот факт, что он гипнотизирует людей при помощи музыки. Причём каждый раз она одна и та же, но никто её не может описать. К примеру: попробуй вспомнить мотив мелодии, — с каким-то подвохом проговорил инженер, косо посмотрев на биоинженера с усмешкой. В этот момент тот уже был готов примерно повторить мотив, но… Стоило ему только начать разминать рот, чтобы повторить, как в его голову пришло осознание. Он вообще её не помнит… А после Рон понял, что даже не помнит тот момент, когда видел нечто лицом к лицу… Нет, он видел какие-то клочки воспоминаний, но не помнил точно всю ту картину событий. Его тело пробили мурашки и знойный холод от осознания. Как бы он ни старался вспомнить, ничего не выходило. Биоинженер даже не понял, как у него резко заболела голова, особенно в области висков. Он невольно зажмурился, повернув голову в сторону. Что? Почему он ничего не помнит?! Что за бред?! — Рон? Всё нормально? Тебя словно съёжило всего, — проговорил тихо инженер, чуть приблизившись. — М? — после чего тот резко повернулся к нему. — Да, всё нормально… Я просто не могу ничего вспомнить. — В этом и суть. Никто из тех, кто был под гипнозом этого объекта, не помнит мелодию, да и сам момент гипноза. Ты не переживай, ты не первый и не последний, — сделав длинный глоток чая, инженер оставил пустую кружку на столе. — Хорошо, лучше мне вообще об этом не думать… А ты сам был у него в гипнозе за всё это время? — не сразу отважился спросить Конахан, скрестив руки перед собой. — Конечно. Мне, правда, очень сильно повезло. На животных гипноз не действует, — странно ответил тот непрямым ответом, из-за чего брюнет смутился. — В каком смысле? — Забей… *** Спустя всего два часа эта недолежащая ночь постепенно начала сменяться по-настоящему приятным утром. Эта темнота уже пропала вовсе, а дома, улицы, переулки были освещены приятным оранжевым цветом восходящего солнца. Словно всё в моменте оживилось, как переродилось вновь… А ведь кто-то мог умереть за эту ночь, а мы этого даже никогда не узнаем. А тем временем вокруг кипела жизнь, всё расцветало и имело уже другой вид. Два напарника уже более спокойно обсуждали ситуации за пройденный период… Хотя Брукс больше слушал слова биоинженера, которого тот заставлял говорить о миссии и о других вещах. Сам же брюнет не понимал, зачем товарищ так делает. Возможно, он просто хотел слушать рассказы Конахана, а возможно, им двигало что-то другое, что-то необходимое. Всё бы ничего, но как только они услышали шаги со второго этажа, так сразу же остановились и посмотрели в ту сторону. — Доброе утречко! Не ожидала я вас встретить ранним утром, — голос стратега звучал как-то подавленно, но это не мешало ей говорить радостно, стоя на лестнице. — Новый день — новые дела?