Тайна проклятого города "Sumgait"

Дабы наконец освежить себе мысли и набраться сил, стратег вышла во двор… Все названные теории ранее никак не клеились и метались в голове как неугомонные тараканы. Каким-то образом нужно понять, что из этого правда, а что — нет. Также всё это нужно каким-то образом совместить в единую цепочку. Всё это сделать одной на больную голову вряд-ли получится. Именно поэтому русоволосая решила уединиться где-то на улице. На всякий случай она сообщила об этом разведчику, который ушёл из зала самым последним. Не хотелось, чтобы её кто-то искал… Положив руки на белый деревянный забор, стратег смотрела по сторонам… Весь этот остров казался таким красочным местом. Неужели здесь люди живут спокойно, понимая, что объект может лишить кого-то жизни? Сложно было поверить в такое, даже она, находясь здесь, испытывает некий дискомфорт. Не может тут всё быть таким красочным, как за линзами розовых очков, но в то же время нельзя утверждать, что тут всё плохо… Хотя, а почему так нельзя сказать? Здесь было даже спокойнее, чем на другом острове и это даже логично, ведь именно там объект обитает большую часть времени. В этом городе люди живут спокойной жизнью. Даже если посмотреть на обстановку вокруг, смело можно назвать этот остров даже курортным. Широкие улицы с домиками в один или два этажа в постельных цветах, чаще всего это были бледно-розовый и персиковый. Некоторые детали домов были в белых тонах, как и заборы, которые у каждого были разные: у кого-то это были каменные или кирпичные невысокие тонкие стены, у кого-то деревянные с щелями и без. Каждый старался чем-то выделиться среди других: кто-то сажал во дворе ели, у кого-то были цветы, но были те, кто просто этим не заморачивался, это подтверждает и двор самого отряда. Со стороны дом Харрис выглядит довольно скудно, но нельзя сказать, что это плохо… Становилось холодно. С каждым днём ветер мог как подниматься, так и утихать, то же самое было и с температурой. Стоя на улице в свитере, Кэролайн иногда вздрагивала от нового порыва ветра, который возвращал её из раздумий на землю. Она вновь осмотрелась. Все те люди, которые в спешке проходили мимо, действительно казались недружелюбными: пересекаясь друг с другом, они молчали и старались отводить взгляд. Такое поведение казалось немного странным. Все эти люди казались какими-то… серыми на фоне этого города. Была ли здесь какая-то причина? Смотря на эту картину с грустью, Вайт постоянно переводила взгляд в какие-то точки этой улицы, пытаясь найти то, что может привлечь её внимание и отвлечь от дел. Пока что ничего такого не было. Через пелену мыслей, которые плотно засели в голове, стратег услышала приближающийся звук рёва мотора. Немного повременив, она повернула голову на источник звука. К соседнему дому слева подъехал черно-красный мотоцикл. Человек, остановившись рядом с калиткой белого деревянного забора, слез с мотоцикла, сняв со своей головы чёрный шлем, после чего осмотрел его на наличие повреждений. Тёмно-русые волосы были очень кудрявыми и густыми, чуть ниже плеч, челка была закреплена двумя ярко-красными заколками, а под чёлкой виднелся золотистый ободок. Взгляд болотного цвета глаз был мутным и даже местами агрессивным. Можно было сразу заметить, что эта девушка отличалась кофейного цвета кожей, густыми чёрными ресницами, пухлыми губами. Но одежда была её изюминкой среди других людей: алого цвета топ с длинными рукавами с вырезами для пальцев, такого же цвета чокер, широкие брюки голубого цвета с ярко-золотым узором звёзд и разрезом по бокам, жёлтые высокие ботинки с толстой подошвой, золотая цепочка на шее, на поясе, даже на ботинках. Темно-русая долго продолжала смотреть на шлем, после чего наконец начала копаться одной рукой в большой белой сумке наперевес. Только когда она слегка подняла голову, то заметила, что на неё всё это время смотрела девушка. Долгое время стратег молча наблюдала за ней, не находя слов. Как она правильно понимала, перед ней тот самый журналист, о котором говорил инженер. Честно, эта девушка явно отличалась от других своей красочной одеждой. Если все были в основном в серых или чёрных одеяниях, то она очень сильно выделялась из толпы серости. Девушки долго недоумевая смотрели друг на друга, но Кэролайн заметила, как взгляд этой незнакомки стал более приятным и дружелюбным. Соседка положила шлем на мотоцикл и открыла калитку в свой двор. — Здравствуйте! Вы, я так понимаю, новые соседи? — улыбнувшись, девушка завезла свой транспорт во двор, после чего закрыла калитку на щеколду. — Здравствуйте. Да, что-то вроде того, — неохотно с короткой усмешкой ответила стратег. — Хм, ясненько, — оставив мотоцикл, она подошла к забору, который их разделял, и положила на них руки. — Повезло вам отхватить дом у Харрис… Надолго вы к нам? — Где-то на месяц, — психолог на время остановилась. —Кэролайн Вайт, — она протянула руку, на что та сразу же сделала то же самое. — Ванда Войт, приятно познакомиться. Я редко встречаю разговорчивых людей, — с улыбкой проговорила соседка. — То же самое. Всегда хочется с кем-то поговорить, но здесь все люди какие-то серые, неразговорчивые… Вы даже выделяетесь как-то среди других. Услышав это, девушка немного смутилась, отпустив руку. После чего она повернулась в сторону дома. — Мне нравится выделяться. Это обычно для моей личности… — Понимаю вас, — Кэролайн наконец дождалась, когда она посмотрит в её сторону. — Вы же журналист? — А вам уже кто-то успел об этом сказать, — с саркастичной усмешкой проговорила Ванда, закрутив прядь волос на палец. — Скажем, что да. Я одновременно журналист, фотограф, редактор статей… Вас интересует моя личность так же, как меня ваша? — спросила она. Прислушиваясь к обстановке вокруг, стратег думала, что стоит говорить и как завести с ней разговор, чтобы в конечном итоге узнать необходимую информацию. — Возможно, — кратко изъявила она. — Мне просто хотелось бы узнать побольше об этом городе, о людях здесь, о событиях, которые произошли когда-то… Мне это очень важно для дела, но страшно обратиться к людям, ведь неизвестно, что у них на уме, — приходилось придумывать причину на ходу, но при этом всё должно быть правдоподобно. Войт стучала пальцами по забору, пустым задумчивым взглядом смотря в сторону дома Харрис. Наконец она посмотрела на стратега. — Кэролайн, если вам нужна в этом помощь, то вы обратились по адресу. Если вы хотите, мы можем зайти ко мне и дружески всё обсудить. Мы же отныне соседи… Что думаете? — приятный добрый голос был местами грубым, но в конечном итоге девушка говорила спокойно. Идея казалась отличной, но психолог что-то упускала… А может, ей это кажется. Конечно, когда неоднократно приходится сталкиваться с чем-то неизвестным, то всё кажется странным. Но если согласиться на это, то можно лучше заполучить этого человека, втереться в доверие, но только в добрых целях. Даже можно подружиться с ней, лишние знакомства не помешают. — Я была бы не против. Дружеские отношения никогда лишними не будут, — радостно ответила психолог, улыбнувшись. — Отлично, тогда пройдёмте за мной, — Ванда метнула головой в сторону калитки её белого забора. Стратег кивнула ей в ответ. Выйдя из своего двора, немного пройдясь по тротуару улицы, русоволосая зашла в её двор после того, как та открыла ей дверь и закрыла её. Этот двор также ничем сильно не отличался от двора дома Харрис: песочного цвета одноэтажный домик с белой дверью и коридором со ступеньками, васильки росли под окнами дома, а с уличной стороны на подоконнике стояли по три зелёных горшка с разными цветами. Её мотоцикл стоял за домом там же, где росли четыре маленькие пихты. Ванда медленными шагами направлялась к своему дому, пока девушка следовала за ней. Открыв дверь, на которой пару минут назад висел замок, она в первую очередь пропустила своего гостя, после чего закрыла дверь и зашла в свой дом. *** Дом изнутри казался даже маленьким. Небольшая кухня в углу с черно-белыми шкафчиками, раковиной, вытяжкой и плитой на четыре отделения; рядом с раковиной на полу лежал белый коврик с узором котика, лежащего на спине с милой улыбкой. В той же части дома, в другом углу, был широкий белый стол, чёрные деревянные стулья, белый мохнатый ковёр. В углу, в телесного цвета горшке, стоял раннее неизвестный стратегу цветок, который походил на пальму. Напротив входа были три двери, между которыми стояли кофейного цвета тумбы. Зал, справа от входа был точно таким же, как и в доме отряда, только перед диваном стоял низкий журнальный столик из стекла, на котором лежат какие-то бумаги в стопках. Поставив свои сапоги на полку для обуви, хозяйка надела белые тапочки, встав в полный рост, удерживая рукой сумку. После чего она посмотрела на Вайт, которая была чуть выше её на пару сантиметров. — Добро пожаловать, чувствуйте себя как дома, — она улыбнулась, после чего пошла на кухню. Почувствовав неловкость, стратег пару раз обежала взглядом это место, после чего наконец разулась, поставив обувь туда же, куда ставила хозяйка. Сделав пару шагов по холодному полу, девушка долгое время осматривала обстановку в доме. Здесь было очень даже уютно и просторно, ничего лишнего. Вайт продолжала осматриваться вокруг, пока не остановилась на тумбе впереди себя. На ней горизонтально стояла фотография в белой рамке. На заднем фоне, за компьютерным столом сидел русоволосый парень с кудрявыми волосами, которому на вид было лет двадцать. Взгляд карих глаз был дружелюбным и в малой степени удивленный. На бледной коже, на щеке, красовались два небольших шрама. Парень в белой рубашке держал в руке чёрный картонный стаканчик с белой крышкой, на столе стояла небольшая табличка с надписью «Кьель Хольгерстен». Кареглазый сидел перед монитором в белой рубашке, пока на переднем плане Ванда Войт, устремляя взгляд в камеру, показала рожки. Её милая добрая улыбка расплывалась на лице, когда она запечатлела этот момент. Снизу фотографии белым маркером тонкой линией было написано: «Kontrakoak erakartzen ditu». Пока не было ясно, что это могло значить, но определённо в этом был какой-то смысл… После этих слов можно было заметить очень маленький улыбчивый смайлик, который держал в руке табличку с сердечком. Можно было смело сказать, что в этой фотографии и надписи есть действительно что-то милое и атмосферное. Должно быть, эти люди счастливы на данный момент, несмотря на опасность от объекта и чего-то другого… Их глаза горят жизнью и желанием творить для будущего. От этой мысли стратегу сделалось одновременно тепло и холодно. Ей нравится наблюдать за теми, у кого жизнь бьёт ключом. Но когда ты понимаешь, что у них есть то, что нет у тебя, начинает появляться зависть. Тебе хочется того же тепла и уюта, но физически не можешь себе этого позволить, не можешь сломаться или растаять от этого… Вздохнув, Кэролайн ощутила на себе чужой взгляд, после чего её пробили мурашки. Снова галлюцинации? Она резко повернулась в ту сторону, откуда на неё смотрели. Войт смотрела на неё с кухни, разводя что-то в чашке зелёного цвета. — Какой чай вы любите? — после чего она посмотрела на то, что привлекло внимание стратега ранее. — Хм… Неудачный снимок, сделанный месяц назад. Не знаю, зачем я вам это рассказываю, просто не с кем поделиться этим. Я сама по себе слишком разговорчивая, поэтому не обращайте на это внимание. — Что вы, нет, всё хорошо! Мне правда было интересно. Если вы очень разговорчивый, то я очень любопытный человек… У меня нет любимого чая, поэтому зелёный, если есть. — Хех, зелёный? — девушка что-то открыла с шелестом картона, после чего показала своей гостье плоскую коробку, —У меня его много. Она ехидно усмехнулась. Стратег была этому даже удивлена, после чего коротко обрадовалась. — Вы коллекционируете виды чая? — Ну, есть такое. Всегда хочется попробовать что-то новенькое. — Тогда давайте тот, который вам нравится больше или тот, который вы можете предложить, — проговорила Кэролайн, подойдя медленно к кухне. — Хорошо, — журналист долгое время пыталась выбрать что-то одно. — Вот! У меня есть зелёный чай с арбузным пуншем. Обещаю, вам понравится. — Я верю. Звучит интересно, никогда прежде не пробовала что-то такое. Та лишь коротко кивнула и, освободив пакетик чая от обёртки, бросила его в кружку, залив кипятком. — Если не секрет, то на той фотографии что за язык? Или это что-то личное? — положив руки за спину, спросила Вайт, медленно рассуждая о своём. — Ах, это не личное. Это баскский язык. — Это тот, который является изолированным? — Всё верно. На определённое время возникло молчание, которое никто не смог прервать. Наконец журналист вздохнула и посмотрела на чайник. — Что вас заставило приехать в это забытое богом место? — улыбнувшись спросила девушка. Возникло молчание. Не хотелось бы врать и в то же время рассказать всё как есть, поэтому нужно придумать, что делать. В конце концов есть не так много вариантов, что говорить, и это ставило в тупик. Осмотревшись беглым взглядом по сторонам, стратег коротко вздохнула, почувствовав, что сердце может скоро её покинуть. — Я и мои друзья решили снять документальный проект про Южный и Северный Сентинел, — мрачно сказала она. Фотограф удивилась, но когда услышала щелчок чайника, то сразу же перевела на него взгляд. — Понимаю, как только происходит какая-то сенсация, то всегда скапливаются журналисты с туристами, как стервятники, но это ожидаемо… Интересуетесь Мороком и всем происходящим? — девушка окинула стратега хмурым и скептичным взглядом. Медленно натирая пальцы друг об друга за спиной, Вайт по какой-то причине чувствовала подвох. Вроде обычный вопрос, но в нём словно было что-то не то. — А почему вы так решили? — сохраняя спокойствие, проговорила Кэролайн, продолжая смотреть на неё. Ванда встала в полный рост, после того как разлила воду в кружки зелёного цвета. Она, прислонившись спиной к столику, скрестила руки перед собой и уже мягко посмотрела на неё. — Ну, это логично. Других вариантов я просто не вижу. Я даже помню, что вы не единственные, кто пытается о нём что-то узнать, я в том числе… Только в конце концов забросила это занятие, так как толку от этого ноль. Копаться в том, что ты не можешь понять — бессмысленная трата времени… Но если вам это действительно интересно, то это ваше дело и выбор, я не в праве вас останавливать, — улыбнувшись вновь, Ванда открыла шкаф над своей головой и одновременно с этим достала оттуда пакет с какими-то вкусностями. — К тому же вам это нужно сейчас для дела, а я занималась этим из-за своего энтузиазма. Немного замешкавшись, стратег понимала, что стоит как-то поддержать этот разговор. — Вы занимались изучением Морока? — Да, именно. — Как давно? Ванда повременила, взяв в руки кружку с чаем. — Давайте для начала присядем, и я всё расскажу как есть. Стратег кивнула, получив в руки свою кружку чая, увидев, как та указала на стол. *** Присев на место напротив журналиста, Кэролайн задумалась о своём. Нужно вести разговор мягко и без подвоха, к тому же от этого разговора можно о многом узнать. Правда, есть один изъян… Достав из кармана небольшой чёрный диктофон, который вообще не должен был у неё быть, стратег положила его на стол так, чтобы собеседник его увидел. Это было просто, и хозяйка дома действительно его заметила сразу же, но словно не придала никакого значения, лишь усмехнулась после. — Вы не против, если я запишу наш разговор? Хотелось бы некоторую информацию включить в наш проект. Девушка с болотными глазами усмехнулась. — Без проблем, только ответьте на пару моих. — Хорошо, — почувствовав какой-то подвох, проговорила психолог. — А что вообще из себя представляет этот проект и для чего он? Могу ли я взглянуть или как-то помочь вам? Бац. Именно этого и стоило бояться. Нужно придумать какой-нибудь выход из этой ситуации, но в голову как назло ничего не приходило. Ну же, думай! Убивало то, что при этом нужно вести себя естественно: не паниковать, сохранять рассудок и думать очень быстро… Не хватало ещё галлюцинации. Тогда все стало резко хуже настолько, что тут даже удача не поможет. Никто не должен знать… Ради этого лозунга нужно было врать так, чтобы не вызвать подозрений. — Этот проект экспериментальный. Мы обычная группа туристов, которые заинтересованы в недавней сенсации — неизвестное существо Морок, которое обитает на Южном Сентинеле. Также цель нашего документального проекта не только запечатлеть сам остров как внутри, так и снаружи, но и понять, как при такой обстановке спокойно живут люди, что вообще из себя представляет этот город… Я не уверена в том, что вы сможете это посмотреть. Оператор не я, да и мои друзья будут, скорее всего, против этого. Простите… Но вы можете помочь разве что только информацией, если вы действительно хотите, — наконец выдавила из себя Кэролайн, всё крепче сжимая в руках кружку. Неловкое молчание повисло всего лишь на пару секунд, но казалось, что оно шло вечность. На фоне тихо тикали белые часы на стенке слева от девушки, параллельно с этим слышались посторонние звуки, вроде копошения чего-то. Стало в какой-то степени неудобно и страшно, вдруг это тоже галлюцинации, поэтому следует никак на это не реагировать, также двигаться. — Хорошо-хорошо, я понимаю вас прекрасно. Опять же, это все ваше дело, к которому я не имею никакого отношения. Я только с радостью помочь новым соседям… Хотелось бы дружить с вами. Не все в нашем городе могут спокойно поговорить друг с другом, — с тоской проговорила та, заметив, что стратег включила диктофон, на что после кивнула своей собеседнице. — А почему так? Есть причина, почему люди не хотят контактировать друг с другом? Как давно это происходит? — убрав руку от диктофона, проговорила монотонно Вайт. — Я не могу сказать точно. Я здесь живу всего лишь год, поэтому толком не знаю подробностей. Но! — сделав паузу, Ванда взяла из пакета шоколадное печенье. — В архивах об исследованиях города и Морока говорилось о том, что из-за галлюцинации, гипноза, который вызывал он, люди могли смело поубивать друг друга. Любой незнакомец под гипнозом Лучника мог убить всю семью, но когда человек отойдёт от гипноза, то попробуй докажи, что ты не убийца. С этих пор доверие людей пошатнулось, и они перестали общаться друг с другом, боясь за свою жизнь… Сумгаит раньше был лучше, даже год назад… Грустно было это слышать, из-за чего психолог замялась, мысленно сочувствуя Ванде. Сложно, наверное, жить в том городе, когда тут происходит такое. — Я очень вам сочувствую… Это правда очень грустно. Может, немного отойдём от темы с Мороком? Можем поговорить о самом городе. Например… Как появился город Сумгаит? — чтобы хоть немного поднять настроение, улыбнулась Кэролайн, сменив тему. — Хорошо, без проблем, — резко успокоилась девушка. — Вообще этот город, опять же, как я поняла, был как зона для научных исследований. Что именно они пытались здесь найти — не ясно до сих пор, в архиве про это не написано… Но они явно что-то здесь нашли, раз резко решили возвести здесь город… Честно, я не интересовалась этой темой, не было времени, но если вам интересно, то можете найти информацию в архиве. Могу даже помочь в этом. — Спасибо, но даже этой информации мне достаточно. Но буду держать вас в курсе, если нам это потребуется, — радостно залепетала стратег, сделав глоток зелёного чая, почувствовав приятный сладкий привкус, пусть тут и не было сахара.— А как вообще происходит обстановка в городе в связи со всеми событиями? — Честно, ничего такого не изменилось. Да, появился комендантский час, когда все улицы патрулируют. Часто страшно за свою жизнь и других из-за гипноза, поэтому многие ходят теперь в наушниках. Мне они не нужны, ведь я большую часть времени провожу за рулём. — А как люди попадают под гипноз и может быть такое, чтобы кто-нибудь не попал под него? — Под гипноз попали все те, кто слышит мелодию, но было пару случаев, когда на некоторых он не действовал, — в спокойном тоне изъяснился Ванда, откусив печенье. — С этого поподробнее, пожалуйста. — Этих случаев было всего четыре. Под гипноз не смогли попасть те, кто имел проблемы со слухом… Он разве что на животных не действует. — Раз мы вновь вернулись к Мороку, то могу ли я начать говорить об этом? Например… Как часто он появляется в городе? Лучник вообще как-то разговаривает? — продолжала Вайт, медленно попивая чай. — В последний раз он появлялся где-то… недели три назад, но ни на кого не нападал. Я даже редактировала статью с этим событием. Оказывается, что Морок простоял на крыше одного из домов около часа, при этом никого не убив. Что он пытался высмотреть — неясно, — журналист пристально посмотрела на своего собеседника. — Скорее нет. За все разы его появления он не издал ни единого звука, кроме скрипки, конечно же. Морок сам по себе ведёт себя очень тихо. Никто не знает наверняка, где он находится большую часть времени, когда явится в город и кто станет следующей его жертвой. Снаружи послышался резкий сильный порыв ветра, из-за чего психолог даже вздрогнула, словно здесь была какая-то опасность. — Вы сами были когда-нибудь под его гипнозом? — Нет, мне очень крупно везёт. Каждый четвёртый человек в этом городе либо был под гипнозом, либо видел галлюцинации. Откуда они берутся — неизвестно… Мне не довелось это почувствовать и познать на себе. Врагу такого не пожелаю. Взяв из пакета очередное печенье, Ванда протянула его стратегу. Та же просто не решалась его брать, но ставить в неловкое положение никого не хотелось, поэтому пришлось взять. — А как давно Морок орудует в городе? Можно ли предугадать его появление здесь? — последовал следующий вопрос от психолога. Фотограф задумалась, вновь намотав прядь волос на палец, отведя взгляд в сторону. — Когда я проводила своё расследование по этой теме, у меня была одна теория, но она не кажется мне правдивой, — сложив руки перед своим лицом, девушка перевела взгляд на Кэролайн. — Где-то чуть больше года назад Южный Сентинел тоже имел небольшой город, как и этот. Он вроде назывался Инферния. Это был тихий городок чуть меньше этого, занимался химической промышленностью. Город сгнил год назад, буквально. Началось всё с того, что начала оседать земля, потом из ниоткуда появился серо-зелёный туман, который местами и при большом скоплении был ядовитым. Остров резко стал непригодным для жизни людей. Никто не мог понять, почему так произошло, ведь ничего такого химическая промышленность там не сделала, спокойно делали удобрения. Милиция и органы власти пытались что-то предпринять, решить эту проблему, чтобы потом вновь вернуть этот остров к жизни, но… Тогда они и встретили впервые его. Морока. Вот только в тот день он был агрессивнее в несколько раз. Он убил всех тех, кто пришёл на тот остров…это было около двадцати человек, большинство из них были безоружны. Кто-то даже говорил о том, что все те трупы до сих пор не могут найти. В конце концов об этом острове на время забыли или пытались так сделать. Но вот Лучник всегда давал о себе знать… И это происходит даже сейчас, только он стал чуть добрее, но не перестаёт быть нашим главным страхом. Она остановилась, чтобы перевести дух. Помрачнев, девушка перевела взгляд на окно сбоку… Всё это звучало как что-то подозрительно нереальное. Не могло же всё это быть каким-то совпадением. Не было даже никакой мысли на эту тему. Всё, что могла сейчас сделать психолог, так это только посочувствовать всем тем, кто погиб от рук этого существа… Теперь нужно быть ещё больше осторожнее на том острове. Если объект смог в одиночку убить около двадцати человек, то убить четырёх человек от организации ему будет проще простого. Но это нельзя допустить ни в коем случае. — Его так и не смогли уничтожить? — с тоской в тоне спросила голубоглазая. — Пытались, — резко отозвалась та, повернувшись к ней лицом. — На острове ставились ловушки, в него самого неоднократно стреляли… но это оказалось бесполезным: его не берут пули, из-за того, что он разумен, Морок ни разу не попал в ловушки, не говоря уже о слежке за ним… Один из жителей острова решил в одиночку заложить бомбу с таймером там, где чаще всего обитает Лучник, но живым он так и не вернулся. Через неделю его труп нашли на берегу Южного Сентинела без внутренних органов, на их месте была бумага и поролон, рядом с ним лежала та самая бомба, но без таймера. Также нашли записку, на каком языке я не помню точно, но говорилось: «Пожалуй, это ваше, вот только я у него кое-что забрал. Хороший был парень… Мы могли бы дружить». После этого Морока оставили в покое и больше на остров никто не пытался проникнуть. Да, есть сталкеры или чересчур смелые, кто туда всё-таки отправляется, возвращаются домой, но потом повторить такой трюк не хотят долгое время. — Всё-таки он никого не щадит… Ясно. — Нет. Есть такие, кого он щадит. Услышав это, стратег не могла не удивиться. Она скептично посмотрела на неё, после чего сделала глоток чая, думая о своём. — Во-первых, он никогда не убивал детей. Да, были случаи с подростками, но те, я вам так скажу, были не ангелочки, а те ещё школьные задиры. Во-вторых, Морок может и не убить свою добычу в том случае, если она ему интересна. Был парень, который на том острове бывал чуть ли не каждый день. Он видел, как Лучник следил за ним, но не трогал. Тот парень — обычный рыбак, в то же время учится на геодезиста. Они пересекались больше шести раз точно… Этот парень, Блейк, оставил когда-то ящик с инструментами. Когда вернулся за ними, то заметил на ящике записку опять же на каком-то языке, подробно не знаю какой. В записке говорилось: «Не думаю, что мне нужны эти железки, поэтому выбрасывать их в воду или забирать к себе я не стал. И да, удачной рыбалки»… После этого Блейк перестал с кем-то это обсуждать. В конце концов он отправился на континент… И наконец, в-третьих, он не трогает отбросов. Возможно, у него есть капля совести, но для того, как он, это просто непостижимо. Объект действует словно стервятник, охотится как хищник, подстерегая только самых негативных… Удивительно, что он не трогает детей. Слишком слабая жертва? Что если Морок действительно выбирает жертву покрупнее и интереснее, следит за ней и тем, как он будет защищаться, а после убивает? Какой вообще здесь мотив? Он ведёт себя непредсказуемо. Опять же, почему он не убил Блейка? Что если это из-за того, что он ему не вешался и не интересовался самим островом? Вполне возможно. Хорошо, тогда как он выбирает себе следующую жертву? Мысли в голове путались, а некоторые из них растворялись в дымке. Такое ощущение, что ответ на эту загадку прямо перед лицом, но ты не можешь понять, что тут не так, и уходишь от ответа. Поняв, что цепляться руками за скользкие предположения пока не звучит как вариант, решаешь покопаться получше. Ванда говорила что-то про архив. Здесь не должно быть проблем: к архиву у любого человека есть доступ, поэтому можно будет попробовать. Но это потом, не сейчас. — Вам бы хотелось, чтобы его уничтожили? — Пх, странный вопрос. Конечно же! Многие каждое утро просыпаются с мыслью: «Как бы сегодня мне не умереть?» Но мы все прекрасно понимаем, что конца в этой истории нет, что его уничтожить нереально. Поэтому нам остаётся только смириться с этим и жить, пусть и не совсем как раньше, — в агрессивном тоне ответила Войт, допив свой чай. — Но а если бы такой вариант был возможен? — Мы с вами не боги, чтобы с ним бороться, и никаких сверхспособностей у нас нет… Но если бы его действительно можно было бы одолеть, то мы были бы только счастливы. Возможно, люди бы перестали бояться и вновь начали бы доверять друг другу… Но мы все знаем, что это не-воз-мож-но. Нет ничего невозможного. Даже Брукс смог обыграть смерть, так смогут сделать и остальные. Да, многим придётся пожертвовать, но всё же… Все мы чем-то жертвуем. У Кэролайн появилась искра какой-то мимолётной надежды, что можно помочь всем этим людям, просто уничтожив объект. Необязательно его убивать. Как в ситуации с Клодом, Морока можно просто обезвредить, схватить и направить в комплекс для дальнейшего изучения. Ей бы хотелось узнать о нём побольше информации… Каким образом существо, подобное человеку, может стать птицей, использовать обычные мелодии как гипноз, вселять людям кошмар и сильные галлюцинации? А кстати… Насколько длинный их эффект? Если сопоставить даты и предположение о том, что галлюцинации именно из-за дыма, то всё началось с первого дня миссии и продолжается до сих пор. Если завтра они тоже будут, то это уже действительно плохо. Пить постоянно успокоительное тоже не выход. — Хорошо. Закончим на этом, — пытаясь не выдавать грусть в голосе, выдала стратег, выключив диктофон. — Простите, если вам было тяжело говорить об этом… Мне самой было не очень хорошо слушать все эти истории. — Оу, Кэролайн, я только за снять с плеч тяжесть пережитого. Честно, мне трудно понять тех, кто живут тут с детства. Я говорила уже о том, что я здесь живу всего лишь год, — сделав короткую паузу, думая о своём, Ванда что-то вспомнила. — Но если вам нужны подробности, то вы можете спросить это у Кьеля. — Кьель? — Парень, которого вы видели на фотографии. Он живёт со мной, — девушка указала на ближайшую из трёх дверей. — Я, правда, не могу сказать, когда у него будет время. — Я думаю, что мне не нужно это прямо сейчас. Вы рассказали про архив, поэтому думаю, стоит нам что-то поискать в нём, если потребуется. — Но в любом случае, если потребуется помощь или какая-нибудь информация, то мы с вами соседи и можем поговорить в любое время, как сейчас, например. Я также не против поболтать просто так, — в дружелюбном тоне проговорила журналист. — Буду держать в курсе. Повернув голову в сторону часов, оказалось, что до новой вылазки всего лишь пару часов… Нужно не забыть напомнить ребятам взять ещё один фонарик, чтобы не повторить вчерашней ошибки. Коротко вздохнув, стратег вновь посмотрела на Войт. — Мне очень приятно, что вы уделили мне ваше время, но мне нужно идти. — Ничего, я понимаю и не буду вас задерживать. Кто вообще так делает? — усмехнувшись, она первая встала со своего места. — Напоминаю, что я всегда за поговорить и помочь вам. И если вам понадобится залезть в архив, то просто передайте архиватору вот это, — взяв в руки сумку, которая висела на спинке стула, журналист достала жёлтую пластиковую карточку. — Это визитка моего офиса. Вас пропустят без лишних вопросов, стоит только показать её и сказать, что вы от меня. Неуверенно взяв карточку в руки, стратег осмотрела её со всех сторон, после чего недоумевая перевела взгляд на девушку. После чего она улыбнулась, встав с места. — Большое спасибо, Ванда. Я обязательно приду к вам ещё, даже просто поговорить. — Держу в курсе.