Разговоры на крыше под запах сигарет

– Ребенок, тебе ещё рано курить, – Сотриголова тихо приземляется на крышу. У него только закончился патруль, а уже проблемы в виде курящего парнишки в возрасте лет десяти. Серьёзно, какого черта? Сейчас семь утра, до начала учебы ещё полтора часа, а неизвестный уже в школьной форме. Хорошо хоть еще в ботинках. – О-ой, – при ближайшем рассмотрении удаётся понять, что тот выглядит старше чем предполагалось. – Я могу всё объяснить? – но поспешно спрятанная за спину рука смешит и выдаёт молодость. – Как минимум, я не планировал прыгать с крыши! – Как скажешь, ребенок, – патруль был изнуряющий, поэтому эта передышка необходима. Шота опускается на крышу рядом с неизвестным и поднимет пачку сигарет с зажигалкой, которые лежали рядом. Компания не самая дешевая, но и не дорогая, средний сегмент, достаточно хорошего качества. Откуда у подростка деньги на такие сигареты и знание о том какие стоит курить добавляется к остальным вопросам. – Но это я у тебя заберу. – Хорошо, – тот пожимает плечами и делает ещё одну затяжку не морщась, а следом выпускает множества мелких колец из дыма. – У меня есть еще деньги. – Лёгкие явно не в восторге от твоих фокусов с дымом. Особенно пока ты учился их выполнять, – как герой Айзава должен показывать пример для подражания, но сегодня день смерти Оборо, тяжелый патруль и почти трое суток без сна. Сейчас он просто Шота, гражданский, житель Японии, часть населения Земли и много кто еще, а не учитель и герой. Поэтому сам поджигает сигарету, чтобы закурить. – С ними всё хорошо, вчера делал флюорографию, – парень делает последнюю затяжку. – У меня причуда связанная с сигаретным дымом. Сколько не выкурю сердцу и легким будет всё равно. – Это всё равно не повод курить в твоем возрасте, – сейчас мужчина ощущает себя самым большим лицимером. Сам начал курить на втором курсе ЮЭЙ после похорон, когда ему еще не было двадцати одного, а сейчас уроки раздает. – Тогда вы не были единственным беспричудным в школе, – голос звучит тихо и вымученно, не расслабленно как раньше. – Я же не могу сменить статус причуды на управление сигаретным дымом в двенадцать, Сотриголова, – тот что-то ищет по карманам, а потом в тишине чиркает спичка. Спустя мгновение в небо устремляется дым от второй сигареты. – Удивительно, что ты узнал меня, – они делят одно ощущение крайней усталости и простой человеческой заебанности в семь утра на крыше одного из множества зданий Японии. – Как мне тебя звать, ребенок? – горящая бумага кусает кончики пальцев. Поэтому Шота тянется за второй. Главное, не больше трех. – Деку, – и вновь затяжка. – "Бесполезный"? – вряд ли у этого прозвища есть приятная предыстория или тайный смысл. – Я привык к нему, – неизвестный смолкает, выпуская дым в виде кандзи прозвища. – Другое чтение моего имени, – написанное преобразуется образуя другое слово. – Мидория. – Это больше подходит к тебе, – Мидория тихо смеется. – Да, забавное совпадение моей фамилии со внешностью. Но это у нас семейное с мамой, – очередной выдох превращается в бегущую за палкой собаку. Явная попытка отвлечься. – Как давно ты куришь? – третья сигарета горчит на языке. В голове приятный вакуум, а на сердце легко. Главное не сорваться. Ему нельзя вредить легким. – Уже год как, – собака ловит палку, а после растворяется. – Паучии лилии были не самым приятным подарком, – горький смешок заполняет тишину. – Хотя это и была лишь иллюзия приятно не было. – Учителя? Нет, глупый вопрос, – Шота знает как люди игнорируют неприятности и неудобные вещи до последнего, пряча под воображаемый ковер, а после привыкают к этому и не обращают внимания. Он рос с причудой, которая стирала чужие, поэтому понимает какого это быть игнорируемым. – Раз ты так много спрашиваешь меня, то могу ли я тоже спросить кое-что в ответ? – Мидория звучит напряжено. – Конечно, – мужчина вновь затягивается. Если ребёнок хочет что-то узнать, то он обязан ответить. – Сможет ли человек без причуды стать героем? – вопрос внезапный, но не неожиданный. – Без должной подготовки и морального компаса - нет, – он исключал целые классы, которые лишь хотели славы и признания, а не спасать людей. У этого мальчишки сердце явно не хочет признания или чего-то ещё. Ощущается как это вопрос действительно важен тому, словно тот хочет получить подтверждение тому, что сможет быть героем и помогать. Беспричудный не стремился бы в столь опасную сферу для другого. – Но да. Могут. – С-спасибо, – Шота замечает как дрожит голос и рука с сигаретой у подростка, как содрогаются плечи и трясёт тело. – Спасибо, – он позволяет себе подсесть ближе, чтобы тот мог опереться на него. – Я просто ответил честно, – на крыше Мидория собирает себя заново под запах сигарет.