Может быть иначе?

Порой виновные до последнего остаются безнаказанные, справедливость не всегда настает,

и до последнего вдоха невиновный расплачивается за чужие грехи..

***

— Оленька, открой дверь пожалуйста, у меня руки заняты,— крикнула Елизавета Андреевна с первого этажа. — сейчас бабуль,— нехотя девушка все же встала и подошла к окну, чтобы заранее увидеть нежданного гостя. Ольга ахнула, это он. Пришел к ней в дом. И не один. Такие же, наверно, как и он — уголовники. Как он только может до сих пор быть на свободе, если чуть ли не на каждом столбе его лицо. — Маш, пожалуйста, пойди ты открой,— начала Ольга,— я тебе позже всё расскажу, прошу тебя скажи, что меня нет, и никогда вообще не будет. — а кто там такой страшный?,— вопросительно посмотрев на девушку, Маша вынула наушники и положила вместе с плеером на тумбочку,— герой-любовник? — просто выйди и скажи, что меня нет, быстрее, сейчас бабуля сама же выйдет,— Сурикова нервно теребила пальцы рук и смотрела в окно на парня, что без остановки стучал в забор. — ладно ладно, скажу, но должна будешь, как земля колхозу,— девушка напоследок обернулась,— и расскажешь всё. — ладно, ладно, иди только,— Ольга слегка подтолкнула сестру. — девочки, ну откройте кто-нибудь, ну мне что, бросить всё, потому что вы договориться не можете,— с возмущением крикнула женщина. — всё всё, иду бабуль, иди на кухню,— сказала Маша. Открыв дверь, девушка невольно ахнула. Да тут не один герой-любовник, а целый гарем. Один из них ей показался знакомым. Точно, и второй рядом с ним. Это же они тогда подвезти её хотели. Она задержала свой взгляд, и молчала. Они тоже смотрели. Вот так мир узок. — привет, а….Олю можно?,— чуть запнувшись начал брюнет невысокого роста. — её нет,— всё же оторвав взгляд от знакомых лиц произнесла молодая девушка,- а вы кто? — а когда будет?,— проигнорировав вопрос спросил Белов. — вопросом на вопрос не отвечают,— сказала Маша, невольно бросив взгляд на цветы и… туфлю?,— не скоро, наверно, я не знаю. — ладно, хорошо, а ты ей кто?Подруга?,— продолжил Саша. — ты бы сначала на мой вопрос ответил,— раздраженно кинула девушка. Он игнорировал ее вопросы, а она разве должна отвечать?,— я сестра твоей Оли. — я Саша Белов, здесь напротив живу, она знает, кто я,— показав на дачу Царевых Белов продолжил,— раз уж сестры твоей нет, передай ей это. Мужчина протянул букет красивых, белых роз, и туфлю. Смешно звучит, раз уж даришь подарок, хоть бы две купил. — а чего только одна?,— спросила Маша с улыбкой на лице. — это её, она.. забыла,— запнулся парень, быстро придумывая, как соврать. — так быстро убегала? ладно, давай,— всё же забрав вещь из рук Белова девушка продолжила,— золушка. — Маша кто там?,— послышался голос с кухни. Будет смешно, если бабуля увидит её, и кучу парней с туфлей и букетом роз. Слишком смешно. — бабуль, подруга, все нормально,— быстро соврала Маша. — и что же ты подругу в дверях держишь,— спросила женщина и в тот же момент послышались шаги из кухни. — а она уже ушла,— с этими словами Маша прямо перед носом парня закрыла дверь и прижалась к ней. Да вот только про туфлю с цветами она и подавно забыла. Вышла Елизавета Андреевна с полотенцем в руках. Она в недоумении сначала посмотрела на цветы, после на Машу. Что же за подруги такие, которые цветы дарят без повода? — а это? Тоже подруга подарила?,— вопросительно вскинув брови произнесла бабушка. — конечно, она меня так сильно любит, что решила порадовать меня с утра мои любимыми цветами,— девушка демонстративно вдохнула запах роз. Пока Елизавета Андреевна стояла, и не понимала всего происходящего, Маша быстро ретировалась на вверх. — на, забирай,— с этими словами Сурикова всучила букет с обувью Оле, которая всё это время подслушивала разговор сестры с Беловым. — Машуль, люблю тебя, спасибо большое,— девушка поцеловала сестру в щеку, и стала разглядывать свою туфлю, которую два дня назад сломала в погоне вместе с Сашей за электричкой. — ты бы видела лицо бабули, я еле успела дверь закрыть, не мог твой любовник в другое время заглянуть, теперь мне вопросов не обобраться,— девушка легла на кровать, и приложила к лицу прохладные руки,— теперь рассказывай, что за драма у тебя в жизни, а я не знаю.

***

— я же не шизоид? я точно где-то её видел, ну прям лицо знакомое,— обратился парень к другу. — да ты реально тупой, пчел, сам же ее кадрил на улице, и сам забыл,— закурив сигарету констатировал брюнет. — кто, кого кадрил, я не понял?,— Белов вопросительно посмотрел на друзей. — донт вори, не твою, сеструху ее,— произнес Космос,— пчела ж по другому не может, жук. — пчел ты че, она ж ребенок совсем, ей на вид лет пятнадцать. — так ладно, братья, че то вы совсем приуныли. Значит так, сегодня, я привожу телочек, а вы бухич, затусим, туда-сюда,— жестикулируя произнёс Космос. — да не, какой телочек, Кос, ты че, моя рожа на каждом заборе, а ты тусить собрался. — и че теперь, совсем не жить? Я не спрашивал мнения, сегодня тусим,— пританцовывая добавил парень. — а я согласен,— хлопнув ладонями по коленям произнес Пчелкин,— Санек, ща они чуть поищут тебя, а потом болт положат, отвечаю тебе. — ну всё тогда, я за девочками,— сказал брюнет,— Фил?со мной? — не не, я с Белым, вдруг чё. — а я с тобой,— подбежав к машине произнес Витя,— девочки — это очень хорошо. — а тебе когда не хорошо?,— с этими словами парни сели в машину и уехали от любимой беседки, оставив на парней главное — спиртное.

***

Казалось бы, о той ночи у Царевых на даче не слышал только глухой, да и ему каким-нибудь да образом рассказали. Сначала громкая музыка, смех девушек, гогот парней, крики. Шум стоял на всю улицу. Никто не решался каким-то образом прекратить это, пойти достучаться до соседей. Дальше всё стихло, как затишье перед бурей, ведь всего через полчаса после наступления долгожданной тишины, с улицы послышались громкие голоса людей. Выстрелы. Стреляли хаотично. Звук разбитого стекла, крик девушек. И всё. Что произошло в ту ночь никто и понятия не имеет, но заикаться об этом никто не смел.