Может быть иначе?

К открытию нового казино под названием « Shine Crystal» всё было готово. Это было сложнее, чем она думала. Работа с мужчинами муторная и нервная. Им вечно что-то не нравилось, один только Филатов молчал, и совсем соглашался. Тома отхватила реальный кристалл. Через несколько дней, Маше будет уже девятнадцать лет. Время летит безумно быстро, она не успевает толком пожить. Где отмечать, на что, как, девушка даже не думала, не до этого было. Знакомые пейзажи пролетали перед глазами, и заставляли вспоминать беззаботное детство. Перед днём рождения, Сурикова, решила навестить бабушку, вспомнить былые времена. Макс, так звали водителя Саши, был довольно молчалив, даже не пытался с ней заговорить. Это было ей на руку, с утра не особо хочется с кем-то разговаривать. И вот, знакомый забор, знакомый дом. Перед ним небольшой садик, с любимыми розами бабушки, что уже расцветали. — Маш, мне отъехать надо, Саня просил, ты долго здесь?,— спросил Карельский. — часа два,— ответила девушка. — я тогда поеду, позже буду,— сказал мужчина. Маша лишь угукнула и вышла из машины. Любимый дом, где прошло всё её детство. Сурикова постучала, и услышала за дверью движения. — Маша?,— женщина сначала удивилась, а потом сразу же затянула младшую внучку в объятия,— здравствуй моя хорошая, проходи, ты чего стучишь, а не входишь? — да не знаю как-то,— Маша улыбнулась и обняла бабушку в ответ. — ой ты смотри, какая нарядная,— женщина восхищалась повзрослевшей внучкой, приложив ладонь ко рту,— совсем выросла уже. — ну бабуль, давай не будем, что там у тебя есть на завтрак, а то я ещё ничего не ела, с утра сразу к тебе. — не готовила ещё ничего, да и зачем? Живу одна, готовить не для кого, кашками вот питаюсь. — ну начинается, что за настрой такой? У тебя только жизнь вот начинается, всех спровадила и гуляй,— посмеялась девушка, обхватив плечи старушки. — да совсем уж, спровадила, одна замуж вышла, другая вообще от меня сбежала,— женщина поникла, опустила взгляд. — бабуль, это в любом случае произошло бы, не тогда, значит через год, два. Я благодарна тебе за всё, но я выросла, и не надо грустить, я ж не умерла. — типун тебе на язык, Мария,— грозно сказала Елизавета Андреевна,— ставь чайник, завтракать будем. — вот, уже лучше,— Маша улыбнулась и подошла к столешнице.

***

— так Машка, поднимай жопенцию и выбирай, либо платье, либо костюм,— начала Регина, показывая вешалки. — ну не знаю, может костюм? — неправильный ответ, Сурикова, чем больше открыто, тем лучше,— девушка повесила костюм обратно на вешалку и кинула платье в блондинку. — я день рождение отмечаю, а не на пилоне кручусь. — для пилона у меня тоже кстати платье есть,— Колесникова ухмыльнулась и достала вешалку с откровенным нарядом,— ну вот, поладите с Пчёлкой, и дам на прокат. Маша закатила глаза, и завались на кровать. — але, встаём,— подруга ударила Сурикову несколько раз по ягодицам. — я спать хочу, Регин,— протянула Маша. — наспишься ещё, вставаай,— голос брюнетки отдалился, она вышла из комнаты. Маша встала, окинула взглядом комнату, но подругу не увидела. — а это, в качестве будильника,— внезапно вернулась Регина и протянула рюмку с янтарной жидкостью,— пей давай, ничё не будет от одной. Маша неохотно подняла руку и взяла стакан. Алкоголь словно обжёг горло, но сразу всё прошло, и осталось лишь приятное послевкусие. — между прочем — французский, папа лично привёз,— добавила Колесникова. — хороший такой, вкус приятный. — ещё бы,— брюнетка усмехнулась и плюхнулась на кровать рядом с подругой,— ну, что наденешь та? Маша встала с мягкой постели, и направилась к шкафу подруги, что был — словно магазин брендовых шмоток. Девушка передвигала вешалки одну за другой, проходясь быстрым взглядом по каждой вещи. — ты смотри, совсем зажралась, ещё и выбирает,— возмутилась Регина. — день рождение не каждый день,— ответила блондинка, доставая одну из вешалок,— хороший такой, мне подойдёт? — ну ка,— подруга встала и подошла к девушке,— я думаю да, гармонично с твоими волосами смотрится. — думаешь?,— Маша проложила костюм к телу и посмотрела на зеркало. — ну думаю да, главное, чтобы не жарко было. — это да,— девушка положила вешалку с костюмом на кровать и подошла обратно к шкафу,— и что мне надеть тогда? — да надевай платье, и не парься,— Регина достала сигарету и подожгла её,— вот это. — думаешь надеть его? — ну да, а почему нет. — ладно, его возьму,— девушка закрыла шкаф и села на стул,— девятнадцать. — ты чё?,— Колесникова уставилась на подругу с недоумением,— ностальгируешь? — да просто как-то непривычно, время летит быстро слишком, недавно только школу окончили. — я вот, по этому стаду баранов не скучаю от слова совсем, никогда не любила школу,— Регина выдохнула дым и легла полностью на мягкую поверхность. Маша лишь усмехнулась и посмотрела в окно. На дворе стоял май, тысяча девятьсот девяносто второй год. Ей уже не десять лет, а почти девятнадцать. В мыслях давно не игрушки с куклами, а куда пойти работать после университета. Нельзя сказать, что время с какого-то возраста летит быстро, оно в любом возрасте, идёт, как и всегда, просто мы начинаем тратить это бесценное время на что-то ненужное, или нежеланное. Девушка лишь вздохнула, и отвернулась.

***

Вставать сегодня утром было особенно приятно. День рождение. Маша встала, и подняла руки вверх, подтягиваясь. Солнце уже вовсю светило, и пробивалось сквозь задёрнутые шторы. Девушке захотелось впустить свежий, майский воздух в комнату, поэтому она потянулась к ручке окна, и отворила его. Птицы пели свои песни, переговариваясь, и тем самым навеивали такое приятное чувство. Май — это единственный месяц, который Маша готова проживать снова и снова. Настолько было хорошо. Тёплый душ помог немного проснуться. Где и как будет проходить день рождение Сурикова не знала, это оставили в тайне, лишь уточнили время, к которому она должна уже собраться. Заранее отутюженное платье висело на дверце шкафа, и переливалось от попадающего на него света. Девушка улыбнулась, она чувствовала, будто сегодняшний день будет лучшим в её жизни, и вовсе не потому, что сегодня праздник. На часах было пол-одиннадцатого, Регина должна скоро приехать и помочь ей со сборами. Будто на красную дорожку собралась. Особо кушать не хотелось, утром у неё всегда так, поэтому Маша выпила только чашку кофе. Через некоторое время послышался звонок в дверь. Сурикова подорвалась с дивана и побежала к выходу. — привет родная,— заверещала подруга, кидаясь на девушку,— с днём рождения. Следом за ней зашли Оля и Тома. — спасибо любимая,— Маша улыбнулась и обняла девушку в ответ,— как от тебя пахнет, новые духи? — всё те же. — Машуль, с днём рождения, я тебя очень люблю,— Оля улыбнулась и обняла сестру. — спасибо, Оль,— от такого поздравления у девушку выступили слёзы на глазах, но она сразу же их смахнула. — здравствуй, Маш, с днём рождения,— Филатова подняла уголки губ и тоже обняла Сурикову. — спасибо большое,— улыбка у девушки была до ушей. — так ну подарки потом разберёшь, сейчас идём собираться,— приказала Регина. — ещё же много времени, куда спешить?,— задала вопрос Маша. — а ты хочешь всё отложить до последнего момента, и потом галопом по европам бегать? Сурикова закатила глаза и пошла за подругой. — вы хоть не голодные?,— спросила блондинка,— может покушаем? — нет нет нет, вечером накушаемся, сейчас сборы,— возмутилась Колесникова,— Оль, я сумку там оставила, принесёшь пожалуйста? Девушку угукнула и ушла в коридор.

***

Девушки были почти готовы. Однозначно эти сборы объединили их. Зазвонил телефон, и Маша подорвалась с кресла. — ало?,— ответила девушка. — ало, Машка, с днём рождения, готовы вы там?,— задал вопрос Белов. — спасибо, да, да почти готовы. — отлично, значит выезжаем, выходите на улицу через минут,— он чуть помолчал, посмотрел на часы,— минут через пятнадцать. — да хорошо, Саш,— ответила девушка, и положила трубку. — кто звонил?,— спросила Регина. — Саша, через пятнадцать минут выходим,— Маша посмотрела на подругу и задала вопрос,— вы мне так и не скажете, куда едем? — ещё чё,— ответила подруга, и ушла в другую комнату за своими вещами. Этот день обещал быть лучшим.

***

Несколько тонированных автомобилей остановилось напротив заведения. Сразу понятно, бандиты приехали отдыхать. Саша вышел из машины, открыл дверь и протянул руку жене. Маша со своими подругами была в другой машине, и их сопровождал Космос. — спасибо,— сказала одна из подруг Маши, улыбаясь мужчине. — Крис, подожди,— начала Сурикова,— Региш, ты выходишь? — подожди, я где-то под вашими жопами сумку потеряла,— ответила Колесникова. Маша посмеялась и вложила свою ладонь в протянутую руку Холмогорова. — Машка, выглядишь шикарно,— отметил брюнет. — спасибо Кос,— девушка улыбнулась и коснулась его плеча. — девочки, выходите? Заведение выглядело шикарно, даже очень, широкая лестница, что вела ко входу, большие двери, и швейцары на входе. Маша смотрела на всех гостей, что выходили из машин, и конечно, надеялась там увидеть Пчёлкина, но она уже знала, что он не пришёл, а спрашивать причину не стала. Не пришёл — значит не так уж и нужно было. Регина подошла к девушке и взяла её под руку. — забей, Маш, может свои какие-то причины,— начала подруга. — я всё поняла, и сделала вывод,— Сурикова лишь улыбнулась и направилась вместе со всеми ко входу. Само заведение было закрыто для других посетителей, Белов всё решил. Официанты носились по большому залу, подходили к гостям, разносили напитки. Музыка была негромкая, фоновая, и Маша чувствовала себя буквально принцессой на балу. Оля стояла рядом с Сашей, и рассказывала о чём-то, что вызывало улыбку у мужчины. Счастливые, любящие. Саша с Олей были примером для Маши. Все уже понемногу садились за стол, и раскладывали закуски по тарелкам. Сурикова садиться не спешила, будто цеплялась за призрачную надежду, что он придёт. Но он не пришёл. Девушка села по середине стола, как виновница торжества. Все пытались что-то ей подать, в чём-то помочь. Это вызывало у Маши улыбку, впервые она так отмечала своё день рождение. И тут встал Саша, сказать тост. — Маша,— обратился мужчина к имениннице,— я поднимаю этот бокал за твоё здоровье, и за то, чтобы твоя жизнь сложилась так, как тебе бы этого хотелось. Запомни, любая неудача — это пинок, и только тебе решать, куда он будет, назад, или вперёд. В общем не буду многословен, желаю тебе счастья, здоровья, а остальное мы тебе дадим,— Белов улыбнулся и отсалютовал девушке. Все зашумели и стали чокаться бокалами. Маша смеялась, столько людей, и все к ней. Все улыбались, смеялись, рассказывали какие-то новости, даже те, кто не был ранее знаком — разговаривал так, будто знают друг друга всю жизнь. — дамы и господа,— Регина откашлялась и подняла бокал с шампанским,— я поднимаю этот бокал за мою сестру. Мы с Машей знакомы ещё с далекого семьдесят девятого, и за это время мы прошли многое, и не всегда хорошее. Но я лишь хочу тебе пожелать счастья, везде, и в личной жизни тоже, и конечно же — здоровья, ведь его за ваши деньги не купишь, ну за мои тоже. Живи, радуйся, не сожалей об упущенном, поздравляю,— и все снова начали биться бокалами с алкоголем. — ты чего серьезная такая?,— спросила Колесникова. — я так счастлива, не представляешь.

***

Выходила Маша уже под руку с более трезвой подругой — Кристиной. — так девочки, постойте здесь,— девушка оставила Регину с Суриковой у машины, и побежала в сторону ресторана. — да уж, последняя рюмка была явно лишняя,— качаясь начала Маша. — мне кажется предпоследняя тоже,— добавила Регина. — вообще все были лишние, меня укачивает. — иди тогда лучше пешком, а то такую тачку засрёшь,— девушка постучала по крыше авто. — иди ты,— отмахнулась Сурикова. — девочки, я здесь, давайте ка,— Кристина открыла дверь машины, и стала по одной сажать девушек,— Машуль, аккуратно, головой не ударься. — спасибо Крис, люблю тебя,— сказала Маша. — я тебя тоже очень сильно люблю, ещё раз с днём рождения,— девушка поцеловала подругу в щёку и помахала рядом сидящей брюнетке,— Региш, пока. — скорее бы дома оказаться, а то я сейчас прямо здесь засну. — согласна.

***

Но дома Маша не заснула. От такого количества полученных эмоций у девушки не получалось уснуть, мозг переваривал из раза в раз всё произошедшее. Сурикова подошла к раковине и налила воды в стакан, опьянение всё ещё было, но теперь хотелось ещё и пить. И вдруг, звонок в дверь. Маша уже надумала кучу всего плохого, что это какие-то воры, маньяки, и что её убьют в собственный день рождения. Но нет. Она подошла к двери, тихо, чтобы по ту сторону не было слышно, и посмотрела в глазок. В глазах всё ещё плыло, а потому — разглядеть нежданного гостя не получалось. Набравшись уверенности девушка всё же открыла дверь. Пчёлкин. Он видимо тоже был не в самом лучшем состояние. — здравствуй, принцесса,— не в лучшем состояние, но как всегда с иголочки. Расстегнутая рубашка на пару пуговиц, засученные рукава, волосы взъерошены. — Витя? Его голубые глаза потемнели, стали синие, тёмно-синие, а зрачки увеличены. Он стоял в проёме, не смея войти. Этот долгий, зрительный контакт сводил с ума. Больше слова так никто и не сказал. Витя одним, резким движением вошёл в дом, и притянул девушку к себе, втягивая её в страстный, жадный поцелуй. Не говоря ни слова, он стал медленно стягивать бретельки её платья, оголяя плечи. Алкоголь в крови всё же дал свой эффект, Сурикова в ответ сжала пальцы на его рубашке и повела его за собой. Но он не давал собой помыкать — никогда. Поэтому он подхватил её, заставив обхватить себя ногами и направился в спальню, местоположение которой он прекрасно знал. Витя навис над девушкой, коснулся губами мочки уха, и развёл её колени, прижимаясь к ней всё ближе и ближе. Ему было мало, слишком долго она морочила ему голову, что сейчас он не мог ей насытиться. Девушка вонзила свои ногти ему в спину, изгибаясь в его руках от влажных поцелуев, что дорожкой были оставлены на девичьей шеи. Она тяжело дышала, узел желания завязывался всё больше и больше. Резким движением он оголил её грудь, и его глаза потемнели ещё больше от накатившего возбуждения. Пчёлкин провёл языком сначала по одному соску, затем по другому и посмотрел на неё, в ожидание реакции. Его горячая ладонь легла на живот, спускаясь всё ниже и ниже, пока не остановилась между её ног. Пальцы нажали на чувствительную точку, и девушка издала стон, хриплый от возбуждения. Вскоре его горячие губы снова нашли её, язык ворвался в рот уверенно и напористо, словно брал то, что его по праву. Дрожащими руками девушка стала раздевать его. Он отстранился, чтобы откинуть ненужную одежду куда-то в угол, затем снова потянулся к губам, словно это было его единственное спасение. Вскоре девушка ощутила, как он резко, без прелюдий вошёл в неё, и она шикнула сквозь зубы. Движения были плавными, но постепенно добавлялась скорость, делая их более быстрыми и напористыми. Сурикова обхватила плечи мужчины, и выгнулась, хватая ртом воздух. Хриплые стоны срывались с её уст, она отдавалась всей его страсти. Алкоголь сделал своё дело на ура. Когда девушка всё же открыла глаза, то встретилась с его возбужденным и помутненным от удовольствия взглядом. — можно я?,— задала она вопрос в перерыв между стонами. Он ухмыльнулся, но именно здесь позволил ей доминировать. Мужчина приподнялся, и облокотился на спинку кровати, опуская её бедра на себя. И он снова вошёл, заставив девушку застонать во весь голос. Они целовались, так жадно, словно животные. Пчёлкин обхватил её за талию и направлял, быстрыми, и требовательными движениями. Девушка сжала его плечи, и откинула голову, стоны, казалось бы эхом проносились по всей комнате. Между ними была страсть, сильная, и животная. Не он, не она не могли насытиться друг другом. Женщина — что долгое время снилась ему в самых непозволительных позах, прямо сейчас сидела на нём, содрогаясь от полученного оргазма. Её тонкие пальцы проводили по его подтянутому телу, будто что-то вырисовывая, мужчина же пытался осознать, что сейчас произошло. Произошло то, о чём он вероятно будет жалеть, но будет желать повторить. И он повторит.