Зелёный туман

Лололошка у Дилана вызывает много вопросов. Они оказались здесь, в этом ужасном мире, где не было ни одной живой души, совершенно случайно. Конечно, они слышали о том, что существует такое место. Слухи о мире с опасным туманом ходили давно (умолчавшие о том, что он, черт возьми, каким-то фантастическим образом блокирует искру), еще, кажется, до того момента, как Дилан оказался в этом дивном Междумирье и познакомился с до жути странным мироходцем, к которому прилагалась соврешенно точно нормальная и мирная компания. Видимо, когда та спит, желательно зубами к стенке. Нормальная и мирная компания темной ночью на ухо нашептала Дилану, что шашлык они очень любят и делают его из всего, что обижает Лололошку. Дилан не дурак, Дилан все-таки умудрялся в своём родном мире никому не попадаться на глаза, оставаться отличником, пил, курил и громко матерится, но все преподаватели его говорили, что он мальчик - божий одуванчик, умница, который даже в сторону пива никогда не смотрел. Правда сейчас факт оставался всё тем же печальным фактом. Они сумели оказаться в какой-то старой, но, хвала всем существующим богам, лаборатории, где было безопасно. Лололошка ходил хмурым уже полчаса, вечно поправлял свои странные очки с голубой оправой и почему-то белыми линзами, за которыми толком не было видно глаз. Парень взъерошивал русые волосы, создавая на них ещё большее гнездо, чем оно было обычно. Гнездо на голове у Лололошки было что-то вроде частичкой его образа, которую нельзя было никак убрать, сколько бы часов не колдовали расчёской над его волосами все, кто желал исправить этот кошмар. Дилан негромко окликнул Лололошку, отвлекая его от собственных мыслей. Отошёл к столу и осмотрел его, тут же довольно усмехаясь. Дилан заметил сложенную и заметно потрёпанную карту, которую кто-то из когда-то здесь работавших учёных бросил на стол почти рядом с выходом. Взяв её в руки, парень не очень бережно раскрыл её, тут же покашляв из-за поднявшейся пыли. Сморщив нос, Дилан посмотрел на слегка бледную картинку, совершенно ничего не понимая. Ну, кажется, белое здание это лаборатория. Или рядом, вот, нарисованное ещё одно белое, это она? А может лаборатория на карте вообще в виде чёрного здания? Или это город? Честно говоря, каким бы отличником Дилан не был, географическим картам он не просто проигрывал. Он даже не старался вступать с ней в некий бой, заранее поднимая белый флаг высоко над собой. Впрочем, ему повезло. С ним был Лололошка. Парень в вечно чистой одежде белого цвета читал карты, казалось, только едва на них взглянув. – Да, Дилан? О, это карта! И-и-так! С этого “и-и-так”, наверно, все и пошло не по “итак”. Лололошка магнит для странностей, неприятностей, необычности и, конечно же, со странной тягой к тому, чтобы где-нибудь помочь. По этому, возможно не для Дилана, новостью не стал факт того, что Лололошка решил найти способы спасти этот чертов мир. Парень засел с картой, нашёл какие-то умные бумажки. А ещё какие-то защитные одежды, которые тщательно обследовал и отдавал самое лучшее Дилану. Лололошка искал лучшую защиту, и если кто-то думал, что самым продвинутым респиратором этот дивный мироходец будет защищать себя, парня, который в буквальном смысле лезет в опасный туман, оставляющий жуткие ожоги, блокирующий искру одним своим существованием и имеющем в себе миллион опасных монстров, то вы не просто плохо его знаете, вы не знаете его вообще. Респиратор тут же передавался в немного бледные руки Дилана. К нему прилагалась плотная одежда, которая обещала быть удобной и безопасной. И Дилана это, мягко говоря, раздражало. Он шипел, ругался, старался отдать хотя бы треклятые перчатки от самого лучшего костюма на всей территории лаборатории. Дилан не шёл за её пределы с Лололошкой. Правда “не шёл” звучит слишком уже громко, ведь это было лишь однажды. А потом Лололошка, неясно как в себе сочетающий умение упасть на идеально ровном месте, споткнувшись, видимо, о воздух, и потрясающую способность пройти через такие болота, где любой утонет, в лаборатории почти упал с прямой широкой лестницы. Дилан сругнулся один раз. Дилан сругнулся второй раз. Дилан понял, что он не готов сидеть как какая-то принцесса из сказок в ожидании явления прекрасного принца. Дилан не в сказке, Дилан не в высокой башне. Потому вскоре лучшую защиту парень стал принимать с громким скрежетом зубов, на который Лололошка не обращал внимания, посмеиваясь. Через время они, непонятно зачем, оказались в городе, некоторые районы которого, кажется, заполнены туманом до девятого этажа. И Дилан не хотел даже думать, каких размеров там может сидеть монстр. Он, впрочем как и Лололошка, давно понял, что максимальный рост этих странных тварей зависит от высоты тумана. Город большой. Он холодный, пустой. В нём стояла гробовая тишина, пугающая и леденящая душу. Город ничего не шептал, никуда не указывал. Он “не устраивал” испытания, чтобы понять, вольешься ты в его ритм или нет. Город даже не смотрел, не поддерживал в себе хоть какую-то жизнь, веря в то, что придёт кто-то, кто опять наполнит его улицы смехом и шумом, прогнав зелёный ядовитый туман, плодящий больших монстров, подходящих на мутировавших некогда живущих здесь в трещинах тротуара муравьев и пауков, обитающих в квартирах некоторых людей длинные змей, половина из которых теперь обзавелись длинными лапами-щупальцами. И Дилана, признаться честно, пугало всё это. Он замер еще на входе в этот пустующий город, замер на одной из улиц, когда ему показалось, что он не видит неба из-за высоких серых мёртвых зданий. Лололошка правда почему-то не боялся. Он шёл уверенным шагом впереди, крепко сжимал в руках заострённый меч, которым легко протыкал насквозь любого монстра, даже не давая и шанса Дилану показать себя. На одной из улиц Лололошка нашёл чудом работающую трубу. Такие были в родном мире Дилана и, признаться честно, раздражали до чёртиков, потому что они работали ранним утром и не давали спать, потом в группе их района появлялось огромное количество постов, где ругались на шум, а некоторые в эти самые шесть утра начинали кричать на дворников из окон, приказывая взять обычную метлу в руки. Труба была той самой воздуходувкой противного красного цвета. И вручали её Дилану, чтобы тот мог отгонять от себя туман. Дилан решил, что над ним Лололошка точно издевается. Труба, впрочем, на туман никак не воздействовала, а потому была отправлена в ближайшую мусорку, где ей и место, как многим другим. Лололошка только плечами пожал, сказав, что не хочет, чтобы Дилан пострадал. Дилан на это промолчал. Они ходили по городу не один день. Спали на самых верхних этажах в более-менее чистых районах, заблокировав перед этим любые проходы наверх. И плевать, что монстры тумана существуют лишь в его пределах. Мало ли. Они заглядывали в застывшие во времени квартиры. Смотрели на выцветшие фотографии и их почти трясло при виде детских, на полу которых, кажется, были маленькие кости, окружённые противным зелёным туманом. Они дрались. Долго. Порой почти до повреждённой защиты, до ожогов от этого странного тумана, чью природу не удавалось разгадать. Дилану приходилось напоминать об одной жизни, о заблокированной туманом искре. Лололошка только смеялся, хлопал по плечу и говорил не бояться смерти. Он быстро записывал в блокнот аккуратным почерком неясно что, резкими движениями набрасывая схематичные рисунки чего-то. Постепенно они забирались выше. Пробирались ближе к туману, что был высотой в девять этажей. Лололошка конечно экспериментировал всё на себе. Он, совершенно непонятно зачем, снял на крыше какой-то двенадцатиэтажки респиратор. Дилан думал, что они умрут вдвоём, прямо как в сказках - в один день. Только вот Лололошка от ядовитых веществ, а Дилан от остановившегося сердца. Правда дальше последний не знал - смеяться или плакать? Лололошка остался живой и только радостно сделал вывод, что наверху можно дышать. Ещё и посмеялся, с широкой улыбкой записывая что-то в блокнот. Дилан порадовался, что у него итак бледная кожа. А ещё крепкая нервная система. Дилан честно не понимал, почему Лололошке жизненно необходимо спасать мир. Можно же просто решить проблему с искрой (наверняка без спасения мира можно обойтись) и свалить. Но Лололошке надо. По мнению Дилана, достаточно было просто избавиться от влияния этого тумана и все, а не бегать по всему миру и пытаться решить проблему полностью. Лололошка хотел. Дилан вопросы не задает уже давно. Только тихо шипел, стоило Лололошке в который раз кинуться его защищать так, будто Дилан не способен держать в руках ничего тяжелее листочек. И, видимо, похож был на этот самый тонкий листок, который может порваться от лёгкого ветра. Такого отношения Дилан не понимал. Но поделать с этим ничего не мог. Просто наблюдал за тем, как Лололошка в очередной раз совершает какое-то непонятное действие, которое могло бы стоить жизни. – Я всё продумал. Лололошка сказал это слишком серьёзно. Он закрыл свой дневник, надоевший уже Дилану, хлопнул по нему рукой и что-то начал оживленно говорить про то, что он понял, как уничтожить зелёный туман и, возможно, вернуть в этот мир жизнь, как минимум, дать ему возможность на то, чтобы вновь развиваться и дышать. Дилан не понимал и половину слов, потому что Лололошка говорил быстро, много, непонятно, постоянно себя поправлял. Но говорил всё с улыбкой, радостно. Дилана снова одарили лучшей защитой. Лололошка снова лез первым, строил из себя бессмертного. И Дилану даже показалось, что всё идёт по известному одному Лололошке плану. В существовании правда плана парень не верил, но верил в то, что всё выйдет. В конце концов, на стороне Лололошки опыт. Огромный опыт. И немного, верно, Дилан лишний в этой ситуации. Но помогать с монстрами зелёного тумана у Дилана выходило. Он уничтожал тех, кто мог навредить Лололошке, которого полностью поглотила идея о спасении всего этого мира. Да, это, конечно, выглядело смешно, убивать какого маленького паука, пока Лололошка разбирается с просто гигантских размеров тварью, которую непонятно как даже описать. Но с другой стороны, этот самый паук мог серьёзно отвлечь внимание парня. Вся ситуация слишком складывалась хорошо. И Дилан сам не заметил, как расслабился. И когда, кажется, они со всем завершили, парень услышал сдавленный крик. Дилан обернулся. Он увидел мёртвую тварь, которая его должна была убить. И он увидел тело Лололошки, которое распалось на маленькие кусочки на глазах застывшего Дилана из-за того, что в него впились щупальца чертовой змеи-переростка. И Дилан вспоминает, что искра не могла спасти Лололошку. И Дилан понимает, что Лололошка мёртв.