Ultraviolence

Сукуну бесит. Бесит это всё. Эта светлая погода, он не привык выходить на улицу без надобности в такой ранний час. Бесит разряженный телефон, последная сигарета в пачке и последние деньги в кармане. Этот камень, эта пыль на белых кроссовках. Этот ебанный, болтливый пацан, что ошивается рядом и так светиться, как этот белый день. Нет, даже ярче. Юджи хочется об что-то приложить, да так, чтобы захрипел и выл от боли, чтобы кровь забурлила и наконец-то можно было утолить свою жажду. Он по городе забыл взять воды, а по близости не наблюдалось даже мелкого ебучего магазинчика. Сукуна без понятия зачем согласился, нахуя вообще ему сдался этот Юджи. Ах да, точно... Он отличная дырка, послушная шлюха, особенно когда молчит. Или плачет. Уже смотря по настроению. - Смотри! Юджи с восторгом разводит руками, словно ловит прохладный воздух. Они где-то на огромном поле. Тут растут то-ли ромашки, то-ли ещё хуй пойми что. - Где мы блять? Что это за хуйня?! Пацан улыбается уголком губ, тем, где красуется уродливый шрам. Сукуна постарался. Сначала порвал рот хуем, а после решил добавить, и разорвал пальцами. Крик было слышно на весь дом. Врачи были в ахуе не меньше соседей. - Разве здесь не красиво? Его невинный взгляд раздражает. Неужели за год ебучих отношений, до этого мальца так и не допёрло. Сукуна в рот ебало его романтику. Ебал в рот его, и его букеты, фантики, бантики. Юджи очарован Сукуной. Считает, что сможет изменить всё. Такой вот мальчик добра и солнца. Друзья не понимали, зачем ему эти абьюзерные отношения, на что Юджи отвечал: "Люблю его. Сам разберусь". За год отношений с Сукуной, Юджи растерял всех друзей. Некоторые просто прекратили с ним общение сами. С некоторыми, запретил общаться Сукуна. Но он всё равно его любит, и если запретил, значит есть повод. Сукуна знает больше, он старше, он опытней. Но на деле, Сукуне глубоко похуй. Просто его бесят друзья Юджи. Особенно бесил Сатору Годжо. Пришлось надавить, даже избить пацана, чтобы наконец-то дошло, Сатору уебок, которому нет места в его жизни. Юджи защищал до последнего единственного друга, но Сукуна умеет добиваться своего. Юджи прекратил общаться с Сатору, после одного "люблю тебя, Юджи" выкинуным словам, почти брезгливо, но как же горели карие глаза мальчика, и как же быстро пальцы заблокировали номер этого белобрысого еблана. - Если ты притащил меня сюда в половину двенадцатого утра, чтобы посмотреть на ебанные ромашки, я тебя под ними закопаю. Он злиться, вскипает за секунду. Он сжимает кулаки в карманах штанов, потому что если сорвётся прямо сейчас, ебанные ромашки обретут красный оттенок. Юджи совсем не тухнет, лишь лезет обниматься, утыкается носом куда-то в грудь и кольцом рук охватывает бедра. Сукуна закатывает глаза, закидывант голову и острый кадык дёргается. Он сжимает руки в кулаки сильнее, чтобы не пиздануть Юджи. Бесит со своими обнимашками. Бесит, потому что, сука, лезет. Потому что, сука, жарко, а он липнет выродок ещё больше. Сукуна шумно выдыхает своё раздражение и спокойно говорит: - Отъебись. Хватит липнуть. Жара ебейшая, а ты всю дорогу не знаешь как на меня вылезти. - Я люблю тебя. Мальчишка так смотрит своими большими карими глазами. Его подбородок остро давит на грудь, а руки кажется крепче обвили талию. - А я тебя нет. Ещё раз говорю Отъебись, блять! Он отталкивает его так легко, и Юджи не показывает что обижается. Где-то внутри, пиздец не приятно, но в эмоциях его выдаёт только сжатые в линию губы. Юджи почти привык. Почти привык слушать обидные слова. Почти привык, слушать Годжо с его не навязчивым беседами при случайной встрече, что пора завязывать с этими убогими отношениями. Почти привык быть избитым, когда у Сукуны плохое настроение. Почти привык слышать, как Сукуна выстанывает имя Мегуми, пока трахает его. Всегда лицом в подушку. Если Сукуну бесят его кричи и стоны, Юджи будет молчать, кусая пальцы и простыни. Даже секс с ним уже стал невыносим. Но Юджи считает, что это такой период в отношениях, им просто нужно его пережить, чтобы снова всё было нормально. В конце концов, первые пару месяцев, были самым лучшими на свете. Сукуна зажимает последнюю сигарету между губ, нервно сжимает пачку и выкидывает её куда-то в заросли. Юджи хмуриться. Он любит природу и не любит когда ей вредят. Сукуна знает об этом. Просто лишний повод задеть парня. Он не слушает, что там пиздит Юджи, неинтересно. Сукуна думает о своём, наслаждаясь затяжками. - Ну, так, что думаешь? Юджи слегка тянет его за рукав футболки, чтобы привлечь внимание к себе, на что получает убийственный взгляд красных глаз. - Я думаю, что тебе пора заткнуться. Он нагло выдыхает струю дыма в лицо парню и тот закашлялся. Юджи никогда не курил и не переносил запах никотина, но у Сукуны привычка, и Юджи даже сам бегает ему за этим пачками. И Юджи затыкается. Сукуна докуривает сигарету в тишине летнего ветерка. - Ты, видимо, не так выкупил. Юджи вопросительно смотрит и нервно рвёт пальцами сочную зелёную траву. Сукуна цокает, тушит бычок почти рядом с пальцами Юджи и хватает того резко за волосы на затылке. Тот ойкает перекатываясь на голых коленях по острым травами, и оказывается прижат лицом к паху старшего. - Отсоси мне. Юджи громко сглатывает. Смотрит так в надежде, что, тот передумает, но всё же тянется дрожащими пальцами к ширинке штанов. Ему не впервой такое делать вне их квартиры. Если Сукуна хотел трахатся, то не важно, где, и с кем они были. Был ли растянут Юджи, были ли у них гондоны. Совершенно похуй. Юджи никогда не забудет, как Сукуна вытащил его за шкирку из кафешки, где они сидели с друзьями. Он трахал его грубо в кабинке туалета, и парню ещё никогда так не был стыдно перед друзьями, когда они вернулись обратно. Юджи пытается стянуть штаны чуть ниже, его сильно бьют по руке. - Соси, как дают. И Юджи уже хочется расплакаться. Не так он хотел провести время. Сукуна проводить его лицом по своему ещё не вставшему члену, и Юджи шумно дышит. Больше от страха, нежели воздубжения. Он проводит языком по ткани боксеров, ловит член губами и обмачивает в слюне, пока та не прилипает. Сукуна барабанит пальцами по выбритому затылку пацана. - Ты начинаешь меня бесить, сопляк. Юджи быстро стягивает мокрые от слюны и смазки боксеры. Он сначала хватает головку губами, посасывает и выпускает изо рта. Сукуна слегка сжимает волосы на макушке. Юджи проводит языком от основания и до самого кончика. Смотрит при этом в глаза. Облизывает взбухшие венки и целует ствол мелкими поцелуями. Размер у Сукуны не маленький и взять сразу целиком у него не получится. - Долго будешь лизать, как конфету? Звучит угрожающе, и парень берёт в рот на половину, пряча зубы, медленно пропуская член дальше в глотку. Слёзы наворачиваются на глаза, когда он носом утыкается в выбритый лобок. Потом, рука на голове не даёт двигается совсем. Сукуна удовлетворенно выдыхает, и закинув голову к небу, держит пацана за волосы крепко. Юджи закатывает глаза, слюна стекает по подбородку и шее, капает куда-то в траву. Он задыхается. Сукуне нравится этот вид. Нравится, когда Юджи не сильно хлопает его по бедру, чтобы отпустил его. Как неосознанно царапает ногтями руку в своих волосах. Как мычит и вибрация отдаётся по всему телу приятной волной. Сукуне нравится, когда эта сука молчит. Он отпускает пацана только когда у того совсем всё плохо. И глоток воздуха в этот момент Юджи кажется подарком. Он отдёргивается слишком резко, ловит желанный воздух, обжигая им лёгкие и громко кашляет. Юджи рыдает, рыдает как девчонка, как ребёнок. Хватается за синие шорты руками, чтобы унять дрожь и смотрит на свои красные ободронные от травы коленки. Слёзы крупно спадают на землю и всхлипы остановить не получается. Разве он заслужил всё это? - Не скули, сука. Займись делом. Сукуна скучающе напоминает ему, что его стояк никуда не пропал. Он сидит с широко раставлеными ногами, а Юджи мечтает чтобы это все побыстрее закончилось. Не первый раз, когда он душит его своим членом. Юджи кивает, дрожа возвращается в прошлое положение. Он свои кусает губы, ему хочется завыть внадрыв, потому что это обидно, больно и не приятно. Он дует на головку, а потом широко её облизывает, берёт снова на половину в рот и двигает головой вверх вниз быстро быстро. Юджи боится поднять взгляд на Сукуну, поэтому роняет слёзы на его лобок. Рывок за волосы заставляет Юджи задуматься "а не остались ли в пальцах Сукуну его волосы?" Затем следует пощёчина. - Отвратительный минет. Снова пощёчина, только по другой щеке. Юджи мешает пелена слёз смотреть прямо на мужчину, он шмыгает носом и облизывает губы. Они горькие от вкуса смазки. - Ты только рыдаешь над членом. - Я... Прости, - голос мальчишки охрип, - Я и-исправлюсь. Он пытается улыбаться, но это выходит так вымученно и жалко. Сукуне хочется его размазать, но он ехидно говорит: - Ну, давай, постарайся, постарайся. Сукуна проводит по губам головкой члена, размазывая выступающую смазку, потом мажет красной от удара щеке. Зажимает Юджи нос, и тот открывает рот от такой манипуляции. Его трахают в глотку, быстро и жёстко. Сукуна придерживает мальчишку за шею, чувствует пальцами очертания своего члена. Кайфует от вида заполненной глотки, как видно на тонкой загорелой коже его толчки. Он гортанно рычит. Юджи сжимается горлом вокруг члена, и даже носом вдыхать не получается, он хнычит и держится дрожащими руками за штанину мужчины. - Мегуми, Мегуми, Мегуми. Юджи зажмуривает глаза. Он так задолбался плакать. Задолбался от этой моральной и физической боли. Его сжигает ревность, жрёт изнутри и хочется уничтожить всё вокруг, лишь бы Сукуна снова стонал его имя. Он ненавидит тот день, когда познакомил Сукуну с Мегуми. Ненавидит тот день, когда увидел, как Сукуна подкатывает к Мегуми. Ненавидит тот день, когда пьяный Сукуна целовался с не менее пьяным Мегуми у него на глазах. Юджи ненавидит тот день, когда встретил Сукуну. Сукуна кончает ему глубоко в глотку с животным рыком и с именем когда-то другом на губах. Он рукой зажимает рот и нос парню, чтобы тот не вздумал выплюнуть ни одной капли. Юджи задыхается от боли, закатывает глаза, и, когда Сукуна замечает, как дёргается чужой кадык отталкивает его от себя и тот падает на против него на задницу. Юджи кашляет, кашляет, потом не может успокоится, он умывается слезами и Сукуна наслаждается. Дымка оргазма отходит постепенно, а Юджи всё ещё не может прийти в себя. Сукуна смотрит на Юджи, который зажимает себе рот рукой, дрожит как лист осенью и пытается сдержать всхлипы. У Юджи даже не встал, а у Сукуны не встанет снова на такого Юджи. Сукуна лениво заправляет член в трусы, поправляет штаны на бедрах. Он встаёт на ноги и хрустит шеей. - Вставай, сопляк. Я ужасно хочу курить, ещё обратно пиздовать. И хули мы ваще сюда припёрлись?! Я ненавижу цветы! Юджи не слушает. Не хочет слышать. Не хочет вспоминать, но в памяти невольно показывается кадр, как Сукуна в знак внимания дарит Мегуми цветы. Сукуна никогда не дарил цветов Юджи. Сукуна тянет за многострадательные за это утро волосы мальчишки и тот вскакивает. Мужчина таким образом пытается вытянуть того из мыслей, поставить на ноги, но просто протаскивает того за волосы ещё пару шагов. - Мне больно! Отпусти! Юджи вырывается из хвата. У него дрожат ноги. Ему никуда не хочется идти. Он хочет остаться тут, но и при этом бежать от этого теперь для него мерзкого места. - Наконец-то ты пришёл в себя, придурок. Сукуна ставит руки в карманы усмехаясь. Юджи вытирает мокрые глаза и старается улыбаться. Он давит на глазные яблоки. Юджи хочется кричать "я люблю тебя, люблю тебя, люблю" но он лишь сильнее нажимает на глаза и кусает красные, опухшие губы. Они идут молча и Сукуна наконец-то закуривает свои сигареты. Юджи снова смотрит на него влюбленным взглядом, словно не было того унизительного минета на поле пол часа назад. Юджи идёт молча, потому что Сукуну бесит его голос. Юджи пытается выбросить из головы мысль, не думать о том "поступал бы Сукуна так же с Мегуми?"