Случай из жизни обычной пары

            

***

Прохладный ветер проникал сквозь открытую форточку. Пробиваясь сквозь прозрачный тюль, он подгонял волны на поверхности моря. Вместе с тем, одновременно с ночной прохладой, плавно очерчивая контур каждой фигуры, проходил лунный свет, освещая лицо молодого юноши, что сидел на стуле. В руках у него находился бокал вина. Однако даже приятный вкус терпкого снадобья не мог отвлечь его от разглядывания профиля человека, что стоял напротив, облокотившись об стол. Казалось, ничто не могло разрушить эту славную тишину и спокойствие, воцарившиеся в этой комнате. Пока не заговорил один из них. Для того, чтобы уловить его черты слушателю понадобилось немного времени, ведь лунный свет освещал лишь его спину, но даже в такой ситуации собеседник не мог отвести глаз: - Юнги, скажи мне, чего ты ждешь? – повернув голову в сторону сидящего, сказал блондин. - Чего я жду...? От жизни я жду только стабильности, Чимин, – облокотившись об спинку стула, ответил Юнги. - Да, причем тут жизнь? Я о нас. Мы с тобой встречаемся уже 3 месяца, а наше времяпровождение ограничивалось лишь поцелуями. Я не говорю о том, что они мне не по нраву, просто свойственно моей натуре я хочу большего, понимаешь?!? – спокойствие и непринужденность его партнера выходили изрядно так бесили. Конечно иногда, во время поцелуев тот давал себе немного свободы, но в большинстве случаев казалось, что он даже движение своих рук во время их поцелуя продумывает, вплоть до движений языка. И как же сильно в эти моменты Чимину хотелось выбить эту холодную гримасу равновесия с его лица. Это уже становилось делом принципа. Глубоко вдохнув, юноша прикрывает веки и произносит томным полным желания голосом: - Мне хотелось бы..., ммм чтобы ты взял меня на руки... бросил бы на кровать, и нависнув над мной отрахал бы до такого состояния, чтоб я даже думать нормально не смог, чтоб коленки тряслись от беспомощности, чтоб из глаз лились слезы, чтоб голос содрогался, когда я буду молить тебя о пощаде, чтоб в конечном итоге... я потерял сознание, от того насколько хорошо, что ты во мне, и остался бы безмолвной куклой в твоих руках. Я хочу тебя… - подойдя к нему сзади и оперевшись руками по обе стороны от головы, он наклонился и шепотом произнес, тяжело дыша у виска Юнги. От этих слов рука, лежавшая свободно на столе сжалась в кулак и хриплый голос прозвучал в комнате: - Чимин, мы с тобой говорили на эту тему, – было сказано так сурово, что аж мурашки пробежали по телу. Но останавливаться принципиально не хотелось. Сильно хотелось вывести на эмоции этого вечно хмурого и недовольного кота. - Так и скажи, что просто не можешь. Скажи, что боишься, что я тебя съем? Ты просто ничтожество, Юнги. В тебе нет ни капли уверенности…, - это уже начинало переходить грань, которую негласно никто не нарушал, кто-то начал играть очень грязно, думая, что сможет справиться. - Лучше тебе прекратит эту игру прямо сейчас, Пак Чимин. Ни то очень пожалеешь после, – будто громом разнеслись слова, видимо мистер хладнокровие наконнец-то не в духе. - Ты просто трус…- было произнесено громко, с разочарованием. Все, это конец, пусковой крючок запущен, дороги назад теперь не будет. Возможно, Чимину просто показалось, но в комнате прозвучал настоящий рык, не просто животного, а будто зверя. И главной ошибкой его стало то, что он повернулся к нему спиной. Его подхватили на руки словно пушинку так, будто он ничего не весил и бросили на кровать. Он даже опомниться не успел как тело, больше его в полтора раза, придавило его к кровати и схватило за запястья. Грубая хватка возвратило его в сознание. Он начал вырываться, их глаза пересеклись и то, что он увидел в глазах напротив, повергло ступор. Он впервые так кого-то испугался, впервые испугался какого-то взгляда. Взгляда в котором полыхала страсть и желание, столь сильное, что стало очень-очень страшно. Ему уже привязывали руки к кровати, шарфом, что находился на шее у Юнги, пока он собирался мыслями, стараясь унять бешено клокочущее сердце. - Юнги, я все понял, отпусти, – он начал нервно дергать руками. - Разве ты не этого хотел…м? Разве не ты хотел вывести меня на эмоции, что же произошло сейчас,– плавным движением ладони проведя по лицу любимого, говорил Юнги. Голос, движения были плавными, но горевший в глазах огонь говорил сам за себя. - Я просто хотел…- мысли перестали складываться - отпусти же, ты… - Ну, чего же ты хотел, милый. Пару минут назад шептал мне такие грязные слова, мальчишка, а тут отступаешь? – задирая футболку своего парня до шеи, притворно-мягким голосом говорил Юнги. Ладони плавно огибали утонченную фигуру, скользя по мягкой коже. Указательными пальцами он поднялся с живота к соскам и легонько сжал их. - Юнги…мнх..прекрати…я тебя живьем закопаю…ах.. – Чимин не упускал попыток выпутаться, но знал бы он, что делает только хуже. - Сладкий, ну ты чего…тебе что не нравится? Я ведь не прекращу, пока ты не усвоишь урок. Играть со мной чревато последствиями, – говорил спокойно Юнги, проводя большим пальцем по таким соблазнительным и пухлым губам, плавно толкаясь глубже, чтобы очертить ряд зубов и провести по маленькому розовому язычку, который выпускает так много яда. Очерчивая тазовые косточки, он проникнул к кромке джинсов и потянул их вниз вместе с бельем. - Выпусти, хотя бы руки…пожалуйста…я хочу касаться тебя, – глаза Чимина уже блестели от влаги которая в них накопилась. Такой нуждающийся. - Нет. Ты наказан, малыш. Как ты там сказал,…ты хотел бы, чтобы я заставил тебя молить о пощаде. Хорошо, твое слово - закон для меня, – звук открывающегося бутылечка смазки и входящего влажного пальца, что так быстро и плавно толкнулся в горячее нутро, заставил выгнуться Чимина и громко простонать. Юнги начал его медленно растягивать, целую при этом поочередно лицо, живот и грудь. В некоторых местах, оставляя сладкие болезненные засосы, вырывая из горячо любимого рат сладкие звуки. Метки, чтоб каждый знал, кому этот мальчик принадлежит. - ммм… пожалуйста…Юнгиии..., – сил уже не оставалось, а тело начинало трястись. Юнги не жалел своего мальчика, толкнувшись глубоко под другим углом, он задел простату. Юный организм больше не смог вынести накопившегося удовольствия и погрузился в наслаждение. Они смотрели друг другу в глаза, Чимин едва мог соображать, но он был уверен в том, что эту ухмылку он запомнит на всю жизнь. Юнги дал всего пару минут, в течение которых покрывал его тело поцелуями, что ощущались еще ярче из-за чувствительности тела, после недавнего оргазма. Юнги медленно спускался поцелуями к паху и, оказавшись на уровне члена, провел языком по головке, слизывая чуточку спермы. Развратность картины, что предстала прел глазами Чимина заставила его густо покраснеть, румянец покрыл не только его лицо, но шею и уши. - Мой сладкий мальчик, - промурлыкал Юнги, - кончил лишь от пальцев своей прекрасной попке. Что же с тобой будет, если ты ощутишь в ней что-то большее, м? я увижу твою растраханную, разбитую мордашку, – в этот момент Юнги был точно похож на кота, которому дали целую упаковку сметаны. Он медленно и с наслаждением смаковал каждый кусочек этого дорогого соблазнительного блюда. Стоило Юнги повернуть Чимина на живот и провести языком по такой соблазнительной и сокращающейся дырочке, как младший снова затрясся, как осиновый лист. - Неужели, милый, ты снова возбудился? Я же пока ничего не сделал, что хочешь все еще выпутаться? – навалившись на дрожащую спинку, Юнги прошептал в горячее ушко Чимина. -…мнх…да..дай…ддай касаться... - Посмотрим, как ты себя будешь вести завтра, – Юнги уже пристроился сзади, руки нашли свое место на мягких половинках, от сильного сжатия на них уже появлялись полосы. Решая не терять больше времени зря, он плавно толкнулся на всю длину. - Ахх…, - это было настолько неожиданно, что пыльцы на ногах Чимина сжались от пройдящего в них тока. Юнги начал размеренно толкаться, выходя на всю длину и снова погружаясь во влажное горячее нутро. Дырочка сочилась смазкой и размеренно хлюпала, а от сильных толчков в комнате звучали звуки шлепки тела об тело. От очередного толчка оргазменная судорога снова накрыла младшего, медленно погружая его в забытье. Чимин кончил, содрогаясь, теряя сознания от переизбытка чувств. Делая последние точки, Юнги вышел из него и излился тому на ягодицы. И только через несколько минут придя в себя, он развязал спящему Чимину запястья, вытер его и, сменив белье под ними, лег рядом, укрывая их обоих одеялом. Зарываясь в блондинистую макушку носом, он крепко обнял своего парня.

***