Злишься?..

Перед ними упало два тела. Одно — матери Амена, второе отца. Эвтида посмотрела на рядом стоящего ребёнка. Тот вздрогнул, не плакал, но боялся, ему было жаль, жаль, что не уберёг, жаль, что увидел это. Эва решила закончить с делом, ради чего сюда пришла. Медлить было нельзя. Амен мог в любую секунду проснутся, так как произошло то, что причиняет большой всплеск эмоций. Она выглянула из колонны, что бы увидеть кто эти нелюди. На что маленький Амен возмутился. — Что ты делаешь! Вдруг они увидят, еще с нами расправятся. Жди пока уйдут. — он старался, как мог, скрыть плачущий голос, подавить его, но всё-таки было слышно. Эва ничего не ответила. Знала уже, что нарушила правило, заговорила с ним, нарываться второй раз не хочет. Из колонны она увидела двух людей. Один высокий, с темными, как смоль, волосами, которые зачесанны на бок. Крепкого телосложения. Рядом с ним шел мальчишка, может быть его сын или студент, на вид лет 15, такие же волосы. Они разговаривали. Решила выйти, подслушать, любая зацепка сейчас важна, но не могла одна пойти, уйдет с поля видения Амена — покинет его сон. Взяла его за руку и потащила в рядом стоящие кусты. С этого места могла расслышать о чем они молвили. — Зачем ты так с ними, наставник Саамон? Они по сути невинны! Сам же такой! –возмущался мальчишка, правду решила, студент его. — Нужно так было. Иди и помалкивай, Рэммао, молоко на губах не обсохло меня учить. Ещё раз голос на меня повысишь — выпорю как следует. Эва узнала всё, что нужно. Ученик Рэммао, вот почему Амен на него охотился. Старший это Саамон, неужели тот самый, о котором Дия рассказывала? Если так, то это значительно меняет расположения дел. Значит этот Саамон выбрался из-под опеки Сета. Решила уже уходить из-за сна, задержалась сильно. Только вот не могла бросить испуганного, сломленного мальчика, который мгновение назад сиротой остался. Нарушила ещё одно правило — не прикасатся к нему. Увидела, как тот смотрит на тела родителей, обняла в ту же секунду, отворачивая от этого зрелища. — Знай, что ты сильный, Амен, со всем справишься, какие препятствия не были на твоём пути. Мы ещё встретимся, обещаю. — Сама чуть не плакала, успокаивала Эвтида. Как только глаза закрыла — очутилась в реальном мире. Поняла, что времени не осталось. Мигом сбросила маску и мантию, спрятала под подушку. Амен всё ещё спал, но Эва знала, с минуты на минуты он проснется. Хотя внутри была надежда, что её опыт её подведёт, так как это не обычный сон, а дурман Сета. Но она нарушила два из двух правил. Не говорить и не прикасаться. Аккуратно, дабы не нарушить и без того шаткий сон, переложила голову эпистата с колен на подушку. Встала и побежала, что есть силы, прочь. Около двери обернулась. Мысленно прощаясь, ведь это их последняя встреча, если всё пойдет по плану. Увидела, что Амен поморщился, открывает глаза. Скрылась за дверью. Побежала к выходу, там её уже ждал Ливий и Сет. – Задержалась, шезмочка. – с привычной полуулыбкой встретил её Сет. –Всё прошло как нужно? – интересовался Ливий. –Вроде бы да, но он походу проснулся, как только я вышла. Он не будет нас искать? –Силёнок не хватит. От дурмана ещё отходить будет часа полтора. Есть время. –Успокоил, но в то же время заставил переживать за Амена, Сет. –Пойдёмте уже, покончим с этим всем. –Эвтида была как на иголках. Минувши всех охотников, что бы их не заметили, очевидно тут постарался Сет, они дошли до дома бальзамирования. Ливий завел их всех к телу Исмана. Запах там стоял не из приятных, но всем было не до этого. Как только Эвтида заметила тело названного брата, сразу выступили слёзы. Думала уже отправилась от его смерти, но видимо не до конца. Запретила себе на чувства. Что бы воссоединится с Ка её друга, нужно быть спокойным, иначе спугнёшь. Она собиралась это сделать без маски или мантии. Его Ка она знала как свою. Как никак больше пятнадцати лет прожили вместе. Подошла к телу, оглядела, старалась успокоится. Нельзя было и это дело запороть. Это была её цель. Присела рядом, стараясь словить его Ка. Вдох, выдох. Не получилось. Ещё раз. Настроится должна. С трудом это давалось, воспоминания нахлынули на неё. То как впервые увидела его в Ниле. То как последний раз разговаривали. То как успокаивал её, что все будет хорошо, когда ехали в Фивы. То как имена свои вторые называли. Не могла. Она просто не могла. Тут же она почувствовала руку на своём плече, но не открыла глаза. Она должна довести это дело до конца. В моменте все её эмоции отпустили. Стало легко. Наконец она начала чувствовать тонкую нить, соединяющую её с Ка Исмана. С каждой секундой она крепла. За этим всем наблюдал Ливий. Рука на плече Эвы была Сета. Тот как её покровитель решил помочь ей. Лекарь задумался, почему произошел запрет на чёрную магию? Таких как Эвтида полно. Таких, чьи родственники погибли не без участия других. Это ведь простой способ узнать убийцу. Почему запретили? Бессмыслица. Тем временем в помещении начал появлятся силуэт Исмана. Ливий его не видел, так как не имел черно магических способностей, да и душа его была теплой. Эвтида заговорила с ним, её никто не смел перебивать. –Здравствуй, Исман, времени не много, прошу, расскажи, что произошло тогда. Что заставило тебя бросится в Нил? –Эва.. Неужели я умер?.. –шепотом говорил брат. –Последнее, что помню это то, как я шёл собрать куркуму, она ведь цветёт ночью. После должен был встретится с Дией. Уже рядом с берегом увидел двух людей. Они держали какой-то мешок, со светящейся пылью. Светилась желто золотым цветом. Говорили о чём-то. Тут меня заметили, посмотрели так грозно, что бежать кинулся. Один из них говорить, что-то в след начал, на языке, которого не знаю. Потом белая вспышка. Теперь с тобой стою. Эва слушала внимательно, стараясь запомнить каждую деталь. –Сможешь описать как они выглядели? –Нет, темно было, я и заметил их только потому, что пыль эта была. Прости. –Спасибо тебе, ты невероятно помог. Мы всегда будем помнить тебя. Нить прервалась, Ка Исмана вернулось к её владельцу. Она узнала достаточно, но и на такой монолог сил потратила знатно. –Уходим, охотники скоро на охоту выходят. Шезмочка ты идёшь и собираешь свои вещи на дня три, возьми побольше того, что можешь продать. Выдвигаемся сейчас. Пеллийский ты, ясное дело, не едешь. –Я не оставлю Эву. Я должен с ней поехать. –Уж поверь, одна она не будет. Если поедешь, ставишь себя на рожон. Я за тебя не ручаюсь, а Эвтида нужна мне. Ливий был недоволен, но не пойдет против воли бога. Точнее сам бог не позволит ему пойти против его слов.