The Heart Will Melt With Care

Обычно Хан Джисон не может не засыпать с мыслью, что от него одни проблемы. Он просто хочет, чтобы им гордились! Юноша никому никогда не желал доставлять неудобств... Однако, как иронично то, что это утро Сон встречает с температурой. Хан понимает, что ему следует рассказать о своём состоянии лидеру. Но он ведь может справиться с этим сам, так зачем лишний раз тревожить Чана? Парень уверен в себе! Он точно выдержит сегодняшнее забитое расписание. Прошлой ночью у Джисона очень сильно пересыхало и першило в горле, но юноша думал, что это из-за того, что он в последнее время стал чаще брать дополнительные занятия по вокалу. Однако головокружение и боль во всём теле могут говорить только о том, что Хан действительно простудился. Джисон ворчит, приподнимаясь на локтях. Озноб не помешает Хану выбраться из постели! Он ставит босые ноги на холодный пол и скованным шагом направляется к двери. Мельком рэпер замечает своё отражение в зеркале: бледное лицо, спутанные волосы и вялые движения. — Чучело, — тихо фыркает Джисон, переступая порог комнаты. Хан считает, что ему следует сейчас немного освежиться. Но прежде чем он доходит до ванной комнаты, юноша чувствует, что головная боль перерастает в почти полноценную мигрень. Джисон успокаивает себя мыслью, что сейчас быстренько приведёт свой внешний вид в порядок, а затем примет лекарства. Джи хватается за стены, так как больше не уверен, что сможет не шататься и не дрожать, словно новорождëнный оленëнок. — Хан? — хмурится сонный Со Чанбин, только что вышедший из своей комнаты. Джисон выравнивает дыхание и пытается встать прямо. Он прилагает усилия, чтобы его голос не казался хриплым и больным. — Доброе утро, хëн, — выдавливает подобие улыбки Хан. Несмотря на все старания юноши, Чанбин всё равно улавливает что-то неладное. — Ты хорошо себя чувствуешь? — смотрит с прищуром Со и подходит ближе к младшему, — ты выглядишь усталым... — Просто ещё не проснулся, — пожимает плечами Хан, — пожалуй, пойду приму душ, — мягко улыбается Джисон и разворачивается, немного спотыкаясь. — У нас была тяжёлая неделя, и сегодня нас вновь ожидает загруженное расписание, — напоминает Чанбин, — Хан-а, всё точно хорошо? — обеспокоенно спрашивает старший. — Да, Бинни-хëн. Нет причин для беспокойства. Со Чанбин определённо будет присматривать за юношей... Под тëплыми струями воды Джисон чувствует, как его тело немного расслабляется. Он борется с сонливостью, когда выбирается из душевой кабины. Берёт чистые вещи со стиральной машины и одевается. Из навесного шкафчика над раковиной Хан достаёт аптечку, в которой хранятся нужные таблетки. Он принимает несколько за раз, оставшуюся пачку кладёт в карман широких шорт. Джисон ощущает действие лекарства и уже в более приподнятом настроении выходит из ванной комнаты. Он шарахается в сторону, когда перед его лицом внезапно возникает Хëнджин. — Да чтоб тебя, баклажан несчастный! — причитает Хан, — нельзя же так добрых людей пугать... — юноша чувствует, что его конечности снова наливаются свинцом, и головная боль возобновляется, несмотря на принятые таблетки. — Я бы поспорил с последней частью, ты — исчадие ада, — закатывает глаза Хван Хëнджин. — Обидно, вообще-то... — мило надувается Хан. Хван треплет волосы младшего и щиплет его за щёку. Лицо Хëнджина резко меняется, и он смотрит на Джисона смешанным взглядом. — Ты горишь... — обеспокоенно замечает старший и хмурится. — Я просто после тëплого душа, — отмахивается Хан. — У тебя нет причин скрывать что-то от меня, ведь так? — настороженно спрашивает Хëн, складывая руки на груди. — Конечно нет. Советую проспаться, если ты думаешь иначе, Джинни-хëн, — фыркает Сон. А у самого в башке колокольный звон, а кожа горит, будто тело окунули в лаву! — Ладно, я понял, — вздыхает Хëнджин, — Чан сейчас готовит завтрак, — осведомляет юноша. Хан кивает и направляется в сторону кухни. Не стоит говорить о том, что по пути Джисон шустро закинул ещё несколько таблеток в рот... Растрëпанная макушка показывается в дверном проëме. Бан Чан замечает Хана лишь краем глаза, но не может не умиляться с его внешнего вида: немного большая футбока, открывающая вид на ключицы, влажные волосы и опухшее лицо. — Доброе утро, — улыбается Чан, демонстрируя милые ямочки на щеках, — готовлю вафли, — предвидя вопрос, сразу же бросает Крис. — Мне помочь? — невинно спрашивает Джисон. — Смеёшься? — лидер чувствует, как его правый глаз начинает дëргаться, — лучшее, что ты можешь сделать — предоставить всё мне... Я до сих пор мучаюсь кошмарами, когда вспоминаю, как ты, я и Ли Ноу готовили печеньки. — Разве тебе не понравилось? Было ведь вкусно и весело... — обиженно цокает языком Хан, садясь за стол. — А ещё было грязно, Ханни, — напоминает Кристофер, — Сынмин и Ëнбок потом закидали наше общежитие использованными салфетками, которыми протирали кухню. — Интересно, кто же их надоумил? — саркастически закатывает глаза Хан, недовольный предательством Ли Ноу, который, между прочим, тоже готовил с ними. — Что у вас тут происходит? — потягиваясь, заходит Чанбин. — Готовим, — бурчит Джи, подперев голову руками. — Ты, видимо, по блютузу, — усмехается Со, разглядывая развалившегося на стуле Хана, — Чан, нужна помощь? — Нет, спасибо, — улыбается лидер, — сейчас уже будем завтракать. Где там Хëнджин? — задаёт риторический вопрос Бан Чан, ставя перед ребятами тарелки с едой. Вкусный аромат вафель заполняет ноздри. Но именно сейчас Хан Джисон осознаёт, что всё утро у него отсутствовал аппетит... Честно говоря, ему по-прежнему не хочется есть. — Доброе утро, — переступает порог кухни Хван. Хëнджин почему-то пристально смотрит на Сона. И у Хана по коже бегут мурашки то ли от взгляда старшего, то ли от озноба. — Приятного всем аппетита! — хлопает в ладоши Бан Чан, садясь за стол. Хван следует примеру Кристофера. Он устраивается напротив Джисона. Ребята начинают есть, иногда перекидываются парой фраз. Хан какое-то время просто ковыряется в еде, пока Чан не вынуждает его оторвать взгляд от тарелки. — Ханни? — мягко зовёт юношу лидер. Сон с чистым замешательством поднимает на старших глаза. — Ты хорошо себя чувствуешь? — волнуется Бан Чан. Боже, уже который раз за день слышит этот вопрос Джисон! — Всё нормально, — улыбается тëмноволосый, — просто отсутсвует аппетит. Я, наверное, поем чуть позже... — Когда? — хмурится Кристофер, — до репетиции час-два — максимум, — осведомляет лидер. — Знаю. Я обязательно успею поесть, — заверяет Джисон старшего, осторожно выбираясь из-за стола. — Потом отчитаешься мне, — вздыхает Бан Чан, — я доверяю тебе. Пожалуйста, давай без глупостей, Ханни... Все ребята провожают Джисона обеспокоенными взглядами. Хëнджин кусает губы, не решаясь рассказать Крису о некоторых странностях в поведении Хана. Чанбин тоже как-то нервно выдыхает и молчит. Джисон возвращается в свою комнату с зашторенными окнами. Веки тяжелеют, и Хан падает в тëплую постель, не заботясь больше ни о чём... В следующий раз, когда парень открывает глаза, он с удивлением подрывается с места. Настенные часы показывают полвторого. Хан не опаздывает, но у него определённо мало времени! Юноша уже представляет, как с минуты на минуту к нему вломится Чанбин. — Бляха-муха! — проникновенно описывает ситуацию Джисон и ставит босые стопы на холодный пол. Хан ковыляет к шкафу и выбирает самую практичную одежду. Он кусает изнутри щëку и решается захватить с собой на репетицию толстовку с начëсом. На всякий случай. А ещё Джи кидает в сумку те самые таблетки, которые он взял из аптечки в ванной комнате. — Прости, Чанни-хëн, но я действительно не голоден, — лëгкомысленно хмыкает Хан и выходит из комнаты с сумкой на плече. За дверью его встречает Чанбин. — Настолько тяжело? — спрашивает старший. — Что? — недоумëнно смотрит юноша. — Хан-а, у тебя рука дрожит, — качает головой из стороны в сторону Чанбин, подходя ближе к младшему, — давай сюда, — забирает вещи Со. — Спасибо, — неловко заламывает пальцы Джисон и отводит взгляд. — Идём, машины уже готовы. Парни спускаются вниз к своим ребятам и менеджеру. — Вы бы ещё через год притопали, — фыркает Хëнджин, когда видит Чанбина и Джисона. — Шевелитесь, — вздыхает Чан и немного странно смотрит на сумку Сона на плече Чанбина. Менеджер сопровождает парней до машины. Хан забирается в салон, принимая руку помощи. Сидя на своём месте рядом с Кристофером, он понимает, что его знобит. Внезапно Бан Чан укладывает юношу на своё плечо, слегка обнимая. — Можешь вздремнуть, — хмыкает лидер. Джисон ближе жмëтся к старшему и утыкается носом в его шею. — Тепло... — блаженно выдыхает младший. Бан Чан напрягается, когда чувствует, как горит лицо Сона. Боже, до него наконец-то дошло! Ему стоило обратить более пристальное внимание на поведение Хана за столом и неуверенные взгляды других ребят. — Глупый! — обеспокоенным шëпотом произносит Крис, беря за щëки Джи, чтобы посмотреть ему в глаза, — ты горишь! Какого чëрта ты не сказал мне, Хан? — закипает Чан. — Пожалуйста, тише, — проглатывает вязкую слюну Джисон. Хан не хочет, чтобы кто-то ещё узнал о том, что ему плохо. — Мы сейчас вернёмся обратно в общежитие, — строго оповещает Бан Чан. — Нет! Я выпил таблетки с утра, мне станет лучше, — заверяет Хан, — Чонин, Сынмин, Феликс и Минхо наверняка нас уже ждут! Ты не можешь отменить все наши планы на сегодня из-за меня, — отчаянно шепчет юноша. — Уверен? — вопросительно изгибает бровь Чан. — Чанни-хëн... — Что ты ел? — перебивает Хана старший. Джисон, ошарашенный таким вопросом, по-совиному моргает. — Вафли. — Неправильный ответ. Ты не ел, но сказал, что чуть позже — обязательно, — складывает руки на груди Чан, — последняя попытка, мой донсэн. — Жареный рис, — уверенно врёт Джи. — Убил бы! — щëлкает по носу младшего Крис, — последнюю порцию ещё позавчера схавал Бинни! — Прости... — искренне сожалеет Хан. — Что за таблетки? В каком количестве ты их принимал? — игнорирует извинения младшего лидер. — Крис, интересно, какие же таблетки могут принимать от температуры? Парацетамол, может? Аспирин? Ибупрофен? — закатывает глаза юноша. — Поязви мне тут, — хмурится австралиец, — количество назови. — Несколько с утра, потом столько же перед псевдозавтраком, — кусает губы Хан. — Хан, блять, Джисон! — ругается Бан Чан, — нельзя столько! — Но мне же стало лучше! — почти кричит младший. — Настолько, что тебя знобит, но на твоей коже можно жарить блинчики! — Ничего не отменяй, пожалуйста... — просит Хан, немного успокоившись. — Как только мы повторим несколько хореографий — ты отдохнëшь, а потом поедем обратно в общежитие. Будем тебя лечить, — идёт на компромисс лидер, — договариваемся сразу, что ты говоришь, когда тебе становится плохо, Хан Джисон. — Возражений не имею. — Возьми мою кофту, — накидывает на Хана свою толстовку австралиец. Ребята подъезжают к зданию JYP. Джисон выходит из машины и ждёт остальных. — Ого, принарядился? — дразнит младшего Хëнджин, обращая внимание на кофту Чана на плечах Хана. — Давайте быстрее! Минхо написал, что скормит нас Суни, Дуни и Дори, если мы задержимся ещё хоть на минуту! — ворчит Чанбин. Джисон неуверенно смотрит на Чана, а тот, в свою очередь, успокаивающе кладёт руку на талию и направляет вперёд. — Айгу, думал, не дождусь вашего эпического появления, — фыркает Сынмин, когда на пороге репетиционного зала появляется четвёрка, которую привёл менеджер. — Сегодня будет сокращённая практика, — проходит вглубь помещения и кидает сумку возле дивана Чан. — Почему? — сразу же спрашивает Минхо. Бан Чан не отвечает, просто бросает взгляд на Хана. Минхо напрягается и направляется к Джисону. — Эй, — кладёт руку на плечо Джи старший, — что случилось? — спокойно задаёт вопрос Хо, но в глазах всё равно виднеется беспокойство. — Ничего, — Хан ощущает на себе раздражëнный взгляд лидера. — Тогда, может, начнём практику? — неловко улыбается Феликс, пытаясь разбавить обстановку мягким тоном. Минхо пристально смотрит на Джисона, а затем хлопает в ладоши: — Отлично! На позиции, — разворачивается Ли. Ли Минхо будет следить за тем, чтобы Хан Джисон не перетруждался. Все занимают свои места. Включается музыка, и парни начинают работать над хореографией. Джисон путается в некоторых движениях из-за головокружения и иногда спотыкается, потому что его ноги будто набиты ватой! Внезапно юноша теряет равновесие на повороте в дэнс-брейке, однако Хëнджин, находящийся рядом, успевает его придержать за плечи. — Перерыв, — оповещает ребят Кристофер и направляется к Сону, однако юноша быстро ретируется. — Я пойду возьму что-нибудь попить, — пожимает плечами рэпер. Крис неодобрительно качает головой из стороны в сторону. Но не останавливает Хана, когда он скрывается за дверью. Австралиец замечает обеспокоенные взгляды Феликса и Чонина. — Сегодня Хану требуется больше времени, чтобы отдохнуть, — поясняет Чан. — Мы позволим ему практиковаться, несмотря на то, что у него с утра была температура? — скептически задаёт вопрос Хван, встречая взгляды, полные удивления. — Хëнни, откуда ты знаешь? — недоверчиво смотрит на высокого юношу лидер. — Я встретил Хана, когда он выходил из ванной. Я ущипнул его за щёку и почувствовал жар. Эта радиоактивная белка действительно выглядела нехорошо... И тогда я спросил, всё ли нормально. Джисон придумал отговорку, якобы он после душа так нагрелся. Но пропавшие из аптечки таблетки, говорят лишь о том, что Сон мне соврал, — вздыхает Хëнджин. — Почему ты не отменил расписание? — смущённо обращается к Бан Чану Чонин. — Он этого не хотел. Хан настоял на сегодняшней практике, — закрывает глаза старший. Все замолкают. Даже Ли Ноу не стал ничего говорить. Ребята знают, какой Джисон упрямый... — В любом случае, это не значит, что мы не позаботимся о нём, — твёрдо оповещает Бан Чан, — просто сейчас дадим Джисону немного времени и пространства. Мемберы дружно кивают и принимают решение дождаться Хана, чтобы поговорить и заняться его состоянием. Внезапно у Кристофера начинает звонить телефон. — Слушаю, менеджер-ним, — берёт трубку Чан, когда видит имя мужчины на дисплее. Лидер мгновенно бледнеет и напрягается после монолога менеджера. Мемберы немного обеспокоенно поглядывают на австралийца и даже не догадываются, о чём могли сообщить Крису по телефону, что он так взволновался. — Что случилось, Чан? — интересуется Сынмин, когда старший завершает звонок. — Хан потерял сознание на лестнице, ведущей на второй этаж. В воздухе повисает угнетающая тишина. Однако все ребята спустя несколько секунд срываются с места... Хан Джисон понятия не имеет, как так получилось. Он просто хотел немного освежиться, потому что в репетиционном зале ему вдруг стало очень душно. Сон решил подняться на этаж выше в поисках прохладительных напитков. Однако спустя время парень почувствовал, как ему становится невыносимо плохо. С лица Хана водопадом лился пот и его тошнило. У него не получалось сделать вдох, а в глазах с катастрофической скоростью темнело. Рэпер осел на пол и с тревогой огляделся. Он перестал сопротивляться манящей пустоте и закрыл воспалëнные глаза... Хан не помнит как оказался на диване в комнате стаффа. Он ведь просто отключился у ступеней лестницы, верно? Тëмноволосый отбрасывает все свои мысли, когда, наконец-то, замечает своего менеджера, который с кем-то заканчивает разговор по телефону. — Менеджер-ним, — слабым голосом позвал мужчину Хан и закашлялся. Старший мгновенно обращает внимание на Джисона. Он поднимается со своего места и протягивает стакан с водой, сочувственно глядя на Джи. — И как тебя так угораздило? — потирает переносицу менеджер. Парень принимает более удобное положение на диване. Он долго молчит, разглядывая свои руки на коленях. Внезапно мужчина постарше касается лба Хана. — Боже, почему ты не сообщил своему лидеру, что чувствуешь себя плохо? И почему меня не поставил в известность? — качает головой из стороны в сторону старший, ощущая жар Хана ладонью, — твои ребята прибудут с минуты на минуту. Чуть позже мы с Бан Чаном поговорим о твоём состоянии с компанией, чтобы дать тебе возможность отдохнуть. Дверь в комнату стаффа открывается, и на пороге показываются все мемберы. Менеджер тактично ретируется. — Он горит, — предупреждает Чана полушëпотом мужчина, — поболтайте чуть-чуть, а потом поезжайте по домам. Ему нужно отдохнуть. Я пока подготовлю машины. Как только дверь закрывается, все ребята обращают внимание на Хана. Ли Ноу подходит ближе к дивану, на котором располагается младший. Он присаживается рядом с ним. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Минхо. — Конечно. Хочешь, лезгинку тебе станцую? — саркастически фыркает Джисон. — Ты сегодня натанцевался вдоволь, — хмурится Ли. — Тогда зачем задаёшь мне такой глупый вопрос? — дуется Джисон, обиженно поглядывая на Ли Ноу и всех остальных. — Когда мы беспокоились о тебе, ты утверждал, что всё нормально, — невесело хмыкает Минхо, — вот я и решил проверить, по-прежнему ли ты будешь отрицать, как глупо с твоей стороны было посетить практику в таком состоянии, — окидывает неодобрительным взглядом младшего Хо. Джисон теряется и не знает что ему на это ответить. Взгляды всей оравы смягчаются. — Окей, мы ещё успеем наговориться. Давай, Ханни, — Чан подходит к юноше и помогает ему взобраться на спину одного из участников. Все ребята спокойно покидают здание JYP. Немного ранее, перед тем как уйти, Кристофер и менеджер всё уладили и теперь у группы есть возможность отдохнуть и позаботиться о Джи. На Хане та самая толстовка, которую в начале дня на него накинул лидер. Однако в салоне машины и без того довольно тепло. — Хëн, — робко тянет Джисона за кофту Айен, — ты можешь прилечь... — укладывает голову старшего себе на плечо Чонин, когда видит, что Хан держится из последних сил, чтобы не сомкнуть горящие глаза. — Спасибо, Айенни, — сонно бормочет тëмноволосый с нежной улыбкой на губах. Проходит некоторое время и Джисон чувствует, как его кто-то настойчиво трясёт. — Давай, Хан-а, нужно идти, — говорит Сынмин и помогает выбраться из машины сначала Джисону, потом Чонину, который решил взять сумку больного. — Тебя понести? — задаёт вопрос Чанбин. — Спасибо, — благодарно смотрит на Со Хан, — но тут уж я сам, — неловко шагает рядом с остальными Джи. Группа молодых парней переступает порог общежития. Хëнджин и Сынмин направляются на кухню, чтобы подготовить лекарства, лëгкую пищу и ароматный чай. Феликс и Чонин решают пойти за градусником, тëплым пледом и грелкой. — Хочешь принять душ? — осторожно спрашивает Чанбин вспотевшего Хана. — Нет, — качает головой из стороны в сторону Сон, — я всё равно безостановочно потею во время лихорадки да так, что душ не спасает. Потерпите меня, пока мне не станет лучше, — виновато улыбается юноша и отводит взгляд. — Хан, всё нормально. Сейчас наша главная задача — обеспечить комфорт для тебя, — уверяет Чанбин и Бан Чан с Ли Ноу позади него кивают. Трое отводят Джисона в его комнату. Парень укутывается в тëплую толстовку Кристофера и одеяло. Минхо зашторивает окна, чтобы свет не резал глаза больному. — Хан-а, подожди чуть-чуть, — окликает Со, когда видит, что младший начинает засыпать. Вскоре все ребята толпой вваливаются в комнату рэпера. Его накрывают ещё несколькими пледами, всучивают грелку. Хан без уговоров принимает лекарства и забывается в сладком сне. Чтобы не тревожить Ханни, ребята бесшумно устраиваются кто где. Спустя несколько дней Джисон пошёл на поправку, благодаря заботе и терпению драгоценных ребят, которые всегда его поддерживали. Хан знает, что они все — нечто большее, чем просто группа — настоящая семья из восьми прекрасных людей.