Только не его

С Костей хорошо. Дима искал именно такого мужчину. Костя заботливый и надëжный. Он запрещает перенапрягаться, открывает перед тобой двери и сам носит пакеты с продуктами, а твоя задача состоит лишь в том, чтобы открыть ему машину. Он рассудительный и честный. Если ты страдаешь хернëй - скажет, даст тебе в руки более интересное занятие. Он не осудит никогда. Всегда молча выслушивает о твоих проблемах и не только поддерживает, но и забирает их себе, решает их сам. Порой Дима насторожен. Ну не может быть, что всё так хорошо! А ещё ему стыдно иногда, что Костя столько всего делает для него, а Диме кажется, что он просто сел ему на шею. Тогда Костя позволяет на себя запрыгнуть и мягко целует в лоб, говоря, что главная задача Димы - наслаждаться жизнью и оставаться таким же милым и добрым мальчиком, а всё остальное Костя сделает сам. А ещё у Кости ахуенный член. У Димы в сексуальной жизни было целое портфолио, но от твёрдого Кавказского ствола его вело до трясучки. Матвеев всегда был поклонником секса без правил. Рукоприкладство, оскорбления - он обожал это, но забота от Кости, почему-то, вела сильнее. Чувствовать на худых бëдрах чужие, крепкие руки было до безумия приятно. В моменты, когда Гецати трахает его, хочется остановить время и бесконечно выгибаться от крупного члена внутри себя. Сейчас тоже самое. Дима дрожит и с придыханием стонет, пока Костя заботливо оглаживает его по периметру, не прекращая двигаться внутри в одном, глубоком темпе. - Какой ты красивый, особенно сейчас. - кавказец с новым толчком наклоняется ближе и ведёт губами по взмокнувшему, покрасневшему лбу. - Блять. - Дима громко постанывает и в моменте роняет протяжный мат, на что Гецати довольно улыбается. Сквернословить в аланских семьях было не принято, так что Костя не матерился практически никогда. Дима принял эту традицию, в знак уважения к своему мужчине, но в такие моменты он просто не может сдерживаться и Косте это льстит. Неужели настолько хорошо? Дима не соображает, тянется рукой к лицу Гецати и спускает его со своего лба, прижимаясь губами к губам. Целовался Костя тоже невероятно, не напирал, но Дима всё-равно чувствовал его превосходство над собой и это возбуждало каждый раз, как в первый. Именно такого мужчину Дима искал столько времени. Он любил чувствовать себя ведомым в отношениях, но чаще всего ему попадались полные отморозки, у которых даже отсасывать было смешно. Отсасывать у Кости Дима хотел ежедневно. Чувствовать тяжёлую ладонь на своей макушке, заботливо перебирающую волосы - невероятно. Ловить ушами тихие стоны и похвалу - невероятно. Смотреть на мужчину с высоты своих коленей и подставляться под крупные пальцы, вытирающие слëзы в уголках твоих глаз - невероятно. Новая волна стонов срывается с губ. Дима тянет гласные отрывисто и сладко, пытается отстраниться хоть на сантиметр от размашистых толчков, попадающих каждый раз ровно туда, куда надо, но его обмякшее тело на такие действия прижимают ещё ближе. Сам ведь напросился. Сам залез на колени, уселся на ширинку и соблазнил одним лишь взглядом. В такие случаи Костя учит Диму думать наперёд, не потерпишь - не лезь. Дима всё-равно лезет каждый раз, хнычет под заполненностью, а на вопросы — "остановиться?" — активно мотает головой в разные стороны, просит не останавливаться никогда. И как его понимать? Дима чистейший. Аккуратный, ухоженный и манящий. До встречи с ним Константин уверенно отвечал, что с парнями не будет никогда и дело было не во внутренней гомофобии или напыщенной гетеросексуальности, просто он ещё не встретил своего парня, такого, который снесëт ему крышу. На пути попадались лишь вредные, вечно куда-то несущиеся парнишки, не знающие никаких границ и о традициях не имеющие не малейшего понятия. С такими Косте не по пути, не принято и сложно. Потом встретил Диму и упал ему в ноги (натягивать дорогущие ботинки на миниатюрные ступни Костя тоже любит) Стройная фигура, бледная, фарфоровая кожа, мягкие волосы и бездонные, щенячьи глаза покорили мужчину с первого взгляда, как и нежный, покладистый характер. На людях Дима любил вредничать, агрессировать и пыжиться, но в такие моменты Костя всегда его одëргивает и спускает на землю, потому-что знает, что всё это фальшивое. Защитная реакция, попытка защитить свою нежную душонку. Дима перестал выстраивать возле неё баррикады, когда понял, что её можно доверить в крепкие руки Гецати, который теперь пылинки с неё сдувает. И с него самого в частности. Костя продолжает шептать красноречивые комплименты, довольствуясь вспотевшим, румяным личиком перед собой. Делает последние, сильные толчки, улавливая громкие стоны с губ и кончает в резинку, тут же отпуская парня и отстраняясь, позволяя вдохнуть полной грудью. Дима переворачивается набок, переводит дыхание и глаз не сводит с Кости, пока тот натягивает на себя штаны. - Я люблю тебя - негромко признается Матвеев и довольно ластится, когда Гецати подходит к нему и заботливо накрывает. - И я тебя. Отдохни. - мужчина натягивает на парнишку одеяло по самые плечи, умещая его под каждый участок кожи, следом поправляет растрëпанные волосы и выходит из спальни. Дима переворачивается на другой бок, посильнее зарываясь в одеяло и думая над тем, как же он сейчас счастлив. Неужели чёрная полоса, прилипшая к Диме намертво, наконец-то сменилась белой? Думать о том, что и белая когда-нибудь кончится, не хотелось и было страшно. Главное, чтобы в следующую чёрную полосу Костя был рядом. Забирайте всë, работу, деньги, только не его.