из теней

Я хочу жить в этом городе, сгореть в этом городе; куклой над его улицами — лететь, игрушечными волосами собирая пыль — воспоминания; подброшенная к небу, хочу стать созвездием над его ночью; или — сиять — яркой лампой в фонаре над площадью; хочу быть — травой его газонов; шумом шин и шагов по асфальту; пусть мой кукольный ситец станет синим облаком его — городского — лета; его льна, его сна, его рассвета; мозаикой луж городских отразится моё лицо; мой курносый нос ветер апрельский-сентябрьский насытит пусть духотой и пряностью первых-последних рос, перезвоном капели; да громом над луговинами, пусть ливни — по крышам — кривым, жестяным, черепичным, покатым, скачут-танцуют, как я танцевать хотела когда-то, в звонком солнечном детстве-цветочном, с грибными дождями, с грозами, с их громовыми раскатами; только в городе этом прекрасном нет черепичных крыш, нет лугов и нет рек, нет озёр, где в трансе гуляет камыш; есть: улицы-лица, площади-рты, — распахнуты в вечном вопле и крике; есть скучные дни, и — волшебные ночи, — тихие сочные книги, что текут и влекут, перетекая друг в друга, в дворы и мосты за собою, как сны или песни; как игры, сложны и смешны, и просты, и чудесны, там мальчик знакомый берёт меня за руку, тянет — гулять к фонарям, в их желтых букетах, оранжевых прятках, задумчивых гнёздах-провалах, нам, мотылькам, порхая от лампы до лампы, от ночи до ночи, смеясь, и скача с игры на игру… Я хочу в этом городе куклой задорной, парить и парить на ветру; но ветер, ты видишь мою исхудалую тень? — протяни её, ветер, за ушедший солнечный день; вытяни — ночь для меня: из неё, из меня, из теней, всех кукол-девчонок, попавшихся в сети его городских огней.