Может быть, однажды

      После того, как Кацуки ударило причудой, которая стирает часть его воспоминаний, он… даже не заметил разницы.       Просто в один прекрасный день проснулся в госпитале, и всё было по-прежнему. Рядом были все его друзья, с родителями всё было в порядке, он даже помнил свою карьеру. Может быть местами его прошлое было немного туманным, но в целом он не чувствовал себя так, будто ему чего-то не хватает.       По крайней мере, так оно казалось со стороны. Кацуки полностью забыл об Изуку, и выглядел так, будто стал лишь счастливее от этого. Он больше улыбался, казался более свободным, расслабленным, улыбчивым. Как будто он скинул какой-то груз, который всегда тянул его к земле.       И это была главная причина, по которой Изуку решил, что ему стоит всё так и оставить.       Как бы тяжело ему ни было осознавать, что самому дорогому в его жизни человеку лучше без него, счастье Кацуки было для него намного важнее. И если Каччану было лучше всего жить в мире, где он ничего не знает об Изуку… значит, быть посему.

***

      Предложение поработать в интернациональной организации поступает как никогда вовремя. Это серьезный международный проект, собирающий под своим крылом несколько известных героев со всех стран, чтобы использовать их для большого спектра операций по всему миру — от масштабных битв с особо опасными злодеями до помощи мирному населению при различных природных катастрофах, вроде землетрясений или цунами.       В прошлом Изуку долго колебался бы, не решаясь покинуть Японию (и Каччана), но на этот раз он соглашается, едва получив предложение.       Он нежно прощается с матерью, обещая, что будет звонить ей как только представится возможность. Он проводит оставшееся до отъезда время с друзьями, взяв с них слово, что они присмотрят за его матушкой (и за Каччаном, хотя Изуку не произносит этого вслух). Главное, он берет с каждого слово, что они не станут раскрывать Кацуки подробности их прошлого без крайней необходимости, позволяя Изуку остаться смутным, смазанным пятном где-то на задворках его воспоминаний.       Изуку старается игнорировать жалость и сочувствие в их глазах — отвечая на их встревоженными взглядами теплой, доброй улыбкой. Он будет скучать по этим людям почти так же сильно, как и по Каччану. — Возвращайся поскорее! — кричит ему Очако в аэропорту, стискивая в объятиях. — Не смей пропадать, слышишь?! — Это всего на полгода, — отвечает Изуку, прижимая к себе плачущую маму. — Вы и глазом моргнуть не успеете. — Лучше бы так этому и быть, — отвечает вместо подруги Шото. — Имей в виду, мы вполне можем поехать за тобой и вернуть обратно.       Изуку смеется.       До боли близкие, любимые лица его друзей и близких, слова прощания и тепло их объятий занимают его мысли, когда самолет, на котором он сидит, взмывает в небо, почти позволяя забыть об отсутствии среди провожающих того единственного человека, который мог бы уговорить его остаться.       Следующие полгода он проводит с головой уйдя в работу. К его недовольству, там гораздо больше политики и красования перед камерами, но Изуку также радуется, когда ему удается познакомиться с массой новых людей, которых он едва смог бы встретить в иных обстоятельствах. Особенно, когда наконец-то выдается возможность поработать с ними бок о бок, уничтожая злодеев или спасая людские жизни.       Изуку не планирует задерживаться, но каким-то образом полгода затягиваются на год, а год перетекает в два: всегда есть новая злодейская организация, с которой нужно расправиться, или крупный проект, где могла бы пригодиться его помощь. Он честно старается поддерживать контакт с друзьями и матерью, но разница в часовых поясах и постоянные командировки в различные концы света порой полностью искажают его восприятие времени, так что он едва может вспомнить, когда в последний раз общался со всеми ними вживую.       Воспоминания о Каччане, который живет где-то там собственной жизнью, в которой нет места для Изуку, всё еще жалят, особенно когда он остается по вечерам один в очередной квартире, снятой для него по контракту, но со временем даже они теряют свою остроту. Комбинация времени и расстояния не исцеляет полностью, но позволяет, по крайней мере, усмирить глухую тоску по человеку, которому никогда не было суждено стать его.       Кто знает, может быть, однажды наступит день, когда боль в груди утихнет настолько, что он сможет позволить себе вернуться домой.