Щенок

Еще один взмах нодати, и повергнутый лунянин рассыпался на мелкие белесые ошметки. Алекс уселась на землю и протяжно зарычала на одной ноте. Ее остановившиеся глаза с крошечными точками зрачков были пусты и словно остекленели, а обычно аквамариновые волосы непривычно сияли алыми прядями. Фос с легким испугом и недоумением посмотрела на нее, но Борт лишь отмахнулась: - У нее всегда так, когда она видит лунян. Учитель потому и запрещает ей на них даже смотреть. Алая Алекс совершенно неуправляемая, и, думаю, в этот момент даже не осознает, кто рядом с ней. Было пару раз, когда она в таком состоянии не только лунян уничтожала, но и разбивала своих напарников по дежурству. - Жесть какая, - пробормотала Фос, оглядываясь на белоснежные хлопья, рассыпанные по всему полу: то, что осталось от мерзкого лунного чудовища, внезапно напавшего на школу. - Это все, да? Борт внимательно рассмотрела то, что осталось от недавнего противника и легко пнула кончиком ноги в порванном чулке один из пушистых комков. Что-то не сходилось. Привычный к извечному анализу мозг подсказывал, что все закончилось слишком просто и легко. Такой противник, которого они в паре с Фосфофиллит не смогли разнести в клочья на холме, который разбил Алмаз и разнес общий зал, просто обязан был сдохнуть не так легко. Пусть даже Алекс в режиме берсерка и очень помогла им справиться с огромным лунянином, но было еще нечто странное: он ведь так легко разделился на две совершенно полноценные особи! Так почему бы ему и... Ее мысленные рассуждения прервал странный шорох, исходящий от валяющихся белых пушистых хлопьев. - Не думаю! - отрывисто произнесла Борт, снова принимая боевую позу, и Фос машинально схватила ее за предплечье, ошарашено глядя на то, как хлопья с легким шипением сворачиваются в комочки и принимают форму странных крошечных белых пушистых существ. Существа всем скопом бросились к ним, забавно семеня маленькими неуклюжими ножками и добродушно вертя небольшими хвостами. Борт мгновенно подняла нодати, готовая разрубить на мелкие кусочки странных лунян, но они неожиданно повели себя совсем не так, как вел большой монстр. Пытаясь забраться Самоцветам на руки, мелкие пушистики жалобно скулили и тявкали, торопливо махая хвостиками и заискивающе глядя в глаза. Словно хотели, чтобы их... погладили?! И выглядели при этом так беззащитно и мило, что Борт внезапно поймала себя на том, что не может их атаковать. Это было словно ударить и раздавить хрупкую желтую бабочку, или растоптать любимые крошечные цветы Аль, или причинить вред милым маленьким медузам в школьном пруду... Но ведь это - враг, лунянин! Точнее, луняне? Враги? Маленькие и пушистые... Существа между тем не оставляли своих отчаянных попыток забраться ей на руки, забавно скользя по ее гладким ногам и волосам и кубарем падали вниз, смешно копошась и барахтаясь в новой попытке обратить на себя ее внимание. Борт старательно спрятала свою растерянность за обычной холодно-презрительной гримасой, забыв, что продолжала сжимать в руке нодати, словно собиралась уничтожить этих милых неуклюжих крошек. Она поймала на себе испуганный взгляд Фос, которая пробормотала: - Ну, не станешь же ты их убивать? Даже для тебя это слишком! И Борт сдалась, осторожно опуская на пол особо настырного пушистика, который сумел-таки забраться ей на руки. Она с легким недоумением и растерянностью посмотрела на кучку мелких существ, словно впервые не знала, что ей делать дальше. Вроде как, следовало их добить, но руки сами собой опускались, когда она вспоминала странное ощущение неизведанного ранее умиления от прикосновений к мягкой пушистой шерстке незнакомых существ. Очень быстро ей в голову пришла новая идея: раз нельзя добить, может, следует их всех изловить и собрать в одном месте? Мелкие тварюжки словно прочли ее мысли и испуганно разбежались в стороны. Борт поспешно спрятала нодати в ножны и, бросив Фос на бегу: - Зови остальных! Нам надо отловить их всех! - бросилась в погоню за шустрыми зверьками, продолжая в голове лихорадочно перебирать возможные варианты дальнейших действий. Самое разумное, что сейчас пришло на ум - запереть их в клетку, и пусть Учитель решит, что с ними такими делать... Правда, зверьков было очень много, и они, кажется, разбежались уже по всему острову. Борт остановилась на вершине холма, чтобы осмотреться и выяснить, куда направились беглецы, и тут ей под ноги выкатился маленький белый комочек. Лунянин совершенно не боялся ее и доверчиво терся о ее ногу. Борт поспешно огляделась по сторонам: не увидит ли кто ее внезапной слабости? Вроде бы, больше никого не было. Тогда она присела рядом с малышом на корточки и осторожно протянула руку, касаясь его нежной мягкой шерстки. Лунянин тихо поскуливал и вдруг лизнул ее руку и ткнулся ей в ладонь холодным мокрым носиком. Борт буквально задохнулась от внезапно нахлынувших странных ощущений. Это словно... словно... Она не знала, как описать то, что сейчас чувствовала, но это было такое нежное, волшебное тепло, разливающееся в ее груди, такое странное, иррациональное желание защитить. Ведь он - все равно враг, хотя и маленький. Но такой слабый и беззащитный. Борт расстроено покачала головой: - Вот, и что мне с тобой теперь делать? Убить? Навряд ли смогу. Ты такой... маленький. И совсем не злой. Не опасный. Смешной и неуклюжий. И... такой мягкий и теплый. Знаешь, был бы ты не с Луны, я... я... оставила бы тебя себе. Но нельзя, ты оттуда. Я должна отдать тебя Учителю, и он решит, что с тобой делать дальше. Но знаешь, если вдруг он... Может, он?.. Если он разрешит, то я... Я подарю тебя Алмаз! Ей ты тоже очень понравишься. А вот Алмаз сейчас не стоило вспоминать. Перед глазами возник образ бессильно валяющейся на полу общего зала Аль, с отбитыми ногами и страшным сколом вместо верхней половины прекрасного нежного лица. Этот... белый и пушистый, такой теплый, такой уютный, такой... Он... он разбил Аль! И она, как могла она поверить врагу?  Как могла забыть, простить, купиться на беззащитный вид? Непростительная, непозволительная слабость! Недостойная защитника глупость! Борт встряхнула тяжелыми прядями и резко отдернула гладящую щенка руку. Больше она не купится на этот обман! Щенок почувствовал перемену в ее настроении и поспешно убежал от нее прочь. Она не стала его догонять. Не сейчас. Все равно ему от нее не скрыться. Борт, пошатываясь, поднялась на ноги. Больше она не допустит, чтобы кто-то или что-то причинило боль ее сестре. Больше не будет слабой... Но глубоко внутри себя она с тоской вспоминала о том чудесном тепле и нежности, исходящим от маленького пушистого создания, которое по злой насмешке судьбы стало ее врагом.