И вновь по новой...

Бывший ученик их школы охотно идет на сделку и сдает квартиру на вечер, о чем уведомляет Тимофей своего создателя отправив на заполнение договора одного из своих знакомых друзей -тушек. Петр Люба и Лёва, приходят к ее началу, фокусируясь на открывшем им дверь молодом человеку, что приветствует их приглашая пару внутрь, не забыв окинуть Любу в свободном платье заинтересованным взглядом:- Он твой брат, красотка? - Нет, он мой жених.- отзывается белокурая и недовольно цокнув языком кучерявый удаляется в поисках подруги на вечер, а Люба с Петром разделяются обследуя квартиру на предмет поиска возможного интереса неизвестного им стратилата, здраво предположив, что молодой человек как-то связан с этой плитой нужной этому древнему психу с замашками короля. Приглашенные гости веселятся не подозревая об опасности, Тимофей того и дело следит за происходящим, доложив своему создателя любопытную информацию о том, что лишь ученики посетившие эти вечеринки возвращались в школу пиявцами. Стратилат очевидно здесь...У него здесь пищеблок...Однако, как он приникает сюда незаметным? Как умудряется скрывать тела на пару часов среди этого народа? Хлопов лишь разводит руками, Петр с Любой в одной из комнате подальше от шумной толпы задумываются над тем, что вероятно этому вампиру нужен именно хозяин квартиры и единственное, что препятствует этому существу- распятие на шее молодого человека. Обсуждение не успевает продлиться долго, неожиданно Люба хватается за грудь болезненно выдыхая сквозь зубы, тогда как Петр вздрагивает от острой боли пронзившей его через связь с девушкой. - Родители...-произносит Люба и одной рукой выбив оконную раму, выскакивает в окно с третьего этажа, превращаясь в черную дымку передвигающуюся на огромной скорости и Натаров не сказав не слова кидается тем же путем за ней. Хлопов такими способностями не обладает, он бежит на улицу к ожидающему его на всякий случай Корзухину и доктору, сообщая о странном поведении девушки и Игорь вжимает "тапок в пол" направляясь в сторону дома ребят. Люба двигается быстро, она использует эту способность впервые и к своему удивлению, как и Петр много лет назад не совершает оплошностей или неумения контролировать свою природу, добираясь до дома в считанные секунды. Останавливается, замирая на месте видя ужасающую лично для нее кровавую картину ее личного бесконечного кошмара. Распростертые в нелепых позах истерзанные тела ее родителей лежащие на асфальте в лужах собственной крови. Эти стеклянные глаза не те глаза, что она видит за часы до их обращения- теперь они окончательно мертвы. - М...П...- дрожащие ноги подкашиваются, блондинка падает на колени не в силах оторвать взгляда от их искаженны лиц, кажется пиявцы боролись до конца в этом неравном сражении:- М..мама...м.. Внутри на мгновение пробегает неприязненный холодок, девушка поднимает голову вверх натыкаясь на тень в темном одеянии- темный древний стратилат и тело ее сводит судорогой, выламывая кости в полную монстроподобную форму.- Я...я...-рычание срывается с ее губ, шипение содрогающимся жалом, а со спины на девушку налетает Петр. - Люба..Тише тише...Не поддавайся этому...Не нужно..-брюнет держит белокурую, содрогается сам ощущая ее влияние на себе, смотрит на тела Куликовых старших и не может найти в себе силу сохранить хладнокровие. Они оба словно потерявшие опору маятники, не могут остановится однако терять себя девушке определенно нельзя- прийдя в себя потом, она не сможет себя простить. "Один раз мы встретили девушку Стратилата...-говорит Валентин Сергеевич, Лева нервно опускает взгляд на столешницу, закусывая щеку изнутри:- Она поддалась зверь и половину города вырезала...Если эти особи теряют себя, найти себя обратно они уже не в состоянии. Мы выяснили это после, от ее отца...Он там тоже был, сам пришел смерть от нашей руки принять вместе со своим стратилатом...Кормил ее с матерью долгое время, а потом на ту грабитель напал...Убил, ну она себя и потеряла.." -Люба...Пожалуйста...Прощу тебя...-девушка его не слышит, она полностью поглощена болью, дергается в надежде вырваться и все больше меняется хрустом удлиняющихся костей и деформацией лица.- Так ты не сможешь им помочь... Взгляд вверх, однако древнего уже и след простыл, внутри самого Петра гуляет ярость смешанная с болью от потери близких, что стали ему едва ли не второй семьей- он прилагает массу усилий чтобы вырваться из этого потока, но этого не хватает и состояние Любы лишь ухудшается подкрепляемое его эмоциональной нестабильностью. - Отпусти...Отпусти...Я убью его...Убью...-рычание смешанное с шипением, ломающиеся очертания человечности, разум девушки безоговорочно утопает в собственной ненависти и ярости. Натаров крепче сжимает блондинку и вонзает жало в ее шею начиная высасывать ее силу. Ее жизнь. Как бы не коробило его внутренности от ощущения родной, живой крови на губах и чужой ментальной боли и борьбы, однако это не помогает- словно открыв второе дыхание Люба начинает вырываться с удвоенной силой и Натаров начинает проигрывать слабея вместе с ослабевающей, но слишком злой девушкой. Рядом тормозит машина Корзухина, время давно за полночь и в скверике недалеко от дома пары никого нет, Игорь произносит что-то очень пораженное, а следом звучит голос Хлопова и именно в нем Натаров видит спасение:- Лева! Ближе...Ближе...-взвывает брюнет и шатен подходит ближе, а Петр рывком сдирает с Любы оберег заставляя в мгновение задохнуться бледнея как простынь, переходя из полуобращенного состояния в человеческий вид. Девушка в мгновение слабнет в руках Натарова, задыхается болью, белки глаз становятся красными, тело пробивает крупной дрожью:- Хватит, отойди..- и Хлопов послушно отдаляется к машине назад, позволяя девушке дышать, оседая в руках брюнета, что мгновенно вкладывает в карман ее платья оберег. -Тише...Тише, моя хорошая...- Натаров разворачивает ослабленную девушку к себе, давит на светловолосый затылок притягивая голову к шее и нежно касается губами виска:- Слушай мой голос, дыши вместе со мной..Дыши. Блондинка обхватывает талию Петра, устраивается удобнее на его коленях на холодной асфальте и вздрагивает вместе с ним, когда ее жало входит в его шею в попытках восстановить утерянное здоровье и восполнить возникшую слабость бушующей обычно в венах силой. - Нет...Не подходите...-брюнет выставляет руку, когда оживившийся Доктор и Лёва, словно осознавшие происходящее сдвигаются с места остановить происходящее.- Пусть...Федор! Федор ты нужен нам...Быстрее.. - Это невозможно...Такого не может быть.- чтобы один стратилат питался другим, такого уж точно не было никогда из всех известных всем здесь присутствующим случая. Рядом паркуется Волга из которой выскальзывает взволнованный полицейский и Тимофей, что замирают оба замечая тела старших Куликовых, переводя взгляд на своих стратилатов.- Любовь Борисовна, мы здесь...Вы можете восстановится от нас...- Тимофей приближается ближе и опускается на колени возле пары и прикоснувшись к светлым волосам девушки поглаживает ее по голове привлекая внимание и это действует Люба отстраняется от Петра и тянется к пиявцу касаясь его шее, переходя на чужие колени, пока Петр касается шеи Федора поднявшись с асфальта и быстро отстраняется:- Нужно сообщить об этом, выстави все как несчастный случай...или что-то вроде этого... Внутри все переворачивает болью от одной мысли о том, что об истинной причине смерти Куликовых никто и никогда не узнает, как же больно осознавать что его семьи у него больше нет. Еще больнее становится, когда Федор деликатно кашлянув указывает пальцем вверх на одно из окон зданий в котором ярко различимы два силуэта его родителей, что с милыми улыбками смотрят на происходящее пусть и различая лишь мелкие фигурки на земле. - Я думаю, что они обращены в пиявцев...- произносит Тимофей, парня слегка шатает, однако голос его ни на грамм не дрожит и Петр в ужасу всех присутствующих кивает, видя своим необычным зрением бледный, кажется не живой вид своей семьи, знакомый ему после первого переобращения старших Куликовых.- Что мы будем делать, Петр? Люба сидит в руках Корзухина, она безостановочно плачет обхватывая шатена руками, утыкаясь лицом в плечо, а сам Игорь сжимает дрожащие губы в тонкую линию, подавляя подступившие слезы. - Я заберу Любу в квартиру Игоря...Постарайся решить все сам или через меня.- кажется к Петру вернулось хладнокровие, хотя вероятнее всего это лишь верхний, показной слой внутри все так же бушует коктейль из чувств. - Хорошо, а теперь уходите...Мы с Тимофеем разберемся тут...- Натаров благодаит за помощь и прихватив всю компанию из охотников с Корзухиным, вместе с Любой покидают это место. Люба разбита, она сидит в отдельной комнате предоставленной ей спальни, обхватывая колени руками и раскачиваясь бесшумно плачет, игнорируя сидящего рядом с ней Петра:- Они умерли из-за меня...Это я их в это втянула...Это моя вина...-хриплые, тихие слова, внутри Натарова все через мясорубку проходит он поддается ближе, обнимает девушку притягивая ее к себе.- Ты ведь знаешь, что это не так...Даже если бы они были людьми он все равно бы их тронул...-Натаров молчит лишь о том, что скорее всего их превратили бы как его родителей в пиявцев, но Люба это кажется и без него понимает болезненно посмеиваясь икотой.- Ну конечно... - Люб...Мы обязательно отомстим ему за них...-Натаров не знает как успокоить девушку, он заваливается на спину, прижимая девушку к себе притирая тело к телу, утыкается носом в светлые пряди и покрывается мурашками от холодного дыхания обжигающего ключицы:- Это не вернет мне их...Уже ничего не исправишь...Петь...Уже не оживишь... Натаров поднимает взгляд вверх, несколько раз моргает сбрасывая злые, болезненные слезы, сглатывает камень вставший в горле и не знает что сказать. Как это можно исправить? Что можно сказать, чтобы успокоить или облегчить чужие страдания? Чужие ли? Ему больно так же как и Любе, Куликовы ему как вторая семья. Люба плачет до самого утра, прижимается к Петру, что прилагает все усилия чтобы обрести спокойствие, давя в себе чувства- они всегда были отображением друг друга. Если он спокоен и она эмоциональна, но управляема. "Будет еще время отомстить, но пока...Пока нужно сделать все возможное, чтобы горе и боль не затянули девушку в кровавый туман зверя. Чтобы она скрываясь от этих чувств не потеряла себя...Он из них двоих всегда был маятником имеющим опору...Вот только проблема в том, что его опорой всегда была беспокойный маятник Люба."