100 дней

      Хёнджин отворяет дверь гаража, делая глоток охлаждающей газировки, что купил по пути сюда, ведь погода щадящей явно не была. Ну хоть теперь голова ветром продувалась и волосы в лицо не лезли. Заходя внутрь, он не особо ожидал увидеть кого-то из парней, хоть и сказал Феликсу, что идет именно к ним, но увидел Чанбина, что протирал инструменты от пыли, что успела осесть за несколько дней. Тот тоже заприметил Хвана и удивлено вскинул брови.       —А ты че лысый? Еще и с пауком?-Хёнджин же лишь ухмыляется, заваливаясь на диван, поджигая косяк, затягиваясь.       —Да так, перемен захотелось.       —Уж не связаны ли эти перемены с одним омегой?-хмыкнул Со, садясь рядом, скидывая ноги альфы с мебели,-Куда в обуви блять!       Хван же лишь закатил глаза, как на высказывание друга, так и на нагоняй за кроссовки. Альфа лишь почесал шею рядом с пластырем, продолжая задумчиво выкуривать самокрутку.       —Не знаю я уже с чем это связано, Бин. Я уже ничего не знаю и меня это раздражает! Я ненавижу, когда что-то не под моим контролем, но я, блять, не могу с ним не сближаться! Просто не могу…С ним хорошо и…-он устало закрывает лицо ладонью, проводя по нему ей. Эти смешенные чувства, что поселились в нем уже продолжительное время, не давали ему покоя. Он привык быть собранным, холодным, ему было плевать на все и всех. Так почему сейчас это не так? Почему дурацкая улыбка лезет на лицо каждый раз, как омега появляется рядом? Как все произошло так быстро? Он никогда не привязывался и жутко боится этого. Не хочет, ведь знает, что потом будет сложно.       —Всему виной истинность,-вздыхает Чанбин,-как бы ты не хотел, но исход один. Ты не сможешь обмануть природу. И кстати о ней. Ты чего такой нервный?       —Я не нервный,-буркает Хван, выкидывая окурок и поправляя майку,-с какого хрена тут стало так жарко? У нас же обычно прохладно?       Чанбин выгибает бровь, смотря на друга слегла косо.       —Так у нас и так прохладно…Не говори, что у тебя гон начался. Нашел время.       —Твою мать..       —У меня ее нет,-хохотнул Бин, вставая с дивана,-че делать будешь? Как обычно или совесть не позволит?-он усмехается, прекрасно зная, что Хван знает о чем он говорит, видя как того сгримасило. «Как обычно»-это найти любого легкодоступного омегу, провести с ним все три дня, не покидая помещение, а затем вернуться к жизни, как ни в чем не бывало. Но в этот раз…Хёнджин не знал, что делать. Все жуть, как зудело, а желание просыпалось с каждой секундой все сильнее. Но почему-то мысли найти «шлюшку» даже не возникло. Перед глазами стояло лишь изображение одного конкретного омеги…Выругавшись под смех Чанбина, Хван поплелся в сторону уборной, что-то бубня под нос.       Закрыв за собой дверь, альфа рвано выдохнул, нервно расстегивая ремень, а затем пальцами подцепляя пуговицу джинс, приспуская те вниз. Последний раз парень занимался чем-то подобным лет в 14, а затем всегда находились омеги, что были не против предоставить свои услуги, заменяя ему одинокое времяпровождение в туалете. Но теперь все было иначе, а потому альфа запускает руку под кромку белья, обхватывая себя, проводя пару раз вверх-вниз, шипя. Он прихватил под головкой, толкаясь себе в кулак, грубее сжимая твердую плоть. Голова была откинута назад, губы приоткрыты, глаза прикрыты, а дыхание участилось.       Альфа ускорил темп, кусая губы, дабы сдерживать даже самые тихие стоны, что так и норовили выйти наружу. Толчки становились все грубее, дыхание более сбитым, а внизу живота адски пекло. Влажный хлюпающий звук отдавался в ушах эхом, а язык все чаще скользил по пересохшим губам. Финал был все ближе, а перед глазами все отчётливее образ лишь одного человека, кто смог вынудить Хвана ублажать себя в туалете. Но признаваться себе Хёнджин, конечно, отказывался, списывая всё на глупую природу и связь. Но когда с искусанных губ вырвалось тихое «Блять, Феликс..» , а рука была покрыта белесой жидкостью, что стекала, пачкая пол и даже попадая на ткань боксеров, в голове у Хёнджина больше не находилось никаких адекватных объяснений произошедшему, кроме одного, о котором он запрещал себе даже подумать.       Убрав все последствия своего удовольствия, Хван вернулся обратно к Чанбину, что листал какие-то журналы. Тот повернул голову, усмехнувшись.       —Полегчало?       —Нихера,-мрачно цедит Хёнджин, теперь ненавидя себя за то, что посмел осквернить чуть ли не святой образ омеги своими грязными фантазиями.       —И как планируешь протянуть с ним под одной крышей?       —Прикинусь больным и буду лежать в комнате. А что еще остается?       —Лежать в комнате и дрочить, ну в принципе, тебе ничего,-хмыкает тот, ловя убийственный взгляд в ответ,-ладно, это и правда единственное, что ты можешь делать.       —Кстати, где Джи вообще?       —Умотал к какому-то альфе, хрен его знает, сказал, что вечером будет. Ставлю сотку, что трахаться пошел. Ты ж его знаешь.       Хёнджин кивает, отхлебывая еще от газировки, что принес с собой, задумчиво разглядывая железный потолок.       Феликс закрывает дверь своей комнаты, тихонько спускаясь по лестнице. Уже обуваясь, он только хотел выходить, как видит Хёнджина, что выглянул из кухни. Альфа смотрит на часы, хмуярсь.       —Ты куда это в такой час?-он, конечно, старался не пересекаться с Феликсом лишний раз, дабы не вызывать себе никаких неудобств, таки прикинувшись приболевшим, что совсем избегать, очевидно, не получалось.       —К другу. Попросил встретиться. А ты чего не в кровати? Тебе легче?-искренне спрашивает Ликс, пытаясь не акцентировать внимания на своей запланированной встрече.       —Немного,-хмыкает Хван,-что за друг? Со школы?       —Типо того. Я ненадолго, через часик вернусь. Тебе что-то купить может? Хёнджин качает головой, возвращаясь обратно на кухню, а Феликс быстренько выскальзывает из дому, направляясь к транспорту, дабы добраться к центру.       Добравшись до условного места встречи, омега стал оглядываться по сторонам, дабы найти того, к кому он, собственно, приехал. Нужная фигура нашлась почти сразу. «Ворон» стоял около фонтана, разглядывая прохожих. Встретившись с Феликсом взглядом, он расплылся в кошачьей улыбке, кивая парню, словно давая сигнал, что это он.       Феликс медленно направился к альфе, словно боясь, что тот резко вытащит пушку и пристрелит его прям там. В центре города. Среди кучи народа.       —Привет,-он протягивает руку для рукопожатия и Феликс осторожно пожимает ее,-да расслабься ты, я же не кусаюсь. Хотя…твой братец про меня уже, наверное, порассказывал, да?       На его лице ни грамма упрека, холода или неприязни. Лишь мягкая улыбка и заинтересованный взгляд.       —Да не особо…ну..немного,-все же сдается Ликс и «Ворон» тихо посмеивается.       —Даже не удивлен. Не обращай внимания, у меня с твоим братом другие отношения, которые на тебя никак не влияют.       —Так зачем ты хотел встретиться?       —Я же сказал, узнать тебя чуть лучше хочу, новый человек, как-никак. Уж больно я любопытный.       —Будучи наслышанным о тебе, думаю,что ты и так обо мне достаточно знаешь,- замечает Феликс, а Минхо лишь хитро усмехается.       —Не буду отрицать этот факт, но, Феликс, думаю,что ты меня не совсем правильно понял. Я не выведываю у тебя ничего. Я правда хотел бы, возможно..подружиться? Да, назовем это так. Ты выглядишь безобидным, ничего на меня у тебя нет, а потому я заинтересован в таком общении без напряга, понимаешь?       —А мне с этого что? Зачем мне с тобой общаться?-все еще недоверчиво уточняет Ликс, абсолютно не понимая такого интереса в свой адрес со стороны местного гопникового авторитета. Хотя стоило признать, выглядел «Ворон» хорошо. Черная футболка ненавязчиво подчеркивала подкаченные руки и плечи, темные джинсы, хоть и не были в облипку, но и отлично сидели на длинных ногах парня. Черные, как грифель, волосы были небрежно уложены, но это несомненно ему шло. Альфа был красив, это ясно как день. А потому внимание с его стороны еще больше напрягало Феликса.       Услышав вопрос парня, Минхо слегка склонил голову в бок, словно кот, что разглядывал добычу.       —А разве в дружбе всегда должна быть выгода?       —Нет, но оба все равно что-то в итоге получают. Как я понял, ты получишь от меня общение без угрозы быть преданным, но с чем буду я?       —Глаза и уши везде, где захочешь, подойдет? Я достану тебе любую информацию про кого захочешь.              Феликс задумался. Конечно, это было выгодно и. это было ясно, как день, но мотив «Ворона» все равно казался странным, с подводными камнями, которые омега никак не мог нащупать.       —Если это просто общение, то почему Хёнджину нельзя о нем знать? Я не хочу от него ничего утаивать.       Минхо натянуто улыбнулся, пытаясь не показать легкого раздражения, что было вызвано нескончаемыми вопросами омеги. «А он не так прост, как я полагал»-проносится в мыслях у парня, но тот и на это находит ответ.       —Хёнджин немного меня недолюбливает, пусть и знает, что я имею определенный вес. Он легко сможет отрезать наше общение, а мне бы этого не хотелось. Да и потом, ты же умный мальчик и сам можешь принять решение, не так ли? Так что, даже, если Хёнджин что-то да узнает, то думаю, что ты будешь в состоянии сам определиться слушать тебе его или нет, не так ли? Подумай над этим, Феликс. Я не тороплю, а делаю предложение, от которого ты также можешь без последствий отказаться, но что ты теряешь попробовав? Номер мой ты знаешь, пиши, как поймешь, чего хочешь ты, а не Хёнджин.              Минхо легонько касается плеча Феликса, а затем удаляется, оставляя омегу наедине со своими мыслями. Он смотрит на время, видя, что прошел уже почти час, а значит пора домой, но сначала…              —Я принес тебе вкусняшек!-Ликс отворяет дверь комнаты Хёнджина, заходя с пакетом в руках. Тот приподнимается на кровати на локтях.       —Я ведь могу тебя заразить…-Хван, на всякий случай, накрывается одеялом. Ну мало ли, как именно его организм решит отреагировать на аромат омеги, который нос Хёнджина успешно уловил.       —Когда я болею мама всегда покупает мне мои любимые сладости и снеки, чтобы, пока я валяюсь в кровати, мне не было так грустно. Хотя бы вкусно. Я еще не так успел выучить, что ты любишь, но вот то, что мне показалось тебе понравится.       Ликс садится на край кровати, доставая пару пачек уже излюбленных мармеладок, сырные чипсы, упаковки от которых Феликс видел в гараже, но точно не знал кому они принадлежали и надеялся, что угадал, затем были какие-то орешки в соленой обсыпке, сладкая вата и шоколадка с карамелью.       —Вот. Выздоравливай скорее. С кем мне гулять ходить?-омега улыбается, вставая, чтобы оставить парня одного, но Хёнджин мягко обхватывает его запястье, потянув обратно, вновь усаживая на кровать и, вопреки желаниям своего тела, поддается желанию души, крепко обнимая омегу.       —Мне никто никогда не покупал вкусного, пока я болел,-честно признается Хёнджин, носом инстинктивно зарываясь в шею парня. Тот лишь нежно гладит его по лысой макушке.       —А ты похож на ежика,-хихикнув говорит Феликс, чтобы разбавить атмосферу и отвлечь Хвана. Тот улыбается в шею омеги.       —Ежа?       —Ага, только больше не колючий. Мягенький такой.       —Ты вкусно пахнешь,-тихо шепчет Хёнджин, совершенно переставая контролировать себя, ведь гормоны брали свое.       —Липа,-улыбается Феликс,-мой запах-липа.        Точно. Вот почему Хван никак не мог понять, почему и мед и цветы одновременно. Это был чистый и сладкий запах липы, что теперь альфа полностью узнавал.       —Спасибо еще раз за еду. Попытаюсь выздороветь как можно скорее,-чувствуя, как снова начало нагреваться его тело, в внизу живота тянуть, лепечет альфа, понимая, что омеге пора. Одеяло, как никогда спасает. Тот кивает, вставая, готовясь уходить, как Хёнджин вспоминает.       —Как с другом то увиделся? Феликс неоднозначно пожимает плечами, снова прокручивая диалог с парнем в голове, находясь в сомнениях.       —Хорошо. Просто хотел поговорить,-улыбается омега,-спокойной ночи и приятного аппетита,-он выходит, оставляя Хёнджина наедине с целым кладом, который будет съеден в ближайшие полчаса.