Первый. Последний. Единственный.

Итак, зелья. Получив на руки расписание занятий, я поняла, что рано радовалась – часть уроков сдваивались с Гриффиндором, а это значило, что пересекаться с ними я всё же буду довольно часто. Не попасть на этот факультет оказалось недостаточно. Я пыталась успокоить себя изо всех сил, напоминая себе, что это неизбежно, мне придётся рано или поздно столкнуться с ними лицом к лицу, в конце концов, я здесь именно ради этого. Но где-то под рёбрами предательски щемило настолько сильно, что мой тщательно выстроенный полубезразличный - полувысокомерный фасад беспощадно трескался и рассыпался мне под ноги. В конце концов, мною было принято решение максимально игнорировать всех, кто мог поднять во мне бурю эмоций, и просто делать своё дело. В кабинет зельеварения я пришла одной их первых, поспешив занять самое непримечательное место в дальнем углу. Разумеется, эти два олуха опаздывали. К счастью, мне удалось ни разу не поднять глаза и не проследить за тем, как студенты суетливо заполняли кабинет, сбиваясь в кучки, как обсуждали котлы, уже наполненные зельями на столе в центре класса, и как неспешной походкой вплыл в класс Слизнорт. Я подняла голову, только чтобы посмотреть на него. Он почти не изменился, надо же. Видимо, заключил сделку со временем. Такой же наивный простодушный человек с немного детскими замашками. Разглядывая профессора, я даже не сразу замечаю, что у меня в моём уютном дальнем уголке появилась компания, и обращаю внимание на соседа, только когда он пихает меня локтём, пока достаёт пергаменты. - Забини. Он замирает и косит на меня чёрные как смоль глаза, после чего отводит равнодушный взгляд и продолжает располагаться рядом со мной. - Фейн. Считаю это потрясающим приветствием. - Перепутал столы? - Больше нет свободных мест. Обвожу взглядом полупустой класс, выхватывая глазами промежутки между студентами. Мысленно воздаю все, что знаю, молитвы всем магическим и магловским богам. Что у тебя на уме, Блейз? От размышлений меня отвлекает бухтение профессора, увлечённо рассказывающего классу о предстоящем занятии. Ещё секунда – и я предсказуемо вижу взметнувшуюся руку, и ещё через секунду краем уха уже слушаю рассказ об Амортенции. - Свежескошенной травой, пергаментом и зубной пастой… мятной, - слышу обрывки рассказа, но почти не воспринимаю происходящее. Я уже проходила это. - А чем пахнет твоя Амортенция, Фейн? – слышу рядом шелестящий шёпот. - Адекватностью. Блейз сдавленно смеётся и замолкает, прислушиваясь к уроку. Я прислушиваюсь к потасовке в углу напротив, где как раз сцепились двое в попытке урвать учебник поновее. Вижу радостную физиономию Рональда и выдыхаю. Всё по плану. - Забавное это зелье, Феликс Фелицис, - говорит Слизнорт, снимая пузырёк с держателя, - невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться... по крайней мере пока длится действие зелья. Феликс Фелицис. В памяти всплывают обрывки рассказов. Жидкая удача. А ещё - напиток живой смерти. Гарри Поттер на этом уроке должен найти учебник принца-полукровки, приготовить это зелье лучше всех и получить трофейный пузырёк. Ему пригодится это позже. Слизнорт командует начать работу. Забини располагается напротив меня и устанавливает котёл, а я экстренно соображаю, как лучше поступить. Однозначно, мне придётся испортить собственное зелье. Я могу сварить идеальную живую смерть, но конкретно сейчас я не могу и не должна обойти Гарри Поттера. Забини шепчет заклинание, и задорный треск огня под котлом возвращает меня в реальность. Я зажигаю огонь, устанавливаю котёл и ищу глазами компоненты. - Какой балл по зельям у тебя был в Америке? - «Превосходно». Забини усмехается и добавляет в свой котёл воду, а я смотрю, как на его щеках от усмешки появляются ямочки. Возвращайся в гостиную, Грэхэм. Не доставай человека. - Говорят, домашнее обучение слабее, чем школьное. - Врут. Я на автомате начинаю расплющивать ножом дремоносный боб, но вовремя очухиваюсь и неуклюже пытаюсь разрезать его на части, краем глаза подмечая, как Забини следит за каждым моим движением. Его собственные движения отточены и выверены. Также ощущение, что он стоит за котлом круглые сутки, доводя навык зельеварения до совершенства. Я наблюдаю, как проворные пальцы бросают в котёл морскую соль и ловлю себя на мысли, что начинаю пялиться. Так не пойдёт, надо срочно отвлечь внимание. - Можно спросить? – наконец, решаюсь я. Не то чтобы я пылала потребностью это узнать, мне просто любопытно. - Валяй. Блейз измельчает корень асфодели и выглядит совершенно спокойным. - Почему ты вмешался вчера? Забини замирает с ножом в руках и поднимает на меня глаза. Его лицо непроницаемо, но я уверена, что это маска. Как и у меня. У меня ощущение, что я вижу его насквозь и не вижу совсем. - Я староста факультета, - наконец, отвечает он, возвращаясь к помешиванию зелья, - мне не нужны скандалы и разборки в первые же дни учёбы. Сверлю его глазами, и меня не покидает ощущение, что это правда только отчасти. - Спасибо. Он снова усмехается краешком губ – и мне кажется, в этот раз более искренне. - Мне нужна валериана, - говорит он и откладывает ложку, - если что, она есть в шкафу слева. Забини отходит от меня в поисках следующего ингредиента, и это лучший для меня момент, чтобы слегка испортить зелье. Момент становится ещё идеальнее, когда я слышу за спиной взрыв. Я уверена – это Финниган взорвал всё, что было у него на столе, и, пока всё внимание на секунду переключилось на него, я могу незаметно сотворить задуманное. Пиала с настроем полыни стоит тут же на столе – прямо передо мной. Покосившись по сторонам и убедившись в отсутствии свидетелей, я наскоро шепчу Эванеско, опустошая пиалу от настоя, который так и не попадает в мой котёл. Какая досада. Ну что ж, как-нибудь в следующий раз. Забини возвращается с валерианой, а я прикидываю, сколько раз мне ещё придётся целенаправленно занижать свои оценки ради благой цели. Но на удивление, моё зелье в итоге не слишком уж и отвратительное, даже цвет отличается от идеального совсем немного. Слизнорт нюхает его и только слегка морщится. - Ну что ж, - тянет он, разглядывая прозрачную жидкость, - увы, это не лучшее зелье в классе. Но, определённо, это «превосходно». Хотя я бы не советовал вам его пробовать. Чувствую, как мои брови ползут вверх. «Превосходно»? Ну и ну. Снейп за такое варево уже надел бы котёл на голову. Забини рядом довольно пыхтит. У него тоже «превосходно». Радуется, наглец. - Мы почти гении зельеварения, Фейн, - шепчет он мне на ухо, когда профессор отворачивается. Усмехаюсь про себя. Проходимец. - Гении зельеварения – это если бы мы заработали трофейный Феликс, - шепчу я в ответ, с облегчением наблюдая, как Гарри Поттер осторожно кладёт пузырёк в карман. Всё по плану. - А, плевать. У меня свои критерии. Поворачиваю голову и ловлю веселящийся взгляд. Ох, Блейз. Будет лучше, если ты задушишь свои порывы в самом начале. Он догоняет меня на выходе из класса. - Сейчас куда? Я шагаю в сторону Большого зала и всё равно замечаю, как Забини пристраивается к моему шагу, не намереваясь отставать. - Обед, Блейз. - А потом? - Потом чары. Потом библиотека и домашние задания. - Как скучно. - Есть предложения лучше? - Наверняка. - Блейз, - я торможу посреди коридора, чтобы повернуться и посмотреть прямо на него, наконец, - что ты хочешь? Он смотрит на меня сверху вниз с высоты своего исполинского роста и криво ухмыляется, а в чёрных как плащ дементора глазах полыхает пламя и пляшут черти. - Может, я просто хочу узнать, что за новый человек пришёл к нам на факультет. - Вчера ты сказал, что тебе неинтересно. Он втягивает носом воздух. - Я врал. - Забини… Это начинает немного напрягать. Мне нежелательно привязываться к кому бы то ни было здесь. Будет лучше, если я буду держаться особняком. В идеале – сделать так, чтобы вообще никто меня не запомнил, но это уже как повезёт. - Что плохого в том, что я хочу просто узнать тебя получше? Мне не хочется вступать в словесную перепалку, и я просто молчу, пока Блейз продолжает что-то говорить. Я качаю головой, опускаю голову, потом смотрю в сторону – и всё, что говорит мне Забини, отходит на второй план, становится глухим далёким звуком, как будто доносившимся из трубы. Гермиона стоит на другом конце коридора и сверлит меня глазами, нервно сжимая в руках свежеполученные книжки и переминаясь с ноги на ногу. Она растрёпана и растеряна после зелий – Гарри Поттер впервые обошёл её – но ещё больше она растеряна от моего присутствия. Сердце ухает в пятки, когда я понимаю, что мне придётся с ней поговорить – хочу я этого или нет. - Что? – я отрываю глаза от девушки и снова смотрю на Блейза, озадаченно машущего рукой у меня перед носом, - ты что-то сказал? Забини снова суёт руки в карманы и мягко смеётся. - Ты меня не слушала. Конечно, нет, Забини. Даже сейчас я не слушаю тебя, а смотрю, как Гермиона развернулась и ушла, перед этим тряхнув кудрявой головой. Иди за мной. - Да… в смысле, нет, - наспех отвечаю я и снова смотрю на Гермиону, - Блейз, прости, мне надо уйти. Увидимся на чарах, ладно? Больше не слушаю ни слова – поправляю ремень сумки и иду следом за ней – куда бы она ни шла. Пару раз её окликает кто-то из студентов, но она даже не смотрит и просто продолжает идти вперёд, пока не сворачивает в пустой класс, так предусмотрительно попавшийся нам на пути. Я осторожно захожу следом и тихонько прикрываю дверь. Мерлин, дай сил нам обеим. Гермиона бросила сумку на стол и отвернулась от меня, рассматривая в окно окружающий замок пейзаж. Я осторожно шагаю по кабинету, маленькими шагами приближаясь к ней, как к дикому зверю, продолжая сверлить её глазами. И молчу. Я просто не знаю, что ей говорить. - Она была у меня неделю назад. Я глотаю вдох. - Сказала, что ты появишься только в самом крайнем случае, если случится непоправимое. Сердце снова ухает вниз и размазывается о каменный пол. Я зажмуриваюсь и до боли кусаю губу. Мне слишком больно вспоминать об этом. Все воспоминания о прошлой жизни я сжала до размеров снитча и закрыла на замок в маленькой коробочке, которую надёжно спрятала в самый дальний уголок сознания. - Это всё-таки случилось? – почти шёпотом спрашивает Гермиона. Воспоминания бьют меня под дых. - Да. Повисшая тишина практически звенит. Гермиона молчит, и мне кажется, я слышу, как скрипят извилины в её голове. Светлейший ум столетия. - Я сказала ей, что надо поставить в известность мальчиков, но сейчас я не думаю, что это хорошая идея. Очень плохая идея, Гермиона, очень. Не дай Мерлин тебе кому-то об этом проболтаться – я обрушу этот замок тебе на голову. - Но на меня ты можешь во всём положиться. Это единственное, что я хотела услышать. Ты нужна мне, Гермиона. Одна я не справлюсь. - Ты знаешь, что тебе нужно делать? Я, наконец, поднимаю голову и смотрю прямо на неё. Что там знать – мои инструкции предельно просты. - Ждать.