Лимбо, ягоды, зависимость

Продираясь сквозь кусты, Джуен цеплялся своей кофтой за кривые ветки кустов и низеньких деревьев. Увидев первые лучи лунного света, он ускорился. Царапая свои щеки о руки деревьев, Джуен остановился на секунду, заметив красивый цветочек, который освещало яркое свечение белого шара в небе. Джуен слегка улыбнулся и сорвал с земли маленькое солнце. Эшшольция блескала росой в свете спутника, завораживая парня своей красотой. Джуен бережно закрепил цветочек в своих волосах. Он посмотрел на сверкающую в свете луны траву. Теперь лужайка выглядела опустошенно без цветка. Джуен медленно отвернулся и зашагал дальше. Неторопливо приближаясь к поляне, он задумчиво пинал палки, иногда врезаясь лицом в ветки кустов по халатности. Споткнувшись о корень дерева, Джуен вывалился на поляну. Он быстро поднялся с земли и огляделся. Его взгляд застыл на знакомой фигуре, сидящей в середине луга. — Так вот ты где. Когда же ты перестанешь сбегать наконец… Джуен прошептал осторожно. Ответа не последовало, но никто его и не ждал. Джуен ступил вперёд, прежде чем взглянуть вверх. Яркое белое свечение чуть ли не ослепляло. — Красивое полнолуние… — Джуен хихикнул. Тишина. Джуен сделал ещё пару шагов навстречу фигуре, та опустила голову, поворачиваясь к парню. — Доброе время суток. — послышался низкий голос. Джуен молча присел рядом. Теперь он мог отчётливо видеть лицо Гониля в свете луны. Трава шуршала под ними тихонько, пока оба парня не отрывали взгляда от ночного неба. Негромкое бренчание металла можно было услышать краем уха. Джуен резко посмотрел на друга. — Нет. — Почему? — Гониль, нет. Мы говорили с тобой об этом. Тебе пора перестать заниматься вот этим вот твоим… В общем, хватит. Гониль молча опустил голову, бренчание стало очевидно слышным. Джуен вздохнул. — Как хочешь. Больше мне не жалуйся. Гониль поднял с земли маленький карманный ножик. Цепочка небольшого размера создавала звуки, иногда ударяясь о лезвие. Гониль прокрутил маленькое колесико на ручке ножа, от чего по холодному железу прокатилась капелька мутной жидкости. Гониль задрал голову и вонзил лезвие прямиком в артерию. С низким стоном он выронил нож и упал в руки Джуену. Джуен лишь покачал головой и пригладил друга по волосам. Гониль почувствовал несильную головную боль. Под ним была лишь мягкая трава. Он поднял голову и увидел длинный, светлый коридор. Во множества больших окон легко светило воздух. Красивые бабочки садились на цветы, идеальные мухоморчики были будто не настоящими. Гониль сел и выдохнул, наблюдая приятную картину. Было ли это реальным? Нет. Но чувствовал ли он это? Он чувствовал только комфорт, смешанный непонятной тревожностью. Гониль встал и зашагал вперед, в бесконечный мир одних мечтаний и опустошенной головы. Ноги сами несли его вперёд, ступая по пушистой траве. В окнах не было ничего, кроме бескрайнего неба. Это место парило в воздухе, но все, что тут было — создавало ощущение дома. Свободы. Больше ничего не нужно. Больше никаких переживаний. Хотелось остаться здесь до конца своих дней, мечтая и отдыхая от реального мира. Гониль медленно шел вдоль нескончаемого коридора. Пара прекрасных бабочек сидели на его голове и плечах. Коридор был бесконечен, бесконечен как снова обретённая свобода. Нежный голос его сознания медленно зашептал. — Я знаю, как тебе будет лучше, верно? Гониль спокойно кивнул, ровно дыша. Он посмотрел в окно. В стекле было еле видно отражение парня. Все было как обычно, кроме одного момента. На его лице не было ничего. Буквально ничего. Ни глаз, ни носа, ни рта. Гониль быстро отпрянул, его сердце забилось быстрее от увиденного. В груди заболело, словно колом проткнули. Мир начал переворачиваться. Бабочки замертво попадали в траву, а та в момент высохла. Солнечный свет менялся в цвете: теперь это было не приятное жёлтое свечение, а красное, жуткое и тревогонаводящее мерцание. Постепенно комната потемнела. Снаружи была темнота и лишь кроваво-бордовое солнце било в стекла. Гониль в панике прижался к полу, закрывая голову руками. Он провалился вниз — но ничего не поменялось. Все тот же бесконечно длинный коридор. Бесконечен, словно самые мучительные страдания. Стены наливались кровью. Гониль вспрыгнул и побежал вперёд. Он хотел закричать, но отсутствие черт лица мешало издать ему какой либо звук. Жуткая тревога, паника несли его ноги вперёд, вперёд и вперёд, но тщетно. Ноги уже начинали болеть. Лёгкие разрывались, глотка дралась от настолько частого дыхания. Он хотел плакать. Он хотел кричать. Но у него не было ничего, чтобы удовлетворить эти желания. Он мог только бежать вперёд. Ноги подкосились и он измотанно упал на колени, раздирая их о твердую землю, усыпанную колючей сухой травой. Сердце билось так, словно вот вот унесется дальше, в бесконечность ужасного коридора. Гониль застрял в настоящей червоточине страданий. Сильный удар пришелся ему по голове. — ГОНИЛЬ! ГОНИЛЬ! ГОНИИИИЛЬ! ГОСПОДИ, КАКОЙ ЖЕ Я УРОД. Плач Джуена бросал мурашки по коже. Гониль слегка приоткрыл глаза, которые теперь были залиты кровью, но зато на месте. Он посмотрел на Джуена, чьи слезы обильно падали на одежду лежачего. Гониль взглянул вниз и ужаснулся. Тело проснувшегося было усыпанно ножевыми ранениями. Из каждого пореза кровь безостановочно сочилась вниз, на траву, которая уже была полностью залита красным. Гониль хотел встать, но не мог найти опоры. Руки… Их… Нет. Точнее, они есть, но не у их хозяина. Пара конечностей лежала в стороне, сильно кровоточа. Кости жёстко выступали из порванной плоти, на краях рваной кожи слегка видны были растяжки. Одежда осталась невредимой, но белая футболка теперь была полностью бордовой. Джуен все ещё громко рыдал, но Гониль просто лежал здесь, не двигаясь. Он был мертв, но его мозг ещё не принял этого. Джуен поглаживает безсознательного Гониля по голове. — Почему же ты никак это не бросишь. Джуен тихо размышлял вслух. В его голову пришла хорошая идея: почему бы не собрать ягод для этого наркомана, чтобы он мог хоть нормально перекусить после своего очередного сеанса? Джуен кивнул сам себе и встал с земли. Разыскивая по лесу, Джуен наткнулся на красивый кустик красных ягод. Подобрав пару горсточек, не раздумывая, он положил пару себе в рот. Продолжая шагать, он постепенно закидывал в рот ярко-красные шарики. Вкусный сладенький сок приятно растворялся во рту. Вернувшись, он остановился и посмотрел на друга. — Я все съел… надо сходить за новыми. Хотя… Я знаю, как тебе будет лучше, верно? Джуен опустился на корточки, нежно подбирая с земли ножик Гониля. — Тебе это нравится, да? Тебе это нравится, давай я тебе помогу! Ты любишь это… Он перевернул друга на спину и сел сверху. Раскрутив колёсико но максимум, Джуен без колебаний вонзил нож в грудь Гониля. Реакции не последовало. Джуен улыбнулся и начал бить ножом в грудь Гониля. Снова и снова. Раз за разом кровь брызгала сильнее, заливая собой все поблизости. Когда жидкость перестала течь вниз по лезвию, Джуен вздохнул, выкинул нож через плечо и встал. — Фухх… Ну- так, подожди-ка, я же вроде хотел избавить тебя от этой привычки, не так ли? Ну вот, я сделаю тебе только лучше. Он наклонился и крепко схватил Гониля за руку. Уперевшись ногой в его грудь, Джуен потянул за руку друга так сильно, что та отлетела в сторону с фонтаном крови. Косточка бережно торчала. Джуен жутко улыбнулся. — Вот так то. Теперь другую. Сильнейшей хваткой он вцепился во вторую руку Гониля и с меньшим трудом оторвал ее от тела. Он кинул вторую руку рядом с первой. Та слегка отскочила от земли и прокатилась дальше, оставляя красный след. Под парой конечностей образовалась огромная лужа красной крови. Джуен кивнул и выдохнул. — Дело сделано. Он точно меня отблагодарит от всей души. Какой же я молодец! Джуен сказал с гордостью, выпятив грудь, потянулся и лег рядом с Гонилем, закрывая глаза. Он уснул рядом со своим теперь мертвым другом. Проснулся Джуен при свете солнца. Кажется, ягоды его отпустили. Джуен раскрыл глаза и застыл в ужасе. Безрукий мертвый Гониль. Все в крови. Джуен быстро подполз к своему бывшему приятелю и со страхом заглянул ему глаза. На ресницах прилипали камешки засохшей крови. Джуен со зла ударил Гонилю по голове и громко взрыдал. — ГОНИЛЬ! ГОНИЛЬ!..