Можно ли стать счастливым среди тьмы?

*** Ноги и руки потряхивало от странного липкого страха. Скелет уже не разбирал то, что говорит ему брат. Он будто мучал его одним только этим разговором, без возможности ударить и как-либо поколечить, он выбрал самый больной способ - мариновать хранителя позитива в своей негативной ауре, ослабляя бдительность вечными криками и хождением на одном месте... Дрим уже стал засыпать, когда до его несуществующих ушей дошла фраза: - Такому мазохисту как ты только в кайф доводить меня, не так ли? - холодок по позвонкам прошëлся с новой силой, когда смысл высказывания дошëл. Он знает... Всë знает. Череп не смел подняться, хранитель боялся взглянуть в чужое лицо. Мерсилесс... Он же доносит ему все, близнец уже знает об его «хобби» в подробностях... Страх был связан не с тем, что Найт узнал правду... Но ощущение стыда сжирало его. Где это видано, чтобы сущее добро занималось столь отвратительными, по меркам морали, вещами? Теперь глумления близнеца никогда не прекратятся, он уже давно доколëбывал его тем, что светлый нихрена не позитивный, и вообще, нужно «раскрыть глаза» жителям, ослеплëнным его аурой... - Не ожидал такого поворота? - задаëт наконец вопрос негативный, тишина до этого была оглушающей, создавалось впечатление, что все мысли Сна были слышны. Шаги направились к сидящему на кресле скелету, он стоял прямо перед ним... Сил и мужества для того, чтобы поднять голову, не было. - Взгляни же на меня, грешник! - рука вновь опустилась на челюсть, с силой поднимая, словно окаменевшего хранителя. - Не хочешь исповедаться своему личному кошмару? Почему о твоих интересных увлечениях я узнаю только от посторонних, а? - тяжело дыша, светлый теперь уже наблюдает за ледяным зрачком напротив. Его точно сегодня убьют. - Ты... Не на много лучше меня... Я так справляюсь со стрессом, тебе-то какое дело? Тело же не твоë, - это было сказано спокойным, размеренным тоном, стараясь не показать, как он обозлëн. - С чего ты взял, что оно твоë? - намëк был слишком жирный, но даже так Дрим пропустил его мимо ушей. Поняв, что брат будет играть тупого до конца, старший решается на прямой разговор. Он устал юлить и передавать послания через других. - Ты же знаешь, что я хочу сделать. Почему же так упорно игнорируешь? - О чëм ты? - нет, его не пробьëшь наводящими вопросами, нужно бить в лоб. - Мне нужен новый наследник. Ты уже знаешь, почему Мерсилесс не подходит, - Да, это твоë дело, рушь свою семью, но меня в это не вмешивай, - Зачем ты притворяешься? Тебе же уже давно стало ясно, что ты будешь в этом участвовать... - Моего мнения здесь не спрашивают... - тихо, но твëрдо шипит светлый, высвобождаясь из не такой уж и крепкой хватки. Буквально через секунду тот отталкивает потянувшегося к нему брата, вставая с давно насиженного места и ощущая, как же за это время всë его кости затекли. Хранитель отходит на пару шагов назад, а после продолжает серьëзным тоном. - Я не собираюсь быть жалким любовником или сурогатной матерью, - на лице близнеца появляется язвительная лыба. - Так тебя смущает только то, что я буду один... - смеëтся он, щëлкая пальцами. Буквально в ту же секунду в кабинет врывается убийца, он что, всë это время ждал под дверью? Когда оба стали медленно, но верно приближаться, загоняя Мечтателя, как жертву, ближе к кровати, тот наконец рявкнул, не подумав. - Я не собираюсь вынашивать будущего негативного хранителя, это всë равно что вставлять себе палки в колëса! - будь он сейчас не в столь плачевном положении, когда даже теоретически стоять не можешь из-за пропитывающего тебя негатива, он бы обязательно сказал что-то куда грубее и необдуманнее. Но сейчас его с лëгкостью могут порвать за неверную фразу. - Будь спокоен, если нужно, мы сделаем ещë парочку наследников... Только уже для тебя, - отступать было некуда. Сзади на кровати сидел Килл, уже готовясь поймать его в свой удушающий захват, называемый объятиями. - Ты же уже задумывался о детях, не так ли? - да, этот ублюдок читал его всë это время... Тогда зачем ему был нужен Мерсилесс? - Какими познаниями ещë удивишь? - раздражëнно спрашивает младший близнец, когда того наконец удаëтся усадить на колени к до сих пор молчащему Киллеру. Он снова стал марионеткой Найтмера? Ему запретили говорить, или он сам захотел стать наблюдателем? - То, что ты заявлял моему сыну... Ты готов стерпеть любое наше поведение, только бы находиться здесь... - убийца подал голос... Значит, и он уже обо всëм знает. - Если это так, то зачем ты продолжаешь противиться? Ты же знаешь, с твоим согласием или без него... Мы всë равно это сделаем, - голос белокостного скелета был окрашен лишь одной эмоцией, предвкушением. Он точно осознавал, что сегодня всë случится, так же, как и понимал это сейчас Дрим. - Я не хочу становиться для своих племянников шлюхой, которая раздвигает ноги перед каждым из их родителей! Лучше уж я буду изнасилован, чем смирюсь с позором покорного раба... - его речь, кажется, вдохновила Найта. Тот смотрел на него с нескрываемым восторгом, словно бы тот оправдывал все его ожидания. Что случалось очень редко. - А ты не ведëшь себя как Киллер, похвально. Не люблю, когда иду по одному и тому же сюжету каждый раз... - хранитель ощутил, как к его черепу приближается покрытый слизью скелет. Чужие зубы с неприятным звуком ударились об его. Челюсть сжали сильнее, когда к ней потянулись чужие руки. Долго сопротивление не продлилось, в него буквально запихнули язык... Какое-то время Мечта лишь хмурился, ощущая сзади лишь жалкое копошение, но после случилось то, чего светлый явно не ожидал. Его тело выгнулось, а глазницы широко раскрылись, зрачки подрагивали от волны... В поцелуй, продолжающийся уже как пару секунд, простонали. Неоновый язык неосознанно сформировался и его тут же затянули в танец... Он подрагивал всем телом, а на глазницах уже были слëзы. Что вызвало такую волну возбуждения? Боль... Чëрноглазый ублюдок сейчас забрался под его перчатки, с силой надавливая на порезы. Щупальца брата, незаметно для младшего, уже раздевали его, а Килл продолжал сладостную пытку, Дриму нравилась эта боль, то, как сдирают запëкшуюся кровь с порезов, то, как надавливают... В глазах потемнело, ото рта оторвались, давая возможность дышать. Было слишком много слюны, из-за слабости светлый не мог еë сглотнуть, та отдавала яблоками и гнилью... Кажется, во вкусе было что-то спиртное, бьющее в голову. - Посмотрите на него, уже расклеился от такой слабой боли? - Найт явно уже понимал и завидовал мужу в том, что именно тот заставил брата так истекать. - Давай я покажу, что такое настоящее мазохистское удовольствие? - тëмный прикоснулся к оголëнным рëбрам, его негатив жëг белоснежные кости, оставляя следы. Послышалось мычание, в голове мелькали мысли... Мысли о том, что хочется большего... Большей боли, большего страдания. Он так устал от всей этой нагрузки на его духовную составляющую, на разум, на принципы... Хочется, чтобы эти двое вытрахали из него душу... Заставили рыдать, делали всë настолько грубо, чтобы во время секса он рассыпался в пыль, чтобы потом его и по частям не удалось собрать. Все те желания, которые он хотел воплотить с собой сам могли с лëгкостью исполниться благодаря этим двоим. Мазохист, которого так старательно сдерживал хранитель, давая лишь малую часть того, чего действительно хотелось, сейчас вырывался на ружу, силясь не начать молить о том, чтобы это безумие продолжалось и дальше. Больше боли, больше оскорблений, больше ненависти... Прогнившая изнутри душа была готова вывернуться на изнанку и самолично отдаться в руки мучителю, лишь бы тот его не щадил, лишь бы уталил животный голод. Казалось, негативный в одном диком взгляде читал всë, что сейчас прокручивал у себя в голове позитивный (если его сейчас можно так назвать) - Скажи чего ты хочешь, братец... И мы будем готовы исполнить любую твою прихоть, только побудь шлюшкой, этого же никто не узнает, - заговорческий шëпот сводил с ума и без того покосившийся рассудок. Дрим ëрзал на коленях Киллера, который сейчас старательно прокусывал его плечи, стараясь обратить на себя хоть каплю внимания. Найтмер понимал, этого дикаря сейчас невозможно заставить говорить, но в его взгляде он уже читал то безумие, которое тот напридумывал себе. Можно сказать, на светлого так повлиял негатив. Не маринуйся он в нëм на протяжении всего этого времени, может и смог бы возобладать над тëмной стороной, но аура Кошмара, как алкоголь, достаëт даже из самого честного и доброго человека чертей. - Создай экто тело, Дрим... Женское или мужское... Не так важно, - Найт и сам осозновал, что зачатие сейчас с ним ребëнка - худшая идея. Мало того, что светлый сейчас не в адеквате, так ещë и потом девять месяцев сдерживать себя от животного секса... Это выше его сил. При том, после брата он с мужем уже вряд ли смогут справиться в постели без этого посредника. А ведь хранитель создал тело... Светло-жëлтое экто уже сформировалось, хранитель не знал, как себя вести. С одной стороны хотелось прикрыться, а с другой сил уже не оставалось на лишние телодвижения. Где-то в области ключиц был оставлен сильный укус, позвонки сзади уже ныли от чужих зубов, Киллер всегда так любил оставлять следы, а к себе докасаться не позволял... Не честно. Дрим и сейчас так считает, хитрый взгляд жëлтых глаз блеснул и это не ускользнуло от внимания старшего. - И что ты задумал? - его до жути интересовало то, как будет вести себя близнец в постели. Как бы он не старался вытащить эту информацию из мужа, ничего у него не выходило. Узнал лишь то, что братец непредсказуем. Светлокостный сделал резкий рывок, от чего старший и не сразу понял, что в его шейные позвонки впились зубы, несильно, играючи... Светлый тут же начал зализывать рану, будто специально наполняя свой рот обжигающей слизью. - Кажется, кто-то наконец забылся... - рыкнул старший, после чего Дрим был грубо отброшен на постель. - Хочешь сделать с ним что-то, Килл? - если говорить честно, позитивный действительно не понимал, зачем здесь Киллер. Казалось бы, брат всегда был собственником, лишний монстр ему не нужен. Тогда почему он дозволяет убийце делать с ним что-то? Не то чтобы Сон был сильно против его присутствия, просто осозновать, что оказался в одной постели с бывшим и его нынешним парнем... Звучит как начало криминальной истории. То, о чëм говорили между собой эти двое, Дрим не понимал, но когда Найтмер улëгся рядом с ним, щупальцами перекладывая на себя, обвивая все конечности, а к лопатке прикоснулось холодное лезвие, светлый запаниковал. - Спокойнее, Дрими. Это будет так же приятно, как и твои развлечения с ножом... Просто здесь задумка по-красивее, - Убийца хрипит от нетерпения, хранителя осыпают поцелуями в череп, а на костях ощущается сильный нажим опытной руки. Невольно вырывается стон, сейчас порезы куда глубже чем те, которые обычно оставлял себе Мечта. Найтмер не проронил ни слова, продолжая оставлять на удивление нежные поцелуи. Только потом хранитель осознал, что это было для отвлечения внимания. Медленно, но верно, к его отверстию подбирались щупальца, и как только от лапаток оторвался нож, тело пронзила другая боль. - Сука! - резко вырвалось у младшего, когда в него без предупреждения ворвалось щупальце. - Я же говорил, что он матерится, - с язвительной усмешкой говорит Киллер, слизывая с ножа кровь жертвы. - Вы бы не были так жестоки, босс. Взгляните на его состояние, он и так кое-как в сознании, - Говорит мне тот, кто сейчас надрачивает на кровавые раны моего брата, - рука в штанах Убийцы даже не замедлилась, он продолжал, надеясь поскорее ощутить всю узость пространства внутри Дрима - Да ладно, вы и сами кое-как держитесь... Ваши щупальца выдают вас с потрахами, - векторы и вправду дëргались, в надежде попасть внутрь этого тела. Эти твари ещë и переговариваются, а Дрим и слова выговорить сейчас с трудом может. - Слишком, много... - Нет, Дрим, этого ещë мало... Тебе нас двоих ещë выдерживать, так что не смей отключаться, - на дрожащих конечностях тот смог принять коленно локтевую позицию, ему хотелось видеть хотя бы одного мучителя. Сзади к нему пристроился Киллер, его ладони оглаживали экто, всë безуспешно желая попасть в анал, который уже был заполнен. - Прекрати уже мучать... Мы оба хотим его трахнуть, а ты не даëшь мне даже возможности войти, - Кошмар и не хотел. Но ради приличия, под хлюпающий звук всë же вытащил вектору, наблюдая за тем, как брат в надежде смотрит на него. - Нет, мы не прекратим... Ты же сам думал о том, как мы вытрахаем из тебя душу... Готовься, из постели ты не выйдешь ещë долго...