monster

— Нам с Чарли стоит продолжить этот великолепный тур! — Восклицает важно Аластор, стараясь удалиться подальше от надоедливой Мимзи, которая рушила своим появлением абсолютно все планы Радио-демона. — Уверен, что Чарли справится с этой задачей самостоятельно, — бесился Люцифер, хватая дочурку за плечи и толкая в сторону коридоров отеля. — Непозволительно! — Аластор выплывает сбоку, буквально преграждая путь королю и его дочери, абсолютно точно зная, как на это отреагирует бывший архангел. Перехватывая Шарлотту у отца, Аластор подталкивает девушку в обратном направлении. — Мы вместе запустили этот отель, поэтому и покажем его тоже вместе. Да, Чарли? Замечая периферийным зрением насколько нахмурился коронованный коротышка, Аластор не мог сдержать триумфальной улыбки, лишь в пол-уха слушая смущенное согласие глупой наследницы трона. Ему без разницы, какие там у этой девочки планы на отца и что она собирается ему наплести, лишь бы реанимировать этот на ладан дышащий клоповник. Сам Радио-демон уже точно знает, какие планы на Люцифера у него, ведь этот придурок-недоросток попробовал усомниться в нём, в Аласторе, списав все усилия демона с порога. И оставить этого горе-отца с ощущением победы означало похоронить собственное самомнение, а Радио-демон такого себе не простит. Не в этой не_жизни уж точно. Когда с официальной частью, которая больше напоминала дешевую драму, было покончено, Люцифер исчез в тумане цвета крови и золота. Достаточно иронично. Аластор, наблюдая со стороны эту трагикомедию, выискивал, что может подкосить неудавшегося отца, короля, сына. Ответ был на поверхности, но ради такого пришлось бы пожертвовать собственными принципами и моралью, идеями и устоями. Но, с другой стороны, если всё получится, то Аластор выиграет все фишки с поля, раздобыв себе козырь в рукаве посильнее магии Вуду. Радио-демон ненавидел быть на привязи, но укреплять свой статус через правильные рукопожатия — это путь настоящей дипломатии, так что чем черт не шутит. Люцифер знал, что этот олений прихвостень — интересный игрок. Но истинное удивление ждало короля оттуда, откуда было даже немыслимо вообразить. Загруженный горькой печалью о разрушенной семье, архангел дошел до королевской столовой, где обычно проводились банкеты. Ожидая увидеть пустое помещение, Самаэль искренне удивился представший перед ним картиной: в самом начале стола, на самом почетном месте, восседал Аластор. Этот надоедливый, до тошноты раздражающий тип, что привязался к наивной Чарли голодной дворнягой, сидел с умным видом на месте, чёрт возьми, самого Люцифера. И ладно бы этот гад просто сидел и лыбился, как идиот какой-то, но нет же! — Сменил амплуа? — Хмыкнул Самаэль, разглядывая костюм монахини и закинутые на стол ноги. — Теперь ты не просто олень-дворецкий, а свинья-монашка. Поздравляю, держишь уровень! Как всегда хуйня. Аластор, разглядывающий до этого свои когти на руках, кинул на Самаэля беглый взгляд, ничуть не смущаясь своего вида. — Мне кажется, Ваше Высочество, — произнёс Радио-демон, легко убирая ноги со стола и пружинисто поднимаясь. — Что мы начали знакомство неверно. — «Ваше Величество», — поправил демона Люцифер, хмурясь. Ему ничего не стоит выкинуть этого придурка. Не то, что из Ада, из жизни. Щелчок пальцев — и никакой проблемы в виде сумасшедшего подданного. Аластор улыбнулся шире, хмуря свои тонкие безобразные брови и глотая чужой упрёк. Выплывая из-за стола медленно, чуть виляя бёдрами и сдерживаясь, чтобы не сблевать от самого себя, Радио-демон старался максимально выгодно подчеркнуть изгибы собственного тела, запрятанного под многослойный образ монахини. Он точно понимал, на что можно надавить главному разочарованию Рая. — Как пожелаете, — промурлыкал Аластор, приближаясь к Самаэлю, что с поднятыми бровями наблюдал за этим перфомансом. — Я считаю, что нам стоит дружить. — Во-первых, я не ищу общения с отбросами, — едко выплюнул Люцифер. — А во-вторых, ты явно перепутал наряды. Тематические вечеринки не сегодня. — Тогда почему Вы покраснели, мой король? — Помехи смешались с хохотом, когда Аластор тыкнул остром когтем Люциферу в щёки. Бывший архангел, подавившись воздухом от такой наглости, ударил демона по руке, делая шаг назад. Но Радио-демон был быстрее, выпуская свою тень, что языком обвела королевский кадык. — Может, попробуем договориться? — А может, сходишь на хуй? — Рыкнул Морнингстар, отмахиваясь от тени. — Для этого мы тут и собрались, сэр, — ухмыльнулся Аластор. Если бы Люцифер захотел по-настоящему, то давно бы стер его с лица Вселенной. А раз этого ещё не случилось, то руки демона развязаны полностью. — Не отказывайте себе в приятном обществе, Ваше Высочество. — В приятном обществе я себе и не отказываю, — Самаэль сглатывает, когда тень обвивает его своей тьмой за талию, утыкаясь, предположительно, носом в светлые волосы на загривке. — Но не помню, чтобы ты в это общество вписывался. — Ох-х, — рассмеялся Аластор, сближаясь с архангелом достаточно, чтобы заменить конечности тени своими. И, переходя на шёпот, Радио-демон уже в открытую дергал за нити чужого самообладания. — Я думаю, что Вы откажитесь от своих слов. — Я так не… — Голос собственный подводит Люцифера, когда язык Аластора проходится от уха до кадыка. — Уёбок. — Так мы устроим переговоры по обоюдному согласию? — С фальшивой искренностью, такой, что сразу всё ясно, интересуется Радио-демон. Ответ словами заменяет долгий, яростный поцелуй. Самый первый и самый мерзкий на памяти Аластора, но он уже понимал, что стерпит. Он готовился морально. Он не ударит лицом в грязь. Впуская в рот чужой длинный язык, Радио-демон отсчитывает секунды, наигранно постанывая в раскрытый рот короля. Обманывать себя Аластор не любил, но тут пришлось вертеться. В конце концов, Люцифер не всегда, должно быть, такой гадкий и ворчливый. А значит, что при правильном подходе им удастся договориться. Обожжённые руки падшего лезут под хабит, задирают повыше котту, доставая обжигающими касаниями не до кожи, а до самих нервов. Морнингстар толкает демона к столу, лишь кивком указывая на край. И Аластор, превозмогая желание уйти из этой ситуации проигравшим, но не тронутым, всё-таки усаживается, позволяя Люциферу расположиться меж своих раздвинутых ног. Падший вновь втягивает Радио-демона в поцелуй, сталкиваясь зубами и доставая языком до самых гланд, от чего демон радуется, ведь после смерти пропал рвотный рефлекс, пусть только и физически. Руки Люцифера всё настырнее блуждают под одеждой, пока он сам жадно вылизывает рот каннибала, рыча от собственного удовольствия. Аластор лишь подыгрывает, подставляясь и представляя, как потом на сутки засядет в ванну, наполненную кислотой до краёв. Когда шаловливые пальцы достают до хвоста, что был спрятан надежнее всего, Радио-демон почти срывается на грубость, но вовремя вспоминает свой гениальный план, приоткрывая рот в немом стоне. Всё-таки, в общении с Энджелом были свои очевидные плюсы, которые можно было направить в нужное русло в нужный момент. — Я хочу тебя связать, Оленёнок, — хрипло говорит Люцифер, кусая Аластора за скулу. Не сильно, почти не чувствуется, если, конечно, ты не асексуал, ненавидящий прикосновения, — удовлетвори хотелки своего короля, раз уж захотел поговорить. — Не уж-то Вы сами не в силах? — Аластору не удалось скрывать помехи недовольства в собственном голосе. Однако, Люцифер вряд ли заметил интонацию, ведь этот паршивый демон обхватил архангела за талию ногами, откидываясь спиной на стол. — Прошу Вас. Переговоры не ждут. — Для тебя я подготовлю отдельный котёл, — простонал Морнингстар, наваливаясь сверху и совершая поступательные движения бедрами сквозь ткань. — Ты будешь кричать. Аластор сдерживал смешок, прекрасно зная, кто из них двоих скоро закричит. Демону лишь требовался правильный подход к этому придурку в шляпе, и Аластор его нашел, выгибаясь в пояснице навстречу новому поцелую и подставляясь под имитацию толчков. Применив несложное заклинание, Радио-демон позволил своим теням себя связать. Но лишь для вида, лишь для Люцифера. При собственном желании, Аластору ничего не стоило выпутаться. И пока Самаэль раздирал на них обоих одежду, демон перенесся мыслями в другую реальность. В ту жизнь, где ещё была мама, её вкусная джамбалайа и не было слепошарого дилетанта, который не смог отличить человека от оленя. Такие игры разума помогали отвлечься от мерзких действий Люцифера, что, смочив пальцы, уже проникал внутрь, свободной рукой сдавливая глотку Аластора. Последний же терпеливо разводил ноги в стороны, совершенно не желая в полной мере осознавать всю ситуацию. Он это делает ради собственного успеха в будущем, не иначе. Падший что-то шептал, просил, вечно вымазывал лицо и шею Радио-демона в своих слюнях, работая пальцами глубоко внутри анального отверстия. А Аластор… Аластор утешал себя там, что это нужно для укрепления статуса. «Статуса давалки» — едко подметил голос в голове, что удивительно походил на голос Люцифера. Аластор раскрыл глаза, устремляя непонимающий взгляд на ухмыляющегося Морнингстара. Показалось? «Надеюсь, что переговоры в голове считаются за переговоры…» — вновь прозвучал насмехающийся голос архангела. — Залезая на верхушку, помни: падать — это больно, — хихикнул Люцифер, входя в Радио-демона во всю длину, вырывая из его глотки вскрик.