Просто держи меня за руку...

Виктория так и не смогла заснуть, зато придумала план. Она быстро оделась в удобные вещи, взяла ключи и телефон и поехала на машине к дому Марьяны (адрес которого она подглядела, пока другая заказывала такси). Память очень часто помогает ей говорить приятные комплименты, показывать свою заинтересованность в женщине. Ведьма помнила, что в разговоре с Александром рыжая обсуждала счастливые номера квартир, называя при этом свою. Такие знаки вселенной подталкивали старшую все ближе к объекту любви и повиновения, сводили их дорожки между собой. И она стремительно летела на машине туда, где её не ждет сейчас любимая. Ведьма оставила автомобиль у ворот и села на скамейку в ожидании хоть кого-нибудь выходящего из подъезда. Поглядывала на время. На дом. Представляла в голове вновь и вновь ее образ и растворялась в нем. Прошло минут 15, и со стороны многоэтажки послышалось тихое пиликанье. Наконец-то открылась дверь, откуда вышел молодой парень и пропустил женщину в дом. Она поднималась по лестнице в квартиру, с каждым шагом чувствуя свои ноги более ватными, а сердечный ритм более быстрым и сильным. Внутреннее беспокойство и ликование противилось рациональности. «Вдруг она ушла… А может быть она сейчас сидит с дочерью или с мужем. Вдруг она не хочет, чтобы кто-то об этом знал… Но что-то же подтолкнуло меня сюда приехать. Значит я должна ей помочь» Тихо постучалась, никто не ответил. Стоя в раздумьях, все же дернула ручку двери. Она поддалась, медленно открылась, будто «освещала» путь девушке. Путь, который так хотелось пройти без сожаления и робости. Виктория сняла ботинки, на цыпочках обошла квартиру и, не заметив там никого, остановилась в зале. Разглядела на столе опустошенную бутылку вина и всё-всё поняла. Ее объект любви лежит прямо сейчас на этом самом диване. Райдос всего лишь нужно было подойти ближе, заглянуть со спинки мебели вниз и протянуть руку…Так же, как это сделала Марьяна в машине. Она сомневалась, не решалась. Боялась сделать что-то невозвратное, необратимое. Но все же подошла, медленно и тихо. И увидела её. Романова лежала на одном боку, обнимая саму себя, и тихо посапывала. Алкоголь разморил женщину и унес в мир сновидений. Она спала спокойно, не ожидая сейчас ничего. Шатенка протянула ладонь тыльной стороной, чтобы погладить девушку по щеке и не напугать. Но делала это с максимальной осторожностью, боялась… Разглядывая веснушки и родинки на плечах Марьяны, она чувствовала ее. Водила рукой по лицу, заправляла выпавшие пряди. Хотела поцеловать эти губы, а затем и каждый миллиметр её тела. *** Рыжеволосая ощутила чьи-то горячие пальцы на щеке, чье-то до боли знакомое дыхание и медленно открыла глаза. - Это сон? Да? – произнесла она, опешив от такой картины. - Нет, дорогая, не сон – отвечала ей нежно Виктория, продолжая рассматривать её с ног до головы. - Тогда как ты зашла сюда, я же закр… - Не закрывала – перебила её Райдос все тем же низким голосом. Постепенно Марьяна почувствовала резкий прилив тех эмоций, что она запивала три часа назад. Жар вливался в голову, спускался по шее и растекался по ногам и рукам. Смятение, тревога и растерянность подступали к горлу, больно пробивали сердце стальной пулей. Она присела на кровати, закрыла ладонями лицо и снова разревелась. Виктория обошла диван и села рядом на безопасном расстоянии, дала девушке время, чтобы осознать ситуацию. К ней подкрадывался страх, что она сделала что-то не то, хотя понимала, как ей это важно- быть рядом. - Иди ко мне - прошептала старшая, пододвигаясь все ближе и раскрывая руки для объятия. Охотно поддалась, сложила ей руки на талию и уложила голову на плечо. Марьяна тяжело дышала, пыталась что-то сказать, но не могла. Однако постепенно расслабилась и почувствовала заботу от жрицы. Та в свою очередь гладила ее по спине, запускала пальцы в рыжие волосы, что выглядят ещё красивее при лунном свете, осторожно целовала в шею. Спустя время Вика решила все-таки спросить: - Так… почему ты плачешь? – она пересела на пол, положив руки на колени женщины- Ты можешь рассказать мне всё, что чувствуешь. Шаманка тяжело выдохнула и заглянула в глаза ведьмы. - Понимаешь, я… ещё никогда так сильно не влюблялась, - шептала она и гладила чужие пальцы на своих коленях – И это меня беспокоит. Я забываю обо всем, когда ты рядом. О семье, об испытаниях. - Ты знаешь, я не умею проявлять сопереживание и эмоции на людях. Я подозрительна и осторожна. Но с тобой все не так… Буквально сегодня что-то щелкнуло во мне. Из-за тебя. - Я чувствую это - берет в руки ладонь шатенки и аккуратно целует. - Так ты страдала все это время и, похоже, сильнее меня, а я этого не замечала…- с сожалением говорит Виктория и снова садится рядом, складывая ноги поудобнее. - Мы обе не замечали…- отвечает Марьяна и тянет руки к точёному подбородку. В моменте они замерли, чтобы навсегда запомнить лица друг друга- без масок и ссор, без споров и конкуренции. Обе растворялись в глазах напротив- шаманка смотрела будто в космос, разглядывая звезды, а ведьма тонула в бездонном океане. - Поцелуй меня- шепчет Марьяна. И Вика тянется, путая пальцы в огненных волосах. Прикасается горячими губами к чужим, цепляется за них, падая в омут нежности. Казалось, будто время остановилось для них обеих. Младшая сплетает языки, оставляет мокрые следы, покусывает. А старшая отвечает на это, углубляя поцелуй. - Что я буду делать без тебя целую неделю? – горячо шепчет в губы Марьяна и продолжает целовать. - Я уже ничего не знаю… - чуть разрывая нежность говорит Виктория, а затем оставляет легкий флер, совершая последний короткий поцелуй в качестве точки. После они лежали еще час вместе, обнимая друг друга и поглаживая волосы. Но Райдос надо было уезжать, так как были куплены билеты на поезд. И ей было невыносимо оставлять девушку наедине со своими чувствами. - Мне надо ехать, Марьян. - Я понимаю… - с болью в голосе отвечала. Они молча встали, не объясняя ничего. Просто не могли что-то поделать с этим. Романова проводила женщину к двери и, целуя на прощание, сказала: - Я буду ждать тебя. *** Виктория выбежала из дома, села в машину и уехала в отель забирать вещи. Она впервые плакала из-за кого-то так сильно и не хотела показывать это никому, даже ей…