Addiction

      — Я вижу, — прошептал старший, чтобы не спугнуть младшего. — Можешь прикоснуться.       Феликс не мог поверить своим ушам. Он боролся со своим внутренним демоном, который твердил, что если разрешили, то можно. Но разум парня говорил обратное, что это совсем не воспитанно и вообще — Хëнджин его преподаватель, нельзя даже с ним так близко сидеть. Ли отчётливо слышал спокойное дыхание Хвана, оно не сбивалось ни разу, по сравнению с парнем.       — Я вижу, как тебе они интересны, — вновь сказал преподаватель, продолжая обрабатывать руку юноши. — Потрогай.       Нет, всё это казалось кошмаром. Не может быть, что Феликс хочет потрогать губы преподавателя, а тот разрешает ему без задней мысли. Студент осторожно поднял ладонь вверх, сглатывая накопившуюся слюну во рту. Он не хотел смотреть в глаза Хвана, боялся, что увидит в них злость, но было уже поздно. Феликс осторожно вытянул один палец, направляя на пухлые и розовые губы, и вот здесь его дыхание приостановилось. Кожа совсем мягкая и приятная на ощупь, видимо, старший часто увлажнял их. У Ли были совсем другие губы. Они все сухие и покусанные, парень часто так делал, когда нервничал, это его глупая зависимость.       Феликс сам не заметил, как начал улыбаться. Боль от перекиси стала совсем незначительной, куда приятнее наблюдать за Хваном. Но парень не сразу заметил, что преподаватель совсем не дышал, а его руки зависли в воздухе.       — Ты что делаешь? — спросил Хëнджин, когда он понял, что его личные границы пересекли.       — Вы же сами сказали, что можно потрогать, — неуверенно ответил Феликс.       — Боже, — вздохнул мужчина. — Я имел ввиду мои проколы, ты же смотрел именно туда, — устремил Хван свой взгляд на чужие карие глаза, которые бегали по медкабинету.       Феликс завис на несколько секунд, но его палец всё так же был на губах преподавателя, а когда он понял, что сделал самое ужасное решение в своей жизни, то отскочил на метр от мужчины.       — Извините, извините, — начал тараторить парень. — Я неправильно вас понял!       — Всё в порядке, — поправил Хван свою рубашку. — Я уже закончил с раной, поэтому можешь идти.       — Нет, нет, — встал с кушетки Феликс и начал размахивать руками в стороны. — Простите, пожалуйста!       Хëнджин встал следом за ним, начиная убирать всё, что они использовали. Он ставил вещи вразнобой, так как забыл, где они стояли, но ещё хотел как можно быстрее уйти отсюда.       — У тебя сейчас какая пара? — спросил Хван.       — Мероприятие в актовом, — ответил Феликс, и всё так же смотрел на преподавателя невинным взглядом. — Мистер Хван, не поступайте так со мной.       — Ли Феликс, вы ничего преступного не сделали, — отрезал мужчина. — Всё в порядке, мои губы же на месте, — улыбнулся совсем неискренне он. — Вам пора на мероприятие.       — Как мне загладить свою вину? — спросил студент, складывая ладони вместе.       — Феликс, просто ходите на мои пары, у нас совсем скоро зимняя сессия, — вспомнил вдруг Хван. — Всё, нам вместе пора уходить, а то сейчас вам и мне крупно попадёт, — сказал мужчина, когда услышал звонок на пары.       — Так нечестно, я посещаю ваши пары, но мне кажется, это недостаточно для прощения, — сказал Феликс, надев на голову капюшон, чтобы скрыть свои красные щеки.       Хван тяжело вздохнул и уже хотел бежать от этого надоедливого студента, который ведёт себя странно.       — Идите скорее в зал, мне пора на свою же пару, — тараторил Хван, подталкивая парня в спину, в сторону помещения. — И больше чтобы не видел, как вы деретесь. Это не бойцовский клуб, а учебное учреждение!       — Угу, — промямлил парень.       Студент решил, что нужно поспешить на мероприятие, где его ждёт Хан. Его друг написал немало сообщений о том, что волнуется за него и никак не может найти, поэтому ждёт в зале.       Хëнджин облегченно выдохнул, когда увидел, что Феликс не останавливается, а, наоборот, всё больше ускоряет шаг. Преподаватель сейчас был загнанным в угол после действий его студента. Хван также винил себя, что обращался к юноше неформально, хоть и был старше на несколько лет, но они находятся в учебном заведении. Но ещё больше не уходила та мысль, что позволил Феликсу дотронуться до своих губ. Спустя много времени их кто-то коснулся, и неважно, что это был его студент. Его пугала мысль, что кто-то смог ощутить его пухлые губы. Хëнджин твёрдо решил, что сегодня позвонит Минхо и наконец расскажет, что его беспокоит.       — Ты где был? — взволнованно спросил Хан, когда Феликс плюхнулся рядом с ним. — Я переживал за тебя, думал, ты уже сидишь в деканате или у психолога.       — Тут есть психологи? — поинтересовался Феликс.       — Были, но сейчас место пустое. Я решил, что вдруг появились и ты сейчас у них, — мямлил ещё тише Хан, чтобы никто другой их не услышал.       — Не придумывай, я просто был в медпункте. Вон, гляди, — отстранился парень не много назад, показывая свои руки, которые перевязаны бинтом.       — Матерь божья, — ужаснулся друг. — Это такие раны остались?       — Уверен, ему досталось больше, чем мне, — хвастался Феликс, подмигивая парню.       — Это точно, ты нехило ему въебал, — сматерился Джисон, но сразу закрыл рот рукой. Парень не особо матерился, старался в общественных местах вообще не употреблять такие слова, но он так горд был за друга, что не смог удержаться.       — Тише ты, — хихикнул Феликс. — Надеюсь, он больше не посмеет подойти к тебе, — гордо сказал он.       — Мой защитник, — поплыл Хан, сверкая своей улыбкой.       Феликс не смог не засмеяться. Его новый друг удивительный. В окружении парня не было ни разу таких людей, обычно одни наркоманы или алкоголики. Даже те, кто говорили, что они бросили, но юноша не верил. Он считал, что бывших наркоманов не существует. Это зависимость, которая полностью тебя окружает и выйти из неё самостоятельно будет сложно.       А Хан… Он приносит только смех и улыбку. Феликс давно заметил, что не пытается подстроиться под него, чтобы их взаимоотношения точно стали крепче. Они будто поймали свою волну и продолжают по ней плыть, не смотря назад, что приносит радостные эмоции. У них ещё не наступил тот этап, когда они открылись друг другу, рассказав, что творится на душе, но это и правильно. Всему своё время.       — Доброе утро, дорогие студенты, — говорила девушка на сцене.       Она была низкого роста и скорее старшего курса, так как выглядела не на возраст Феликса и Хана. Девушка совсем не нервничала, ждала, когда все зайдут и займут своё место. Ли подумал, что сейчас снова будут рассказывать про праздники, которые совсем скоро или же про сессию.       — Мне стоит сначала представиться, — заулыбалась она. — Меня зовут Мина, и я с пятого курса. Да, по сравнению с вами, совсем старичок. В этом году у нас запланировано много мероприятий, связанных с праздниками, но, в первую очередь, нам стоит провести открытие! Мы поговорили с деканом и решили, что первый курс и второй курс это самые волнующие. Новая обстановка, люди и преподаватели вселяют вас в некомфортную атмосферу.       — Точное попадание, — прошептал про себя Феликс, думая о мистере Хване.       — Думаю, что маленький праздник в честь открытия учебного года вас порадует, — весело сказала Мина. — На данном мероприятии будет много конкурсов, в которых каждый сможет поучаствовать и познакомиться другом с другом поближе. Даже второй курс, который нашёл себе подходящих людей может участвовать, а не только наблюдать, — сказала девушка и рядом послышались радостные возгласы. — Только есть несколько правил и требований! Рядом со мной лежат листы бумаги, где вы можете написать своё имя с фамилией, а рядом указать в каком направлении вы желаете попробовать. Например, я на первом курсе ставила танец вместе с ребятами. Вам такая возможность тоже предоставлена!       — Ты умеешь танцевать? — спросил Хан.       — Я бревно, какие мне танцы, — отмахнулся Феликс, скрывая свой талант.       — Да ладно тебе, я вот очень хочу поставить номер, — говорил Джисон, трогая плечо друга. — Нас будет человек тридцать, тебя одного никто не заметит.       — Тогда смысл мне участвовать?       — Поддержать меня, — состроил милые глазки Джисон. — Я же вижу, что танцы твой талант, просто скрываешься под большим худи и ходишь дерешься со всеми, — обиженно сказал друг.       — Я пойду с тобой, если ты будешь играть со мной в футбол, — поставил условие Феликс.       — Ты смеешься? Я в футболе, как ты балерина — две разные сущности. У меня ноги вообще не из того места выросли, — недовольно сказал Джисон.       — Ну, тогда и в танцах не судьба, — фыркнул Ли, вызывая у друга злость.       Хан продолжил слушать девушку, которая уже заканчивала свою речь. Он безумно любил танцы, но не мог ими заниматься. Он считал, что замена этому хобби подходит с кем-нибудь перепихнуться, это же тоже спорт, как никак.       — Ладно, я согласен, — сказал Джисон, поднимаясь со своего места и хватая сумку.       — Эй, подожди, — смеялся Феликс и хлопал в ладоши девушке. — Я тебя научу играть, там ничего сложного, а вот с танцами… Будет проблематично.       — Тебе необязательно красиво и грациозно двигаться, — направлялся Джисон к столику, где лежали анкеты для заполнения. — Нужно просто почувствовать музыку, а дальше тело начнёт двигаться. Да и я уверен, что музыку они выберут весёлую, а движения будут энергичны.       — Плюс один позор в мою копилку. Что творит со мной это место? — разочарованно сказал Фел, подписывая бланк.       — Чудеса, — улыбнулся Хан.       Парни синхронно рассмеялись в голос, вызывая у остальных осуждающие взгляды.       — Не знал, что ты умеешь играть в футбол, Феликс, — отозвался уже знакомый голос за спиной.       — А мне рассказывать тебе все свои интересы? — развернулся Ли к Чанбину.       — У нас Бинни обожает футбол. Часто проводит вместе с одногруппниками турниры против других университетов, — подмигнул Джисон студенту.       — Да, это всё про меня, — сказал Чанбин так, будто его погладили по голове и несколько раз сказали комплименты. — Феликс, ты будь осторожен на игре, а то противники у нас сильные, — сказал парень и поспешил на выход.       — Что он имел ввиду? — поинтересовался Ли у друга.       — Кто его знает, Чанбина вообще трудно бывает понять, — пожал плечами Джисон, последовав за Со.       Феликс ненадолго задумался. Ему нравился футбол, потому что часто играл в него с парнями во дворе школы или дома. Так они проводили свой досуг, а сейчас негде и не с кем.       Ли следовал в свой любимый кабинет английского. Он не видел мистера Хвана целую пару, а это полтора часа. Юноша был уверен, что тот начнёт отводить свой взгляд от него, не желая больше с ним говорить. Феликс хотел увидеть, как тот стесняется при виде него и неловко говорит на английском, но всё было совсем наоборот. Когда студенты зашли в аудиторию, то парень снова заметил этот холодный взгляд. Его волосы вновь идеально уложены, а пирсинг снят по непонятным причинам. Хван сидел за рабочим столом, что-то ища в ноутбуке.       — Могу поспорить, что дома у него абсолютная чистота, будто боится чем-то заразиться, — сказал Феликс на ухо Хана.       — Иногда его речь и стиль напоминает маньяков, — признался Джисон, поджимая губы.       — Точно! Я даже как-то не заметил, — согласился он со словами друга и уселся за предпоследнюю парту.       — Головой всё же ударился? — спросил друг, усаживаясь рядом.       — Это ещё почему? — не понял суть вопроса Ли.       — Ты всегда садишься на последнюю пару, а тут поменял наше местоположение, — удивлённо сказал Джисон, протягивая другу молочный коктейль.       — Спасибо. С этого места лучше слышно то, как мистер Хван пытается правильно выговорить слова, — посмеялся парень и положил свою голову на парту.       — Хоть что-то в этом мире стабильно, — сказал Джисон, отпивая напиток через трубочку и смотря на друга, который пытается уснуть.

***

      — Ты всю пару проспал, — жаловался Хан на друга.       Феликс поднял голову на друга, который складывал свои вещи в свою маленькую сумку. Парень не мог понять, куда все так быстро уходят, ведь у них ещё одна пара здесь.       — А куда все? — недоумевал сонный Феликс.       — Нас мистер Хван отпустил с последней пары, так как ему срочно нужно куда-то ехать, — радостно сообщил друг. — Вот бы так было всегда.       Феликс понял, что это его шанс. Он соскочил с места, ища глазами Чанбина, надеялся, что тот не ушёл раньше времени.       — Чанбин, — подошёл Феликс к нему. — Ударь меня!       Парень оцепенел. Его никогда не просили о такой просьбе, а особенно Ли.       — Что? Зачем?       — Блядь, ударь меня посильнее, — сказал быстрее Феликс, поглядывая за Хëнджином, который собирал свои вещи.       — Ух, берегись, — сказал Чанбин, разминая свою правую руку.       Феликс подставил свою левую щеку, дожидаясь жёсткого удара. На слова Хана он ответил, что так надо и чтобы тот не переживал, и пошёл домой.       Чанбин несколько раз попробовал поставить руку для правильного удара и наконец замахнулся. Феликс принял удар гордо, падая жопой на пол. Он громко промычал, чтобы его было слышно, а позже показал глазами Чанбину скорее бежать отсюда. Парень посмотрел на открывающуюся каморку, откуда выходил Хëнджин, не предвещая беды, и со всей силы стартанул домой.       — Боже, как больно, — говорил Феликс на весь кабинет.       — Ли Феликс? Что случилось? — услышал Хван жалобные вопли. — Боже правый, что опять произошло? — спохватился преподаватель, направляясь к студенту. — Вас ни на минуту нельзя оставлять.       — Я ничего не делал, он просто подбежал и ударил, — пожаловался Феликс, вставая на ноги. Он шатался из стороны в сторону, будто только что выпил два литра соджу. Удар действительно был сильным, даже Ли не ожидал этого.       — Кто он? — спросил Хван, придерживая парня за руку.       — Я не запомнил его лица, но, видимо, друг того отморозка, — нагло соврал юноша, но ложь была во благо.       Весь план казался идеальным. Он снова сможет увидеть стеснение в глазах преподавателя, то, как он заботится о нём. Невероятно. Это была некая карма за то, что мистер тоже поставил Феликса в неловкое положение перед Сынмином.       — Идти можешь? — перешёл опять на «ты» Хван.       — Вроде как, — держался на своё щеку Феликс, корча недовольное лицо.       — Самый неконтролируемый студент на моём потоке, — жаловался Хëнджин, утаскивая парня в каморку.       — Прям самый?       — Именно, — отрезал Хëнджин. — Садись, сейчас лёд принесу, — указал он на маленький стул парню.       — Нет, не нужно! — сказал парень, хватаясь за край рубашки Хвана. — Мне кажется, у меня кровь пошла из губы, посмотрите?       Хëнджин тяжело вздохнул, переводя свой взгляд с глаз парня на его губы. На них действительно была кровь, которая быстро стекала по подбородку. Преподаватель схватил салфетки и прижал их к ране. Расстояние между ними вновь стало маленьким, они могли чувствовать дыхание друг друга, что безумно нравилось Феликсу, ведь так он может смущать Хвана. Но тому казалось, что это всё было кошмаром, из которого трудно выйти.       — Можете потрогать, — сказал тихо Феликс, чтобы не спугнуть преподавателя.       Феликс приоткрыл свои губы, чтобы удобно было вытереть стекающую кровь. Хëнджин не мог перевести свой взгляд на губы, ведь таким образом он одержит поражение. Но что он может сделать ещё?