Ничего не исправить

Глаза открываются с большим трудом, и Гарри понимает, что спал, сидя в кресле. Поначалу он удивляется этому факту, но потом вспоминает то, что произошло вчера, и с тревогой смотрит на диван. Драко никуда не исчез, он спит, трогательно свернувшись под одеялом. Нежность опять накатывает на Гарри волнами, но и тревога тоже разрастается. Он боится того, как Драко отреагирует, когда увидит его. И, решая чем-нибудь занять голову и руки заодно, идет на кухню наливать крепкий и сладкий чай. Наверняка, Драко это будет нужно. Но сколько он там не прячется, вернуться приходится все равно. Гарри садится в кресло и, не успевает прочитать даже одну страницу лежащей тут же газеты, как Драко издает болезненный стон и открывает глаза. Гарри замирает. *** Драко с трудом приходит в себя от глубокого, похожего на обморок сна и в первую минуту ощущает лишь ноющую боль во всем теле. Постепенно он осознает, что лежит на довольно мягком диване в незнакомой комнате, и со стоном пытается распрямить затекшие руки и ноги. Рядом в кресле он замечает парня, читающего газету, его охватывает паника, комната плывет перед глазами и крик тут же подступает к горлу. — Ты! Гарри тут же вскакивает, и, увидев испуг на бледном лице своего гостя, старается говорить как можно тише. — Доброе утро, Драко. Вчера у тебя была… трудная ночь. Тебе нужно выпить чаю, я сейчас. Он убегает на кухню и возвращается через пару минут. — Вот выпей. Будет полегче. — Гарри осторожно ставит на диван специальный столик, с кружкой чая и тарелкой горячей овсянки. — Если сможешь, поешь немного. Драко не сводит с него настороженных глаз, но сил шевельнуться у него нет, голова кружится, и трясутся руки. Он с усилием берет кружку и делает маленький глоток, чтобы смочить пересохшее горло. Мысль о том, что он мог, как доверчивый ребенок, уснуть дома у Поттера, неприятно задевает его. — Легче? Драко медленно ставит кружку обратно. — Нет… После минутного колебания он поднимает глаза на Гарри. И понимает, что даже при ярком утреннем свете ему все равно страшно с ним рядом. Правда, зеленые глаза смотрят участливо и дружелюбно, а улыбка Поттера теплая и виноватая. — Как ты… чувствуешь себя? — спрашивает Гарри. Драко, крепко вцепившись в одеяло, не отвечает, но когда, Гарри вдруг подходит и протягивает руку, видимо, чтобы потрогать ему лоб, он кричит, отталкивая его ладонь. — Не прикасайся ко мне! Гарри тут же садится обратно в кресло и смотрит на Драко с непонятным выражением на лице. Драко нервно облизывает пересохшие губы и чувствует позыв неодолимой тошноты. Он начинает задыхаться. — Что Драко? Что ты? — Гарри испуганно дергается. — Меня… сейчас… выр… Гарри почти мгновенно приносит из кухни пакет, и Драко с облегчением склоняется над ним. Глаза у него слезятся, и, пытаясь отдышаться, он не замечает, как Гарри берет пакет из его рук и уносит. Немного прийдя в себя, Драко все же тихо спрашивает у вернувшегося Поттера: — И как… я сюда попал? — Я привез тебя. Ты… звонил мне из клуба… я не знаю, может… не туда попадал? И просил забрать тебя оттуда. Ну я и забрал. — Я… был очень пьян? — спрашивает Драко. — Ну да, ты чуть перебрал, — говорит Гарри, не решаясь рассказать остальное. — Ты не понял, что это я, — добавляет он. Драко долго молчит, но все же отвечает: — Я звонил Блейзу, своему приятелю. Он вдруг резко поднимается с дивана, и тут же понимает, что его рубашка расстегнута и порвана. Гарри с ужасом смотрит, как он снова задыхается. — Драко! Драко не может вдохнуть, его снова тошнит, и сцена с пакетом повторяется. — Тебе нужно еще полежать все же, — говорит Гарри тихо. — не думай о том… что произошло. Драко смотрит на него с ненавистью, но Поттер вдруг падает на пол на колени, глядя ему в лицо. — Я давно хотел сказать тебе « прости». Прости меня, Драко, пожалуйста, то, что случилось тогда, ну то есть, то что я сделал тогда… я… я… прости. Драко ошеломленно слушает его. — Драко, я не знаю… хочешь мы… пойдем в полицию, и я… — Нет! Уйди, уйди, выйди, пожалуйста, выйди! Гарри буквально выбегает за дверь. Драко откидывается на подушки, совершенно обессиленный после этой короткой стычки. *** В тот выпускной вечер он, плохо соображая от случившегося, с трудом вызвал такси, приехал домой и всю ночь рыдал в подушку, боясь, что услышат родители. Перед глазами стояли лица однокурсников, в которых не было ни капли сочувствия. И Драко было страшно, а в голове бились размышления о том, что он, возможно, заслужил это, ведь рассказывал отцу то, что не стоило говорить. Но он привык, что отец всегда защищал его в детстве и не мог избавиться от привычки просить помощи и став старше. А оказалось, что в обычных школах за это могут и побить. Но, когда Поттер затащил его в тот кабинет, и случилось «это», Драко просто казалось, что он сошел с ума, и произошло все вовсе не с ним. И после того, как все закончилось, его снова преследовали страшные мысли о том, что и это его вина, ведь он просил Поттера об этом и совсем не сопротивлялся ему… Драко кусал руки, метался по постели, и у него росла ненависть к себе, потому что в самом уголке мозга билась крошечная, но самая страшная частичка правды о том, что ему, пусть совсем-совсем немножечко, но было хорошо с Гарри… Драко весь дрожит от этих воспоминаний и стискивает руки. Сейчас, когда Поттер заговорил о полиции, Драко чувствует только липкий стыд, из-за которого он не сделал этого сам сразу, хотя мог бы. «Тебе это нравилось», — стучит в голове. Его снова рвет. *** Гарри слышит очередные булькающие звуки и, сходя с ума от жалости к Драко и от бешеного отвращения к себе, меряет нервными шагами кухню, потом не выдерживает и возвращается к Малфою. Открыв глаза, Драко видит, что Поттер внимательно смотрит на него, протягивая стакан с водой. Он берет его и с трудом проглатывает воду. — Тебе поесть надо, Драко, — говорит Гарри ломким голосом, — овсянка остыла, я принесу бульон. Только после того, как он в очередной раз выходит, Драко чуть расслабляется. Откинув раскалывающуюся от боли голову на спинку дивана, он глубоко дышит, пытаясь унять дрожь во всем теле. Когда Гарри возвращается, то ставит на столик чашку с бульоном, а сам садится рядом. — Не бойся, я просто помогу, — тихо говорит он. И подносит полную ложку прозрачного бульона к губам Драко. Драко машинально открывает рот, и глотает суп, но потом все-таки говорит: — Я… могу и сам. Гарри послушно садится в кресло. Только съев последнюю ложку, Драко наконец смотрит Поттеру в лицо. Гарри улыбается и только говорит спокойным, ровным голосом: — А теперь поспи еще немного, ладно? — и тихо закрывает за собой дверь. Драко забывается беспокойным сном. *** «О, Драко… Какой ты сладкий… Какой ты прелестный, просто куколка… Я так хочу тебя… Наглые руки шарят по его телу и рвут рубашку, а пахнущий вином язык протискивается в рот… Тот парень из клуба прижимает его к мерзкой стене туалета, и больше всего Драко хочет отодвинуться, но не может, ноги и руки словно зажаты в тиски… — Драко… тебе ведь самому это понравилось… — ухмыляясь произносит он, и смотрит на Драко зелеными глазами, поправляя очки…» И Драко кричит.