Солянка

Среди всех оттенков радуги Тсорэл своей белизной сильно выделялся, но никто не проявлял агрессию. Змеи хоть и делятся по видам, но достаточно дружный народ, поэтому они часто скрещиваются, хоть и проще выбрать пару своего вида. После пары лет скитаний он привык к хвосту и осел в столице с артефакторной лавкой. У него набрались клиенты, друзья, конкуренты по ремеслу. Жить было довольно весело — в столице постоянно что-то происходило. То вора скрутят, то двуногий придёт, то дипломат, то покушение на императора, то война. Сейчас страна как раз только отходила от войны. Не то чтобы наги понесли особо сильные потери, немного рядовых солдат не в счёт, но за пять лет все морально устали и ловцы снов и прочее для спокойствия пользовались популярностью во всех слоях населения. Пока Тсорэл поздним вечером вязал плетение, пришла девушка (он открыт 24/7) в д(б)лином плаще с капюшоном и спросила ловец снов. — Простите, сейчас готовых нет, как никах, ходовой товар. Вы можете подождать, пока я доплету, немного осталось, или прийти завтра, да и в любой другой день, я редко когда не работаю, – по сравнению с ним, она была миниатюрной крохоткой. Он бы подумал, что это ребёнок, но от неё пахло взрослой женщиной, а вживлённые местные инстинкты кричали, что от такой стоит скрыться куда подальше, но разве это остановит йума. — Можете пока прилечь в соседней комнате и отдохнуть. Мне буквально пара деталей осталась, полчаса, не больше. — У меня нет денег, чтобы расплатиться... — Я принимаю обмен, равноценный и неравноценный, если вещь приглянётся. Ловец снов среднего качества, то есть двадцать серебряный или что-то примерно такой же суммы. Что можете предложить? — девушка явно удивилась, так как артефакторы за свои товары даже низкого качества брали золотыми. — Я могла бы работать на вас... — винтики в её голове закрутились быстрее, явно что-то экстренно решая. Яркие карие глаза бегали из стороны в сторону, а тонкие пальчики нервно крутили кудрявую чёрную прядь. — Не вариант. Уж извольте, но себе я доверяю больше, — ему нравился ход её мыслей. Будущее обещало быть интересным. — Ну-у... Я-а... — девушка мелко нервно покачивалась, вспоминая, что было до этого. *** — Ариáдна Лóрен Голд-Грей, я, как твой отец, согласен, что муж должен быть достойным тебя, но это плохо сказывается на репутации рода. Скольким в предложении руки ты отказала? А главное, по какой причине? "Этот слишком толстый, этот слишком тонкий, а у этого вообще морда квадратная", — передразнивая дочь, говорил Антоá Гéра Голд, активно жестикулируя и невинно моргая. — "Этот занудный, с этим поговорить не о чем, у этого мне цвет не нравится". Цвет?! Серьёзно?!! Чем тебе оранжевый не угодил? Другие бы за такого руки поотрывали и были бы правы. Принц союзной страны дорогого стóит, но я дал тебе полную свободу в плане рода и его отсутствия. Ты уже как десять лет по змеиным королевствам путешествуешь, встречаешься с разными парнями, за что бы тебе любой другой лорд голову бы открутил, и так никого не выбрала. Уж прости, я хоть и люблю тебя, но это переходит все границы. Не более, чем через месяц ты должна найти себя парня в пределах столицы. Даже больше скажу, ищи в торговом квартале. Там уж точно должны быть интересные и красивые личности. Этот разговор закончился тем, что ей выдали немного денег, чисто на первую неделю, и с хлопком закрыли за ней дверь. Честно говоря, этих денег ей хватит на три недели, а может и на четыре. Антоа плохо представлял цены на обычные продукты и аренду жилья, хоть и продвигал сельское хозяйство для обеспечения народа и продвигал успешно. Больше, конечно, занимались выращиванием крупных грузунов, а всё остальное для их обеспечения, но овощи и фрукты наги иногда ели, да и хлеб тоже сеяли. Ария не могла винить отца в его действиях, ведь действительно сильно затянула с поиском, изначально рассчитанным на год. А что поделаешь, если всё не то? Оранжевый это так отмазка, как и во многих других случаях, ведь ей не хотелось на ближайшую пару тысяч лет связывать свою жизнь с извращенцем. Серьёзно, как ещё можно назвать нага, который в свои пятьдесят имеет гарем из почти двадцати человеческих женщин? Принц, видите ли, не хочет спать с парнями, если точнее, то с братьями, дядями и отцом. Да как он вообще смеет нарушать традиции?! Что вообще могут эти слабенький люди? Их ведь даже работать не отправишь, они все поумирают из-за незначительных глупостей, а конкретно женщины даже массаж не сделают — ручки слабенькие, к тому же всего одна пара, да и этот передний обвес только мешает. Они и так на друх ногах, так ещё и центр тяжести меняется, благо у союзных кентавров нет такой проблемы (в зависимости от вида может быть чуть больше от лошадей или от людей). Немного успокоившись, Ария вышла из дворца, прихватив с собой немного вещей, пару защитных амулетов и кинжалы, в количестве шести штук. Торговый квартал был не далеко, поэтому девушка никуда не спешила. Вообще, он закладывался ещё при начальных этапах строительства города и назвать эту область кварталом было сложно. С начала с краю, теперь уже посередине, вокруг дворца через прослойку из жилых домов; это был круг, обруч, тор, что угодно, только не квартал. Там действительно собиралось много нагов каждый день, странно, что она не подумала об этом ещё десять лет назад. На удивление, дело пошло быстро. Уже в первый день она познакомила с одним интересным парнем, который, видимо, привык общаться с насильщицами, иначе было сложно объяснить, как ювелир так хорошо держится и не пытается скрыться. По привычке Ария написала об этом отцу, как делала эти десять лет. Общались они буквально пару дней, после чего юноша с сожалением сообщил, что у него уже есть жена. Теперь понятно, откуда устойчивость. Об этом она тоже отчиталась. Следующий десяток парней был молодым и красивым, но все еле выдерживали её охотчий до них взгляд. Попался ей и один, солидного возраста, вдовец-оформитель. С ним она общалась неделю и всё было вполне гладко, пока не вернулись дети, которые настроили мужчину против неё (мелкие манипуляторы). Посередине срока девушка взяла себе выходной, чтобы хоть немного прийти в себя после стольких неудач. Что не попытка, то провал, даже поговорить нормально не могут. Подобное морально давит и не даёт сосредоточиться на задаче. Она понимает, что своими метаниями делает отталкивующую ауру только сильнее, но у неё нет другого выбора. Ариадна должна найти подходящего парня, даже если придётся облапать и поцеловать всех парней в торговом квартале. Следующую неделю она не может ни к кому даже подойти, все скрываются раньше, чем она она их заметит. Пришлось начать медитировать, чтобы хоть немного сбить ауру, да и отсутствие парней рядом в этом помогало. Фон снизился до среднестатистического женского и Ария продолжила поиски. Сроки сильно поджимали, поэтому в бой пошли деньги, к счастью, она их тратила даже меньше, чем рассчитывала. Подкупать парней, чтобы они с ней переспали, было сложно, но некоторым действительно нужны были хоть какие-то средства, что ей было даже жаль их. К сожалению, все купленные спали с кошмарами или убегали, как только она заканчивала. Ни о какой совместимости не могло быть и речи. На руках осталось примерно полсотни серебряных и десяток медных. Можно было мирно дожить эти несколько дней, но тогда отец в ней разочаруется, а она и так его единственная наследница. Их род на грани, хоть им и всё равно на чистоту крови, главное, чтобы это был ребёнок, внук и так далее от правителя. Жена Антоа была родовитой и бесплодной, а служанка приехала вместе с ней и была того же вида, но ничем не болела. Будь это возможно, у женщины от злости выросли бы рога, узнай она о том, как часто муж прибегает к её служанке, просто из-за вероятности той забеременеть. Стоит ли говорить, что как только беременность была подтверждена, брак был расторгнут, не смотря на возможные последствия? К сожалению, её мать была довольно старой и прожила в качестве супруги монарха меньше века, но это было действительно счастливое время для их семьи. Пусть Ариадне, как и её отцу, нет и двух веков, но о наследниках стоит позаботиться уже сейчас. Антоа отказался от возможных её братиков и сестрёнок, чтобы власть досталась точно ей, уже обученной и более-менее рациональной, насколько это возможно для женщины. При таком раскладе ей позарез нужны дети, чтобы выбрать из них лучшего, а всех остальных отправить в провинции для удержания их власти. Хоть все и обеспечены везде одинаково, но прогресс доходит медленно, а значит они могут заглядываться на границу соседнего государства, где это уже есть. Что тут скажешь. Змеи. Из вариантов быстро найти парня оставался ловец судьбы, запрограмированный на поиск пары, но это не меньше десяти золотых. Можно купить любой ловец снов и она худо-бедно сможет его переделать на нужное. Не факт, что сработает, но стоит попытаться. *** (возвращаясь из воспоминаний) — Я принимаю обмен, равноценный и неравноценный, если вещь приглянётся. Ловец снов среднего качества, то есть двадцать серебряный или что-то примерно такой же суммы. Что можете предложить? — цена была очень низкой и изначальный план начал непроизвольно перестраиваться. И улыбка. Такая спокойная и уверенная. Невольно появилось ощущение, что его невозможно смутить. — Я могла бы работать на вас... — стоило потянуть время, пока не придёт идея, а пока изображаем девушку без денег, что было близко к правде. — Не вариант. Уж извольте, но себе я доверяю больше, — не было похоже, что ему хоть чуточку страшно, да и обручальной ювелирки не видно, чему можно доверять, учитывая, что на нём только чёрная расшитая серебром и бисером набедренная повязка... Ожидание в зрачках... Мысли сильно отклонились от первоначального плана. — Ну-у... Я-а... — одна идея хуже другой. Следовать плану с ловцом снов; сделать спец заказ, а с учётом местных цен это возможно; рассказать правду; сделать опрометчивое предложение, как молодняк; начать флиртовать и приставать; наброситься, повалить и поставить перед фактом будущей свадьбы. Последний вариант был очень заманчив, но физически невозможен, не смотря на массивность хвоста, она довольно маленькая. Внезапно ожидание сменилось задорными искорками и парень рассмеялся. Не то чтобы сильно и громко, но ей стало немного жутко. Его белейшая чешуя как будто начала чуть подсвечиваться голубым и источать холод, причём не обычный, а как говорят люди, могильный. Полосы окраса стали пульсировать, меняя цвет от нежного сиреневого и до почти чёрного, проходя через все оттенки зелёного, синего и фиолетового. Артефактор успокоился и посмотрел на неё, улыбаясь во все клыки. Ария как-то резко поняла, что чувствуют людские женщины рядом с явно опасными мужчинами, хотя у нагов это почти невозможно. Он вышел из-за прилавка и приблизился к ней, пока она пятилась. — Действуй, я честно не буду сопротивляться, — опустился ниже с поднятыми руками. Складывалось впечатление, будто он умеет читать мысли. Её долго уговаривать не надо. Ария решила сначала обойти его, чтобы развязать повязку и только сейчас заметила невероятно длинную косу, которой бы любая эльфийка позавидовала. Парень действительно не сопротивлялся, когда она связывала ему руки его же волосами. Закрыв дверь на замок, Ария отправилась в соседнюю комнату поманив парня пальцем. Она не ожидала добровольного согласия и даже содействия. Либо у него что-то не так с головой, либо он не считал её хоть сколько-нибудь опасной, что было правдой, ведь она генами больше пошла в мать, вида королевского питона, то есть маленькая и неядовитая, хоть кольца красивые. Комната ожидания (или отдыха) была очень просторной и невольно вызывала ощущение уюта. По всей площади были разбросаны одеяла, оказавшихся пуховыми, а искрасна древесный цвет бархата и шёлка создавал ощущение тепла. Разбросанные повсюду пышные расшитые подушки так и призывали прилечь на них и уснуть, чему способствовала общая паст[тэ]ельность и отсутствие как слишком светлых оттенков, что могли резать глаза, так и слишком тёмных, что могли невольно вызвать мрачность. Также имелись ниши и фигурные полки, вроде получаш и холмов, рассчитанные не меньше, чем на хозяина. Здесь тоже не обошлось без различных мягкостей, в том числе и плюшевых игрушек, расставленных то тут, то там. В некоторых углах висели гамаки, как планочные и беспланочные, натанутые между соседними стенами, так и свисающие с потолка кольца с крупным и мелким сеточным плетением. К каждому из них вели ступени в виде веток, а из угла к центру шёл массивный ствол дерева, на ветки которого также были набросаны одеяла. Освещение осуществлялось посредством свисающих с него небольших фигурных цветных стеклянных фонариков, внутри которых горели искорки маны света. Ариадна была изумлена интерьером. Она объездила десяток стран наг, в том числе и дружественных с людьми, но не видела ничего подобного. Все ограничивались максимум мягким полом или наличием кресел и диванов, ведь это значительно проще, чем вешать гамак так, чтобы это было надёжно. Да и масштаб поражал. Это же сколько денег ушло на один пух, что уж говорить про ткань. А сколько сил ушло на то, чтобы всё это сделать?! От всего исходил еле заметный магический фон артефактора, свидетельствоваший о том, что он непосредственно приложил руки к созданию всего этого. Пока девушка стояла в ступоре, Тсорэл заполз на ближайший гамак и стал ждать, пока она придёт в себя. В её голове шли подсчёты цены всего этого. Разумеется, сначала просто восхитилась, а теперь ещё и поражается. Так происходит практически с каждым, кто хоть краем уха слышал стоимость любого из элементов декора. Ожидание откровенно затянулось, а руки были связаны не самым удобным способом. От скуки парень свесился человеческой частью тела так, чтобы достать до девушки и чмокнуть её в щёчку. Он до сих пор не привык, что не смотря на телесный цвет лица и брюшка до поясницы (дальше шёл естественный для вида окрас), это мелкая матовая чешуя, а не кожа. От неожиданности Ария сильно дёрнудась в противоположную от прикосновения сторону и уставилась на артефактора. Спокойное выражение лица, лёгкая улыбка, искорки в глазах — можно было подумать, что он пьян, но наги редко когда могут в таком состоянии свисать и не падать. Парень подмигнул и хвост начал перетекать на полку, выразительно вверх брюхом, от чего княжна смутилась и даже немного зарумянилась. Это ненормально, когда парень первым начинает намекать и предлагать близость, по крайней мере для неё это было очень непривычно, может, для нормальных девушек это в порядка вещей, но когда она была нормальной? Парень полностью перетёк на холмистую полку, но более мелких движений не прекратил, намекая на ожидание. Человеческая часть лежала на краю так, что грудная клетка была чуть смещена от вершины, а голова создавала впечатление запрокинутой. Шея была безбожно беззащитной, а малейшее движение кадыка заметным. Ария наконец-то начала подниматься, не без ощущения, что её загипнотизировали. Стянула с талии повязку и бросила куда-то на пол. Ей никогда не нравилось ощущение, что часть тела выворачивается наизнанку и начинает мёрзнуть, но здесь было тепло, да и она возбуждена сильнее обычного. От души ненавидя весь процесс, она с сожалением понимала, что это единственный законный надёжный способ найти того, кто подходит. Вы можете хоть век и более встречаться, быть парой, но уровень физической совместимости это не изменит. Как доказал опыт веков, к физическому подтягивается и душевное, ведь чем приятнее, тем меньше хочется это терять. *неактуально вне фанфика* Чужое тело сильно нагрелось, привлекая к себе ещё больше. Ариадна уже и не помнила, когда её партнёр теплел в последний раз. Наверное, это было до того, как за ней закрепилась аура насильщицы. Все последующие сохраняли обычную температуру. Наконец-то она прикоснулась и поняла (а было змеиное тепловое зрение), что тоже разгорячилась. От радости девушка схватила парня за бока и шею, больше по привычке, чем из необходимости, и нависда над ним, втягивая в поцелуй. Как же было приятно ощущать добровольную ответную реакцию. У неё невольно навернулись слёзы. Хотелось не то что отправить письмо отцу о том, что нашла, а сразу пойти под венец. Кольца чужого хвоста на себе ощущались естественно, как любимая подвеска. Он приподнял её как пушинку, хоть и был в хвосте в полтора раза тоньше, прижимая к себе сильнее. Воздух приходилось цедить из брюшных лёгких, лишь бы ещё чуть-чуть не отпускать друг друга. Нежность шеи была обманчива. Её клыки не могли прокусить или раздвинуть столь мелкие, почти прозрачные, чушуйки. Других парней Ария только пробовала и не позволяла себе их помечать, но он будет принадлежать только ей, пусть за это грозит немалый штраф, ведь все должны быть свободны. Раз болели и грозились сломаться основные клыки, то о змеиных не могло быть и речи. Это страшно бесило, но был ещё один вариант. Княжна приподняла артефактора так, чтобы он мог укусить её, но тот лишь поцеловал под челюстью и охватил кончиком хвоста талию, поглаживая стенки. Намёк был максимально прозрачен: сначала дело, потом тонкости. Действительно, как же без главного. Любое его действие было похоже на вызов. Если прикасаться, то только нежно; если целоваться, то до сбитого дыхания; если входить, то до упора. Он действительно ей подходил. Все остальные были мелкими и мелочными или уже заняты, да и то она с ними только общалась, до главного так и не дошли. Чувствуя своё и чужое напряжение, Ариадна решила сломать зубы, но присвоить себе. Чуть стоило надавить, как чешуя поддалась и два ряда зубов вошли в плоть, как в подтаявшее масло. Не успела она испугаться, как кольца сжались и подтянули её выше, удерживая внутри, пока у обоих проходил оргазм. Хватка ослабла и её отпустили. Рёбра нещадно болели, но сейчас была важнее чужая жизнь. Повернув голову парню, что пытался отдышаться, чтобы открыть обзор на рану, девушка обнаружила, что не вытекло и капли крови. Не понимая, как такое возможно, она наблюдала за тем, как белая чешуя окрашивается в красный вокруг ран, сами следы оставляя белыми. Попытка привязки была засчитана — он действительно принадлежит ей. Ариадне показалось, что она никогда не была так счастлива, как в этом момент. Слова подбирать не получалось, тело ослабело, мир зашатался, но было достаточно заметить розовые молнии в фиолетовой радужке, чтобы убедиться в том, что всё будет хорошо. Артефактор сглотнул, чтобы хоть немного смочить пересохшее горло, и перевернулся на живот, прося его развязать. Ария не смогла остановиться на узлах и начала его расплетать. Всё было как в тумане. Она первая спустилась и сначала не поверила тому, что его волосы спускались до самого пола. Кристально-белый водопад слегка колыхался в такт его дыхания, отражая огоньки светильников. Через несколько минут он спустился прямо с полки и первым делом поцеловал её в щёчку. Внезапно девушка вспомнила одну важную деталь, как будто очнулась и ей стало стыдно, что она это упустила. — Мы так и не познакомились, — заливаясь краской и отводя глаза, сказала она. — Как тебя зовут? — Тсорэл Квентико. Маг, артефактор. Мои родители королевская кобра и лучистая змея. Двести восемь лет, третий год в столице. — Ариадна Лорен Голд-Грей. Политик, местная княжна. Мои родители королевский питон и чёрная мамба. Сто шестьдесят шесть лет, последние десять лет путешествовала по странам наг в поисках мужа. Формальное приветствие было завершено и им пришлось разойтись. К сожалению, даже супруги не спали вместе, таковы традиции, что уж говорить про только будущую пару. *** Утром они закрыли магазинчик и отправились во дворец. Никто идти в тишине не собирался, по пути пара рассказывала друг другу различные истории из жизни, курьёзы, забавные ситуации, да и в общем им было весело, а окружающим нет. Парни чувствовали насильщицу со стажем и чуть ли не падали в обморок, а девушки отлично помнили историю, когда кто-то пытался пробраться в магазин чтобы что-нибудь украсть и сгорел заживо. Уж очень так удачно совпало, что перед дверью пролетал огненный дух и счёл это за нападение на себя. А ещё девушку, пытавшуюся приставать к артефактору, когда он только приехал, нашли освежёванной. Даказать так ничего и не удалось, следы вели куда угодно, но только не к нему. Они мирно пришли, их везде пропустили, хотя стража об этих историях знала не понаслышке, но вызывать на конфликт чудовище себе дороже. Тронный зал освещался полуденный солнцем через витражные окна. Путь оказался не близким, что вполне логично, учитывая, что они обошли весь торговый квартал, посидели в таверне, купили довольно много безделушек и долго выбирали обручальные чокеры. В итоге решили не брать ничего особо вычурного и взяли тонкий красный бисерный жгут с подвесками в виде янтарного солнца для неё и полумесяца из тёмного аметиста для него. Продавец почти падал в обморок, но в сознании его держала сумма всех тех украшений, что они захотели купить. На удивление, у парня было много денег, что он объяснил весьма просто. Все сначала смотрят на цену и выбирают выгоду, раз они не так уж и много теряют в случае неисправности, потом убеждаются в качестве, приходят ещё и ещё, рассказывают друзьям и в итоге у него закупается полстолицы, а всем остальным либо не нужны артефакты, либо они считают себя слишком богатыми, чтобы вестись на низкие цены. Если говорить про стоимость материалов и их обработки, то он маг и что-то собирать и делать самому ему проще. Она застала его в тот редкий момент, когда он пользуется руками, хотя обычно процесс похож на фабричный. Антоа на торжественной лежанке не нашлось, поэтому Ария повела Тсорэла в левое крыло, где распологались спальни императорской семьи и гостевые комнаты, а также помещения для музицирования, рисования, танцев и прочего культурного времяпрепровождения и отдыха. Как ни странно, мужчина нашёлся в своей спальне за столом с её письмами, на которые просто смотрел, думая о чём-то своём. Комната была практически вся чёрной. Дверь, ручка, стены, пол, потолок, кровать, балдахин, лежанка, шёлковое постельное, шкаф, комод, стол, торшер, шторы, прикроватные коврики — всё было чёрным с тонкими цветными подсвечивающимися узорами. От того серовато-коричневый окрас её обладателя, и без того бледный и нездорово мутный, казался ещё более болезненным. Тёмные пшеничные волосы хоть и были аккуратно подстрижены и уложены, но их вид не вызывал ощущения жизни. Когти тонкие и как будто обломанные. От резкого голоса дочери он вздрогнул и испуганно, на секунду даже растерянно, посмотрел в их сторону. — Пап! Я не успела об этом написать, поэтому сообщаю лично: я выбрала себе мужа! Пожалуйста, познакомьтесь! — Великого благословения императору, — попроветствовал парень, выглядящий чуть старше правителя, поклонился и протянул верхнюю левую руку. — Тсорэл Квентико. Маг, артефактор. Мои родители королевская кобра и лучистая змея. Двести восемь лет, третий год в столице. Клянусь быть верным мужем вашей дочери и по мере сил помогать империи. — Тепла в жизни твоей, благородный наг, — отец вышел из ступора и приблизился к мужчине. Ему было немного неловко, но статус иногда был важнее возраста, пусть разница и небольшая. В голову невольно закралась мысль, что всё-таки рано он решил обзавестись зятем, но отступать было уже поздно, поэтому наг, немного зависнув на том, что ему протянули левую руку, правой рукой взялся за чужое запястье и положил ладонь на свою холодную грудь. Тсорэл вопросительно поднял бровь, но ничего не сказал. — Антоа Гера Голд. Политик, император. Мои родители чёрная мамба и королевская кобра. Сто девяносто шесть лет, несколько месяцев назад выиграл войну... Позаботься обо мне и моей дочери, — для правителя было сверх его сил ни разу не обратиться по возрасту, такое воспитание. Обычно, если правитель младше того, кто к нему обращается, те посылают своих детей или слуг, чтобы не было неловкости. Антоа неохотно отпустил чужую тёплую руку и кивнул дочери, чтобы она вышла из комнаты. Девушка понимающе кивнула и закрыла за собой дверь. — Как давно и какие проблемы уже есть? — Тсорэл без малейших колебаний обнял императора, сильнее прижимая того к себе, а правитель был и не против, только блаженно выдохнул куда-то в район шеи от долгожданного тепла. — Около шестидесяти. Светочувствительность, голод, бессонница, общая слабость и слои кожи растут, но линьки нет. — Когда была последняя линька? — Тсорэл подобрал чужой хвост и заполз на кровать. Та страдальчески скрипнула, но выдержала утроенный вес. Надо будет немного поменять интерьер. — Лет сорок назад, может, сорок пять... — у Антау слипались глаза, но он продолжал говорить, утыкаясь лбом в нижнюю челюсть. — Я не хотел торопить Арию, да и сам, оказывается, ещё не готов, но тело решило иначе и... — перебивать, разумеется, нехорошо, но возраст позволяет. — Вам не надо оправдываться, — Тсорэл поглаживал младшего по голове, сплетая хвосты для большего контакта. — Но, если не секрет, почему вы не нашли медовую девушку? — на самом деле это очень серьёзный вопрос, ведь у правителя должны быть при дворе медовые змеи, что имеют самый низкий шанс стать насильщицами, а так же они маленькие и неядовитые. Где хотя бы одна, раз у Антау нет жены? Гера не знал куда себя деть. Из-за волнения сонливость временно отступила. Наг чуть отодвинулся и посмотрел в фиолетовые глаза. Он очень боялся увидеть в них снисхождение или навязанность, но смог заметить лишь интерес. Внезапно мамбе показалось, что взгляд проникает в сознание и душу. Только он хотел испугаться, будущий зять прижал его обратно и тихо гортанно засмеялся, после сказав: — Ничего страшного, я всё понимаю. А теперь спите, я никуда не уйду, — приподнял их магией, чтобы вытянуть одеяло и накрыться им. Ситуация самая что ни на есть элементарная. После смерти жены Антоа перестали интересовать девушки, то есть в последующую пару лет не удалось найти хоть сколько-то схожую по характеру, зато были похожие парни, буквально в числе придворных. Он не смог побороть романтический интерес и решил вовсе отгородиться от каких-либо контактов, вредя себе. Тсорэл не удержался и вместо поцелуя в лоб на ночь выбрал целью чужие тонкие губы, сминая их без лишней спешки, давая правителю время решить, несколько он уверен в своих желаниях. Тот смотрит со смесью неверия и радости, тут же отвечая. Нье не мог не отметить, что это было самое приятное и лёгкое знакомство с чужими родителями из всего списка. Может, это знак и вся жизнь в этом мире будет проще? Хотелось бы в это верить и не видеть всех возможных проблем. *** Тсорэл проснулся спустя пару часов и поспешил к Арие, наплевав на то, что она не показывала, какая комната её. Полусонная девушка приняла жениха с распростёртыми объятиями, но тут же проснулась, когда жених начал проявлять конкретно направленный напор. Ей одного взгляда в чужие глаза хватило, чтобы понять причину. Княжна лишь больше убедилась в том, что сделала правильный выбор. Метка горела больше всего и было лишь вопросом времени, когда Антау заметит её, а пока его волновало только тепло.