Технические неполадки

«Телевещание прервано в связи с техническими неполадками. Просим вас пойти нахуй за доставленные неудобства»

      Эта надпись висела уже третий день на оккупированных Вокстеком каналах. Абсолютно все программы, где хоть как-то должен был быть задействован плосколицый, были приостановлены, что вызывало если не хаос, то как минимум критический упадок рейтингов и средств соответственно. Валентино пришлось заставить своих сучек работать раза в три интенсивнее, чтобы держать их имидж на плаву, бедняжки наверняка получили не один десяток мозолей, но если бы оверлорда это волновало, он бы не был на своём месте. В конце концов, как ещё нужно поступать, когда в твоей власти сомневаются? Все Ви были друг от друга зависимы, и теперь понимали это наверняка. Их дела расходились по швам, стоило Воксу ненадолго оставить свои обязанности. На самом деле никто из них троих не думал, что такое может произойти, но их неофициальный главарь простудил свою квадратную голову. Как? Чёрт его знает. Может, постоял после душа у открытого окна, или ещё что угодно, какая вообще разница? Его позорный выход из эфира забыть было невозможно. Перегрелся прямо с проводами в башке, чуть не спалив систему связи к хуям. Восстанавливали бы ещё лет десять, если бы не заметили его сразу. Он то приходил в сознание, то уходил в «безопасный» режим из-за перегрева, а потом шумел, пока система пыталась его охладить. Звучало это довольно жутко.       Ещё один мерзкий и до жути запарный день. Они с Вельвет перебирали задачи, как могли, меняясь то там, то здесь, ещё и уделять время на «посидеть с полудохлым телеком» надо. Могли ли они отправить его болеть в специальное для этого учреждение? Конечно нет. Во-первых единственная нормальная на весь Ад больница находится на другом кругу, в то время как на Гордыни стояли одни развалюхи, построенные на деньги активистов, а во-вторых Вокс бы прибил после такого решения (как только смог бы), ведь никто, кроме них, не имеет права видеть его в таком состоянии и тем более проводить манипуляции. Оверлорд в слабом состоянии равняется падению такой необходимой, но шаткой вещи, как репутация. И вообще, не любил он, когда какие-то левые дилетанты к нему прикасались.       Вэл раскрыл шубу, оставляя болтаться за спиной, чтобы не мешалась, убрал шляпу, а остальная одежда хаотично летела на пол, пока он двигался к комнате. Китти приберёт всё на свои места, не впервой. Их башня в плане пространства была для них идеальной. У каждого по своему кабинету и один общий, также со спальнями, самая большая, общая, и несколько раздельных, если захотят друг от друга отдохнуть. Сейчас же в основном проводили время в самой большой и самой главной. В отличие от своих младших по росту, как он сам их называл, Валентино привык ничего на себя на ночь не надевать. Так и ложился, иногда заворачиваясь в шубу, которую снять попросту невозможно (возможно, но давайте не будем об этом).       Упал прямо рядом с перегревшимся, из-за чего матрас немного «попрыгал», а сидящая у кровати Вельвет вздрогнула. Задремала прямо здесь, бедняжка. Она в целом любила поспать, поэтому у неё в гардеробе хранилось с десяток пижам на любое состояние кожи и настроения. Сейчас это было полосатенькое платьице с бантами, простое, немнущееся и не стесняющее движения. — Как проходит? — мотылёк заговорил первым, опуская взгляд к тёмному экрану. — Одинаково. То опускается, то поднимается, но в основном стоит на 85. — Плохо.       Без третьего всё у них как-то застопорилось, не считая появления неоплачиваемых сверхурочных. Вэл всё так же орал на своих шлюх и не стеснялся прикладывать руки, всё ещё мог застрелить кого-то в коридоре из-за того, что вернулся с перекура на минуту позже договорённого времени, но в остальное время как-то тускнел. Истерил поменьше, и в целом мало разговаривал. Головой был не на площадке, а в той самой комнате. Вельвет своим девочкам тоже дерзила поменьше, вплоть до того, что одобряла или отклоняла дизайны кивками головы. Оба переживали за то, как бы у телека микросхемы не поплавились.

***

— Вэл, хватит уже. Твоё время кончилось полтора часа назад. — Отъебись.       Поднял нижнюю руку, демонстрируя девушке средний палец, а потом убрал вниз, на законное место. На теле оверлорда. Всеми руками Вэл его приобнимал, заглядывая на экран, где танцевали серо-розоватые помехи, иногда меняя оттенок на бледный болотистый. Видимо так и выглядят сны при высокой температуре. Да, иногда у Вокса его сновидения выводились на экран, порой этот момент удавалось поймать, в основном Вельвет, не спящей до позднего часа из-за скроллинга, а та уже подключала Валентино. И чего они там только не насмотрелись. И падение небес на его балкон, и какие-то дурацкие идеи, вроде электрических банок из-под фасоли с оригинальным дизайном, которая принесла миллиарды, приторно-сладкое воспоминание о свадебной церемонии, гротескный сюжет о том, как вместо монитора у него на шее духовка, и даже эротические сны с Радио-Демоном. Зачастую это было поводом посмеяться, но теперь не хотелось. За прошедшие сутки состояние теле-демона немного улучшилось, он даже пробовал подняться и пару часов вполне находился в адеквате, но потом вырубился снова.       Они с Вельвет разделили «время посещений», чтобы успевать и по делам, и по лечению, но иногда случались вот такие… Заминки. — Серьёзно, ты его только сильнее подогреваешь, съеби. И вообще, я тоже хочу с ним полежать.       Валентино нахмурился, пряча лицо. Изначально она ведь понравилась именно Воксу. Вэл проникся уже после, но даже так хотел забрать её не более, чем в свои актрисы, однако Вокс убедил, что мозги бархатной пригодятся им намного больше, чем всё остальное. И как же он с этим не прогадал. А там уже сблизились все вместе, и всё остальное… Но сутенёр всё равно замечал особенно яркую искорку между ними двумя. Даже странно, как он мог быть настолько ревнивым при всей своей натуре. То к своей же партнёрше, то к какому-то паршивому оленю, а иногда и к журналисткам. Так почему сейчас, когда Вэл позволяет себе побыть мягкотелым и просто полежать с тем, кого любит, она пытается ему мешать? — Ладно, ещё тридцать минут. Потом всё. Почтовый ящик уже разрывается.       Вздыхает и, дёрнув хвостиками, покидает комнату.       А он всё ещё здесь. Водит по его груди и шее пальцами, а в голове пусто. Почему-то ощущение такое… Ноющее. — Вокси…       Пододвинулся совсем близко, чуть не касаясь динамиков губами, после исполняя самым бархатным шёпотом, который только был способен выдать: — Te amo.       У самого пробежали мурашки, когда отстранялся. Воксу всегда нравилось, когда он произносил это именно так. Вэл в целом очень редко что-то такое говорил или показывал, а в подобные моменты начинал об этом жалеть. Потом, конечно, ничего не менял в своём поведении. Как же он сейчас на себя злился. Всё-таки под этим шерстяным куполом ещё было сердце, и оно билось, и могло болеть. И всё-таки, когда он в очередной раз признался в этом, стало немного легче. Он даже смог заставить себя встать и уступить Вель место.

***

      Совместными усилиями, своего негласного главаря они всё-таки реанимировали. Шансов на то, чтобы восстановиться, у него практически не было. Слишком много дел у него накопилось. Вроде всё вернулось на круги своя. Снова крики, выстрелы, истерики и работа, которой стало совсем чуть-чуть меньше. Лёгкая улыбка отразилась на лице. Валентино её не видел, стоя у Вокса за спиной, но был в ней уверен. Уложил ладони на плечи, чуть сжимая. Не с целью удержать. Как ему нравилось наклоняться вплотную к динамикам, улавливая волны мурашек на коже своего ненаглядного. — Как давно ты обновлял подписку на свой антивирус? — Мне не нужно платить за него. Я его сам создал. — Точно. Тогда переделай.