LIVE - Spase Sky Sapphire

***

Снова новый день

Холод и метель

Скрой это во мне, немая тень

— Эй! Смотри, куда прешь! — рявкнул на него сиплый мужской голос. Видно рабочий день вымотал, сделав мужчину недоброжелательным участником движения подземки. — Еп! — только и успевает сорваться с губ, падающего парня. По инерции задевает молодую миловидную девушку, что зашипела в ответ, не хуже мегеры. Как же обманчива внешность. Что с людьми, что с целыми городами.       Вечернее метро. Самый час пик. Пятница. Все возвращаются с работы, спешат на встречи с друзьями, родственниками, запланированные задолго на неделе. Московское метро никогда не было приветливым. По крайне мере для Ивана. Все, также, как и много лет назад. Казалось столько воды утекло. Из «никого» он стал «кем-то».              …Но…              Честно говоря, Иванов все чаще приходит к выводу о том, что ничего особо не в его поменялось. Альбинос быстро поднимается на ноги, игнорируя саднящие колени. Старается натянуть капюшон, опустить шапку на весь лоб. Быть знаменитостью в метро не так уж и трудно. Прохожие даже не допускают мысли, что могут встретить тебя здесь. Тут главное вести себя естественно. Поэтому Иван как можно более естественно и невозмутимо пытается достать симку из разбитого дорогущего смартфона. Этому товарищу кирдык. Полный. Техника безжалостно летит в мусорный бак. Конечно, можно было бы продать на запчасти, выручить неплохие деньги, однако эта такая канитель. Некогда таким заниматься.              Когда он впервые приехал покорять столицу, при нем был маленький кнопочный телефон, купленный на бабушкину пенсию. Тогда его точно также толкнули на многолюдной станции метро из-за чего аппарат выпал. Только вот в отличии от смартфонов, экраны кнопочных не так легко ломаются.              «Главное, не забыть переставить…» — проговаривает парень, надеясь, что таким образом воспоминание всплывет в нужный момент. Такого, естественно, не произойдет, но Ваня уже опаздывает. Значит, напоминалки писать времени нет. Домашняя сим-карта меняется на рабочую. Да, иметь два телефона как-то по-буржуйски. Особенно, если учесть тот факт, что в рабочем тоже есть контакты родных, но какой-то внутренний Плюшкин не давал ему столько лет выкидывать кнопочный телефон. И, о надо же, как же ему повезло прислушаться к своим хотелкам.       Главное потом не забыть переставить, чтобы незнакомые номера не задолбали со звонками. Его сталкеры сливают номер в частную фанатскую группу. В какой-то момент Иван просто перестал менять симки. Задолбался. Завел "рабочую", которую раздавал всем направо и налево.              Но сейчас не об этом. Менеджер с него три шкуры сдерет, если опоздает на свой же второй дебютный концерт.       

Снова одинок

Может, я не тот?

Злые мысли, кто бы мне помог?

      «У меня сегодня дебют. Второй раз в жизни»       «Если есть свободная минутка, может придешь? Я дам номер менеджера»       «Твоя поддержка много значит»       «Черт, наверное, звучу очень шаблонно»       «В общем, буду ждать»       Ни одно сообщение, доставленное ей не прочитано. Ох, как же все глупо вышло…       «Может, я не тот, кто сделает ее счастливой…» — на самом деле, не самое лучшее время для самокопаний, но что еще делать в забитом вагоне метро пока едешь до конечной станции?       Известный актер, добирающийся на свой дебютный концерт, как певца, самостоятельно. Даже не на такси. Звучит, как отличный зачин для какого-нибудь веб-сериальчика. Только не понятно к чему это все должно привести. Менеджер предлагал ему много вариантов, которые Ваня сразу же отмел. Никто не настаивал. Его компания просто позволила ему делать то, что он хочет.       Не потому что доверяют.       Потому что его популярность достигла таких масштабов, что не важно, что он делает. Всегда можно выпустить пост опровержение в который поверят фанаты, желая оставить образ чистым и невинным.       Поэтому теперь им все равно, что он делает.       Фанаты, компания, коллеги…их так много и вместе с тем, почему он почти всегда один? — Даже некого было позвать…что за сюр. — Ване хочется плюнуть самому себе под ноги. Так старался, так долго шел к цели. А в итоге добился…чего? Среди людей, которыми он себя окружил даже некого было позвать, чтобы те поехали с ним на метро до концертной площадки.

Вечером, в холоде

В маленькой комнате

В этом злом городе

Я тону в омуте

      «У меня сегодня борщ на обед»              Ваня грустно вздыхает. Закусывает губу. Бабушка хочет, чтобы он приехал навестить ее. Почему-то люди старшего поколения не могут просто пригласить в гости. Всегда ищут какой-то предлог, от чего отказывать становиться всегда неловко. Он прекрасно понимает, что люди не вечны, особенно пожилые, но в рутинные дни так сложно выкроить время на дорогого человека. На выходных, когда из желаний просто выкинуть все из головы, совершенно не приходит мысль о том, что ему ничего не стоит навестить бабушку.              Стыд ядом расползается по телу. Ваня даже не будет придумывать для самого себя тупые отговорки. Мог? Мог. Но не сделал.              «Сегодня много работы, я завтра забегу, ладно?»       «Хорошо надеюсь ты хорошо кушаешь[][][]»              Живот предательски урчит, напоминая, что сегодня парень не закинул в него ничего съестного, кроме булки с вареньем из автомата с напитками. Губы подрагивают от настолько теплого сообщения бабушки. Она даже смайлики научилась набирать на новом телефоне, чтобы общаться в современном мессенджере. Жаль, что кнопочный телефон превратил их в непонятные квадратики. На глаза наворачиваются слезы, которые парень без труда останавливает. Звание лучшего актера заслужил не просто так. Он превосходно контролирует свое тело, включая некоторые физические реакции.              «Да, все хорошо, не переживай»              Вагон заезжает в тунель. Ваня не видит кнопку, чтобы отправить «успокаивающее» сообщение.

***

— Вечером, в холоде, в маленькой комнате. — непревзойденный мастер в изменении голосов. Ваня превосходно чувствует ритм, что играет у него в наушнике, — артисты носят его, чтобы отражающаяся музыка не мешала попадать в ритм и тон песни, — делает свой тембр сильно ниже привычного. Песня немного депрессивная, медленная и ленивая. Одна из первых, что он написал, когда был трейни. Она открывает концерт.       На который она не пришла. — В этом злом городе, я тону в омуте! — кричат самые заядлые фанаты, знающие строки песни. Таких тут не мало, посему лицо Вани трогает улыбка.       Он столько лет не был на сцене. Это совершенно отличается от пьесы в театре и уж тем более съемок в кино. Нравиться ли ему это?...       Сложно сказать.       Возможно "да", возможно "нет".       Время течет и даже подобные перемены становятся для артистов Сапфировой корпорации не больше, чем рутиной.

Снова темнота

С ночи до утра

Боль в душе, как черная дыра

— Отлично выступил. — Спасибо.       Стафф начинает нервно шнырять туда-сюда. Концерт закончился, значит, нужно поскорее закончить с обязанностями, чтобы свалить домой. Но Ваня не думал, что его главная соперница и причина перечеркивания карьеры певца придет посмотреть на его дебют.       Возникает невольный вопрос. Не посмеяться ли пришла? Нет. Ни в коем случае. Ей такое не интересно. Собственно, как и карьера певицы. То за что сам Ваня отдал бы душу еще лет пять назад. — Ждешь кого? — Слава. — М-м-м…только его пригласила? — Иван имеет ввиду из всех возможных. — Остальные сами пришли. — Вот как. — Геле понравилось.       Тишина вновь возобновляется. Между ними нет неловкости. Они соперники, но по большей части им уже нечего делить. Былой запал пропал. Больше нет огня. Лишь истлевшие угольки. Соперничество растворилось в "холодное отношения". Они не были интересны друг другу. Ни как люди, ни как кумиры, ни как соперники. Они вдвоем просто вынуждены существовать, ака коллеги из разных отделов, встречающие друг друга только на корпаративах.       Все, что Ваня хотел узнать уже узнал. Притащила половину первого развлекательного отдела вместе с собой. В принципе все, как предполагалось. Более водить разговоры с Валерой бессмысленно. Он проверял. Та не отвечает больше положенного. Иванов же слишком устал, чтобы пытаться расплести ее язык. — Фина пожелала тебе удачи.

Спросишь: «Что не так?»

Силы соберу в кулак

И закрыв глаза, уйду во мрак

      Валерия видит, как резко парень сжал руки в кулак. Шумно выдохнул. Наклонил голову, тем самым опуская тень на глаза. Вид Ивана стал довольно пугающим. Игнорируя все вышеперечисленное, брюнетка продолжила: — И попросила больше не писать ей. — Понял. Сделал глупость. — … — … — …Как она? — Я не знаю. Мы не общаемся. — Откуда тогда…? — Роза. — на вопросительный взгляд поясняет. — Новая телохранитель. Ее младшая сестра. — …Все еще убиваешься по ней?       Ваня тяжело вздыхает, падая головой в колени. Ему требуется всего пара секунд, чтобы взъерошить волосы и повернуться к ней с лучезарной счастливой улыбкой. — Конечно, нет. Это же глупо.       Валера кивает, соглашаясь не столько с Иваном, сколько со своими мыслями. Она долго что-то обдумывала, будто прикидывала стоит ли переходить свой дневной лимит использования слов для ее социальной активности. Но на глаза попадается светлая макушка, мелькнувшая в коридоре. Брюнетка уходит по-английски, оставив после себя шлейф дорогих духов.       Стоит двери в гримерную за ней закрыться, как парень убирает фальшь с лица, подпирая усталую физиономию ладонью. Глаза теряют блеск интереса к жизни. — Это глупо, а я самый большой дурак на земле, так что…       Палец клацает по выключателю, погружая все в темноту. Иван стало прикрывает глаза.       Когда же это закончиться? Когда все станет нормально?

Вечером, в холоде

В маленькой комнате

В этом злом городе

Я тону в омуте

      Съемная квартира встречает его холодом и сквозняком пластиковых окон. Родители не понимают его позиции упертого барана, который не хочет покупать свою квартиру. Те даже буквально пытались всучить ему довольно неплохой вариант рядом с компанией, но Ваня и тут нашел как сломать чужие планы. Тот просто отдал квартиру и ключи в распоряжения приятеля.       Недвижимость…это всегда сложно. Это заставляет тебя привязаться к определенному месту. Ваня еще не готов к такому серьезному шагу. Он все еще не заполучил человека с кем хотел бы сделать, то громкое слово, которое называют «домом».       Ваня всегда добивался всего упорством. В учебе, карьере. Он настоящий бесталанный трудоголик. Вот только на любовном фронте оказалось все куда сложнее. Они оба старались. Старались ради себя и друг друга. Это привело к тому, что его вторая половинка просто «сгорела» от усталости, ответственности, давления. Ваня готов тащить отношения на себе, пока ей не станет лучше. Но он не знает, сколько это продлиться.       Не знает, сколько еще сам протянет, чтобы не выгореть окончательно.       Не знает, сколько еще сможет вынести отторжения второй половинки.       Он так хочет хотя бы поговорить с ней. Увидеть на часок другой.       Но сегодня вечером, его ждет только холодная постель съемной квартиры.

Вечером, в холоде

В маленькой комнате

В этом злом городе

Я тону в омуте

— Ох, надеюсь, Слава не запалит, что я в пол второго ночи гуляю по мусоркам. — ворчал Ваня, пытаясь рассортировать мусор по нужным бакам. Возможно, он делает хрень, - да еще и вспоминает при этом ненавистного выпендрёжника из "высших серафимов", живущего где-то в этих домах, - так как все равно приедет мусоровоз и свалит все в одну машину, но бабка-консьержка и остальные жители дома будут осуждающе испепелять его взглядами, если он не будет вести себя, как порядочный гражданин.       Внезапный порыв «свидания» с мусоркой был обусловлен тем, что позавчера Иван ел креветки, поленился завернуть их в газетку прежде, чем выкинуть. Ночной рейд на кухню был превран «специальной спасательной операцией по устранению и изгнанию зловонного рыбьего духа». Серьезно, еще бы день и соседи бы наверняка сами пришли, чтобы вынести его ведро и его самого из квартиры. Они…такие…интересные кадры в общем. — Да… Да… Нет… Уже почти у дома… Хорошо… Да… — Иван удивленно поворачивается. Неужели в этом мире есть такие же идиоты, как он?       У него замирает дыхание, когда он видит розоволосую девушку, которая замахивается, чтобы перебросить мешок в мусорный контейнер. — Рафина… — шепчет Иван, будто увидел нимфу из древнегреческой мифологии. Любимые глаза с розово-фиолетовым оттенком смотрят в его. Он готов тонуть в ее омутах вечно. — Ой!       Мусорный мешок выскальзывает из рук девушки. Набитая картоном и бумагой, пакет заезжает Иванову по голове.       Они кстати так и познакомились.       «Все-таки особо сильно не изменилось…» — думается Ване.