Времяпровождение летним тихим вечером

У любовных парочек существует множество идей, чтобы провести время на досуге в компании друг друга. Просто забыть обо всех и вся и думать, что в этом мире существуют только они. Из это можно перечислить прогулки днём или ночью, держась за руки, посиделки в каком-нибудь тихом заведении, или же обычное времяпровождение дома под просмотром фильма или чтением книги. Можно ещё добавить всякие вкусности и наслаждаться моментом. Конечно это субъективное понятие о времяпровождении в паре, потому что у каждого есть свои предпочтения в характере каких-либо занятий. Например, хочется вдвоем пошуметь, и для этого выбирают оживленные места, бурлящие музыкой и голосами, в которых тоже возможно утонуть вместе со своей любовью в атмосферу гармонии. Или же создают звучность у себя дома, если посторонние не желанны рядом. Но сейчас речь пойдет о двух любителях тишины, мечтавших о ней большую часть жизни, и решивших устроить себе спокойный вечер только в компании друг друга. Прошло полнедели с начала двухнедельного отпуска СССР и Третьего Рейха в одном из отличных и роскошных отелей города N, расположенного недалеко от чудесного моря. Эти несколько дней длились для них бесконечностью, так как наши герои времени не теряли и успели обойти все места, которые можно. Если выражаться точнее, то инициатором этих побегушек был Совет, который оправдывался тем, что стоило сначала найти все места, где лучше поесть, где лучше выпить, где лучше развлечься и отдохнуть. Тогда можно со спокойной душой топать в проверенные заведения остальные дни и не беспокоиться, куда идти, где ближе и дешевле. Союз вообще был таким человеком, который, сколько себя помнит, постоянно как-то трудился, не умел сидеть спокойно на месте, желая чем-то заняться. Так и сейчас это у него осталось. Всё время что-то делает. Даже полодырничать не даст. Хотя такого активного мужчину никогда не увидишь с лишним весом — быстро выжигает. Поэтому он всегда остаётся в отличной форме. У Рейха было наоборот. Он умел распределять свое время и знал, когда он хочет отдыхать и ему нужно отдыхать. И как раз те самые побегушки немец смог выдержать, правда, столько негодования он озвучил своими устами, столько пота выделилось из его кожи. В принципе, оба надеются, что этот отпуск поможет Союзу "облениться", ведь предоставлено столько условий, чтобы гарантировать это каждому человеку, отдыхающему здесь. Да и сам Савелий пообещал любимому, что постарается окунуться в ленивый отдых. Что и выполнит этим вечером. Наконец-то время за семь вечера. Немец и русский вернулись в номер. Оба, как захлопнули входную дверь, сразу громко облегчённо выдохнули, так как их встретило проветренное помещение, прохлада которого приятно коснулась разгорячённой кожи, находившейся под палящим солнцем долгое время. Рейх мигом избавился от своей обуви, пнул её в сторону, и поковылял к охлаждённой постели, а после и упал на нее, распластавшись в позе звезды. Союз тоже снял шлёпанцы и прибрал ещё и чужие, поставив обе пары у входной двери. Рейх успел уйти в себя, как почувствовал что-то ледяное, прикасающееся к его пальцам. Немец поднял голову (он лежал на животе) и увидел сидящего Союза на полу у кровати, таким образом, предлагающего выпить по банке холодного пива прямиком из небольшого холодильника в их номере. Август молча принял напиток, и тишину пронзила пара пшикающих звуков открывания алкоголя.

***

Опустошив банку, немец от скуки подполз к тому краю кровати, у которого все ещё сидел русский, смотрящий в пустоту. Тот тоже допил пиво и задумался. Тишина даёт возможность с лёгкостью уйти в себя и без особых мыслей. Рейх нежно обнял плечи любимого и упёрся носом в изгиб шеи. — Хочу ещё освежиться, мне не хватает, — пробубнил в кожу. Союз очнулся и вдруг вспомнил, с чего можно начать их полноценный ленивый отдых. Немцу очень понравится. — Можем вместе принять ванну. Тёплая водичка с пеной, ароматизаторами, только ты и я. Хочешь? — начал перечислять прелести данного занятия Совет, повернув голову к любимому. — Очень, — протянул немец, — остановимся на тёплой водичке и нас — это сейчас было бы более, чем достаточно. Ты мне заменишь пену и любые другие добавки. За такие приятные для Савелия слова тот повернулся всем телом к Августу (до этого он сидел спиной к нему) и поцеловал немца в щеку, а после, поднявшись, направился в ванную всё подготавливать. Сразу после того, как дверь закрылась, Рейх встал с кровати и подошёл к шифоньеру. Он достал оттуда два бархатных белоснежных халата на поясе и пару таких же больших полотенец, чтобы при выходе из воды было чем вытереться и укрыться. Немец взглянул на размеры накидок и хмыкнул от мысли, что такое будет маловато для того здоровяка. Как он вообще наденет этот халат? Вещи были аккуратно сложены двумя стопками на кровать. А за стенкой был слышен шум сильной струи воды, заполняющей ванну. Русский совсем скоро вернулся и дал понять немцу, что нужно подождать какое-то время, пока она заполнится.

***

Через несколько минут вода была выключена, и Союз позвал Рейха купаться, выглядывая из широко открытой двери. Сам немец воодушевлённо побежал в ванную, радуясь, что, спустя долгое время с последнего раза, это вновь случится. Совместное купание — одно из любимых занятий нашей пары, которое приводило их в восторг, ведь было очень приятно сидеть вплотную друг к другу, касаясь каждым участком кожи об тело любимого в узком пространстве. И вот, Рейх снова испытает те великолепные ощущения тесного физического контакта с Союзом. Их встретило довольно просторное помещение с крупной по объёму ванной, наполненной прозрачной водой, и она казалась даже чуть глубже, чем дома. Немец и русский ещё не пользовались ей за эти 3 дня, а только душевой кабиной с прозрачными стеклянными стенками неподалёку от ванны, чтобы только смыть с себя пот и соль. Сама комната была выполнена в приятных тонах: потолок и стены бежевого цвета, а пол обложен белой плиткой с серыми фигурами так, что узор напоминает лепестки цветов. Ванна была похожа на широкую прямоугольную коробку, внешние стенки которой были прямыми в бежевом цвете, но на тон темнее. Союз первым начал раздеваться, чтобы им легче было поудобнее лечь. Ему нужно было всего лишь снять кремовые бриджи и трусы, так как верха на нём уже не было — жарко. Футболка проветривалась на балконе. Мужчина залез в тёплую воду и облокотился на пологую стенку ванны. Из-за того, что она не была настолько длинной, Савелию не удалось полностью выпрями ноги, поэтому он, как всегда, сильно упирался в противоположную стенку ванны без возможности опустить колени в воду (только, если положить ступни на бортик). Совет поднял взгляд на Третьего: тот все это время стоял к нему спиной, потому что не хотел сейчас возбуждаться от обнажённого вида любимого, но как только услышал плеск воды, то нарочно стал медленно расстёгивать пуговицы своей голубой клетчатой рубашки и так же стягивать её со своих широких плеч, открывая взор на рельефную аккуратную спину, на которой красовалась чёрная татуировка его собственного герба — Имперского орла, простирающегося от лопаток, плеч и почти до поясницы Рейха. Да только тыл весь был усыпан крупными шрамами, особенно в районе узорчатого кольца со свастикой внутри, сжимаемого когтистыми лапами орла. Это место было растерзано ножами не будто, а действительно для того, чтобы перекрыть царапинами символику и не оставить от неё ничего. Также можно упомянуть, что ещё оставлено по длинному шраму в трёх местах: поперёк шеи орла и обоих крыльев, создавая эффект расчленения герба. Но отбросим жестокость, сейчас мы не должны так же на этом зацикливаться, как наши герои. Они уже давно привыкли к этим шрамам и, можно сказать, не обращают на них внимание. В какой-то степени даже могут любоваться тем, как тела украшены. Рейх повернулся лицом к Союзу с лёгкой улыбкой, ведь он специально так медлил, позволяя дивиться каждым изгибом своего крепкого тела. Советский тем временем держал взгляд на немце, прикрывая расслабленным кулаком свою довольную ухмылку, всё крутя в голове: "Красавец. Красивый чёрт". Но как бы Союз не пытался скрыть эмоции от восхищения, глаз его выдавал. — Наслаждайся, пока я разрешаю, — нарушил тишину немец, уже медленно стягивая с себя белые трусы. Русский считал, что Августу очень идёт белый цвет, сочетается с его красной кожей, что верхняя одежда, что нижнее бельё, как и его белоснежные, аккуратно уложенные волосы. А Рейху было без разницы, какого цвета трусы носить, никто их не увидит, кроме как дома, но даже это не факт. Но, если кто-то будет положительно отзываться о его одежде, это будет льстить немцу и тешить самолюбие, что тот захочет слышать больше комплиментов. Наконец Август предстал перед любимым абсолютно нагим. Взору дана идеальная мужская стройность с выразительным прессом, узким тазом с подтянутыми ягодицами, а также нехилыми бёдрами. Ариец грациозно перешагнул борт ванны и сел к Советскому между его уже раздвинутых ног, облокачиваясь спиной на его грудь. Погрузившись в тёплую воду, Рейх заметил, что успел чуть-чуть подмёрзнуть в спальне под дуновение прохладного ветра из открытого балкона и включённого кондиционера. Наконец-то идиллия. Двое любящих друг друга мужчин сидят полулёжа в ванне в приятной тишине. Единственное, что слышно — их дыхание и периодические лёгкие плески воды от спонтанных движений. Союз обнимал Рейха, обхватив его живот руками, чтобы никуда вдруг не сполз, и тёрся носом об белую макушку, вдыхая приятный запах чужих волос, прикрыв глаза. Он столько всего готов сделать для него, так его любит и боится потерять. От этих мыслей Савелий стал целовать светлую головушку, наклоняясь ниже — ухо, он притянул любимого ближе к себе, чтобы нежно коснуться губами к желанным шее и плечам без лишних наклонов. Мужчина был готов замурчать от приливших чувств. Немец так бы и сидел, довольствуясь и принимая ласки, но он очень сильно хотел ответить русскому тем же. Поэтому, привстав, Рейх повернулся всем телом к Союзу и впился в его губы, крепко обнимая за шею. Уста были такими вкусными после сладких коктейлей в сочетании с недавно выпитым пивом, что нельзя было отлипнуть. Самая прелесть была ещё и в пухлых губах Совета, которые Третий с жадностью сминал своими тонкими и покусывал острыми зубами. Если бы кто-то спросил Рейха, какого целоваться с мужчиной, то он ответил бы, что так же, как и с женщиной, только в его случае подбородок покалывает чужая борода и редко — усики. В дополнение ко всему, он нежно просунул пальцы в чёрные кудри, пуская в ход свои острые ногти, и начал почёсывать затылок, делая своеобразный массаж. Довольное мурчание не заставило долго ждать. Немец спустился на чужую широкую шею, покрывая её полчищем страстных поцелуев, но не думая использовать зубы, чтобы покусывать, опасаясь возбуждения Совета, этот участок тела — одна из его эрогенных зон, а они оба не желают заканчивать совместную ванну интимом. Они успеют за весь отдых этим много раз заняться, а когда ещё такие долгие и томительные нежности себе позволят без лишних мыслей в голове? Ванная комната наполнилась множеством сладких причмокивающих звуков и мычаний, так и западающих в душу до бабочек в животе, но всё рано или поздно заканчивается, и через некоторое время наша пара снова сидит в тишине, но в очень крепких объятиях, вдыхая излюбленные запахи друг друга. Рейх выбрался из хватки, сползая ниже в воду по плечи, и положил голову меж больших мощных грудей Союза. Послышался удовлетворённый вздох и немец утомлённо прикрыл глаза. Вода начала остывать, Совет почувствовал это, погладил любимого по щеке. — Давай вылезать, что ли? — немец распахнул очи, приподнялся, ища взглядом кое-что, но вдруг вспомнил. — Ой, я забыл халаты и полотенца в спальне. Я сейчас принесу, — он, моментально оперевшись на советскую грудь, вылез из воды и помчался из ванной. Мокрое атлетичное тело Августа выглядело ещё слаще в глазах Савелия, словно сочная красная клубника в крупных каплях воды, стекающих рекой вниз, после промывки. Только жаль, что он быстро убежал — не успел налюбоваться. Немец мигом вернулся с двумя белыми бархатными стопками и положил на столик рядом с раковиной. Из одной взял полотенце и передал русскому. Тот, встряхнув, в миг его расправил и укрылся, перешагивая через борт ванны. Рейх уже вытирался полотенцем. — Ну, как тебе купание? — спросил немец с доброй улыбкой. — Всё замечательно, — в ответ улыбнулся русский, взяв один халат и раскрыв перед Рейхом, чтобы помочь тому надеть его — каждый день бы так. Август хмыкнул на такой добрый жест и, принимая маленькую помощь, он просунул руку сначала в один рукав, затем в другой. Укрываясь халатом, мужчина слабо завязал пояс и нежно взглянул на любимого. Тот положил свою крупную ладонь на щеку немца и погладил её, не обрывая зрительный контакт. Рейх поддался, покрывая своей, и прикрыл глаза, он всегда был без ума от любимых Союзовых рук, постоянно был за то, чтобы русский его касался, даже сложно описать, как он их обожал. Так прошло несколько секунд. Третий поцеловал и внутреннюю, и тыльную стороны ладони, отпустил кисть и вышел из ванной со словами: — Жду тебя в спальне, — оставил воздушный поцелуй. *** Союз подошёл к кровати. Как Рейх и ожидал, тот не смог полностью влезть в халат, поэтому только его нижняя часть сейчас на Совете в нормальном положении, а верхняя просто напросто свисает на удерживаемым её поясе, из-за этого обнажённый торс русского сейчас предстаёт в ясном свете до талии. Да только сейчас некому увидеть эту забавную ситуацию и полюбоваться соблазнительными видами — немец уже спит на правой стороне постели на спине, укутавшись одеялом, и сжимает свой открытый личный дневник на груди одной, а ручку — другой. На его носу были прямоугольные очки. Август с самого детства привык вести личные записи в разных тетрадях и делает это до сих пор, описывая обычно, как прошёл его день. И он никому никогда не показывает дневник, и Савелий не исключение. Совет улыбнулся, тихонько сел на кровать, аккуратно достал из рук две личные вещи, не заглядывая в записи, закрывает и кладёт всё на тумбочку немца, тоже самое делает и с очками. Советский расслабленно выдохнул, устраиваясь удобно в постели, бережно притянул к себе любимого, услышав от него краткое мычание, дотянулся до выключателя лампы с его стороны и закрыл глаза в объятиях. — Спокойной ночи, мой милый Августин. Они так сильно устали, что, возможно, легли спать даже раньше, чем обычно.