Мелодия чувств

Море было, как никогда, спокойно. Герман с таким же настроением проплывал мимо скал на лодке и рассматривал свое окружение. Всю поверхность моря закрывал густой туман и даже огни с корабля Мисс Отшельницы он мог только смутно разглядеть. В один момент его духовность что-то почувствовала и он поплыл в сторону ощущений. Вскоре послышался хор голосов. Они дурманили голову, соблазняя подойти поближе. Вовремя воспользовавшись когитацией, Герман с чистым разумом подплывал к группе существ, что сидели на скалах возле берега. Верхняя часть их голая, а кожа снежно белая и немного отдавала флуоресцентным сиянием и их длинные рыбьи хвосты мерцали под водой. На человеческой части видны чешуйки, покрывающие то тут, то там участки кожи плеч, спины и рук. На лице глаза ими тоже обведены, а вместо ушей крылья жабр. Русалки, что нужны для ритуала продвижения, отдыхали на скалах и напевали мелодии. Подплывающая лодка с человеком сделала их любопытными, но в следующую секунду их лица совсем побледнели, свет потускнел и мелодия прекратилась. Они расплылись в разные стороны подальше от лодки и оставили недоумевающего Германа в темноте моря. Он совсем не мог объяснить их столь большой страх. «Не думаю, что они знают здесь, в море Руин, о сумасшедшем охотнике за головами Германе Спэрроу…» — подумал Клейн с грустью, ведь придется продолжить поиски вновь. Через пол часа он вновь услышал завывающие голоса. Умудренный опытом первой неудачи, Герман не стал приближаться слишком близко, чтобы не спугнуть русалок. Перед собой он поставил котелок, одолженный у Каттлеи, а рядом вытащил ингредиенты к зелью. Сначала вылил родниковую воду из золотого источника, добавил кору драго, насыпал духовность призраков и кинул пару глаз шестикрылой горгульи. В котелке с каждым новым ингредиентом пузырилось и шипело. Наконец он вытащил сигарную коробочку, убрал запечатывающий слой и на свет показался человеческий глаз, переливающийся разными цветами. Его аккуратно добавил в зелье, отчего то успокоилось и стало темно-черного цвета. Перелив из котелка в бутылочку, Герман подбросил монетку и сделал простое гадание. «Успех», — он наконец закончил все приготовления и позволил себе слабую улыбку. Очистив разум, Герман смотрел на зелье с решимостью, но вдруг что-то щелкнуло в голове. Оглянувшись на риф, где сидела группа русалок, он их больше не заметил, а рядом стояла угнетающая тишина. Закрыв бутылочку с зельем, он начал управлять лодкой, чтобы найти новую группу. Действия были четкими и хладнокровными, но внутри Клейна зрела тревога. Внезапно духовная интуиция зазвенела бешено и он, не колеблясь, спрыгнул с лодки в воду. В последний момент он увидел, как что-то вместе с лодкой взлетело в воздух и перекусило деревяшку, как ни в чем не бывало. Вода была не тем полем битвы, в котором Герман смог бы сражаться в полную силу. Поэтому он влил в амулет духовность и крикнул на гермесском «Полет!». Однако он не смог подняться и на пару метров над водой и ощущал, как высота с каждой секундой падала. Перебирая всевозможные варианты побега, Герман отпрыгнул дальше и снова оказался в воде. Монстр с силой выпрыгнул из глубин вод и щёлкнул в том месте, где был только что мужчина. Пара секунд полета чудовища дали Герману снова взлететь и сделать пару выстрелов из Похоронного звона, но существо никак не среагировало. Так продолжалось ещё пару раз, амулеты не действовали должным образом и даже казалось, что с каждым использованием взлететь становилось труднее, пока в третий раз Герман совсем не мог выбраться из воды. Осознание пришло сразу: причина была в воде. Она тянула его в глубины и сопротивляться этому было сложно. Морское существо после пяти пуль сильно замедлилось и не осмеливалось теперь подходить слишком близко к Герману. Оно просто ждало в глубине с горящими глазами, пока человек сам не умрет и оно сможет полакомиться им. Клейн не знал что делать. Похоронным звоном не постреляешь в воде, а воздушные пули не дают урона, бумажными заменителями не избавиться от воды и переместиться куда-нибудь с помощью пламени не представляется возможным в море. Кислород потихоньку заканчивался с каждым метром погружения, так как воздушная трубка более не доставала до поверхности. Всего одна ошибка и смена среды борьбы обезоружили Безликого. Окружение становилось темнее, а горящие глаза чудовища ближе. Дыхание смерти вновь коснулось шеи Клейна. «Смогу ли я возродиться, если меня съест рыба?» — пронеслось в его мыслях, пока краем глаза не заметил свет. Человеческий силуэт с невероятной скоростью приближался к Герману. Монстр почуял, что кто-то хочет отобрать у него добычу, так что поспешил к ослабевшему мужчине. Тот еле пошевелил руками и ногами в этой трясине в слабой попытке приблизиться к поверхности в десятках метрах от него. Вдруг монстр стал корчиться и драться с чем-то. Герман видел только смутное сияние, которое с каждой секундой пожирало монстра. Одновременно с этим он почувствовал движение сзади. Кто-то обнял его со спины и на невозможной скорости в этой странной воде они поплыли к поверхности, подальше от борьбы водных существ. Секунду другую и Герман смог сделать глоток воздуха. Откашлявшись и с затрудненным дыханием он наконец повернул голову, чтобы краем глаза увидеть своего спасителя. На него смотрела пара зелёных глаз, окантованных бирюзовыми чешуйками. Кожа была бледной и от нее веяло холодом. Длинные черные волосы, что расплывались по поверхности воды прилипали к лицу и шее. Из них выглядывали крылья жабр, что смешно шевелились. Как и подобает представителю русалок, лицо существа перед ним было красивым и завораживающим, с правильными чертами лица. Клейн уверен, что такое лицо достойно быть на обложках модных журналов. — Привет? — хриплый низкий голос прозвучал прямо возле уха Клейна, прервав его мысли о внешности русала. Покрасневший Клейн перестал пялиться, перекладывая вину на другого с его способностями к обольщению. — Что, — даже в такой ситуации он продолжал играть безумного авантюриста. — Кхм, с тобой все в порядке? — Да. Тишина. Это смущало русала, Клейн видел, как тот неловко оглядывал окружение и вновь возвращал взгляд на него. — Ты… — он оглядывался и, ничего не найдя, с жалостью посмотрел на Германа, отчего у него чуть глаз не задёргался. — Ты сможешь добраться до людских берегов? — … — тишина и не впечатленный взгляд были единственными ответами мужчине. — Кхм, думаю это нет… — Рядом должен стоять корабль с моими попутчиками. — Тогда вернём тебя им! — русал сразу повеселел. «Почему ты ведёшь себя как собака?!» — не мог не пожаловаться Клейн в душе. — Нет. Наконец, предотвратив опасность смерти, Клейн вспомнил про свое продвижение. Пошарив рукой во внутреннем кармане, он вытащил бутылочку с зельем под внимательным взглядом мужчины. Жидкость все также оставалось черной, без видимых изменений, вот только бутылка менялась. Времени оставалось слишком мало. Клейн посмотрел в любопытные зелёные глаза и спросил: — Не мог бы ты мне спеть?

***

Леонард плыл к достаточно укромной и безопасной пещере, что находилась не так глубоко от поверхности. Там он до этого заметил воздушный карман, и большой плоский камень, на который мог бы залезть взрослый человек. Люди. Для русала, что давно живет в человеческом обществе, у него есть достаточное понимание этих наземных существ. Странный и слишком сложный народ, но они ему нравятся. Поэтому заметив тонущего мужчину, которого хотел съесть Левиатас, он без сомнений решил ему помочь. Человек очень особенный, его интуиция кричала об этом. Тот холодно ему отвечал, сдерживая слабость, вот только бешено стучащее сердце, бледное лицо и напряженные мышцы точно выдавали его состояние паники. На самом деле, Леонард видел Безликих людей, но они никак не сравнятся с этим мужчиной, что пришел в себя за секунды и вновь стал безумным авантюристом. Герман Спэрроу имя, что в последние месяцы было на слуху у каждого пирата или официального Потустороннего. Леонард не ожидал, что тот окажется только шестой последовательностью. А в ритуале для пятой последовательности он еще никогда не принимал участия. Чуть сжатая рука на его плече означала, что у Германа осталось половина времени. Леонард сильнее прижал тело к себе и с большим импульсом поплыл к месту, что уже должно быть недалеко. Через пять минут он пробирался через коридоры подводной части пещеры. Добравшись до воздушного кармана, Герман вздохнул полной грудью и взобрался на плоский камень. Он разлёгся, а Леонард взобрался на поверхность только верхней частью, оставив хвост в воде. Только через пару минут снова вошёл в образ и начал щёлкать пальцами, создавая всполохи пламени и зажигая спички. Вот только те насквозь промокли и быстро тушились. — Что ты делаешь? — спросил Леонард, когда пламя потухло в который раз. — Свет. Русал наклонил голову, и Герман только в отблесках от пламени увидел это, отчего поджал губы. Леонард это проигнорировал и закрыл глаза. Когда он их открыл, они светились, как и все чешуйки на его теле, а в воде мерцал хвост, оставляя после себя светящийся след. Удивленное и завороженное выражение лица Германа позабавило Леонарда. Он ярко улыбнулся, и крылья жабр его зашевелились под стать настроению хозяина. Наконец, достаточно помедитировав, Герман вытащил бутылочку с зельем. Леонард видел напряжение на лице другого даже под маской Безликих способностей. Он дотронулся до свободной руки мужчины, сжал ее и начал петь. «О, гроза ужаса, надежда багровых криков! Одна истина, по крайней мере, верна — жизнь пролетает, как миг; В одном ты можешь быть совершенно уверен, а остальное все ложь; Цветок, однажды расцветший, навсегда умирает…» Под завораживающий голос Герман одним глотком выпил зелье. Секунду спустя его тело покрылось личинками, Леонард видел, как они преображались в другие черты лица: то это были смутные лоэнские черты, где-то с редкой растительностью на лице, а последний образ совсем был незнаком. За всю его долгую жизнь, побывав в разных частях света, он все ещё не видел ничего отдаленно похожего на такую внешность. Мгновение спустя тело Германа восстанавилось и нормализовалось. Он посмотрел на Леонарда и рассматривал его окружение. — Все хорошо? — Леонард наклонил голову и даже свечение чешуек дрогнуло. — Да. — Понятно… Тишина. Леонард не знал что спросить и тупо смотрел на свою руку, сжимающую другого. — Кхм… ты красиво поешь, — Герман забрал свою руку, когда ее начали теребить. — Мне понравилось. — А?.. Леонард замер и глупо уставился на Германа, в глубине глаз которого были смешинки, а уголок губ приподнят. Свет от чешуек стал ярче, а крылья жабр затрепетали, с большим трудом Леонард смог под недоуменный взгляд другого успокоиться. «Это совсем ничего… ничего не значит», — убеждал себя русал. — А какой твой голос? — это вырвалось с его губ и теперь его щеки слегка розового оттенка. — Ты слышал. — Нет, — Леонард поднялся из воды, держась на вытянутых руках на камне, отчего теперь он на уровне глаз собеседника. — Твой настоящий голос, неизмененный способностями. Чуть расширенные глаза показали его удивление, но в них плескался и страх. «Ты говоришь — спокойствие дороже Тебе всего, всей прелести мирской…» Леонард пел и ощущал, как мужчина перед ним расслабляется. Теперь он не играл сумасшедшего авантюриста, движения стали чуть плавнее. — Хорошо… ладно… — он прокашлялся и Леонард чутко улавливал, как менялся тон. — Кхм… привет? Что тебе ещё сказать? Голос был нежнее и не таким низким, чуть протяжные гласные и слышны разные интонации, показывающие настроение обладателя. — Красиво… — Что? Леонард, как от сна, очнулся, услышав низкий тембр Германа. Он осознал, что слишком долго смотрел на губы другого, и нырнул в воду, подальше от внимательного взгляда, и чтобы хоть немного остыть. Через секунду он вынырнул, столкнувшись лицом к лицу с Германом и опять сильно покраснел. — Что случилось? — в этом голосе было слышно беспокойство, и Леонард понял, что слишком странно вел себя для людей. — Ничего, — он прокашлялся и раскрыл руки с улыбкой. — Теперь к кораблю?

***

— Кого мы ждём? Девушка с рыжими волосами, Синди, посмотрела на мужчину с чемоданом. Тот вглядывался в морскую даль, и через минуту отошёл подальше от края пристани. — Идет. — Кто?.. Вдруг с моря поднялась большая волна, обрызгивая всех, кто стоял слишком близко. — Так не интересно, Крестет, — послышался мужской голос с края пристани. — Не пытайся каждый раз обливать сотрудников, Леонард, — Крестет подходит к мужчине, что запрыгнул на край пристани. Команда Красных Перчаток с любопытством рассматривала прибывшего. Как у всех представителей русалок, он был неотразимо красив с переливающимися на заре бирюзовыми чешуйками. Зеленые глаза блестели, завораживали. Вдруг вокруг него поднялся пар, а Крестет кинул на него ветровку. Через минуту Красные Перчатки с вытаращенными глазами глядели, как русал превратился в человека. Леонард окинул их взглядом и ярко улыбнулся. — Леонард Митчелл, приятно познакомиться. Спокойный и глубокий голос всех загипнотизировал, некоторые даже заалели и хотели что-то сказать, пока Крестет не поднял руку. Леонард уже шел впереди, напевая под нос мелодию и не замечая действия других. — У русалок и вправду красивый голос… Первая очнулась Синди, что ещё смотрела вслед уходящему мужчине. — Будьте аккуратнее с комплиментами их голосу, — Крестет посмотрел туда же и тоже пошел за Леонардом. — Для них это сродни признанию в любви.