Истинный убийца

Милицейский УАЗ резко свернул с проспекта к лесопарку, притормозил в конце улицы, взвизгнув колесами. Миша увидел Балу и Поручика, приехавших раньше, спрыгнул с подножки и направился к ним, лавируя между лужами. Серый Москвич с распахнутыми дверцами стоял на обочине грунтовой дороги, возле него широким полукругом выстроились дорожные патрульные и участковый, чуть поодаль столпились любопытные зеваки. — Утром ливень был, так что не надейтесь, никаких следов не осталось, — без лишних предисловий сказал Балунов, раскинув руки в перчатках. — Привет, Гаврила, Андрей. — Привет. Да уж, не порадовал ты, Шура, не порадовал… — Миха покачал головой, нагнулся к жертве. Тяжко, конечно, каждый раз. Не как в первый, но… Пришлось собрать в крепкий кулак всё мужество, вдохнуть побольше воздуха, отринуть всё человеческое и посмотреть смерти в лицо. У Миши с ней были особые отношения. Девушка лежала на полностью разложенном пассажирском сидении, сдвинутом вперёд, в широко открытых покрасневших глазах её застыл животный ужас. Жаль, не отражение преступника. Будь так, искать душегубца было бы гораздо проще. Миша горько вздохнул, скользнул взглядом по мертвенно-синюшному лицу, порванной юбке, ссадинам на вывернутых бёдрах. Кулаки сжались сами собой. Нет, надо успокоиться и осмотреть всё внимательно, чтобы не упустить ни малейших деталей. — Ну, что скажешь? — спросил он Поручика, курящего рядом. — Удавление мягкой петлёй, скорее всего, вон тем капроновым чулком. Изнасилование, сам видишь. Подробности, как всегда, сообщу позднее, когда глубже изучу внутренний мир этой новой попутчицы Харона. Миха шутку оценил и стал искать глазами гаишников. — Ребят, ну давайте, докладывайте, что случилось? — Михаил, я их уже выслушал, — Андрей, вооруженный ручкой, подошёл к машине. — И двоих спортсменов-бегунов, что заметили в автомобиле труп, тоже. Отойди, пожалуйста, не мешай осмотру. Я должен сам во всём удостовериться. — Чего?! — Миша чуть не поперхнулся возмущением, мгновенно забулькавшим в горле. — По документам, — для убедительности Князев махнул бумагами, — в данный момент дежурным следователем являюсь я. А у тебя вообще отсыпной. — Не, я не понял, а каким образом я, следователь с пятилетним стажем, могу тебе помешать? — Миха втянул голову в плечи и шагнул к нему вплотную, чтобы не орать на всю улицу при операх и гаишниках. — Тогда в комиссионке ты тоже не в тряпочку молчал. — Михаил, я прошу по-хорошему, — в глазах напротив горела злая решимость. — Ты ведь сам говорил, надо честь по чести. А здесь дело серьёзное, не в бирюльки играем. Миша закусил обе щеки и отошёл, признавая правоту Князя. Встал поодаль и мрачно наблюдал, как Андрей осматривает машину, траву и дорогу, как вглядывается, застыв в охотничьей стойке, в труп девушки, как со всей серьёзностью слушает Балунова. — Что, Михаил Юрьевич, дрессируешь нового сотрудника? — спросил подтянувшийся кинолог Сашка Леонтьев, посмеялся, поправил очки. — Неплохо справляется. Миша согласно кивнул и подхватил эту версию. Ну конечно! Пусть все думают, что он нарочно уступил Андрею, чтобы проверить его сыскные способности. — Дрессирую, ё-моё. Это ты правильно сказал, — Миша потрепал за ухом Сашкину немецкую овчарку и пошёл за ними. Пёс обнюхал Москвич, пометался туда-сюда, целеустремлённо побежал вперёд, но тут же вернулся. Растерянно заскулил, лёг и положил морду на лапы. — Бесполезно, — констатировал Саша, пожимая руку Андрею. — Не понимаю вообще, зачем нас вызвали. После такого ливня шансы взять след равняются минус бесконечности. Миша прошёлся вдоль кромки лесопарка, заглянул вместе с операми под капот автомобиля, оказавшегося угнанным, осмотрел из рук Балу сумочку девушки. — Деньги в кошельке не тронуты, украшения тоже все при ней. Это не грабёж. — Как тогда, да, в парке? — Миша сумрачно поднял на Шурика глаза. — Не думаешь, что это один и тот же человек? — Маньяк? Миха пожал плечами. Он не был уверен сполна, но интуиция подсказывала, что это убийство не последнее. — Кто она? — Скорее всего, приезжая студентка. Нашли студенческий билет и ключ с биркой, — Балу с треском снял перчатки, явно недовольный проделанной работой, но улыбнулся, сказал с хитринкой, указав на Андрея, что раздавал поручения оперативникам. — Я смотрю, вы с ним отлично ладите. — Издеваешься? — Миша отошёл к УАЗу, зевнул судорожно, прикрыв рот кулаком. — Слишком много на себя берёт. Ну и пускай. А я домой, спать. Всё равно тут глухо, как в танке. Миша пожал всем руки, даже Андрею, мимолётно заглянув в планшетку с протоколом, и пешком пошёл к себе. Ему всегда нравились долгие прогулки по городу, во время которых можно проветрить мозги и привести в порядок мысли. Миша шёл и задавал сам себе вопросы. Знакомы ли жертва и убийца? Что послужило мотивом? Смогут ли эксперты определить хотя бы отпечатки пальцев? Утро в отделе началось с совещания у Гордея. За длинным столом в его кабинете собрались все следаки отдела. Не было только Князева. Миша упёр подбородок в сложенные на столе руки и с нетерпением поглядывал на дверь. Князев вошёл совершенно не торопясь, повесил на вешалку свою идиотскую шляпу и с достоинством опустился на свободный стул. — Ну наконец-то, Андрей. Давай, докладывайся, что там у тебя? — Убитая — Людмила Анатольевна Зверева, 20 лет. Перешла на третий курс педуниверсита. Образ жизни, по словам соседок по общежитию и комендантши, вела разгульный, — Андрей виртуозно играл карандашом, крутя его в пальцах. — В вечер перед убийством отправилась на день рождения друга. Наутро не вернулась. Друга пока не нашли, оперативники занимаются, но соседки рассказали, что они часто ссорились. Так, что ещё, это самое… Судмедэкспертиза подтвердила изнасилование, смерть наступила в результате асфиксии. Орудие убийства — чулки женские капроновые чёрные. — И ты, конечно, подозреваешь друга? — спросил Миха, склонив голову на бок. — Самая очевидная версия часто бывает самой верной, Михаил. — А хозяин Москвича? — Уже опросили, у него алиби. Придёт сегодня для дачи показаний. — Товарищ Горшенёв, — вмешался Гордеев, — у тебя есть какие-то другие убедительные версии, или ты просто решил поспорить? — Я считаю, ё-моё, — Миха встал, резко выпрямившись, — что это убийство надо рассматривать в связке с убийством на Плеханова, которым занимается соседний отдел. — Ты ищешь скрытые смыслы там, где их нет. Нам одного убийства хватает в районе. Андрей, работай, как знаешь, — отмахнулся Гордеев и закончил совещание. Миха догнал Андрея, похлопал его издевательски по крепкому плечу. — Дерзай, товарищ Князев. — Слушай, ну может хватит тебе? Своих дел мало, ещё и это хочешь? Пошли, покурим. Миша пожал плечами и ситуацию отпустил. Если Князеву так важно почувствовать себя невъебенным сыщиком и расследовать именно это убийство, пускай. Все дороги в любом случае заведут его в тупик. А если нет, Миша снимет перед ним шляпу.

***

Вторую неделю Андрей жил в тревожном состоянии щелчка. Каждый день заходил к операм за новостями, наладил плотный контакт с Балуновым, лично отслеживал все экспертизы, опрашивал свидетелей, участвовал в поисках подозреваемого и совершенно заколебался. Этот случай был для него очень личным. Лёжа ночами без сна на диване в тихой уютной комнате, которую снимал у квартирной хозяйки, Князь вспоминал свою любимую тётю Свету, мамину сестру, убитую насильником. Андрей тогда был ещё ребенком, но очень хорошо запомнил чувство горя, могильной плитой придавившее всю их семью. Именно тем летом он поклялся, что посвятит жизнь поимке преступников и лично посадит каждого из них. И вот, впервые в своей довольно разнообразной практике, Андрей столкнулся с точно таким же преступлением. Когда оперативники нашли того парня, друга студентки Зверевой, алиби у него не оказалось, как и трезвых свидетелей. Зато бабулька с первого этажа слышала ругань в парадной и видела, как молодые парень и девушка вместе выбежали на улицу. Андрей провёл допрос по всем правилам: был предельно вежлив, точен и конкретен. Антон, так его звали, нервничал, волновался, всё отрицал и, кажется, был по-настоящему опечален смертью возлюбленной. Князев не понимал, можно ли ему верить, но прямых доказательств вины не было и в помине. Следствие по делу медленно и верно заходило в тупик. А тут ещё приехала из области мать Людмилы, залила слезами весь кабинет и на коленях умоляла разыскать убивца. Ушла она, оставив в воздухе запах невыносимой горечи и спелых яблок, а возле стола — целую котомку, набитую деревенскими гостинцами. Андрей пытался отказаться, но женщину было не переубедить. — Ну что, — Миша встал напротив его стола, скрестил на груди руки. Темные глаза непонятно искрились, — в тупике? — В жопе, — Андрей откусил сразу половину кисло-сладкой антоновки. — Что ты смотришь так, Горшенёв? — Помочь хочу, — Миша протянул ему бледные листы, наверняка отпечатанные под копирку, и тоже смачно захрумкал. — Вот дело об убийстве Анастасии Шевяковой. Первой жертвы. Пожалуйста, посмотри. Тебе не кажется, что случаи очень похожи? — Откуда ты достал эти документы? — Андрей вынул из узкого футляра очки, потому что к концу дня уставшие глаза отказывались хорошо видеть, вчитался в бледный текст. — Попросил. Князь… Слышь, я вот смотрю на тебя и думаю. Ты же вроде правда хочешь найти убийцу, так? Не для галочки, а чтобы наказать урода, — Миша подвинул себе стул, сел ровно напротив. — Ну так пошевели мозгами. Андрей пошевелил. Разворошил, как медведь улей. Нашёл вместо мёда общие детали и вздохнул ещё громче. Расследование окончательно забуксовало. Листья на деревьях окрасились золотым и бордовым, небо, густое, как кисель, часто плакало над Невой. Горшенёв сменил куртку на кожаный плащ, опера переключились на другие дела. Убийство Людмилы Зверевой повисло на шее Андрея, словно тяжёлый камень. В конце сентября Михаил влетел в кабинет, нахлобучил Андрею на голову ковбойскую шляпу, уже ставшую знаменитой, и дёрнул его за руку, с силой прихватив. — Едем. Труп в промзоне около завода. Рабочие возвращались с ночной смены, нашли. Опять шёл дождь. Оперативники, мокрые, как мыши, сновали вдоль бетонного забора. Балунов, шурша дождевиком, проклинал погоду и сообразительность убийцы. Поручик стоял в сторонке под абсолютно чёрным зонтом и курил. Горшенёв, напрочь игнорируя капли воды, стекающие с волос за шиворот, присел на корточки рядом с жертвой, юной девушкой. Андрей опустился рядом и первым делом увидел широкую борозду на шее, точно такую же, как у Шевяковой и Зверевой. Во рту сам собой возник сладостно-гадкий привкус, дыхание сбилось. Андрей сморгнул, перевёл взгляд ниже. Юбка была задрана до живота, половые органы обнажены. Эх, девонька-девонька, кто ж тебя так… Андрей шевельнул желваками и выпрямился. Кажется, Горшок прав. В их районе действительно орудует маньяк. После всех необходимых мероприятий встретились в морге. Михаил захотел лично присутствовать на вскрытии, Андрей увязался за ним. — Не люблю я, слышь, это место. Не перевариваю, — доверительно сообщил он Князеву. — Но надо. — Товарищи миряне, — приветствовал их Поручик, улыбаясь, — добро пожаловать в мое подземное царство, нах. Короче, начинаем. Валерка, приготовься, запиши там всё, чё надо. Лаборант Валера старательно засопел над листком. На лицах, его и Поручика, не выражалось абсолютно никаких эмоций, а Андрей вдруг почувствовал, что пирожок по дороге сюда съел совершенно зря. Миша стоял рядом, вытянув длинную шею, и тоже крупно сглатывал. — Итак, что мы имеем. Мазафакер женского пола, одна штука. Лежит смирно, сбежать не пытается. Вывод — мертва. Смерть наступила в районе трёх часов ночи. Короче, шутки в сторону. Валерка, готовься. Поручик занялся тщательным осмотром, но ничего значимого не нашёл. Никаких следов биологических жидкостей, никаких инородных частиц. Позже, после анализа, выяснилось, что жертва находилась в состоянии алкогольного опьянения средней степени тяжести. — Давайте, грейтесь, парни, — Пор проводил их в свою комнату отдыха, налил кофе, беспалевно добавил коньяка. — Удушили эту вашу новую красавицу точно так же, как и предыдущих. Примерно с той же силой, и тоже мягким тканевым предметом. — Бля, ну и залупа… — Миха взлохматил всё ещё влажные волосы. — И никаких следов, сука, никаких следов! Человек-невидимка какой-то… — Ничего-ничего, — Андрей успокаивающе накрыл беспокойную ладонь, потому что Горшенёв чуть не смахнул на пол его чашку, — мы всё равно его найдём. — Мы? Ну-ну, — он хмыкнул и шумно отхлебнул кофе. Андрей ничего не ответил, чтобы не ввязываться в спор, а на следующей неделе выяснилось, что Князев был прав. С самого утра в отделе царила суматоха. Андрей по привычке опоздал и непонимающе крутил головой. Из ступора его вывел Горшок, бегущий по коридору. — Князев, слышь… Ночью опять девчонку нашли задушенную. Я звонил тебе, не дозвонился. — Я не слышал. И хозяйка мне ничего не говорила. Ну… Всё так же, да? Сука, снова в дождь! И это… Чё теперь? — Прокуратура заинтересовалась. Надеюсь, убедят вас, что мы все эпизоды должны связать между собой. Я, блять, сколько об этом говорю. Пошли, ё-моё, к Гордею. Гордеев встретил их недружелюбно, бросая косые взгляды: — А-а, вот и наши доблестные следователи. Товарищи, ну никакой дисциплины, это что за безалаберность? — Я вообще-то с выезда, как смог, так и пришёл, — не стал молчать Горшенёв и сел рядом с Балуновым. Андрей с лёгким интересом посмотрел на девушку в прокурорской форме. Она поправила выбившуюся прядь коротких волос, повернулась к нему и представилась. — Мария Нефёдова, помощник районного прокурора. Готова выслушать ваши доклады, мальчики. Мальчики переглянулись, Гордеев недовольно скривился: — Маша, у вас там зря беспокоятся. Всё под контролем. Дела расследуются, версии проверяются. Товарищ Князев, доложи про подозреваемого. Андрей не успел открыть рта, как Мария легко возразила: — А вот Яков Вадимович уверен в обратном. — Я тоже. Разрешите? — Горшенёв встал, теребя в пальцах свою папку, зачастил, путаясь в словах. — Не просто так всё. Понимаете, да? Опять же жертвы… Похожи они. Возраст, поведение, судя по опросам, способ удушения. Вот в чём дело. Шура, давай, расскажи подробнее. — Все убийства были тщательно спланированы, — важно кивнул Балунов, — преступник чётко знал, на что идёт. Действовал в перчатках, мы не нашли ни одного отпечатка. — А ещё дождь. Маньяк-то настоящий мокрушник, — пошутил Андрей, попытавшись разрядить обстановку. Гордеев стараний не оценил, но Шурка с Михой странно закашлялись. Сидели долго, обсуждали всем отделом и в конце концов приняли решение создать следственно-оперативную группу, все усилия которой будут направлены на поимку серийного убийцы. — Горшенёв и Князев, будете работать вместе. Михаил, ты руководишь. Рапорт с отчётом каждую неделю должен лежать на столе. Возражения? Андрей поймал нечитаемый взгляд Михаила, зачесал назад растрепавшиеся волосы, упавшие на лоб, и сказал: — Не имею. Разрешите идти? — Идите. А вы останетесь, товарищ старший лейтенант, — Андрей успел услышать, как Мария обратилась к Горшенёву. — У меня несколько вопросиков насчёт той кражи из магазина. Почему документы до сих пор не передали? Мы не можем довести дело до суда. — В смысле? Андрей из любопытства остановился в дверях, но его подпихнул Балунов, увлёк за собой в курилку. Князев решил не терять времени даром и выспросил у Шурки все подробности ночного происшествия. — Ты можешь себе представить, Андрюх, он её бюстгальтером задушил. — Нифига. Чулки были, колготки, пояс. А в следующий раз что? — Сделаем ставки? Я за рубашку, — Шурик довольно цинично протянул ладонь, Андрей подумал и согласился, предложив в качестве своего варианта трусы. — Мих, разбей. Чё там за ерунда у тебя? — Да Гордеев… Бля, сам не подписал хуёвину какую-то, а я крайний. Как Машка только терпит его. И на службе, и вообще. — А они вместе? — удивился Андрей, чиркнул спичкой рядом с горшенёвской сигаретой. Михаил угукнул, затянулся и спросил: — Чё, товарищ Князев, сработаемся? — Не знаю, товарищ Горшенёв, — протянул Андрей, а Шурка ненароком столкнул их лбами. — Да объединит вас священный долг, сыны мои.